Поразительно, но символом русского Сопротивления бандеровскому фашизму в Одессе стало именно Куликово поле. Да, название этой площади появилось в силу местных случайных причин, но закрепилось, безусловно, по аналогии с историческим Куликовом полем, где в 1380 г. произошла великая битва между войсками Руси во главе с князем Дмитрием Донским и войсками Орды во главе с Мамаем. Куликово поле – это для каждого русского символ защиты Руси от уничтожения, борьбы за Русь не на жизнь, а на смерть. И что интересно, для врагов Русского мира что Куликово поле в Тульской области, что Куликово поле в Одессе являются ненавистными символами Русского Сопротивления. Особо следует отметить ту молодежь, что яростно бросилась 2 мая жечь и громить палаточный городок на площади Одессы, а потом и Дом профсоюзов, где были убиты десятки людей. И возникает вопрос: почему украинцы и даже русские, оболваненные бандеровской пропагандой, совершили это преступление? Откуда эта ненависть?
Потому что они верят не только в то, что «защищают Украину» от ее «вековечного врага» России, но и в то, что «ЗАЩИЩАЮТ ЕВРОПУ». Ибо Украина «веками защищала» Европу от «москальско-татарских орд». Это самая нелепая идеологическая конструкция, которую можно было только придумать. Тем не менее, эта конструкция до сих пор не встретила сопротивления со стороны академического сообщества ни в России, ни тем более – на Украине.
Но это все лирика, приступим к делу. Для начала рекомендую читателю прочесть мою статью «Конец проекта – 2». А тому, кто прочел – перечитать. Без этого дальнейшее рассуждение будет просто-напросто непонятно.
«Конец проекта – 2»Начало:http://777hawk.livejournal.com/184467.htmlОкончание:http://777hawk.livejournal.com/2014/04/08/Обстановка в Восточной Европе накануне 1380 годаИтак, вопреки распространяемой учебными пособиями для школ и ВУЗов ненаучной фантастике, никакого Великого княжества Литовского (ВКЛ) «от моря до моря» никогда не существовало. Собственно, от нынешней Украины реально в 1380 г. существовали только Галиция с Волынью, часть Подолии и северная Киевщина. Сам Киев был маленьким пограничным городом. Южнее его в 1380 г. при князе Владимире Ольгердовиче Киевском начинались ордынские владения – Поросье (земли по р. Рось). Тезис о вытеснении татарских кочевий на левый берег Днепра после битвы 1362 г. на Синих водах – ложь. Причем в указанный период нет никаких оснований утверждать, что и Молдавское княжество расширило свои границы от Прута до Днестра. На самом деле Молдавское княжество в 1380 г. занимало северную часть земель между р. Прут и Карпатами и восточные склоны Карпат.
Что касается земель ВКЛ к востоку от Днепра, то южными рубежами были Десна, на которой стояла пограничная крепость Чернигов и приток Десны Сейм. Таким образом, термин «Великое княжество Литовское» обозначает вовсе не великое государство Восточной Европы, а всего лишь фиксирует характер государственного устройства. В указанный период термин «великий князь» обозначал государя, господствующего (в большей или меньшей степени) над другими князьями и землями на определенной территории.
Да, междоусобица в Орде, начавшаяся в 1359 г. («Великая замятня») на время подорвала господство татар в регионе, но Мамай, сумел к концу 1360-х гг. утвердить свою власть к западу от Волги (включая Северный Кавказ) и покончить с сепаратизмом местных мурз. Князья Гедеминовичи, правившие на Волыни, Подолии, Киевщине и Северщине были вассалами Мамая (формально – ханов-марионеток Мамая). Но не только они. Вассалами Орды оставались и часть князей на землях нынешней Белоруссии. Вассалом был и смоленский князь. Не случайно Витовт захватывает Смоленское княжество только в 1395 г. после разгрома Тохтамыша Тимуром, когда хан Золотой Орды не мог оспорить переход смоленского стола Витовту, т.е. к роду Гедемина. Показательно, что до того Витовт ранее ликвидировал все крупные уделы своих родственников на перечисленных выше землях после разгрома того же Тохтамыша тем же Тимуром в 1391 г. в битве при Кондурче. Хан Золотой Орды должен был смириться с перераспределение княжеских столов в роду Гедеминовичей в пользу Витовта и санкционировать его задним числом. Великий князь Московский Василий Дмитриевич в то же самое время ликвидировал ряд уделов (в первую очередь – Нижегородский), просто заплатив хану, срочно нуждавшемуся в деньгах после битвы при Кондурче.
