-
-
-
Авторизуйтеся, щоб проголосувати.
1)Hейтральность вкусовых характеристик растения семейства крестоцветных по отношению к овощным культурам
2)Закономерности соотношения длины ороговевшего эпидермиса с количеством серого вещества в черепной коробке
3)Антитезисные свойства умственно-неполноценных субъектов в контексте выполнения государственных нормативных актов
4)Некоторые проблемы рытья канав и котлованов в условиях вечной мерзлоты в период весеннего половодья
1)Разновидность юридического акта, превалирующего над валютными средствами.
2)Оптимизация динамики работы тяглового средства передвижения,
связаная с устранением изначально диструктивной транспортной единицы
3)Бинарный характер высказываний индивидуума, утратившего социальную активность..
4)Закономерность возрастания личностной ценности субекта после получения травматического опыта.
Ах! Как бы хотелось научиться отстраняться. Отстраняться и смотреть на «свои» ситуации со стороны. Видеть их непредвзято. Судить о них взвешенно.
Хотелось бы стать для себя другом. Другом, что в состоянии сказать мудрые слова в самый нужный момент.
Хотелось бы перестать жить в сомнениях. Знать правильные ответы.
А еще хотелось бы снова научиться любить и ценить то, что жизнью дано.
Хотелось бы…
...и так..я нашла...что это забавно...
..вот и решила с вами поделиться...
интересно..а что вы думаете по этому поводу?..вот темы дисертаций...
Слабо выраженая актуальность применения клавишных инструментов в среде
лиц духовного -------- Нафига попу гармонь
Проблемы транспортировки жидкостей в сосудах
с переменной структурой плотности ----------- Носить воду в решете
Нестандартные методы лечения сколеоза,
путём отправления ритуальных услуг.. ..........Какие версии?
Проблемы повышения мелкодисперсионности оксида двухатомного водорода механическим путём.
Солипсизм домашней птицы по отношению к нежвачным млекопитающим отряда парнокопытных.
Антропоморфический подход к созданию брачной ячейки.

Сайт знакомств - чёрная дыра, оттуда возникают удивительные люди. Небрежно стучат в твою душу и ты, привыкший считать себя прожжённым циником-мозгоепом вдруг, неожиданно для самого себя, открываешь дверь. А люди (конечно, это не совсем люди, а всего лишь девушки) открывают тебе тебя. Такого тебя, который тебее тебя, о каком ты, может быть, и не думал, а может быть, давно забыл.
Новое знакомство – это всего лишь яростная и обречённая на заведомую неудачу попытка найти ту - которая ушла. Найти её в новых глазах, услышать её смех в чужих губах. Жадная жалкая попытка доказать себе самому, а главное ей (хоть заочно), что ты сейчас найдёшь лучше, ярче, умнее, красивее, епливее. Найдёшь точно такую, но неизмеримо лучшую, а та - которая ушла, увидит случайно, внезапно всё поймёт и удавится от жестокой тоски. Удавится, сделает харакири, поставит клизму и придёт проситься обратно, а ты пнёшь её нежно, сапогом в морду, всего пару раз и сразу простишь, как только трахнешь по самые гланды.
Калейдоскоп женских лиц - круговорот хронического раздражения. Это толстое. Это пучеглазое. А то - степное коротконогое. А вот дылда плечистая – переодетый трансвестит. Была в детстве злым боксёром, такая и отпистить может, если не дам. Всё не то, не то, не то-о!!! Ещё и зеркало испортилось - там такое чучело показывают, лучше не смотреть.
И вдруг звонит незнакомый номер и такой знакомый, давно - давно забытый голос, волнуясь, неловко кокетничая, отважно несёт какие-то милые глупости. И ты вспоминаешь эту девочку, которую ты оттолкнул, ведь у тебя была тогда та – которая ушла. Ты был циничен и самоуверен, а девочка была мала, влюблена, прелестна, умна и очень чувственна, но была девственницей. И ты, глубоко удивляя самого себя, не захотел сделать ЭТО мимоходом, торопливо и небрежно. Почему-то подумал, что ЭТО может быть очень важно для неё. Подумал и решил – пусть это будет кто-то другой, свободный, нежный, влюблённый или совсем уж конченный урод, который увидит в ней только наивную добычу для своего хищного члена.


