Профиль

авось

авось

Украина, Киев

Рейтинг в разделе:

Свежие фотографии

Румяные оладья, миротворческий борщ + розовый танк на закате

  • 30.11.14, 20:23

30 ноября 2014 года

Киев

Статус: стой! опасная зона - работа мозга!

Настроение: вяжем варежки

За окном: -7°С, лавина тьмы 

 

УТРЕННИЙ ПЕРЕПОЛОХ В ДОМЕ ВЫХУХОЛЕВЫХ

 

Просидев ночь за просмотром «Das Boot», Фантобус на утро был как заведённый трактор – исполнен большого технического нетерпения, обильного количества лошадиных сил и ломовой страсти к созиданию. Непаханое поле возможностей застилало ему весь простор мысленного взора. Это было то, о чём он решился-таки поведать своей упоительной музе.

Ясочка только-только успела, по зимнему рецепту Пушкина, открыть сомкнутые негой взоры, навстречу северной Авроры...

Однако, Звездою севера явиться ей не удалось, не успела – Фантобус грубо не дал этому свершиться. Мелодично позвякивая чайной ложечкой в кружке, словно колокольчиком, он заглянул в утреннюю спальню и сообщил о своём мучительно обдуманном решении. Эффект был - на загляденье! Ясочка вывалилась из-под одеяла на пол, точно под воздействием ударной волны. Такого же КПД можно было достичь, если бы просто взять, да и окатить её ледяной водой из ведра. Вскочив на ноги, путаясь в ночнушке, она заломила театрально свои руки-веточки и трагически воззвала к небесам: «Я знала, что этим кончится!». Хорошо, что догадливый Фантобус загодя позаботился о завтраке, чем и сбил высокую температуру этого судьбоносного утра. А то не видать бы ему во век ни Ясочки, ни неба в колбасах.

Горемычно кушая румяные оладья с чёрным кофе, Ясочка призналась: «С самого начала, вот, не поверишь – сразу же! – как только ты сообщил, что виделся на банкете с Бедным Ёриком, я заподозрила, что это не к добру!»...

 

Иными словами, Фантобус вполне основательно всё продумал, и теперь, на рассвете этого знаменательного дня, родил своё нечеловеческое решение: пойти славным и трагическим путём Юрчилы, опасным, как военная тропа. Но только не вслед ему, не в повторение той яркой баллистической траектории из пункта «А» в пункт «Г», а как бы наоборот, исключительно встречным курсом, против вращения планиды и здравого смысла. Это должно привести не к падению в начало начал, а к вылету на уровень, где стратостаты в небе, где быль живёт и небыль. Где алмазы небесные с колбасами вперемешку можно потрогать рукой. Ясочка, восторгаясь, покрутила пальцем у виска. Она всегда отличалась душевной отзывчивостью и беспощадным углом зрения. Чуя, что он её теряет, Фантобус взялся с жаром объяснять ей – в чём заключается его пронзительная эврика.

Похоже, наступил тот редкий случай, когда возникшие разногласия не позволяют вести эту летопись от общего лица, опираясь на компромиссное, согласованное восприятие раздражающих импульсов. Поэтому, в интересах дела, каждая из вовлечённых сторон посчитала возможным выступить отдельно, изложить своё эгоистичное видение на текущий поворот сюжета.

 

Ария Фантобуса: 

Ясочка запричитала, и давай носиться по квартире, как раненая чайка! Метнулась к нашим книжным полкам (хотя, куда же она ещё могла метнуться?), и давай оттуда выдёргивать всячину! Библиотека у нас старо-древняя, тоталитарная - чисто советского образца. Ни одной современной, модной книги в доме у нас нет. «Маркетинг» Котлера и «Основы экономики» Шмалена – тоже не в счёт, ибо видели жизнь «до Путина». Так вот, идейные кирпичи двадцатого века, по мнению Ясочки, должны как-то остудить мне голову, или вправить мозги, что ближе к заданию. Суёт мне под нос книги и с придыхание комментирует: «Тебе напомнить – чем эти игры могут обернуться? Понимаю, что пример нашего Ёрика тебя не впечатляет! Ну, так вот тебе – Джек Лондон «Время-не-ждёт», а вот тебе «Финансист» Драйзера! Нет, ты не отворачивайся, ты перечитай, прежде чем прыгать на грабли Бедного Ёрика!». Понятна горячность Ясочки. Чисто женская, консервативная реакция. Риск и вероятность сопутствующего провала пугает её, и адреналин в крови ей ни к чему. Она предпочитает коньяк и шоколад. И хочет наесть большую задницу. Законное желание – кто ж спорит...

 

Ария Ясочки: 

Фантобус – существо капризное и упрямое. Не даром – овен по гороскопу. Упёрся молочным лбом в дубовую скамейку и воображает себя ракетоносителем частной инициативы. Я ему, как единственный на свете заинтересованный доброжелатель, говорю: ну, придумай, что-нибудь другое у тебя же опыта нет! Этому, в конце-то концов, учиться надо! А он бегает от меня из комнаты в кухню, а потом обратно. Вскрикивая на бегу: «Может, я – самородок! Может, я – Ломоносов фондового рынка!». А почему, спрашиваю, не Менделеев? Ведь, явно же, явно во сне что-то привиделось, прикошмарилось! Хотела его святой водичкой побрызгать... А он хнычет, как дитё в коротких штанишках, и в ответ на все мои аргументы и трезвые возражения – падает на спину, дрыгается ногами и голосит: «Купите мне лошадку белогривую!». Кто бы знал, что он у меня такой авантюрист? Как лёгкая шелуха слетели с него и рассудительность и склонность к анализу, интуитивная вдумчивость куда-то девалась. И вот, любуйтесь: открылось его истинное лицо – личина погромщика...

 *   *   *

Однако, сколь бы диаметрально противоположны взгляды сторон не были, кухня в квартире всё равно одна, и за обедом они всё равно примирительно встретились. Так сказать, оказались непринуждённо вынуждены сесть за стол переговоров. Борщ, как и океан, не только разделяет края тарелок и берега континентов, но и объединяет народы. Иначе говоря, борщ выступил как средство принуждения к миру. Принимая его во внутрь, человек непостижимо добреет, и медленно, для себя самого незаметно, начинает сползать в лояльность. Что в общем и было в очередной раз доказано по факту состоявшегося за обедом диалога. 

Ясочка: Ты вообще долго об этом думал?

Фантобус: Пару недель. Однако сейчас мне кажется, что я грезил об этом всю мою жизнь. Я чувствую редкостное вдохновение.

Ясочка: Это тебя Ёрик вдохновил? Бедный Ёрик, алкоголик!

Фантобус: Наоборот – у него аж слезу вышибло! Мы выпили крепко, и я озвучил свою идею. А он – в слёзы! Короче, он мне этого не советовал. Головой, как конь мотал, предосудительно.

Ясочка: Ну и? Даже этот насекомофил всё уже понял! А ты?!

Фантобус: А я – отдельная личность. У меня своя башка на плечах! И при этом, я очень способен к обучению, ты же знаешь. Я спросил у Юрчилы – дескать, подскажешь на первых порах, что и как? Мол, у тебя же золотой арсенал негативного опыта...

Ясочка: Ага! Обменял сто тысяч зелёных денег на бесценный опыт! Он просто самый великий волшебник!! Может, надо было наоборот?

Фантобус: ... А он мотает головой, как тыквой, наливает ещё, а потом говорит мне – дескать, вот ежели тебе удастся не то, что преуспеть, а хотя бы выжить в этом ремесле – я тебе, говорит, водружу памятник из шоколада, небольшой. Говорит, пойду по миру с шапкой, открою общественный фонд в поддержку инвалидов фондового рынка, и водружу!