Но в 1380 г. все было иначе. Князья пограничных с Ордой княжеств и даже Волыни были в большей степени вассалами Мамая, нежели Ягайло. По сути дела, Великое княжество Литовское было не федерацией, а конфедерацией княжеств (даже на собственно литовской и нынешних белорусских землях власть делили с одной стороны – Ягайло, с другой – его дядя Кейстут с сыном Витовтом). Со своей стороны Мамай также был заинтересован в ВКЛ в его противостоянии с Польшей и Орденом.
Украинский историк Ф.Шабульдо двойное подчинение княжений ВКЛ Орде и великому князю Литовскому назвал «кондоминиумом». Это вполне отвечает историческим реалиям. Более того, связи Литвы и Орды в указанный период оказываются гораздо более тесными, в отличие от таких же связей Москвы, которая до 1374 г. являлась вассалом и не более того. А разразившийся затем конфликт с Ордой (по сути дела, из повиновения Орде Москва вышла уже в 1370 г.) привел и к полному разрыву связей. События же 1382 г. (набег Тохтамыша) привели лишь к восстановлению выплаты дани. Никакого взаимодействия, взаимопроникновения и близко не было. Напротив, князья, пытавшиеся играть свою игру под рукой ханов, Москвой быстро приводились к одному знаменателю. Интересно отметить, что политику наследника Дмитрия Донского Василия I Дмитриевича, стремившегося использовать татар против Литвы (сам Василий I Дмитриевич несколько лет провел заложником в Орде и у него там были немалые связи), вызывало осуждение части московского боярства. В знаменитом письме 1408 г. Едигея Василию правитель Орды жалуется на резко негативное отношение москвичей к ордынским послам и купцам. Кстати, забегая немного вперед, стоит отметить, что победа русских на Куликовом поле в 1380 году привела к временной ликвидации зависимости от Орды и князей ВКЛ – вассалов Ягайло. Но после 1382 г. Тохтамышу не понадобилось даже воевать Литву – зависимость была быстро восстановлена без сопротивления. Тут, кстати, уместно вспомнить постоянное обвинение со стороны укров в том, что Москва де – «та же Орда». Нет, господа. Орда в этом смысле – это как раз Великое княжество Литовское. Не случайно мода вести свою родословную от татарских мурз у знати Великого княжества Литовского и Речи Посполитой возникла гораздо раньше, нежели в России. Так что «орда» - это как раз укры. Что мы и видели в Киеве, Одессе и Мариуполе.
Перейдем теперь к Куликовской битве. Накануне Дмитрий Донской с союзниками одержал победу в войне 1368-1372 гг. с коалицией ВКЛ и Тверского княжества, поддержанную и Смоленским княжеством. В этой войне Ольгерд дважды в результате быстрых маршей к Москве осаждал на несколько дней Белокаменную, но оба раза вынужден был столь же быстро и отходить, не рискуя связываться с главными силами Руси. В 1372 году, когда его встретили войска Дмитрия Донского и его союзников, Ольгерд пошел на попятный, отказался от поддержки Твери и заключил мир. После этого последние попытки Михаила Тверского выступить против Дмитрия Московского были подавлены в 1375 году коалицией князей Руси, осадивших Тверь. Затем настал черед разбираться с Ордой. Мамай, занятый ранее борьбой за Сарай и явно переоценивший силы своего литовского союзника, вынужден был начать войну сам. Не будем касаться деталей, упомянем только, что ордынское войско было разгромлено в 1378 г. на Воже. После этого исход войны могло решить только генеральное сражение. Мамай стал собирать войска и выступил в 1380 году.