Ты опять всё портишь. Ведёшь её в ужасный левый гэндель, напиваешься - свинья. Ноешь о том, как тебя бросила та – которой уже нет, как ты её любишь, какая она оху*нная и какая она су-у-ука конченая педераска. Пускаешь слюни, суёшь голые её фотки в телефоне. Выводишь девочку на улицу, трагично мочишься в ближайших кустах, тут же не застёгивая ширинку, сдираешь с ребёнка джинсы до колен, наклоняешь и за что-то наказываешь. Смотришь на рубашку заляпанную красным. Тебя охватывает дикая ярость, что она не предупредила о месячных и ты обляпался как идиот. Начинаешь орать на неё, а голос хрипнет, стынет комком в горле. До тебя тихонько начинает доходить, что может быть это не месячные. Ты начинаешь понимать, что жизнь твоя изменилась. Хочешь – не хочешь, а факт: ты её первый мужчина, а мужчины в ответе, за тех кого приручают. Девочка с лукавой хитринкой счастливо блестит глазами и нежно шепчет: «Ты особенный».
Тебе бы заплакать, от обиды, жизнь такая короткая, а ты потерял так много лет с ненужным тебе чужим, гадким, отвратительным человеком, той – которой уже нет. Но ты не плачешь, хочется кричать от переполняющей тебя радости и целовать, целовать, целовать эту девочку, которая гордо натягивает джинсы. Этот вечер она видит, как свою большую победу.




Сознание собственной слабости делает и без того гадкое настроение совсем скользким. Ах, как хотелось бы быть сейчас огромным наглым мужиком, с ногами-мачтами из корабельных сосен, руками-кувалдами, стальным характером и пыльной кирпичной головой. Но имеем то, что имеем – культурное чмо с большим словарным запасом и тягой к акварельному рисунку. Сейчас эта самодовольная гадина встанет из-за стола, фальшиво широко улыбнётся и стиснет мне руку так, что захочется кричать от боли. Этот бройлер вопьётся взглядом в мои глаза и будет ждать пока боль не выдавит слезу, пока я не сломаюсь, заскулю и попрошу отпустить. Ещё подержит меня на грани болевого шока и отпустит, довольный своим мужским превосходством более крупного брутального самца. Уронит себя в кресло, откинется самодовольно сильным телом сверхчеловека, помолчит и процедит: давай, рахит - жалуйся дядечке. Сцука, и я не рахит и он не дядя, но день испорчен.
Мелкие остроумные пакости и театральные эффекты – мой конёк. Не могу быть сильным, буду умным - перестану скрывать чувство юмора. Потанцуем? Пол шага в сторону, уворачиваюсь с выражением предельной вежливости и почтительно шепчу: «Познакомьтесь, Игорь Васильевич, это мой новый партнёр – Виктор». Грузный бройлер, предвкушая свежую кровь, плотоядно тянет руку: «Ну, давай знакомиться». Он заценил солидные габариты Виктора, а сломать, унизить, растоптать большого и сильного мужика, это удовольствие для него поболе чем гнобить меня - толстого карапуза, художника-гомеопата.
Эх ты - мачо бройлерное, вгляделся бы, прочёл бы на Витином лице несмываемую дегенеративную печать глухого садиста. Самоуверенный баран, сам вложил руку в железные тиски. Хруст, короткий вскрик, глухой удар – Игорь Василич соизволили упасть на колени, мычать, ронять слюну и шлёпать второй ручкой по Виктору. Тот радуется, как дитя, светится и начинает многозначительно расстёгивать ширинку. Сексуальное насилие над мужчинами - его давнее увлечение. На какой-то короткий миг, мне захотелось досмотреть шоу до логического конца. Придерживаю голову уважаемому Игорю Василичу, чьо он ей так мотает? Лошадью себя воображает? Первый раз что ли? Вспотел-то как, волосёнки мокрые - руками трогать противно, фу – гадкий мальчик, гадкий, сейчас мы тебя накажем.