Ясочка (всхлипывает, не то борщом, не то от чувств растроганных): Ты меня доконал! Я уже на всё согласна! Буду приходить на твою могилку с термосом горячего чая и откусывать по кусочку твой памятник... Оставлять на нём следы своих зубов...

Фантобус: А причём тут могилка? Не рано ли ты меня хоронишь, душа моя?

Ясочка: Рано... Поздно... Какая теперь разница? Наклон-то именно в ту сторону. Прикончит он тебя, рынок этот фондовый. Ты слишком честный и слишком уязвимый... Ты похож на еду...

 

Отобедав примирительным борщом, они глядели на дно обнажившихся своих тарелок, на этот предсказуемый тупик в конце очередного тоннеля, и молча пребывали где-то размышлениями. Потом Ясочка собрала посуду, повлекла её в мойку и задала уже совсем практический вопрос, с ноткой участия в голосе: «Ты хоть представляешь – с чего и как тебе придётся начинать? Что тебе надо хотя бы для начала?».

Фантобус был прям и упрям, точно зимний лом жэковского дворника: «Мне придётся оголить нашу заначку, наш золотовалютный резерв. Пятьсот зелёных бакарей. А также, семь тысяч кремлёвских рубликов. Так наберётся десятка гривен. Мой стартовый... Нет, - наш! – стартовый капитал»...

Ясочка (жалостно): Но это же всё, что у нас есть! У нас нет ничего другого на чёрный день!! А вдруг придётся текать??!

Фантобус ничего не ответил и молчал долго, уставившись на белый пейзаж за окном. Ясочка, прикончив мытьё посуды, подошла к нему, обняла и тоже помолчала, продолжительно. А потом сказала: «Ну, куда ты, туда и я. К свету ли, к жопе толстой ли, к невероятным приключениям ли». Фантобус вздохнул заунывно и шумно, как морское млекопитающее и глупо спросил: «А если меня ждёт крах? Что с нами будет?».

Ясочка (грустно, нежно, фатально): Тогда нам останется только война. Я сяду в розовый танк. Ты сядешь в жёлтую субмарину. И поедем мы с тобой всё вперёд и вперёд, куда-нибудь подальше...

--------------------------------------------------------------

 

Все эти игры на мандолине, вся эта художественная аппликация, представленная выше, служат одной лишь цели - как можно более плавно и гармонично, через водевиль, перейти к прочтению сухой повестки грядущего:

1. Фантобус решил одним махом сделать три вещи: покончить с депрессией, обуздать прострацию и поспорить с судьбой. Какое из этих дерзновений опаснее всего – увидим в реале.

2. На днях Фантобус начнёт свою частную торговлю на фондовой бирже Украины. Теоретически (да и практически – тоже) рынки других континентов сейчас тоже доступны. Однако с такими ничтожными суммами, как 500,00 USD там делать нечего.

3. Ясочка (разумеется, под редакцией Фантобуса) позаботится о том, чтобы репортажи с передовой ежедневно, по результатам каждого торгового дня, публиковались здесь, в журнале.

4. Как утверждает Юрчило, все апломбированные новички, вдохновлённые ротозеи и маниакальные оптимисты были передавлены биржей, будто тараканы, ещё в период 2011-2012 годов, а в 2013-2014 – доели даже сухие лапки от них. То есть, на сегодняшний момент на бирже остались только саблезубые акулы и беспринципные шакалы. Они сидят, каждый в своей нише и с чувством лютого голода ожидают, что высунется хоть кто-нибудь новенький, ни разу ещё не угрызённый. Если это так, то у вас, драгоценные наши читатели, появляется замечательная возможность стать свидетелями натуральной драмы. Фантобус бросает вызов Бирже – и что с ним будет? Если наш эпический Юрчило прав, то очень может быть, вы сможете присутствовать на кровавой казни, словно зрители древнеримского Колизея – будете ежедневно наблюдать, как беззащитных страдальцев, Ясочку и Фантобуса, станут рвать на части хищные зверюги, пока не доедят до кончика хвоста. Интрига тут одна – хватит ли у Фантобуса интеллекта и чутья, чтобы выжить и понять законы джунглей фондового рынка? Обойдётся ли милостиво с ним удача? Или он отправится известным уже путём Бедного Ёрика? 

5. На неделе Фантобус начнёт техническую подготовку, поедет на переговоры с брокерами. Если будут новости, леденящие кровь – сообщим дополнительно...

 

А пока утешим себя словами,

которые оставил в назидание человечеству

кардинал Гиббонс:

«Я прожил восемьдесят шесть лет.

Я видел, как люди - сотни людей - карабкались к вершинам успеха. И из всех элементов, которые необходимы для достижения успеха, самый главный - это вера».

 

Похоже, это единственное, что у нас ещё осталось :-)

Ваши ya & fa

Немцы и пустота

  • 25.11.14, 23:22

25 ноября 2014 года

Киев

Статус: кино и немцы

Настроение: под музыку Earth & Fire (1973)

За окном: -4°С, снега на все четыре стороны  

 

ТРИДЦАТЬ ЛЕТ ПОПКОРНА 

 

Дни сомнений, дни тягостных раздумий о судьбах домашнего бюджета и смысле жизни чаще всего не ведут ни к чему, кроме бессонницы. И хотя в эту пору года всё контрастно, границы между белым светом полдня и чернотою полярной ночи уловить не получается. Вечер вползает длиннющим вкрадчивым питоном, тихо опоясывает тебя кольцами хандры и не пускает на покой, держит до выяснения основных вопросов жизни, смерти и философии. И вот, совершенно не понимая, куда потерялось время и зачем тебе это нужно, ты сидишь на кухне, при настольной лампе, слушаешь в полголоса какое-нибудь медитативное FM, и душу нежно бередит чем-то, что не может принадлежать тебе одному. И хочется поделиться...

Таким, вот, именно образом нашему Фантобусу нынче не спится. Кризис среднего возраста – композитор бессонницы. А может, это снег виноват? Первый снег года трогает детские струны в душе. У первого снега особое коронное свойство – предчувствие сказочной свободы, несказанной отмены постылого плена реальности – следует за ним. Белый парус величиною с землю беззвучно развёрнут – время не ждёт, настала пора прощальных записок. По крайней мере, именно так чуется Фантобусу этой ночью. И прежде, чем отчалить на зов и пение сладостных сирен, гусиное перо выводит по бумаге нитью...

На этот раз душа Фантобуса полна синематографом. Благодаря причудливой игре случайностей, вчера и нынче ему довелось окунуться разным образом в стихии двух опусов (а может, эпосов), отнюдь не новых, однако ставших для него премьерами. Обе поразили его настолько, что теперь проводя очную ставку со своей бессонницей, ему прям чешется, его прям распирает на кинокритику.

Речь не пойдёт о сравнительном взвешивании на весах, о сопоставлении качеств и конкурентом пересчёте бриллиантовых граней. Ибо, как стыкуются чугунный шар и песочная пирамидка? Ибо, что общего у прямой на плоскости и у снежинки с её числом измерений, неподвластных геометрии? Ну, так поэтому – все в очередь! Сначала один (с жалостью и оскоминой, под музыку изжоги), затем второй (с благоговейным ужасом и античной патетикой от Klaus Doldinger). 

 

«Инопланетное вторжение: Битва за Лос-Анджелес» (2011)

 

Фантобус не искал этой встречи. Одно легкомысленное движение пальца по кнопке «вкл» на быдлоящике стандартного телевидения – и вот, кинище само полезло в глаза, затекло в уши, в ноздри, в душу, имитируя Великий Потоп захватывающей истории. А по сути будучи потоком едкого дыма. Ах, этот вечер, волшебный маг, одетый вечно в лиловый фрак! Самые козырное время до полуночи, полтора часа жизни, выброшенные козлу под хвост – такова цена неосторожного обращения с комнатным быдлоящиком на частотах канала ICTV. 