На его стороне были Ягайло (Ольгерд скончался в 1377 г.) и Олег Рязанский. Но тут следует отметить, что Олег благоразумно тянул время. Дело в том, что Мамай поджидал Ягайло, не доходя рязанских рубежей, на Куликовом поле (географически это более обширная территория, нежели само место битвы 1380 г.), т.е. в Поле (позже в литературе утвердился термин «Дикое поле»). Почему выступил Ягайло? Дело не только в том, что накануне 1380 г. Литва и Русь вновь находились в состоянии войны. Даже если бы сам Ягайло не пошел, пошли бы вассалы Мамая, тот же Владимир Ольгердович Киевский. У литовских вассалов Мамая просто-напросто не было иного выбора. В этой ситуации сам Ягайло вынужден был выступать марионеткой Мамая. Осознавал ли он, что усиление Мамая грозит и самому ВКЛ? Разумеется. Но у него были серьезные соперники в борьбе за власть – дядя Кейстут и двоюродный брат Витовт. Поэтому для великого князя Литовского была жизненно важно иметь сильного союзника в лице Мамая. По сути дела, Орда в лице Мамая выступала гарантом сохранения «статус кво» для Ягайло. Не случайно после поражения правителя Орды и его гибели в Литве уже в 1381 г. развернулась свирепая борьба за власть между Кейстутом и Витовтом. В результате Кейстут и его жена Берута погибли, а Витовт вынужден был бежать в земли Ордена, откуда он начал воевать с Ягайло за свою «отчину». Причем, это было только начало междоусобицы в Литве, длившейся (с перерывом) до 1392 г.
Таким образом, власть великих князей литовских и вообще князей дома Гедемина на русских землях отвечала только интересам этих князей и литовской аристократии. Интересам собственно Руси она полностью противоречила. Что и обусловило несколько позже согласие Ягайло на принятие польской короны и объединение Польши и Литвы в личную унию. ВКЛ было искусственным феодальным образованием Средневековья, существование которого обеспечивал только консенсус литовской знати с Ордой. Показательно, что Литва могла противостоять натиску Польши на Галицию и Волынь только при поддержке Орды. Когда же польский король Казимир договорился с Джанибеком (на условиях выплаты дани хану за Галицию), литовцам и Волынь с трудом удалось удержать. Рассуждения же о ВКЛ как о «втором центре объединения Руси» - антинаучный бред. Никакой нерусской Руси быть не может. Или Русь – или Литва, Польша.
Если бы победил МамайТеперь рассмотрим, чем на самом деле грозила победа Мамая над Русью на Куликовом поле в 1380 г.? Это была бы катастрофа не только для Руси, но и для Восточной и Центральной Европы. Так что историк XIX в. Сергей Соловьев не преувеличивал, когда сравнивал Куликовскую битву с битвами при Пуатье и на Каталаунских полях. Дело не в какой-то особой воинственности Мамая, а в геополитическом положении ордынского государства, созданного Мамаем, в Европе. Т.е. на землях от Прута и Дуная на Западе до Волги на Востоке.
Рассмотрим карту.
http://www.hist-geo.net/media/blogs/blog/Seleznev/02_Rost_Ordy.jpgС фантастическими утверждениями о том, что после 1362 года татарские кочевья отступили на левый берег Днепра, так что якобы власть Мамая на степи к западу от Днепра не распространялась, мы уже разбирались в статье «Конец проекта -2». Там же было подробно разобрано, что по правому берегу Днепра владения Орды подступали чуть ли не под самый Киев (так что рубежи Литвы реально находились севернее обозначенных на карте, даже Поросье в указанный период – ордынская земля.), а по левому берегу реальные рубежи Литвы были по берегам рек Десна и Сейм. Конечно, население было и на левых берегах этих рек. Но в 1380 году оно явно было не значительным. Достаточно напомнить, что в 1360-х годах в Поле царила анархия. Городов южнее Десны и Сейма не было. Курск, указанный на карте, в реальности не существовал с 1280-х годов.
Мамай периодически захватывал Сарай-на-Волге. Но удержаться там не мог в силу того, что удержаться возможно было лишь при поддержке улусов, кочевавших к Востоку от Волги. А Мамай надолго добиться серьезной поддержки даже части этих улусов не мог. В результате ему приходилось оставлять Сарай. В результате государство Мамая стало все более сосредотачиваться на вопросах собственно европейской политики (что и таило в себе смертельную угрозу для окружающих государств). По сути дела, Мамай восстановил государства Ногая и переход к внешней политике Ногая был лишь вопросом времени. Собственно постепенно ожесточавшаяся Руси, которая и отвлекало на себя все больше внимания и сил.
В результате Мамай после появления нового претендента на ханский престол - Тохтамыша (которого поддерживал Тимур), на этот раз сосредоточился не на борьбе с очередным конкурентом, а на борьбе с Дмитрием Донским.
