Неотвратимая моя,
неопалимая,
в дали ли,
или в небыли,
лица черты твои
неоспоримые -
твердыня
для моей любви.

Ни позавидовать,
ни позаимствовать -
когда твоих
касаюсь я плечей,
в моих руках
сокровища немыслимые,
и я богаче
всяких богачей.

Тут взгляда золото,
улыбок бриллианты,
хрусталь дыхания,
и кожи нежный шелк, -
я к кладу шел
как будто миллиарды
лет,
и точно знаю -
не напрасно шел.

Твоей рукою
создан, разукрашен,
наполнен мир,
как руслом водоем,
и я хочу лишь верить,
что он наш,
что в этом мире
нам вдвоем.

Не так ли я
ищу для встречи повод,
как ищет вдохновенья
рифмоплет?
Не так ли жажду я
прикосновений новых,
как жаждет влаги
высушенный плот?

К твоим ногам,
надежд моих царица,
персидскими коврами
расстелюсь.
Туда, где сердце
милое стучится,
я жадно двигаюсь
на жар, на пульс...

Спешу, несусь
по дням, по числам!
По циферблатам
чертовых часов.
Ведь только там
где ты - моя отчизна,
прочна, как храм,
и зыбка, как песок.

14.11.2010

Любви моей ты боялся зря, - не так я страшно люблю! Мне было довольно видеть тебя, встречать улыбку твою. И если ты уходил к другой или просто был неизвестно где, мне было довольно того, что твой плащ висел на гвозде. Когда же, наш мимолетный гость, ты умчался, новой судьбы ища, мне было довольно того, что гвоздь остался после плаща. Теченье дней, шелестенье лет, - Туман, ветер и дождь... А в доме событье - страшнее нет: Из стенки вырвали гвоздь! Туман, и ветер, и шум дождя... Теченье дней, шелестенье лет... Мне было довольно, что от гвоздя Остался маленький след. Когда же и след от гвоздя исчез Под кистью старого маляра, - Мне было довольно того, что след Гвоздя был виден вчера. Любви моей ты боялся зря, - Не так я страшно люблю! Мне было довольно видеть тебя, Встречать улыбку твою! И в теплом ветре ловить опять То скрипок плач, то литавров медь... А что я с этого буду иметь?..

Того тебе - не понять.

                                               Новелла Матвеевой"Девушка из харчевни"

Хочу быть рядом… Но не смею.

Как мне суметь тебе сказать?

Сказать, что жизнь свою хочу я

До капелюшечки отдать?

Отдать… Звучит красиво.

Но не всегда всё в мире так,

Ведь знаешь сам и я знакома…

Как не попасть бы нам впросак!

Всё, что хочу – тебя не упустить бы!

Весенняя осень … так дико, так странно… 

И воздух весенний, и солнце так рано 

Встаёт, согревая последний желтеющий лист,

А небо на плечи стремиться улечься… 

Чтоб только не дать мне тобою увлечься, 

Меня приглашает сегодняшний ливень на твист.

И я соглашусь, чтоб не тратить впустую

 Свой пыл на тебя; лучше с ним потанцую,

 И капельки твиста меня пропитают сполна.

Минуты на две о тебе я забуду… 

Закончится танец, начнётся простуда.

 И снова твой образ накроет меня как волна.

Весенняя осень подходит к финалу. 

Последнее яблочко ветром сорвало. 

Качели за домом качаются сами собой…

Весенняя осень прошла, но осталась 

Во мне навсегда. Я ведь с ней не прощалась, 

Так точно, как я не прощаюсь пока что с тобой…

Златая осень – привкус лета,

Взор манит лунная тропа…

Я с губ твоих медово-пряных,

Испил нектар любви тогда.

 

А помнишь нас на сеновале?

О, сколько было этих дней.

Колюче-нежных, терпко-страстных,

Тех дней, из юности моей.

 

А дни летели, словно в вихре,

Кружились, таяли во мгле…

И мы с тобой вдруг…изменились,

Мы старше осени вдвойне…

 

Ну, здравствуй, осень колдовская,

Вот мы и встретились опять.

Ты вся из грез-воспоминаний,

Ты отзвук позабытых фраз.       

 

Златая осень – отзвук лета,

Ты душу не тревожь мою.

Былое ты укрой туманом,

Я по листве в рассвет уйду…

 

Саундтреки осени порой меланхоличны

Сквозь вековые с проседью, 

смотрю во двор  привычно

Глотая дым из  горлышка,

тоскою сердце полнится

Я сыт тобой до донышка,

 когда же все закончится

Устал в который раз, опять,

 ловить воспоминания.

Обрывки фраз и в спять

кипит мое сознание

Все улеглось уже,

 но листья мне напомнили

Как отпустил тебя под Саундтреки осени

SimpsonGomer

Челюсти сводит -
ненависть, вроде бы,
или что-то
на то похожее,

честность сгорает -
на исходе, и
сам побитый,
от честности тоже.

Хвост -
оголенный нерв -
отмирает.
Ухо надорвано
вражьею лапою.

Псина не лаять
была бы рада, но
псы не рыдают,
псы только лают.

Глухо ступает
по камню намокшему,
серое небо
лакает из лужицы.

Псина побитая,
но хорошая,
может, поможет кому-то,
прислужится...

глупая шавка,
но, может, понравится...
кто-то погладит
маленькой ручкой,

но вера в людей
у шавки шатка, а
злоба засела
в шавке прочно.

Злоба проникла
в шавкино тельце
с кровью на шерсти,
сапог отпечатками.

Что-то сломалось
в крохотном сердце,
и в человеке
видит отчетливо

шавка врага.
Побитая, жалкая,
все же готова
вгрызться без жалости,

вера в людей
шавкина шаткая,
ярость сочится
пеной из пасти.

Челюсти сводит
ненависть жгучая,
жучка дрожит,
шерсть поднимается.

И не кусаться
рада бы жучка, но
псы не боятся,
псы кусаются.