Щорс2

Сильнов

Наступление под Ржевом началось в точно переданный Демьяновым по рации день. Но это был всего лишь отвлекающий маневр. В те дни под Сталинградом готовилось решающее наступление наших войск, в результате которого будет разгромлена 300-тысячная группировка противника и взят в плен его командующий фельдмаршал Паулюс. В этой великой Победе есть заслуга и Демьянова, радиограммы которого помогли ввести в заблуждение противника. Сосредоточенные под Ржевом немецкие войска невозможно было в короткие сроки перебросить к Сталинграду.

«Неужели немецкая разведка не пыталась проверить Демьянова?» — все допытывалась я у Щорса. «Постоянно пытались проверять. Приходили курьеры, послав предварительно радиограмму, появлялись и без всякого предупреждения. Останавливали его на улице: «Разрешите закурить?». И называли пароль. Всего мы задержали 50 курьеров, знавших адреса Демьянова и профессора Березанцева. Нескольких отправили обратно за линию фронта, чтобы они могли подтвердить – монархическая организация в Москве действует и готова встретить немцев. Мы тщательно охраняли Демьянова. Скажем, стоит романтическая парочка около дерева, рядом с его подъездом. А на самом деле – это наши сотрудники. И так до самых его дверей. Встречались мы с ним обычно в такси. В машине давали ему новые задания и забирали от него немецкие сообщения.

Однажды, чтобы поддержать авторитет Демьянова в глазах немецкого командования, устроили даже пожар на оборонном заводе на Урале.
Подожгли старый пустой склад, который собирались сносить. Дыма и шума в газетах было много: «Вражеская диверсия»» и прочее.

«А как же монархисты, обитавшие в Новодевичьем монастыре?», — спрашивала я Щорса. «Их тоже охраняли и не пустили бы к ним немецких диверсантов, — говорил Игорь Александрович. – Да и что они могли рассказать? Что ждут немцев и воцарения на престол нового царя? Об этом Демьянов сообщил в Абвер. К тому же эти монархисты были пожилые и немощные люди. Борис Садовский, например, не мог даже самостоятельно передвигаться. Его возили в инвалидной коляске. И немцы, если проникали за ворота Новодевичьего монастыря, могли в этом убедиться».

Операция «Монастырь» продолжалась до самого конца войны. В 1944 году она приобрела новую форму.
Как написал П.А. Судоплатов в своих воспоминаниях, в апреле 1944 года его вместе с заместителем Эйтингоном вызвали на совещание к И.В. Сталину. Здесь присутствовал также генерал Штеменко, он зачитал приказ, в котором предписывалось сотрудникам госбезопасности устроить в Белоруссии ложный «немецкий лагерь». Создать впечатление, что окруженная немецкая часть пробивается на запад и просит снабжать ее оружием, боеприпасами и обмундированием. Задача была поставлена в общих чертах. Предстояла ее тщательная разработка.

И снова важная роль отводилась Демьянову. Он сообщил в немецкий разведцентр, что его направляют в командировку в Белоруссию. Там, в Минской области, во время допроса военнопленного, он, якобы, узнал, что крупная немецкая группировка, попав в окружение, пытается пробиться на запад. Среди них много раненых, которых везут на подводах. Немецкие солдаты просят доставить им на самолетах продукты, медикаменты, оружие, советское обмундирование и деньги.

«Надо было найти командира этой легендированной немецкой части, — говорил И.А. Щорс. – С этой целью меня отправили в Красногорск, где находился лагерь немецких военнопленных офицеров. Я перебирал картотеку. Свой выбор остановил на подполковнике Шерхорне, который нес службу в тыловых войсках. Было еще одно обстоятельство, повлиявшее на мой выбор. Шерхорн, как и я, владел французским языком. Мне проще было с ним разговаривать. Шерхорну было 50 лет. Он говорил, что устал от войны, хотел бы вернуться к жене и детям. Моя ошибка в выборе немецкого офицера могла стоить мне головы. Но я решил представить Шерхорна П.А. Судоплатову. В то суровое время у нас были скромные возможности. Скажем, мне не могли прислать машину. Как добраться до Москвы? Я принял рискованное решение. Привел Шерхорна в вагон обычной электрички. Представьте себе возмущение пассажиров, которые рядом с советским офицером увидели немецкого подполковника. От нас все испуганно шарахались.

П.А. Судоплатов обстоятельно допросил Шерхорна и утвердил его кандидатуру. В общих чертах посвятили его в наш план.

…В августе 1944 года около села Глухое Минской области стали происходить странные события. На бывшей партизанской базе ставили немецкие палатки. Появились солдаты и офицеры в немецкой форме. Собрали десятки наших воинов, владевших немецким языком. Так начиналась операция под кодовым названием «Березино». В те дни в результате успешной операции «Багратион» были освобождены многие города и села Белоруссии.

В лесах бродили тысячи попавших в окружение немецких солдат. Немецкое командование потеряло с ними связь.
Советский радист, находившийся рядом с Шерхорном, передал немецкому командованию координаты «лагеря Шерхорна». Вскоре над этим районом появился немецкий самолет. В небе раскрылись три купола. Не успели немцы скатать свои парашюты, как их окликнули по-немецки и привели в «штабную палатку», где находился Шерхорн. Он сидел над картой, испещренной пометками.

Прибывшим парашютистам предложили пообедать в «палатке-столовой». Здесь их и арестовали. На войне в подобной обстановке выбор один: жизнь или смерть. Старший прибывшей группы оказался радистом. Он дал согласие передать шифровки под диктовку Шерхорна. Вскоре в немецкий разведцентр ушла его радиограмма: «Лагерь Шерхорна найден». Далее следовал солидный список – в чем нуждаются обитатели этого лагеря.