Нет, Фантобус не окунулся в стихию действа. Он попросту оступился в эту субстанцию, поскользнувшись. И спустя полчаса уже занялся тем, что старательно отряхивался от прилипшего. Причём, то оказалось не безе со взбитыми сливками, не ляпсусы кремовых войн. То были натурально птичье кляксы, которые, зараза, так трудно выводятся и так обидны!

Нет ничего бесславней, чем описывать сюжет и фабулу, так сказать, замес и драматургический нерв этого кино-бублика. Абсолютно все штампы эпических боевиков за последние 20 лет беспардонно торчат здесь наружу, точно селёдочные хвосты из авоськи. И нутряная политкорректность, и гражданская гордость с подбородком в небо, и постриженные под бобрик клумбы мультикультурализма – все ингредиенты, согласно ISO тут выдержаны с чистой, детской непосредственностью. Напоминает лекарственную дозу. Разве важно на фоне всего этого – о чём это кино? На высочайшем техническом уровне – ни о чём. О войне в мечтаниях слабоумных, туды её, американскую маму!

Фантобусу навязла на ум логическая цепочка:

1. Главное свойство Голливуда состоит в его способности к соблазнению. Очаровать, обмануть, взять за душу, увести – для чего же ещё нужно это сладкое яблоко всечеловеческой мечты?

2. Когда деревья были большими, как большими были и мечты народов о счастье, то есть, в эпоху Холодной войны и Железного занавеса, Голливуд был сфокусирован на чёткой задаче: обмануть умных, привыкших думать и формулировать. Поэтому фабрика грёз старалась от души, халтуры в массовом масштабе не допускала, чтобы не отпугнуть клиента. С задачей своей Голливуд феерически справился. Умники, поверив и соблазнившись, потянулись за миражами и увлекли за собой всех остальных, которые дрейфуют по жизни в струе главного течения, согласно указателю «куда и все». Полковник Каддафи за пару лет до своей гибели сказал: «Советский Союз был разгромлен с помощью американских видеомагнитофонов». Более ёмко на эту тему в мировой политике современности не выражался никто. Спасибо ему за лаконичность.

3. Выпуск фильмов, подобных жопа-шедевру «Инопланетное вторжение: Битва за Лос-Анджелес», за последнюю пятилетку из отдельных капель с протекающей крыши превратился в устойчивый сток на наши головы. Логично будет задаться недоуменным вопросам: в чём дело? Ведь если гипотеза ливийского полковника верна, то современному, нынешнему Голливуду даже новейшие поколения видео-машины Матрицы не помогут никого из умников увлечь и соблазнить. Подобное кино-хАвало, жевательная халтурщина, ставшая тенденцией, годится разве что для попкорновых наркоманов. Итак, непонятушки. Почему себе такое позволяют редактора телеканалов – это вообще не вопрос. Но фабрика мечты!? Откуда эта небрежность в рецептуре, эта отрыжка лени?

Пара догадок, взаимоисключающих версий просятся на ум, ассорти:

а) Голливуд идейно и творчески деградировал.

б) Миссия фабрики окончена! Умники, как фактор истории, как дрожжи человечества, уже ликвидированы. Тем их количеством, которое ещё осталось, можно пренебречь. Пропорции в человеческой популяции настолько сдвинулись в пользу толстолобиков, что нет более нужды извиваться змеёй, мимикрировать под тонкие оттенки лугов и разнотравий. Теперь остаётся лишь поддерживать этот эстетический и мировоззренческий потолочек на уровне пупка. Для этого годится уже откровенно топорная работа. Постепенно она станет ещё топорней. Вниз падать легко – и человечеству и Голливуду, и топорам.

Версия «а» в голове у Фантобуса не помещается. Ясочка проснётся по утру – проверим, на что годится её голова.

Тут и попкорну – конец! А кто слушал (читал) – молодец... 

 

 «Подводная Лодка» (1981)

 

Фантобус давно искал встречи с этим загадочным событием. «Das Boot» - шедевру имя в оригинале.

Невозможно поверить, что кино такого качества было снято 33 года тому назад! Просто невозможно. И даже не очень убеждает мысль – ведь сняли же в конце 60-х освоение Луны, лунную программу НАСА, апполоно-навтику! Ибо, то были американцы - им положено, у них традиции и неисчерпаемый опыт. А тут какие-то немцы, за две пятилетки до воссоединения, акробаты порно, рыцари в клоунских колпаках, пожизненно виновные во всём. Кто бы мог подумать? Ан нет - жива нация вояк, жива! Тлеет грозный огонь под коростой...

 

Что можно сказать, обобщая? Что это за кино?

Фантобус восхищён: античная вещь! По всем канонам – это настоящая античность.

О людях, похороненных в железном гробу, и спорящих с этим. И побеждающих всё самое неумолимое. И вернувшихся, хотя смерть не однажды держала их в зубах.

Впрочем, судьба, как и положено в классике, всё равно своё возьмёт – и героев, и их «арго»...

 

Музыка. Такому кино музыка, в общем-то, необязательна. Её просто не услышишь за какофонией стонущего металла, грома глубинных бомб и стенаний человеческих душ. Попытавшись доминировать и приукрашать, она просто помешала бы восприятию и сопереживанию, и восхищению, и ужасу.

Музыка не лезет в сюжет, она следует где-то на периферии всего действа, как прощальный след за кормой, как бурун за винтами. И это правильно. В таком сюжете музыка – не хозяйка. Здесь царство железных звуков ада и воплей живых мертвецов. Может, оттого тема Klaus Doldinger, странствующая следом за «Das Boot», звучит возвышенно, от сердца, как возвышены души храбрых на пиру смерти, как гимн легенде, пережившей героев и уже не принадлежащей никому.

Вспомните оформление к/ф «Дети капитана Гранта» (увертюра Дунаевского)! Здесь мы слышим будто зеркальное отражение той славной нетленки. Если в «Детях» она мятежно-жизнеутверждающая, как бы вторя романтическому ветру приключений, то в «Das Boot» она жизневопрошающая перед лицом фатума: «...что сбудется в жизни со мною...?». Хотя звучит уже вдогонку, и всё уже сбылось.

 

Мало куда годится кино-полотно, если в нём нет ключевой, главной фразы, ради которой гнётся сюжет и лютуют объятья драмы, которая искупает всё. Здесь она есть. Слова командира, и это самое настоящее завещание! Оно звучит в минуту, когда отчаяние и безумная, невозможная надежда балансируют на остром лезвии фатума, и кажется – ВСЁ! – и смерть уже раздала всем по номерку и стала над душой, чтобы отнять у сердца последний привет. Но что-то даёт силы оспаривать собственную, уже состоявшуюся гибель. В таких обстоятельствах человеку  предстаёт чистая истина. Именно в такую минуту, глядя в пасть бездны, командир открывает себе и всем нам то, что стОит прожитой жизни: «Главное – это люди. Главное – это хорошие люди!». 

 

Всем хорошим людям

– доброго покоя и тёплых снов!

Помните: вы – это главное...

 

Ваши ya & fa

Путь реваншиста

  • 23.11.14, 00:28

22 ноября 2014 года

Киев

Статус: он сказал - поехали!

Настроение: wonderful world

За окном: -3°С, чёрный фрак ночи

 

 

МУЖСКОЕ ЧТЕНИЕ НА СОН ГРЯДУЩИЙ

 

Вот вам история о том, как человек может проделать путь от насекомого до кандидата насекомых наук.