Поражение на Куликовом поле было бы действительно катастрофой для Руси. Военный потенциал Москвы и ее союзников был бы в значительной степени уничтожен. Земли Руси подверглись бы погрому в такой же степени, как это было при нашествии Батыя. Это было просто необходимо Мамаю, чтобы обезопасить Орду от попыток возобновления сопротивления русских в дальнейшем. Великое княжество Владимирское было бы раздроблено на мелкие уделы. Великокняжеский стол достался бы, судя по всему, Михаилу Тверскому, что, вне всякого сомнения, не избавило бы и его земли (как и земли Олега Рязанского) от разорения. После этого объем дани, наложенный на Русь, был бы значительно увеличен, князья были бы обязаны выставлять войска в походы Мамая. После Руси Мамай вернул бы под свою власть Волжскую Булгарию. Затем с помощью русских дружин покончил бы с Тохтамышем. Полученная на Руси добыча, рабы и дань, как и слава победителя Руси, наконец-то укрепили бы авторитет Мамая в улусах к востоку от Волги.
Но главная опасность для Руси и Европы заключалась в том, что центр государства Мамая находился не на Волге, а на Днепре. Сарай для него имел более символическое значение и на улусы за Волгой он особо не рассчитывал. Но вот поднять воинов оттуда на поход против стран Европы он мог. А его интересы лежали как раз в Европе. После Руси и Тохтамыша настал бы черед Великого княжества Литовского, затем Польши и Венгрии. Молдавию и Валахию Мамай вообще раздавил бы без труда.
Чтобы понять, какие объективно могли быть интересы у тюркского государства, располагающегося в степях Восточной Европы, следует обратить внимание на улус Ногая ( 1260-е – 1299 годы), и на Крымское ханство (XV-XVIII вв.). В обоих случаях эти государства – источник агрессии для Польши, Литвы, Венгрии, Балкан.
Вновь обратимся к приведенной только что выше карте. Видно, что в XIII веке земли Орды охватывают даже Валахию (юг нынешней Румынии). Это как раз самые западные владения Ногая, дань которому платили и Болгария, и Сербия, и который был в тот период, фактически, гегемоном на Балканах. Гибель государства Ногая была вызвана внутренней борьбой в Золотой Орде (война между Ногаем и ханом Тохтой). Казалось бы, разгром сепаратиста Ногая должен был усилить Орду. На самом деле это привело к ослаблению давления Орды на Балканы, Венгрию, Польшу и Литву. Влияние на Болгарию, Сербию и Византию было утрачено, были потеряны кочевья в будущей Валахии, которая стала быстро заселяться валахами – выходцами из Венгрии. Более того, возникли предпосылки для перенесения экспансии Венгрии на восточные склоны Карпат, где по реке Молдова образовалась в середине XIV века Модавская марка Венгерского королевства, превратившаяся в период «Великой замятни» в Орде в независимое Молдавское княжество.
После гибели Ногая и его государства возникли и предпосылки к расширению Великого княжества Литовского. Орда быстро сумела найти язык с литовцами на условиях кондоминиума (на землях Руси, присоединяемых к Литве), о котором говорилось выше. Орда также была заинтересована в противостоянии Литвы Ордену и Польше. При этом Орда имела возможности пресечь чрезмерные поползновения Литвы. Когда Смоленское княжество попыталось самовольно перейти в зону влияния Литвы в 1340 году, состоялся поход татарских войск совместно с дружинами русских князей. Показательно, что в этом походе участвовал и князь Друцкий, удел которого располагался на востоке современной Белоруссии, т.е. в зоне влияния Гедемина.
При этом соперничество между Москвой и Литвой за «Русское наследство» началось вовсе не при Дмитрии Донском, а еще при Иване Калите (1325-1240 гг.), причем при Семене Гордом (1340-1353 гг.) обозначился перевес Москвы. Орда как раз и противопоставляла Литву – Москве. При Дмитрие Донском безусловный перевес Москвы стал очевиден.
В сентябре 1380 г. на Куликовом поле решилась не только судьба Руси, но и судьба Великого княжества Литовского да и всей Восточной и Центральной Европы. Дмитрий Донской со своими союзниками не стал дожидаться Мамая на берегах Оки, а быстрым маршем прошел через Рязанское княжество и появился перед лагерем Мамая на рассвете 8 сентября 1380 года. Таким образом, он сорвал соединение Мамая с Ягайло, войско которого находилось в районе Одоева, находящегося в двух переходах от места битвы.