Зачем была задумана вся эта операция? Сценарий ее был сложный и многоплановый. Прежде всего, Судоплатов и его заместители хотели ввести в заблуждение немецких офицеров, руководивших войсками в тех районах, где находилась «группировка Шерхорна», которая, якобы, постоянно росла. В нее вливались новые «окруженцы».

Шерхорн передал радиограмму, что его группа будет пробиваться с боями к своим. Указал деревню, где намечен прорыв. Просил обеспечить встречу – усилить этот участок, ждать его сигнальные ракеты. Немецкие офицеры сообщили, что ждут сигнала Шерхорна. Но он отправил новую радиограмму – «Место прорыва выбрано неудачно. Здесь обнаружены мощные укрепления русских. Чтобы не понести большие потери группа уходит на север». И так несколько раз Шерхорн менял места, где, якобы, намечался прорыв его «группировки» через линию фронта. Противник тратил средства, перемещая свои войска, чтобы спасти Шерхорна. Вскоре Шерхорн сообщил, что разделил свою группировку на девять частей, чтобы было легче пробираться по советским тылам. В каждой группе была своя рация. Множество радиограмм, посланных из разных районов Белоруссии, вносили сумятицу в действия немецких штабов, получивших приказ – спасти группу Шерхорна, которая пробивается с боями, взрывает мосты, устраивает диверсии. Эти радиограммы сочинял офицер госбезопасности М.Б. Маклярский, ставший после войны известным литератором. Он напишет сценарии кинофильмов «Подвиг разведчика», «Секретная миссия» и других.

Конечно, немецкий разведцентр в Белоруссии пытался проверить Демьянова и Шерхорна. Они получили радиограмму с требованием назвать фамилии офицеров, находящихся в лагере Шерхорна. Щорс поехал в Красногорский лагерь немецких военнопленных, переписал 300 фамилий, номера частей, в которых они служили. Эту солидную радиограмму передали в немецкий разведцентр.

Спектакль, придуманный советской разведкой, успешно продолжался. Шерхорн в радиограммах просил доставить им самолетами оружие, продукты, медикаменты.
По его просьбе на парашютах сбросили сотни комплектов советской военной формы, а также два миллиона рублей советских денег, причем не фальшивые, а подлинные купюры. Все контейнеры тщательно подбирали бойцы бригады особого назначения. Между тем, Шерхорн сообщал, что контейнеры не найдены, попали в болото, разбились при падении и просил снова помочь его группировке, поскольку солдаты находятся в бедственном положении.

«Пусть немецкие заводы поработают на Красную армию», — усмехался П.А. Судоплатов. «Помню, как целые тюки ваты и бинтов, а также медикаменты сброшенные немцами с самолетов, наши офицеры отправляли в госпитали и медсанбаты», — говорил Щорс.

После войны вышла книга Отто Скорцени, диверсанта № 1, как его называли в Германии. Он стал известен тем, что, разоружив охрану, вывез из заточения главаря итальянских фашистов Бенито Муссолини и доставил его в Берлин. Именно Отто Скорцени получил приказ: «Спасти группировку Шерхорна, помочь ей соединиться со своими войсками. Отто Скорцени написал в своей книге: «Великолепная новость: отряд Шерхорна существует, и его удалось обнаружить!» В книге Отто Скорцени написал и о том, какие масштабы приняло снабжение отряда Шерхорна: «200-я эскадрилья высылала по несколько самолетов для снабжения затерянного в лесу лагеря. Теперь нам предстояло удовлетворить наиболее насущные нужды отряда Шерхорна, более трех месяцев находившихся в полной изоляции и лишенных буквально всего». «Воздушный мост», который использовали для снабжения Красной армии, действовал с немецкой точностью.

Фантазия советских разведчиков, руководителей операции «Березино» была неистощимой. День за днем они обыгрывали противника.
С помощью радиограмм они лепили образ отважного героя. Это был, конечно же, Шерхорн. Пришла радиограмма: его повысили в звании. Он стал полковником.

За успешную радиоигру Демьянов был награжден орденом Красной Звезды. Почти одновременно из немецкого разведцентра пришло сообщение, что Демьянов-Макс, как его называли немцы, награжден германским Железным крестом.

Однажды, еще в 1943 году Черчилль предупредил Сталина: английской разведке стало известно, что в Генеральном штабе Красной армии существует «крот», который работает в пользу противника. Сталин же сам одобрил операции «Монастырь» и «Березино» и знал о них во всех подробностях.

После войны А.П. Демьянов работал в одном из НИИ по своей специальности. При его жизни не было напечатано ни строчки о его участии в легендарных операциях. Он скончался в 1975 году от сердечного приступа, катаясь на лодке.
Блокаду вокруг этой темы прервал П.А. Судоплатов. Несмотря на послевоенный арест, несправедливое осуждение и годы, проведенные в заключении, незадолго до своей смерти, он совершил свой последний подвиг: написал книгу «Разведка и Кремль», в которой рассказал о Демьянове и многих других неизвестных героях.

Подполковник И.А. Щорс так сказал о Демьянове: «Во время проведения операций не раз приходилось убеждаться в особенных способностях А.П. Демьянова. К опасности он относился по-солдатски. На войне, как на войне. У него была необычайная память, собранность, мгновенная реакция. Это был сильный, красивый, обаятельный человек».