 

Юрчило возникает в нашем поле зрения с середины 90-х. Работал в банке, том самом, где пустил корни и наш Фантобус. Не смотря на то, что отделы у них были разные (у Юрчилы отдел ценных бумаг), они поддерживали дружественное приятельство. Сошлись, так сказать, на общей теории относительно болтов (см. творчество группы «Крематорий»). Так что, Фантобус с тех пор имел возможность наблюдать за дальнейшими зигзагами Юрчиловой планиды.

А планида у этого персонажа оказалась заряженная, зрячая, и настойчиво тащила его куда надо, по своему плану. Когда случилась попытка рейдерского перехвата управления в банке, возникло разумное подозрение, что ноги у измены растут из отдела ценных бумаг. Ежу понятно, что Юрчило там оказался не при делах – не в его полномочиях было открыть врагу ворота, да и человечек он не из тех, не сука. Тем не менее, всему отделу по итогам внутреннего расследования в доверии отказали. Поэтому, не дожидаясь вежливого пенделя от дорогого сандаля, наш герой уволился прочь.

Ветер странствий трепал ему кудри недолго. К разгару массовой приватизации на Украине он уже встроил своё «Я» в штат сотрудников инвестиционной компании, из новеньких, с российским капиталом. То есть, любовь к ценным бумагам вела Юрчилу верной дорогой и отвечала взаимностью. Имея уже собственное, авторское представление о том, что это за чудо – фондовый рынок Украины, он быстро пришёл к выводу: начальники компании грубо ошибаются, ведут дело неверным путём. Особо не мудрствуя, заезжие купцы положили в основу своих решений опыт и победоносный стиль, озолотивший их при аналогичной приватизации в России. По их представлениям, куш с Украины можно было сорвать никак не меньший, а то и по более того. Юрчило поговорил с начальниками и открыл им, что представления их ошибочны, что здесь так не пройдёт. Они успокоили его, похлопали по плечу, что означало – дурак, иди к станку, работай! Вздохнув сердечно, он зарубил себе на носу, что не видать ему обещанного бонуса от большой добычи компании, потому что впереди конторе обеспечено фиаско. Не имея возможности изменить это, он постарался изменить то, что в его силах. Он сам, как частное лицо, за собственный счет и на свой риск, принялся участвовать в аукционах по раздаче государственной собственности. Начиная с ноября 1998 года, он взял себе за правило – раз в месяц, аккурат после зарплаты, заявиться в апартаменты Аукционного Центра на Петровке и подать пару-тройку заявок. Жалование в компании, где он работал, было откровенно умеренным, так что много засадить в это дело он не мог – только в пределах пары соток гривен.

Первой его добычей стал пакет акций ОАО «Запорожогнеупор», 5286 штук. Разглядывая в своих руках извещение Аукционного Центра, он сказал себе: «Вот этот гадкий утёнок ещё раскинет белые крылья!».

Дальше это собирательство инвестиционного хлама обрело характер мании. Юрчило отказывал себе в новых ботинках, лишь бы сделать лишнюю заявочку, добавить себе на удачу ещё одного гадкого утёнка. У него образовался «портфель», он стал портфельным инвестором. Это грело ему душу и делало малочувствительным к повседневным неровностям бытия. Если компания, к персоналу которой он принадлежал, вкладывала свои и клиентские деньги по шаблону, как велят учебники – в дорогие, так сказать, сильные, акции (т.е. туда, куда и все), то Юрчило исповедовал диаметрально иной подход. Он игнорировал сведения, характеристики и финансовые отчёты о предприятиях, которые выставляются на приватизацию. Он выцеливал только то, что идёт в руки по расценкам пыли. «Не играют роли экономика – цена всему господин!» - такое кредо он себе сформулировал в те неповторимые дни. Разумеется, на этом пути ему был доступен только откровенный хлам, не достойный широкого внимания. Но Юрчило не брезговал, бодро рассуждая: «Да, я не кит, не акула! Инвестиционными слонами или там хищниками фондового рынка работают другие. И в шакалах этого ремесла вакансии заняты. Зато я – отдельный, исключительный. Потому что очень маленький, карманный. Я – первое инвестиционное насекомое! Я – живность нового типа, не попавшая пока ещё в борщ зоологам!»...

Правда, лавочку массовой приватизации очень скоро, и как-то даже неожиданно, закрыли (никак на верху позавидовали!). Шаровый доступ на раздачу наследия советских пятилеток завершился. Раздача народно-демократических булок окончилась. Одинокие ковбои, вроде Юрчилы, могли теперь отдыхать. На грядках государства подрастал бодрый хрен олигархата.

Помпезно, под фанфары нового тысячелетия наступили 2000-е годы. Многим при этом настали кранты. Рынок акций Украины, грандиозно рухнувший и подохший ещё в 1999 году, увлёк за собою на тот свет многих, особенно, хищных. Компания, где трудился Юрчило, агонизировала дольше других, но и она дала дубу по итогам 2002 года. Нашему герою пришлось менять профессию. Несколько лет он искал себя в разных точках приложения лошадиных сил, ежемесячно зарабатывая себе на четыре пары ботинок, и ничего не откладывая впрок. Мысль о заначке, ждущей своего часа, маячила на заднем дворе подсознания, добавляя ему стойкости в минуты тягостных раздумий о домашних расходах, и о судьбах человечества. С его акциями, в отличие от рухнувших первоклассных, которые когда-то покупали все серьёзные люди, ничего не случилось. Ни единой копейки они не потеряли в цене, ибо как были ненужным хламом в конце 90-х, так и оставались никчёмным мусором до середины 2000-х. Они просто валялись. И это выглядело как золотые монеты Буратино, зарытые на пустыре в Стране Дураков. Поэтому Юрчило осмотрительно воздерживался хвастать на этот счёт.

А потом началось.

В 2006 году рынок акций пришёл в беспокойство. Он стал напоминать манную кашу, которую откуда-то снизу распирает давлением жара. То были большие деньги, зашедшие на Украину из вне, чтобы снова тут поживиться. Впрочем, оживление касалось именно акций первого класса, тех самых, с которых фондовый рынок страны и сделал свои первые шаги в середине 90-х. Юрчило с его опилками это не касалось.

Следующий, 2007 год, останется в памяти каждого, кто связан с финансами и фондами, по гроб жизни! Гляньте на досуге видео о подводном испытании ядерного заряда. Вот эта гора воды, взмывающая под облака, точно иллюстрирует тогдашние события на украинском рынке акций. Это был натуральный взрыв. Цены улетели в поднебесье, и словно бы некая ракета, ступень за ступенью толкала их дальше и дальше – день за днём, месяц за месяцем, отвесно вверх. В головах у людей, наделённых деньгами, всё сдвинулось. Они узрели то, чего не видели раньше в упор. Оказывается, Украина – это инвестиционный рай! Весь мир обожает эту благословенную землю и мечтает закопать здесь свои золотые! Да что там - мечтает!? Уже закапывает! Спешит зарыть, толкаясь локтями!! Целыми сундуками тащит сюда золото из заморских хранилищ!!!

В те хлебные деньки всем и всё почему-то сразу стало нужно. Даже то, от чего воротило душу ещё вчера. Так для Юрчилы настало время воздаяния за веру, за терпение, за способность к самостоятельному мышлению. Хлам, который он ровно семь лет согревал возле сердца, будто гадких утят за пазухой, зашевелился, подмигнул приветливо, обрёл спрос и созрел на выданье. Довольно потирая руки, Юрчило, стал избавляться от этого груза прошлого.