Русь разгромила Мамая. Победа Дмитрия Донского была полной. Разбитого врага гнали до наступления ночи. Ягайло, получив в Одоеве известия о разгроме Мамая, повернул назад.
А теперь поговорим о турках-османахТеперь поговорим о другом. А именно – о турках-османах. Может показаться странным – при чем тут османы? Нас приучили, что русская история – это какие-то задворки мирового исторического процесса, зато вот Европа! Даже Великое княжество Литовское с его дикими князьями-язычниками – Европа! Даже турки-османы – и те Европа! Куды уж нам…
А как на самом деле? Смотрим карту.
http://cmboat.ru/wp-content/uploads/2013/02/europe_se1400.jpgМы видим, что в то время, когда Мамай создавал свое государство с центром в Северном Причерноморье, турки-османы вели завоевание Балкан. (Их завоевательные походы указаны на карте зелеными стрелками.) Около 1365 г. султан Мурад перенес свою столицу из Брусы (в Малой Азии) в недавно завоеванный Адрианополь. В 1371 г. османы наголову разгромили войско сербских правителей Македонии в битве на реке Марице. В 1373 г. вассалом султана Мурада стал император Византии с обязательством выплачивать дань и выставлять войска в османские походы. На карте видно, как неуклонно и быстро османы продвигались по Балканам. Вопрос их встречи с Золотой Ордой был лишь делом времени.
А что происходит к северу от Черного моря? Сутью борьбы между Мамаем и Тохтамышем было, какое направление политики изберет Золотая Орда – азиатское или европейское. Тохтамыш после Куликовской битвы легко одержал верх над Мамаем, затем восстановил выплату дани Русью и Литвой. Решив эту задачу, он начал борьбу с Тимуром, который завоевал бывший Чагатайский улус Монгольской империи и владения Золотой Орды в Средней Азии. Вся дальнейшая внешнеполитическая активность Тохтамыша, до его полного разгрома Тимуром в 1395 г., была направлена исключительно на Среднюю Азию и Закавказье. Тохтамыш стремился вернуть среднеазиатские владения Золотой Орды и потому, что сам был выходцем оттуда, и потому, что интересы улусов к востоку от Волги также лежали в этом направлении. Мамай потому и не мог победить, что азиатские улусы его не поддерживали. Он был чужим, да еще и узурпатором. Но и победить его они не могли, потому что Мамай опирался на более крепкую экономически часть Золотой Орды. В конце концов, самые богатые степи Орды принадлежали ему. Если бы Мамай смог реализовать свой грандиозный план по новому подчинению Руси, он тоже неизбежно столкнулся бы с Тимуром. Последний вовсе не случайно поддерживал Тохтамыша на престол Золотой Орды. «Железный хромец» строил планы восстановления Монгольской империи, окончательно рухнувшей в 1368 г., когда китайцы изгнали монголов из Пекина. Но для этого Тимуру требовалось взять Пекин. (Интересно отметить, что завоевав Китай, он мог бы провозгласить себя не ханом, но императором, опираясь, таким образом, не на монгольскую, а на китайскую традицию.) Но Тимуру просто не повезло: он скончался в момент подготовки похода на Китай в 1405 г. Трудно предположить, что завоеватель с такими планами оставил бы в покое Золотую Орду.
Так что Мамай, сумей он победить Тохтамыша, все равно столкнулся бы с Тимуром и его новыми ставленниками, с угрозой, исходящей от улусов Орды, кочевавших к востоку от Волги. Таким образом, объективно существовавшие условия развития Орды Мамая толкали его на путь формирования центра государственности именно в степях Северного Причерноморья (как это и происходило в реальности). А экспансия этого государственного образования могла реализовываться в первую очередь в Европе.
