Ляпы

Еще о рок-н-ролле. Каноническая сцена, где Марти МакФлай «изобретает» рок-н-ролл в 1955 году грешит мелким профессиональным ляпом. Гитара Gibson ES-345, хоть и визуально ассоциируется с Чаком Берри, но была создана лишь в 1958.

Всякий раз, когда в кадр попадают шахматы, они удивляют бывалого зрителя-шахматиста. В кино правая нижняя клетка доски почему-то черная, в то время как у всех нормальных шахмат та клетка белая. После этого начинаешь сомневаться — был ли герой фильма на самом деле интеллектуалом, если он расставляет фигуры не поперек, а вдоль доски!

По концентрации бреда «Перл Харбор» Майкла Бэя — один из мировых рекордсменов. Например, имеется в картине сахарная романтичная сцена, когда военный летчик катает подругу-медсестру на самолете. Они летают, сюсюкаются, мурлыкают что милое, ласкающее слух. В реальной жизни им пришлось бы орать друг дружке в ухо через рупор, так как Кёртисс P-40 издает адовый гвалт, как и положено винтовому истребителю. Также во время полета у парочки сохраняется идеальная укладка волос — несмотря на все выкрутасы самолета с переворотами.

В сцене нападения акулы на испуганного Броуди она умудряется каким-то образом отплывать назад. Хотя акулы в принципе не имеют опции «задний ход» в стандартной комплектации.

То, что вытворяет акула — семечки по сравнению с приключениями гигантской анаконды, которая весь фильм зловеще кричит и рычит. Странно, что по сценарию анаконда не заговорила человеческим голосом. Кстати, настоящей анаконде совсем не интересно запоем пожирать толпу туристов. Такие рептилии обычно жрут кого-то большого и вкусного, а потом спокойно переваривают несколько дней.

Когда эксперт с телевидения анализирует ситуацию с заложниками, он начинает говорить о «Хельсинском синдроме» (имея ввиду, конечно, стокгольмский синдром).

Германские танки «Тигр» сыграны в фильме советскими танками Т-34. Это можно заметить, если приглядеться к их гриму. Впрочем, для военного кино это в порядке вещей.
Другой ляп безграмотен по сути, но невероятно распространен. Немецкий снайпер (мы смотрим сцену его глазами) замечает солдата, который в него стреляет. Видит вспышку, слышит звук выстрела, и тотчас получает пулю в глаз. Каждый, кто учился в школе, знает, что пуля летит со сверхзвуковой скоростью, потому человек, погибающий от выстрела, не может его перед этим услышать.

Типовая ошибка доброй половины исторических батальных фильмов — чтобы лучники начали стрелять, командиром дается команда «Огонь!» («Fire!»). Но ты сам-то подумай, какой нахрен «Огонь»? Эту команду изобрели уже в эпоху огнестрела. Вместо этого командовали «Отпускай!» или что-то в этом духе.

Физически подкованные киноманы произвели довольно забавные вычисления, которые лично мне бы не пришли в голову. Итак, на последних минутах ленты терминатор T1000 падает в расплавленную сталь и начинает тонуть. Он не распластался на поверхности — это автоматически означает, что его плотность выше плотности плавленной стали. А плотность расплавленной стали где-то в десять раз выше плотности человеческого тела. Несложно подсчитать, что T1000 должен весить не меньше 700 килограмм. И потому он просто неспособен кататься на мотоцикле, прыгать по автомобилям (не сплющив их), управлять вертолетом и так далее по всему сюжету.

Каждые 90 минут Сандра Буллок сталкивалась с циркулировавшими по орбите обломками спутников. То есть весь этот космический мусор перемещался намного быстрее космических станций. Но чтобы объекты витали вокруг планеты с разной скоростью, они должны находиться на орбитах разной высоты, то есть встретиться они не могут. Это закон. Можно, наверное, начать вычислять хитрые варианты с геостационарными станциями, но в фильме они явно не геостационарны. Вариант со встречным движением тоже не работает — умные люди подсчитали, что тогда период между столкновениями составлял бы 45 минут.

Знатоки восточноевропейской истории уверяют, что на территории Чехословакии в 1940 году не могло быть электрических железных дорог. А тем не менее электрокабели видны отчетливо в сцене прибытия поезда.
А знатоки восточноевропейской географии уверяют, будто между Освенцимом и Краковом никогда не было гор. Однако в фильме показан поезд, что преодолевает эти жалкие 50 километров по горному ландшафту.