Его любимчик, его первенец – «Запорожогнеупор», которому он предрёк лебединую будущность, полностью оправдал это пророчество! Взяв этот пакет за бумажку в 100 грн (5286 штук, по цене 0,0189 за акцию), он продал его по 25,25 грн, то есть в 1336 раз дороже!!! Положил в карман чистыми 133000 грн, что по текущему  курсу валют составляло 26.600,00 USD. Не хило, да?

А вообще, за период с мая 2007 - по февраль 2008, Юрчило умудрился совершить 27 продаж из своего «насекомого» портфеля. Далеко не все были одинаково феерическими, но это, конечно, с какой точки зрения рассматривать:

 

1) ОАО «ПОЛТАВХИММАШ»  _взял по 0,5 _сдал по 3 _подъём: 590%

2) ОАО «ДНЕПРОКОКС»  _взял по 0,007 _сдал по 0,1 _подъём: 1313%

3) ОАО «МАРИУПОЛЬНЕФТЕПРОДУКТ»  _0,007 / 0,1  _подъём: 7333%

4) ОАО «Черниговский Речной Порт»  _0,196 / 9  _подъём: 3726%

5) ОАО «СНЕЖНЯНСКХИММАШ»  _ 0,029 / 0,25  _подъём: 858%

6) ОАО «Краматорский ЦШК ПУШКА»  _ 0,021 / 1,3  _подъём: 5296,8%

7) ОАО «ХМСЗ СВЕТ ШАХТЁРА»  _ 0,042 / 0,85  _подъём: 1937%

8) ОАО «Днепропетровскрыба» _ 0,0196 / 0,1003 _подъём: 449,6%

9) ОАО «УманьФерммаш»  _0,0053 / 0,5 _подъём: 7976%

10) ОАО «ТРАНС-ОБОЛОНЬ»  _ 0,053 / 0,2  _подъём: 341%

11) ОАО «СТАРТ»   _ 0,0013 / 0,25  _подъём: 19200%

12) ОАО «ДНЕПРОТЯЖБУМАГАМАШ»  _ 1,671 / 6,11  _подъём: 365%

И так далее, в таком же духе...

-------------------------------

 

То, что Юрчило заработал в счастливые эти денёчки, позволило ему сделать кое-что доброе и полезное: купил родителям хороший дом за городом, провёл туда газ; родители смогли воплотить свою мечту – переехали к природе, медитировать на яблони с грушами. По итогам этого, у Юрчилы осталось ровно 50.000,00 зелёных бакарей, и он задумался о будущем.

Можно было купить «тойоту» и катать пьяных девок по ночному Крещатику. Можно было пустить всё на проституток (хватило бы на 500 часов высококвалифицированной работы коммерческих блудниц не самого хилого пошиба, или на 1000 часов – если соблазниться на пошиб пониже). Ничего другого в голову ему не шло, как он ни пыжился. И тогда он решил: «Да какого черта! Я рождён для фондового рынка! Я доказал, что способен на дерзкие, нетривиальные решения, и способен видеть то, что не доступно другим!».

Разумеется, ни о какой посторонней работе за чёрствый хлеб и ботинки не могло быть уже и речи. Не мешкая, он навёл контакты с брокерскими компаниями и решительно включился в игры биржевиков-затейников. Этот путь неумолимо и фатально повлёк его вниз.

Первые потери постигли его осенью 2008 года, когда он недооценил пессимизм всемирного погрома финансов. Конечно, то было чёрное времечко для большинства, но что от этого Юрчиле? Ему было непривычно больно и досадно. Потом он переоценил оптимизм новой волны подъёма 2009 года, и опять попал в яму. И так, этап за этапом, по нескольку раз в год его несло по кочкам и ухабам волновых колебаний фондового рынка и вытряхивало из него всё новую и новую денюжку. Он понимал, что совершенно утратил чутьё на ситуацию, и это его бесило. Дабы скорее отыграться после первых потерь, он стал занимать приличные суммы в долг. Набрал денег у доверчивой родни. Стал широко пользоваться кредитными плечами от брокера. Это было форменное безумие. Потому что амбиции реваншиста давно уже оседлали его разум, и он потерял способность к трезвому, холодному расчёту. Стремясь отыграться решительно и по-крупному, он раз за разом ошибался в оценке тенденции, получал всё новые торпеды в бок, всё новые пробоины в своих финансах.

Тот момент, когда у него уже не осталось ни гроша собственных денег, как-то естественно ускользнул от его внимания. Да это и не имело уже никакого значения! Красная черта, которую он со свистом пролетел, могла бы остановить лишь труса, пораженца, очкарика! Юрчило таким не был. У него ещё оставались некоторые деньги на торговом счёте, и какая разница что их уже меньше, чем он должен кредиторам! Разве это остановило бы хоть одного романтика и пирата? Это была самая настоящая война, и Юрчило пошёл на таран, ва-банк, до конца, до стенки.

Глубокой осенью 2011 года он ввязался в мутное движение вокруг громкой приватизации ОАО «Укртелеком». Риск, разумеется, где-то тут витал незримо, однако внешне всё выглядело как соблазнительный «верняк». Он влез, затеял острую торговлю на грани психологических уровней цен, кое-что заработал даже, а потом его накрыло тяжёлым медным тазом, гулким, как царь-колокол. Ожидания рынка оказались завышенными, и в час раскрытия информации о реальных претендентах на покупку государственной доли «Укртелекома» акции разом ушли вниз на 8%, потом за три дня скатились ещё на столько же. Учитывая, что Юрчило зарядился в эту тему на полные кредитные плечи брокера, его просто уничтожило. Как говорится у биржевых трейдеров – «его вынесло».

Когда Юрчило сдался и зафиксировал потери, ему вдруг открылась полная, в масштабах времени и денег, панорама его разгрома. Он глядел на сводные таблицы своих финансов и холодел, как говяжья полутуша, которую разделали и подвесили на крюк. Картина этих безумных последних лет встала перед его глазами, и он не мог объять сжавшимся своим разумом – как всё это могло произойти? Он просто отказывался понимать – отчего же путь его восхождения, усыпанный розами, загадочно сломался в 2008 году, и он, избранник из многих, баловень удачи, пустою бочкою скатился с горы? Ведь если поглядеть на изгибы биржевых графиков, обстоятельства вполне позволяли за прошедшие три года превратить эти 50.000,00 зелёных бакарей в пол-лимона. Если не в лимон!

Ах, он был такой перспект! Он был такой подарок инвестиционному климату Украины от Деда Мороза! А оказалось - он всего лишь вдумчивый недотёпа. Инвестиционный пустоцвет...

Когда потрясённый разум сумел вместить в себя и уложить по полочкам всё это, Юрчило кончился. Спина согнулась, руки повисли плетьми, язык перестал различать вкус пищи, ноги стали волочиться и опухать, сердце билось через раз, спотыкаясь о перебои...

А через три дня он, раздавленное инвестиционное насекомое, уже стоял у стеночки в потёмках и читал себе отходную молитву под лампадкой. И смерть милосердная гладила его своей утешительной ладошкой по голове...

Как ему удалось извернуться из этого похода в страну мёртвых – одному Всевышнему известно. Как он утряс проблемы со своими кредиторами и доверчивыми родственниками – это тоже поле для воображения и ненаучной фантастики. Без ответа повисает главный вопрос: для чего Юрчиле дарована милость жить дальше? Что ещё он должен сотворить или натворить?

 

Выжив под обвалом болезни и оклемавшись, он сильно изменился. Его перестали видеть, он куда-то делся, в том числе и с линий телефонной связи. Ходили разные слухи: не то подался по диким степям Забайкалья – в Монголию, с экспедицией Фёдора Конюхова, не то записался на войну, куда-то в экваториальную Африку. Впрочем, одно другому тождественно, и всё оно ведёт к приключениям в стиле Джека Лондона с обязательным отрыванием головы в финале.