Турки окончательно покорили Добруджанское княжество (Добруджу) в 1395 году. В этом же году Тимур разгромил Тохтамыша и прошел войной по владениям Золотой Орды. А если бы в 1380 г. на Куликовом поле победил Мамай? Это означало бы, что в конце XIV в. два тюркских государства, осуществлявших экспансию в Европе, вступили бы в непосредственное соприкосновение. Могли ли они столкнуться из-за соперничества в Причерноморье? Да, безусловно. Но у них была общность происхождения (государство осман в это время еще было такой же тюркской ордой, как и государство Мамая, даже султаны еще не отказались от кочевых привычек, а титул «хан» и в дальнейшем сохранялся в титулярии государей Османской империи (
«Султан (имя) хан, властитель Дома Османа, султан султанов, хан ханов…» и т.д.). У них была общность веры. А главное – у них были бы общие враги. На Востоке – Тимур. На Западе – Венгрия.
Разумеется, гадать «как бы оно было, если бы…» – дело сомнительное. Тем не менее, как бы ни сложились на первых порах взаимоотношения Золотой Орды и султана Дома Османов, нужно отдавать себе отчет в том, что это взаимодействие не несло Европе ничего хорошего. Когда в 1475 году османы подчинили себе Крымское ханство, оно владело лишь собственно Крымом и причерноморскими степями. И то под рукой османов оно окрепло, став огромной проблемой доя всех окрестных государств и народов. В случае же победы Мамая в 1380 году взаимодействие Орды (со всем ее военным потенциалом) и Османского султаната началось бы гораздо раньше.
А что бы не гадать, «как бы оно было», просто посмотрим на историю столкновений европейских государств с тюркскими государствами во второй половине XIV века.
1371 год. Битва на реке Марице. Османы против сербских правителей. Полная победа осман.
1380 год. Битва на Куликовом поле. Орда Мамая против Руси. Полная победа русских.
1389 год. Битва на Косовом поле. Османы против соединенных сил сербских правителей. Полная победа осман.
1396 год. Битва при Никополе. Османы против крестоносного войска со всей Европы. Полная победа осман.
1399 год. Битва на реке Ворскле. Золотая Орда (хан Тимур-Кутлуг и Едигей) против объединенного войска (войско ВКЛ, татарские, польские, немецкие, молдавские отряды) под командованием Витовта. Полная победа Золотой Орды.
Интересная получается картина. Во всех крупнейших битвах этой эпохи между христианскими войсками и мусульманами-тюрками побеждают тюрки, кроме… Куликовской битвы. Вывод один: христианская Европа не могла противостоять тюркам и только Русь была достойным соперником, который был способен тюрок громить. Поэтому в 1395 г. Тимур и не рискнул связываться с русскими в прямом бою, ограничившись разорением Ельца.
По поводу «щита Европы»Так как же миф о «щите Европы» в лице Великого княжества Литовского, а потом и Речи Посполитой? Гондор против Мордора? Что касается ВКЛ, то это полная ерунда. ВКЛ находилось во взаимовыгодном союзе с Ордой. А попытка Витовта в 1399 г. организовать некое подобие крестового похода, закончилась полной катастрофой и разорением земель ВКЛ аж до Луцка. После чего никаких войн против Орды, где бы инициатором выступила Литва, не зафиксировано. Да, ордынцы совершали набеги на Литву, грабили подвластные ей земли, но Литва лишь оборонялась, причем не очень эффективно. С литовского пограничья, правда, предпринимались иногда рейды вглубь Поля (в сторону Аккермана и Очакова), но это было уже после крушения Золотой Орды и сами предприятия носили ограниченный характер, от которых было больше шума в литовских и польских источниках, нежели практической пользы.
Никакую Европу литовские великие князья не защищали – им и свои-то владения было не под силу защитить. К примеру, в 1482 году, уже после распада Золотой Орды, крымский хан Менли-Гирей взял и сжег Киев.
Когда же Речь Посполитая стала реально сражаться с настоящей агрессией Османской империи? Только в XVII веке. Причем война 1620-1621 годов (битва под Цецорой 1620 г., где польские войска были уничтожены и оборона Хотина 1621 г., где польско-казацкое войско отбилось) было спровоцировано вмешательством поляков в Молдавские дела. Еще интереснее с польско-турецкой войной 1633-1634 годов. Воспользовавшись тем, что основные силы Речи Посполитой были заняты в войне с русскими (Смоленская война 1632-1634 гг.) турки предприняли наступление из Молдавии, но оно велось ограниченными силами и поляки достаточно успешно отбили наступление. При этом войска Крымского ханства в это же самое время атаковали Россию, воспользовавшись отвлечением русских войск с наших южным рубежей на войну с поляками. Крымцы тогда прорвались даже в Московский уезд. Это стало одной из причин неудачного для русских исхода Смоленской войны (хотя мы побили поляков под крепостью Белой и к нам отошел по условиях мира город Серпейск). А вот в ходе русско-польской войны 1654-1667 гг. и в ходе «Потопа» (1655-1660 гг.) Крымское ханство сражалось на стороне Речи Посполитой. Так кто для кого был щитом?