Он сам не догадывался, что в нём живёт Художник. Это очень странно, обычно ты или Боец, или Художник. А он был Боец, рождённый побеждать и сражаться. На татами ему дали имя – Аббат. Есть такие парни особой породы, в которых ОЧЕНЬ много жизни и много СТАЛИ, которые не умеют отступать, сверяя каждый шаг, до миллиметра, с понятием Чести. Лишённый мечтательной праздности, бледных сомнений, робких иллюзий - он видел жизнь как пронзительную реальность. Он жадно пил жизнь без тени стыда, а мы смотрели на него с тревожным изумлением, хмелея, торопясь прислониться, прижаться, стать рядом.
Без тени сомнений, он шагнул в неведомый ему мир. Мир, где ветер щекочет ресницы, где утром просыпается солнце и робко улыбается тебе в глаза. В спальном мешке с тобой спит тёмное стекло вчерашнего портвейна и смешная девчонка с дымком костра. Очнувшись ото сна, ты долго думаешь о жизни, безнадёжно насилуя мозг, принимаешь мудрейшее из решений – решительным рывком, зубами дёргаешь пробку, щуришься, улыбаешься солнцу и не успеваешь допить до дна. Девчонка с негодованием ворчит и отбирает бутылку, оставляя теплоту души там, где мимолётно коснулась твоего тела её ладонь. Тут жизнь включается как лампа, только тогда, когда ты решишь протянуть руку, а мысли плывут лениво и только в направлении завтрака.
Узкая полоска рассвета. Тающий сумрак утреннего тумана. Рукой по росе. Глубоко – глубоко вдохнуть и поднажать на лопату. Не торопясь, с чувством, отбросить землю, проводить комок взглядом – красиво пошло, дождя не будет. Аббат копал с каким-то безумием в глазах, ошеломлённым мыслью, о том, что жизнь может быть такой каждый день. Его тренированное тело Бойца напоминало изящный экскаватор собранный из стальных пружин. К обеду, когда лопата ударила в кости скелета, сделка с самим собой уже была заключена.
Первая могила – как первая любовь. Влажная полоска белых зубов на перепачканном желтой глиной лице. Дом, друзья, бизнес, дети, беременная жена – всё осталось в прошлой жизни, о которой он не любил вспоминать. Обрезал резко, найдя себя, понимая это как значительный и необратимый жест. Пол ставки фотографа экспедиции, однокомнатная, забитая уникальной фотоаппаратурой. Снимки, снимки, снимки. Преклоните колени - это открылся Дар. Всё, на что он направлял объектив, становилось значительным и глубоким. Он дарил Откровение, дрожали руки, хотелось рвать волосы и молиться. Боец умер, явив миру нежнейший цветок, юношу с рассеянным сияющим взглядом.
Его страсть - снимки расчищенных скелетов. Оторвать взгляд труднее, чем вытащить из волос жвачку. Убитые в бою воины, принесённые в жертву дети, странные узоры выложенные из мешанины костей, загадочные обряды - всё это кричало (орало!) с его снимков, а может быть и оживало на них. Момент истины. Погребение кого-то из тех, кого археологи условно называют Шаманами. Вместе с покойным, захоронено больше 30 человек, тела изуродованы ритуальными пытками, очевидно закопаны живыми – интересный и редкий обряд. Несколько талисманов - странные предметы из стекла и металла, их не хочется брать в руки. Он работал больше недели, там и спал. Взял выходной, уехал печатать снимки, нетерпение сжигало его.
Его труп был найден в его квартире, закрытой изнутри. 9-й этаж. Окна разбиты. Тело расчленено. Крови почти не было. Следов посторонних не найдено. Дело не раскрыто. Следователь неофициально назвал это ритуальным убийством. Все снимки пропали бесследно.

Типичная расчленёнка с салатом.

Знаменитая жареная какашка Крикейроса, поданная по-мексикански с картошкой и беконом (соус отдельно + армянское вино из дикого горного шиповника)