Память о Юрчиле стала меркнуть, замазываться белилами повседневности. Про него уже перестали вспоминать, пока вдруг не увидели его в самом неожиданном месте. Летом прошлого, 2013 года, знакомые Ясочки и Фантобуса повели своих дошколят в Зоологический музей, что на бульваре Хмельницкого. И что они там видят? Юрчило, как живой, стоит перед огромным стендом, где представлено великое многообразие всякой ползающей, жужжащей и кусающей гадости и что-то там старательно разглядывает. Посмотрит-посмотрит, потом раскроет свой блокнотик и сделает какую-то пометочку. И снова глядит. И такое у него на лице озарение нездешним светом, такая увлечённость, что аж кончик языка наружу видать!

Ну, рискнули подойти к нему, нарушить его творческое погружение в тематику шуршащих лапками кровопийц. Поздоровались. Он – рад, улыбается! Живой, оказывается, Юрчило-то! Полюбопытствовали – мол, чем это он так увлечён? А он и говорит, так прямо в лоб: «У меня сейчас проект! Рабочее название – «Украинские насекомые периода Второй Республики». Монументальная книга выйдет!».

Разумеется, ушам поверить в такое и не отвалиться – никак не возможно. Заметив, что глаза у людей очертенели, как у мороженого окуня, Юрчило добавил: «Зря, кстати, удивляетесь! У меня зарубежный грант. Тут и Академия Наук, между прочим, соучаствует! Я, вот, подумываю даже об учёной степени»...

Когда Ясочке и Фантобусу стало известно содержание этой случайной встречи, они поглядели друг на друга, переваривая эту вязкую пищу для ума, и не удержались от обмена соображениями.

Ясочка: Боже! Что с нами делает эта жизнь! Вот ещё одна тихо съехавшая крыша. Бедный Ёрик!

Фантобус: Погоди стенать, любимая. Не так он прост, наш безумный друг! Ты пропустила ключевое слово – грант. Ты понимаешь, что это значит?

Ясочка: Конечно, понимаю. Означает, что он – грантоед!

Фантобус: Знаешь, если бы не прозвучало это ёмкое, вкусное слово, я бы согласился, что Юрчило крепко контузило, что биржевые игры оставили на его мозгу след астронавта. Но именно звуки этого слова означают, что он в полном порядке. Более того, сумел оклематься настолько, что нарыл себе новую сладкую тему и, уверяю тебя, скоро опять приподнимется.

Ясочка (с некоторым сомнением): Да ну...?

Фантобус: Вот, не «да ну?», а так точно! Эти дебилы и разложенцы из зарубежных фондов охотно финансируют всякий декаданс, в любой форме. Особенно такие штучки обожают французы. Их лягушками не корми – дай чего-нибудь эпатажного, какого-нибудь фарсу на грани карательной психиатрии. Понимаешь? А если это так, то скоро наш бедный Ёрик издаст в Париже толстый том о политических партиях общества насекомых, получит свои сто штук евриков и... И вернётся на фондовый рынок, поквитаться...

Ясочка: Ага! Или закажет себе проституток на тысячу часов высококвалифицированного блядства. Бедный, бедный Ёрик! Мы знали его...

 

Теперь, уважаемый читатель, тебе становится понятно, отчего Ясочка взмолилась – «Можешь не продолжать!», когда Фантобус сообщил ей, что на банкете повстречал Юрчилу.

Ответный ход за нашим Фантобусом. Встреча с Юрчилой на банкирском гульбище, кажется не прошла для него даром. У него появилась идея...

 

А пока он собирается с мыслями, мы с вами давайте вспомним - как, бывало, говаривал Наполеон. Говаривал он примерно так:

«Я преуспел во всём, за что брался,

потому что я этого хотел.

Я никогда не колебался,

и это дало мне преимущество

над остальным человечеством».

Ваши ya & fa

----------------------------------------------------------------

Юрчило волнуется – раз! Юрчило волнуется...

  • 21.11.14, 21:02

21 ноября 2014 года

Киев

Статус: бедный Ёрик

Настроение: благоговеем

За окном: +5°С, солнце, синь разливанная

----------------------------------------

не по теме, но просится:

сегодня над Киевом солнце первый раз за десять дней!

это вообще южный город или нет?

отчего мы не видим солнца неделями? 

 

ТЩАТЕЛЬНО ПОДБИРАЯ СЛОВА

 

Скажите: вы когда-нибудь задумывались о проблематике насекомых? То есть, в научном масштабе? Только не надо торопиться с ответом! Что-что? Нет?! Так вот он – тоже «нет», не задумывался...

 

Для того, чтобы объяснить – что такое Юрчило (Ясочка называет зовёт его «Бедный Ёрик») нам пришлось крепко подумать: а какими словами это возможно? Ох, и задачу мы себе поставили! Сдюжим ли?

По итогам мозгового штурма с потешной перебранкой нам немного прояснилось: объять необъятное Юрчило можно только в категориях изобразительных, мазками кисти сказочной, под Васнецова. По крайней мере, с этого надобно будет начать, а то не прожуёшь. Ну, а быль это или небыль – не вам решать. Вам только – плакать и верить!

 

На авансцену нашего воображения вызываем скучную комнату в холостяцкой квартире. Глубочайшие сумерки перемешивают во всепроникающем, химическом единстве этот интерьер и джунгли Троещины за окном. Вселенская машина времени последний раз двинула своими теллуровыми шестернями и замерла навек. Мироздание медленно остывает. Лапша на кухне остыла уже давно...

Неопознанный мужик, лет сорока, в трико и свитере, в протёртых вязанных носках, стоит обличьем к стеночке, на коленях. Скорбные плечи и затылок выдают в нём страдальца с центнеровым рюкзаком фартовой жизни за спиной. И даже в лучике одинокой лампады видно – как он не брит. О, как он не брит! Недели три уже, морда партизанская. Но главное дело не в морде, а в трепетном язычке лампадки, величиною с божью коровку. Эта пламенная искорка, этот светлячок – единственное здесь, что не есть тьма.

По нежным, таинственным бликам угадывается плеяда маленьких иконок на стене, и Спас Нерукотворный, по полотнищу крестиком вышитый, венчает их. Коленопреклоненный мужик показывает им свою редкую макушку и глухо, почти что про себя, бубнит речитативом молитву. Это продолжается неопределённо долго. По крайней мере, кукушка успела бы сорвать голос. Затем, истратив последнее, что оставалось ещё от лошадиной силы, мужик, не поднимаясь с колен, ползёт к дивану, укрывается пледом и затихает. У него нет никакого понятия – очнётся ли он завтра живым, или это уже «всё!». Похоже, что именно – «всё!»...

 

На этом художественное введение в тему «Юрчило» можно пресечь. Дальше мысль помчится быстрее, точно дрезина, мелко подпрыгивая на стыках и совпадениях, на всяких фактических удивительностях. Прости, читатель, но избежать вот этого картинного, забубённого начала, вот этой мшистой, сумеречной закваски было, видать, невозможно. Иначе, не поймёшь – о ком, собственно, речь. Иначе не проникнешься благоговением перед тайною душевных потёмок человеческих. Иначе не ощутишь, как шерсть на твоём загривке медленно шевелится от страха невиданного...

Ну, шутка, шутка! Всё это только снится.

Снимся дальше.