Конечно, в 1648-1653 гг. Речи Посполитой пришлось вести (с перерывами) тяжелую войну с казацко-татарскими войсками. Но султан и хан были заинтересованы в этой войне, чтобы ослабить чрезмерно усилившуюся Речь Посполитую. Эта война давала Османской империи добычу и десятки тысяч рабов. Но когда в войну в 1654 г. вступила Россия, Османская империя немедленно изменила свою политику, о чем сказано выше. В 1666 г. на стороне правобережного гетмана Дорошенко, переметнувшегося на сторону турецкого султана, против поляков вновь выступили крымские татары. Эта война длилась с перерывами до 1671 г.
Наконец 1672 г. турки объявили Речи Посполитой войну. Вот тогда поляки, наконец, узнали, что такое османское нашествие. Именно событиям этой войны 1672-1676 гг. посвящен роман Г. Синкевича «Пан Володыевский». Первоначально поляки оказались в столь тяжелом положении, что пошли на подписание Бучачского мира, по которому Подолия отходила к Турции, южная Киевщина – к Дорошенко (вассалу султана), Речь Посполитая обязалась выплачивать дань в 22 тыс. злотых ежегодно (под видом контрибуции). Сейм это не признал, ожесточенная война продолжилась, пока в 1676 г. не был подписан Журавинский мир, по которому Подолия и Правобережная Украина все-таки поляками уступались, но не было условия про дань. Кроме того полякам возвращались 10 тыс. христиан, попавших в плен к туркам и крымцам. Но и этот мир сейм не признал, однако в 1677 г. началась русско-турецкая война (1677-1681 гг.), так что османам стало не до поляков. Вместо Журавинского мира в условиях русско-турецкой войны поляки подписали с турками в 1678 году Стамбульский договор. Впрочем, и его сейм не признал, так что в 1683 г. Ян Собесский отправился с польским войском и казацкими отрядами под Вену, где возглавил союзную армию, одержавшую знаменитую победу над турками. Это была последняя война поляков с турками (1683-1699 гг.) в составе Священной лиги. Поляки вернули себе Подолию и Правобережную Украину (кроме Киева). В дальнейшем Османская империя фактически выступала гарантом существования Речи Посполитой. Так русско-австро-турецкая война 1735-1739 гг. началась вследствие вмешательства России и Австрии в польские дела («война за польское наследство»). Русско-турецкая война 1768-1674 гг. против России была начата турками в поддержку Барской конфедерации (разумеется, турки преследовали собственные интересы и рассчитывали на отторжение Подолии). Именно в ход этой (победоносной для русских) войны состоялся первый раздел Польши. Когда Османская империя потерпела сокрушительное поражение в русско-австро-турецкой войне 1787-1791 гг. (внешне к польским делам отношения не имевшей), судьба Польши была решена: последовали разделы Польши 1793 и 1795 годов.
Вот такой «щит Европы». Как видим, никакого Гондора из ВКЛ и Речи Посполитой сочинить нельзя. Хотя Г.Сенкевич очень старался.
А в XVI веке Польско-Литовское государство (с 1569 г. – Речь Посполитая) – союзник Османской империи. А как же набеги крымских татар? А так. Польско-Литовское государство до появления достаточного количества казаков на землях Подолии, Киевщины и Левобережной Украины (которая вообще образовалась в XVII в.) не в состоянии было эффективно защищать свои земли от набегов крымцев. Это в России на каждый набег следовала реакция на государственном уровне: мобилизовались ресурсы, строились крепости, зачесные черты, границу ежегодно прикрывали крупные военные силы. Да, это требовало огромных усилий, отвлекало большие ресурсы, заставляло постоянно держать в боевой готовности десятки тысяч воинов. Но этого требовала военная обстановка и русские это делали.
А в Польско-Литовском государстве делом защиты занимались местные магнаты. Хватало сил – отбивали набег, не хватало – запирались в своих замках и лишь потом преследовали уходящего из набега степного разбойника. Государь мог собрать посполитое рушенье, но пока оно собиралось, противник чаще всего уже уходил в Степь. Какой уж тут «щит Европы».
