Тишина дает мне слышать сердца стуки.
Оно плохо стучит и умирает от скуки.
Далекий шум городских ночных сирен
Загоняют в угол, в оковы грусти, в плен

Мысли о веселом, тоска безжалостно сожрала
А сигарета кончилась, и пальцы обжигала
Свежий ветер вроде настроение поднял
Но внезапный дождь, его тут же прогнал

Спустя много минут, мне на дождь наплевать
К несчастью радости, тоску дождем не прогнать
И вроде хочу оставить этот злой душевный недуг
Но во мне появился жалостливый жалеющий друг

-Несчастный, тоскливый, бродячий, герой
-Промок до нитки, шагает в туфлях с водой
Я стал себя еще больше утешать и жалеть
И готов был себя за это тут же прибить

В тоже время, во мне проснулся здравомыслящий друг
Которому больше не в моготу терпеть мой псевдо недуг
- Сколько можно пускать слюни, и изрекать дурное нытье
- Дом под боком, а ты бродишь по лужам как горе дите

Наконец прозрев, внезапно трезвея от жалкой тоски, и грусти
Я в луже увидел отраженье болвана, олицетворение дурости

Небо пугает тучами
Деньги, увы, кончаются.
Надо бы верить в лучшее.
Только не получается.

Завтра - опять потеряно.
В сердце дыра бездонная -
Праздник, в упор расстрелянный,
Буднями монотонными.

В мыслях лишь междометия...
Видно, уж, степень крайняя...
Вот и пришло столетие
Счастья и процветания.