 

В общем, досталось как-то Юрчиле на орехи (разразил его гром) – диабет настал ему. Энергичный, мышцатый, розоволицый молодец на шарнирах, которому хоть баржи по Волге таскай, хоть в «Comedy Сlub» изгаляйся, кончился в момент, сгорел за три дня. От состояния «неожиданно поплохело» до прихода чуйки животной «а вот это уже – всё!» - полёт вниз был почти отвесным. Болезнь адова каменным обвалом рухнула ему на голову, одним махом сломав его хрупкий скелетик личности, порвав, как тюлевую занавеску его позитивистское мироощущение, буквально смахнув его как букашку с листа тетради, где пишутся истории живых. К исходу третьего дня он уже не в силах был не то, что ходить, но даже сидеть в вертикальном положении. Его тянуло вниз, тянуло лечь, могила его заждалась. Сознание напоминало нить накаливания электролампы при низком напряжении в сети, причём напряжение всё падало и слабело. В сущности, он уже слышал, как в ушах гулко отдаются предпоследние удары сердца...

Читатель, что сделал бы ты, окажись на его месте? Звал бы на помощь – «мама! мама!!»? Или давил бы лихорадочно все кнопки телефонов, надеясь на подсказки, советы, на вызов доктора? Или перевернул бы вверх дном всю домашнюю аптечку в поисках чего-нибудь? Даже если бы ты успел и выжил, то стал бы пожизненным инвалидом, рабом инсулиновой ампулы, виртуозом шприца.

Что сделали бы мы? Вот, конкретно - ya & fa? Как на духу отвечаем: хрен его знает! И запас времени, и запас наличных денег, и фатум обстоятельств – всё может иметь решающее значение. Однако, полагаем, ничего замечательного мы бы не изобразили.

Что сделал Юрчило? Сначала и до самого конца он, потрясённый, терпел и надеялся, что авось попустит. Когда же он вдруг понял, что это действительно уже «всё!», и смертушка дышит прохладой в его позеленевшую щёку, он не стал звонить родителям, ибо пожалел стариков, не стал беспокоить «0-3», ибо презирал этих бездарей и златолюбцев. Он сказал себе: «Если моя командировка здесь окончена, и заданий у меня больше нет, то всё законно, и пора мне вернуться домой. И ни один врач не в силах этому помешать. А ежели дела мои земные не завершены, то никакая сила без санкции свыше даже волос на моей голове не отсечёт. Бог знает, как со мной поступить». Странно, что в ту смятенную минуту ему даже вспомнилось алиса-кинчевское заклинание: «И да не коснётся вас своей поганой метлой танцующий бес паники!». В общем, подумав так, он выключил в квартире свет, на тот случай, если ему помирать. Затем, по стеночке, по стеночке – дополз до лампадки и затеплил её будто не своею рукой. Рухнул на колени, ибо встретить свой приговор стоя никаких сил уже не осталось. И принялся читать на память то, что первым пришло угасающему сознанию: сначала 40 раз «Господи, помилуй!», а потом «Владыко Вседержителю...» из Псалтыри – раз, другой, третий... не считал, но бесконечно. Чего-то иного из запасов памяти угасший мозг предложить уже был не в состоянии.

Истратив последние токи жизни, отключился...

Придя в себя к полдню следующего дня, очень удивился, что живой, что ясно мыслит, и что тело слушается его. Уснул потом ещё на сутки, уже почему-то совершенно уверенный в том, что жить будет.

Через неделю он уже сделал километровую прогулку.

Ещё через неделю уже мог пробежать пару кругов по стадиону.

Сейчас, спустя ровно три года, бегает конём педальным, и вообще, ретив и румян, как в лучшие годы. И за всё это громадное количество времени – ни грамма лекарств, ни капли снадобий не приняла его утроба. 

 

Не ради ужасов на ночь тянется здесь эта былина, а ради непреходящего удивления нашего: за что над этим человеком нависла такая крыша из сгущённой метафизики? В чём, блин, она – миссия его, персонажа этого?

Будем разбираться!

Следите за нашими руками! Вернее, за нашими текстами. Будет интересно. 

 

И да не коснётся вас своей поганой метлой

танцующий бес паники!

Ваши ya & fa

КОМПОТ ИЗ ВШИВЫХ ПЕРСИКОВ, и другие дерзновения Ясочки

  • 18.11.14, 15:01

18 ноября 2014 года

Киев

Статус: холодные уши

Настроение: с прищуром Клинта Иствуда

За окном: +1°С, утро мышиного цвета

 

ГОРЯЧИЙ ЧАЙНИК И ПЛЮШКА НА ДВОИХ 

 

Чему можно уподобить Фантобуса, провернувшегося на чёртовом колесе банкирской попойки?

 

1. Кляксе баклана на капоте «Запорожца».

2. Дворовому велику, которому за ночь свернули руль буквой «Ж» и поснимали колёса.

3. Глиняной копилке, попавшей под чугунный молоток.

4. Старой шляпе, которую вдумчиво жевала корова.

---------------------------

Верный ответ – подчеркнуть!

 

По полудни воскресенья Фантобус будто бы воскрес.

Он ожил глазами, потому что Ясочка сидела у него в головах. Одной рукой она держала гранёный стакан ключевой водицы, а другой рукой водила влажную салфетку по светлому, твёрдому лбу возлюбленного. Медленно раскрыв свои очи, Фантобус без усилия выразил ими всю античную тоску человечества о бессмертии. Потом, разглядев Ясочку, он спросил её, хоть губы с языком и не вполне повиновались:

«Для чего ты живёшь, конфеточка? В чём смысл твоих страданий?».

Зная Фантобуса столько, сколько существуют на свете ЖК-мониторы, Ясочка уже привыкла не удивляться смысловым ныркам этого натуралиста философии, этого естествоиспытателя в области недоказуемого. Её прохладная узенькая ладошка с богатым узором хиромантических паутинок утешительно легла ему на щёку, и он услышал в ответ:

«Я пришла в этот мир, чтобы служить тебе. Я буду серебряным кубком, из которого ты будешь пить своё вдохновение».

Эти слова, точно светлые монетки, упавшие в изумрудные глубины вод, канули в душу Фантобуса и легли там, на илистом дне, в ожидании своего часа, на милость вечности. Фантобус закрыл глаза, и неожиданная слеза проделала путь по его щеке... Он отключился ещё на три часа...

Но всё это в прошлом. Повестка военного времени требует движения. И Фантобус, превозмогая всё плохое, что бревном легло ему поперёк здоровья, сполз с дивана, воткнул ноги в родные тапочки и заказал себе крепкого чаю со спасательным кругом тончайшего колечка лимона.

С интересом пронаблюдав за ним, довольная Ясочка сообщила мировому Интернету:

«Фантобус уже шевелится... 

Несчастный такой... 

Как мокрая птичка лазит по квартире, крылышки обвисли, волочатся по полу... Но собирается жить дальше :-)».

 

Может показаться так, что Фантобус восстал из хлама исключительно благодаря реваншу естественных сил организма. Это не вполне отвечает истине. За рамками драматического сюжета остался тот факт, что не обошлось без спецсредств, а именно, без компота из персиков. Сей примечательный штришок истории стоит того, чтобы о нём замолвили здесь словечко.

Минувшим летом Ясочка впервые в жизни отважилась сварить компот, в смысле, закатать его в банки, про запас. Да не просто там из каких-то простецких яблочек, которые не жалко, а сразу из короля фруктов – из персика! Хотя конечно, персики эти были весьма сомнительны. Страшненькие, маленькие - с грецкий орех, терпкие какие-то, с мякотью, совершенно неотделимой от косточки. Прям, дичок какой-то! Ну, так оно же, как ей сказали, Черниговский, мол, сорт самый северный из всего мыслимого! Короче, развели. Вообще, надо сознаться, персики подкупили её именно своей бросовой дешевизной (ворованные, что ли?). И она соблазнилась. В свежем виде съедобной ценности они не представляли, поэтому всё пошло на экспериментальный компот. Получилось пять двухлитровых банок. И всё как-то не являлось достоверного повода вкусить да распробовать – что там, за стеклом, получилось. А тут подворачивается незадачливый Фантобус со своей банкетной оказией. Вот на нём-то любознательная девушка и решила ставить опыты. И – браво!

