хочу сюда!
 

Оксана

37 лет, дева, познакомится с парнем в возрасте 40-50 лет

Заметки с меткой «фб неправильные люди»

То е так.

Однажды я спросил у одного очень дорогого мне человека:
— Почему наши близкие в старости становятся такими невыносимыми? Ведь именно они умеют делать нам больнее всего, они знают все наши болевые точки и бьют по ним прицельно. Иногда с особой точностью и ещё наблюдают с удовольствием, как нас корёжит.
И вот этот мудрый человек мне сказал:
— Знаешь, 2 раза в жизни человека наступает переходный возраст и человек становится невыносим для близких. Видимо для того, чтобы облегчить расставание и уход.
В юности подростки становятся невыносимы перед тем, как уйти и начать самостоятельную жизнь. Они так доводят своих родителей, что те уже рады тому, что они уйдут и начнут жить отдельно. Все тонкие связи рвутся и с ребёнком уже не больно расставаться. Нежность истончается.
То же самое происходит и в старости. Так природа готовит нас к последнему прощанию. Чем невыносимей родной человек в последние годы жизни, тем легче прощание, потому что тоже рвутся все тонкие связи ещё при жизни, остаётся только долг, а нежность истончается.
Хуже тем, кто и в первом, и во втором случае сохраняет нежность отношений.
Иногда эта нежность ломает жизни.
Юлия Ауг
Благодарим Владимир Федорович

***

К нам пришёл один дядя со свёртком из махрового полотенца
и попросил полечить животину.
Под слоями ткани мирно покоилась перевёрнутая советская
сковородка.
А под ней ничего.
Я перевязал ручку от сковороды камуфляжным ветеринарным бинтом, назначил строгую диету и покой.
За все это я взял с него тысячу сто рублей.
Дядя остался доволен, и лицо его светилось счастьем.
Главное, что его домашний питомец будет жить.
Его единственный друг и товарищ был в полной безопасности.
Вы спросите:
- Что за бред ты пишешь, Малышев?!
А я отвечу:
- И не бред это вовсе, а чистая правда.
Этот дядя два раза в год к нам ходит.
И с одной и той же жалобой.
И уже не менее 9 лет.
И понятное дело, что он безнадёжно психически болен, но все-же...
Но как бы то не было, я ни разу не посмеялся над ним, и не отказал.
И клинический осмотр я провожу также дотошно и пристально.
А на остальное мне до звезды.
И эти тысяча сто рублей мне фиолетово.
Я и брать их никогда не хотел, он сам настоял.
Это правила честной игры, и не более того...
С меня работа, с него оплата.
В этот момент он счастлив.
Могу ли я изменить ситуацию?
Ответ - нет.
Могу ли я сделать его чуточку счастливее?
Ответ - да.
Мне не важно кто он, что с ним, и другие поверхностные темы.
Решение всей проблемы - камуфляжный бинт и солидарность в его горе, о котором он даже и сам не ведает.

И.Малышев