При этом в войне 1512-1522 гг. с Россией ВКЛ неоднократно выделяло силы для совместных с крымцами походов против русских (самое смешное, что от набегов крымцев на земли ВКЛ это не спасало). И что особенно показательно, в 1576 г. королем Речи Посполитой был избран трансильванский князь Стефан Баторий – вассал османского султана. Он успешно воевал против Русского государства, а вот с турками поддерживал подчеркнуто дружественные отношения. А ведь XVI век – это век, когда османский натиск на Европу достиг наивысшего напряжения.
А кто же воевал в XVI в. с османами помимо собственно европейцев (при том, что некоторые европейцы, к примеру, Франция, были союзниками осман)? Русские воевали. Но об этом – в следующий раз.
Вернемся к XIV веку. На основании выше изложенного, напрашивается очевидный вывод: никаким «щитом Европы» ни в XIV веке, как и в XV веке Великое княжество Литовское не было. Что же касается Речи Посполитой, то она действительно сыграла серьезную роль в сдерживании натиска османской агрессии в 1672-1676 гг. и в 1683-1699 гг. Но в XVI в. она была, мягко говоря, в стороне от схватки с Османской империи в период ее наивысшего накала. А как же украинские казаки? Как же «великая казацкая держава»? «Великая казацкая держава» - это выдумка «свидомых» идиотов. Не было ее никогда в истории, и быть не могло. Что же касается борьбы днепровских казаков в борьбе с татарами и турками после 1572 г., то она было во многом следствием великой победы русских в битве при Молодях, после которой зашаталась вся система османского господства в Северном Причерноморье. Но и об этом разговор пойдет в другой раз.
А Русь уже в 1380 году сыграла выдающуюся роль в судьбе Европы, разгромив Орду в битве на Куликовом поле. В этой битве русские князья и бояре, простые дружинники и горожане-ополченцы бились на Куликовом поле не только за Москву и Ростов, Звенигород и Углич – они за Русь бились! ЗА ВСЮ РУСЬ! Чтобы у нее было будущее. И они победили. Но всемирно-историческое значение Куликовской победы еще и в том, что войны Дмитрия Донского сражались за всю Европу в момент натиска на нее Востока.
Вот об этом советую помнить тем одесситам, что выходят на Куликово поле в своем родном городе. И тем «свидомым», что ненавидят этих одесситов, ненавидят Куликово поле. Ибо не будь победы русских 1380 года на Куликовом поле – не было бы ни Одессы, ни Галиции. И никаких «свидомых» тоже не было бы. По-турецки бы сейчас «размовляли».
В Германии все большую силу набирает движение, осуждающее поддержку Киева. В немалой степени этому способствуют бывшие советские граждане, перебравшиеся в Германию в годы тектонических перемен, а также потомки немецких антифашистов. Сейчас даже обсуждается возможность формирования добровольческого батальона имени Эрнста Тельмана для отправки в помощь воюющему юго-востоку. Корреспондент «Культуры» встретился с активистами протеста.
— На гражданке при моей квалификации, чтобы прокормить семью, выход был один — подаваться в бандиты, — констатирует Дитцель. — Но нарушать закон не в моих правилах. Поэтому решились на другой путь. Уехали на историческую Родину — сам я из поволжских немцев, их потом в Кемерово переселили — ну, ты знаешь... 
О том шествии мало писали в СМИ. А зря — было интересно. Как и на шествии в честь Дня Победы. По берлинским улицам до Трептов-парка прошли наши ветераны в советской форме и с полными иконостасами наград на груди. Полицейские, ссылаясь на какое-то местное постановление о запрете шествий в военной форме чужого государства, пытались остановить процессию. Десантники ввязываться в бой не стали, а проявили себя дипломатами: дозвонились до посольства России и уладили инцидент. Как заслуженная награда за маленькую викторию: на протяжении всего шествия к памятнику Воину-освободителю интернациональную колонну ветеранов нескольких поколений сопровождали аплодисменты и слова искренней благодарности со стороны прохожих, пришедших в этот день поклониться памяти павших.
— Ссориться с Россией никто не хочет, — констатирует Мармилов. — Тем более, многие уже понимают, что кашу США заварили, а расхлебывать — всей Европе. 
