Если ты рыба, то отличаешься определенной лупатостью, глаза прут из орбит как бы ты ни старался это скрыть, даже если их прикрыть, то из-под полуопущенных век выглядывают зрачки на выкат… И можно сотни умно-бесполезных слов сказать про засилье чего-то там, зомбирование, давление системы, о стереотипах, зашорености, занавесочках лжи, но глаза будут как прежде кричать о том, что они не равнина, и выпирать как идол на острове Пасхи, словно перст, которые назидательно указывает на необоснованность нашего неверия в способность пасхальцев (или как там жителей острова Пасхи называют) поставить такую дуру.
В таких случаях нам всем хочется верить, что такое выдающееся, в прямом смысле слова, счастье (а равно несчастье) дано зачем-то ну или, в крайнем случае, мы пытаемся найти ему какое-то преисполненное значимости применение. Забавно, что в голову как правило не приходит, что здесь совсем другая связь, т.е. ты родился лупатым не для чего-то, а потому что, потому что твои генные инженеры, в смысле, родители, тоже были лупатыми, а они, в свою очередь, получили соответствующее лупатостное звено генов от своих родителей и так до какого-то момента, когда толща воды сдавила плоскоглазое существо до такой степени, что глаза у него вылезли из орбит. Впрочем, в такую банальщину не очень-то хочется верить, а если сильно захотеть, до доказать и обосновать можно абсолютно все, даже в большей степени если то, что доказываешь, совершенно неверно. Свою лупатость ПР (Просто Рыб: а какого еще имени может удостоиться лупатая рыба!?) возвел в смысл жизни: он выглядывал из-за углов, если таковые находились в водоеме, очень сожалея, что углов маловато, высовывался одним глазом над поверхностью воды, продолжая дышать разреженным в воде кислородом во все жабры, полагая это высоким достижением. Он считал себя состоявшимся, реализованным рыбом, ведь его жизнь была преисполнена лупатоглазым смыслом, его лупатость была не просто так, а для чего-то и еще раз: д_л_я ч_е_г_о_-_т_о.
А для чего, собственно? Не для того ли, чтоб на рыбном базаре по этим лупатым зенкам ценитель рыбы попытался определить его свежесть, а? И все на этом функция глаз завершится? Ведь после этого любитель рыбы еще поцокает языком, ковырнет пальцем чешую, а на кухне решительно отсечет голову по самые жабры вместе с прояснившимися после смерти (с уходом всех слайдов, розовых очов, наглазиков и т.п.) очами, и аккуратно, чтоб не капнуть жидкостью, некогда транспортировавшей кислород, положит в пакетик для кормящихся его милостью котов. И вот ведь интересно: смысл лупатости рыба, как и весь смысл его жизни реализовался, когда он стал пищей, когда он уже умер, смерть наполнила ценностью его жизнь, посвященную, как оказалось, тому, чтобы разжиреть, выглядывая не без помощи лупатых глаз свой корм и самому стать едой. Что же выходит, он жил, чтоб умереть во славу? Жил, чтоб достойно, не впустую умереть – как-то это приторно звучит и веет здесь явно сладковатым душком разложения, а ведь факт… И что интересно, задумывайся он хоть сотни лет над смыслом своего существования, он бы никогда его не понял, но темнее менее реализовал бы…
Обидно немного, но так бывает довольно часто: мы либо не видим смысла чего-либо от смысла есть сыпучую гречку вилкой, а не ложкой до смысла участвовать в передаче своих генов, либо видим совсем не тот смысл, но тем не менее, так или сяк, а все же реализуем его…