Триумф, полный грандиозный апофеоз персиковой идеи! Вот что стало наградой Ясочке за храбрость и творческое дерзновение.  Компот вышел вкуснющим, как поцелуй восьмиклассницы, ароматным, как ностальгия о детстве, животворящим, как первая любовь. Фантобус припал к банке, и за полчаса оставил от неё только стекло. Вслед за тем он вдруг расправил плечи и стал опять похожим на себя. Вот так! Варите компоты из вшивых персиков! Они спасут вас в минуту отчаяния, и в кризисный для Родины час... Свари компот – поддержи курс национальной валюты! Как-то так.

 

Глухим вечером, когда чернильная темень навалилась мордой на окна жилищ, и силы зла по ту сторону изготовились властвовать безраздельно, Ясочка и Фантобус устроили кухонную посиделку вокруг чайника с плюшкой на двоих. К этому часу все основные инстинкты вернулись к Фантобус, и он опять годился на то, чтобы слушать и говорить сообразно жизненной правде.

Беседа обещала быть настолько важной, что Ясочка не нашла иного способа начать её, кроме как словами «Мой милый друг!». Ибо, лето красное пропели, оглянуться не успели – вот зима за воротник. Так что, прятаться за ролевыми играми и притворяться мотыльками дальше некуда! Игра в кости под названием Жизнь диктует на текущий день следующий расклад:

1. Ясочка с Фантобусом не имеют источников существования. Они живут на пенсию матушки Фантобуса. А матушка живёт на пенсию батюшки Фантобуса. А она у батюшка Фантобуса здоровенная, потому как он давно уже прописался в РФ и там её получает. Баланс интересов, понятное дело, зыбкий. Но что поделаешь?

2. Пенсия у Фантобусовой матушки составляет 1500 грн. Это всё, что оказывается в их распоряжении на целый месяц. Против этой замечательной суммы рисуются статьи обязательных (неизбежных) расходов. А именно: коммуналка – примерно 600 грн., телефон – 52 грн, электричество 70 грн., моб.связь - 50 грн, интернет – 54 грн. За вычитанием всего этого на жизнь остаётся приблизительно 650-670 грн. Это на двоих!

3. Всё твёрже, с начала осени, восстаёт пошлый вопрос: как жить-то? Этого и на прокорм утробы очень мало. А ведь могут возникнуть ещё и непредвиденные расходы. Зуб, к примеру, устроит революцию. Или похороны в подъезде – скинуться придётся. Понимает ли Фантобус, что так жить невозможно? Впрочем, возможно, конечно. Но только до первых похорон в подъезде! С этим же надо что-то делать?

В ответ на это наш Фантобус всё кивает. Он понимает, он соображает. По привычке норовит спрятаться за чернильным облаком юмора: «Так как мы экономим на туалетной бумаге – никто экономить не в состоянии!». Однако номер не проходит. Ясочка настроена сухо. Им приходится пойти на конструктивный диалог.

Фантобус: Может, ты попробуешь кушать ещё меньше?

Ясочка: Я уже не могу кушать меньше! Я и так не кушаю три дня в неделю.

Фантобус: За это я тебя и ценю! Ну, то есть, за твою цельность, характер, силу воли!

Ясочка: Не надо мусорить словами, подхалим! Ты знаешь, что это дело привычки. Но делаться ещё легче мне уже некуда! Меня же ветром сдувает, когда поезд метро на станцию приходит!

Фантобус: Имей ввиду, что ты за меня в ответе! Потому как именно глядя на твой увлекательный пример, я тоже приучился не кушать один день, по пятницам. Ты посмотри, во что я превратился! Мне кажется, что из-за этого я и полысел!

Ясочка: Ну, не полысел, допустим, а всего лишь заплешивел немножко...

Фантобус: Это не смешно!

Ясочка: Конечно, мой герой, я чувствую свою ответственность за тебя. Раз уж приручила... Но ты давай, не уходи от темы нашего заседания! Что делать-то будем? Я рассуждаю не в пределах текущего сезона осень-зима две тысячи четырнадцать. Я мыслю в масштабах четвёртого десятка нашей жизни.

Фантобус: А я уже в масштабах пятого!

Ясочка: Может, тебе всё-таки пойти поработать?

Фантобус: Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вдохновение. И я им располагаю... (пауза, он улыбается, путешествуя мыслями где-то во вне)... Давным-давно, когда каштановая аллея при Софиевской площади была ещё жива, припёрся я устраиваться на свою первую в жизни работу. То была редакция газеты, ибо думал я по простоте душевной сделаться журналистом. Принёс с собой какие-то свои каракули, синей пастой, от руки. Рассказал там о своей мечте, о своих взглядах, о своей неизбежной пользе для газетного дела. Они там глянули на меня, потом глянули в мои тексты, и совершенно искренне, просто по-отечески ответили: «Слушай, а может тебе лучше пойти на стройку поработать?». У них там как раз вид из окна был очень даже строительный. Я ушёл от них чуток взъерошенный. Врёшь, не возьмёшь! – думал я о себе. Однако, самым неожиданным и вульгарным образом буквально через месяц я уже работал младшим шпаклёвщиком на реконструкции ресторана «Метро Крещатик», в мелу, в цементе, в лютых сквозняках. Выдержал ровно две недели. Понял – это точно не моё...

Ясочка: Занятно. К чему ты клонишь?

Фантобус: Это развёрнутый ответ на твой вопрос – «Может, тебе всё-таки пойти поработать?».

Ясочка: И?

Фантобус: Нет! Но...

Ясочка: Что?

Фантобус: Я сделаю тебя богатой! И ты сможешь позволить себе носить большую толстую задницу.

Ясочка: Давно пора!

Фантобус: Ты пока думай и планируй, что ты будешь делать со своим миллионным состоянием.

Ясочка: Ну, хорош издеваться-то! Сухарей в доме нет! С чего такая прыть?

Фантобус: Вот, ты думаешь, что я там просто пьянствовал. Это так, но не только это! Там я повстречал Юрчилу...

Ясочка: Ой-ёооо…! Юрчило!? Можешь не продолжать.

 

Однако жизнь устроена так, что не продолжить её не получается. Поэтому, кое-что обязательно случится. И оно уже - будьте уверены! – направилось в нашу сторону.

 

 

Запасайтесь попкорном, дорогие современники!

Очки «3D» - не обязательны.

 Ваши ya & fa

----------------------------------------------------------------

О, придите, духи коньяка и шоколада!

  • 16.11.14, 19:42

16 ноября 2014 года

Киев

Статус: дежурный по космосу

Настроение: Аманда Лир

За окном: ночь с субботы на воскресенье 

 

СЛУЧАЙ НА ДЕЖУРСТВЕ ПО КОСМОСУ 

Исполнять обязанности дежурного по космосу Ясочке вновь приходится в одиночку. Потому как Фантобус опять кувыркнулся за борт и булькнул камушком в непроглядную пучину. Раньше он выпал из общества, а сегодня, если верить глазам, выпал прочь даже из собственно подсознания. Как ему там, в астрале, реется? Какие мультики ему видятся там, на верхних полках вселенской этажерки? Как знать... Обзавидуешься...

Если вы заметили – сия история (этих - ya & fa) началась с бутылки. Вообще, любая стоящая история чаще всего именно с бутылки и начинается. По крайней мере, их она, как некий метафизический символ-маячок, пока что опекает. Иначе, вчерашняя суббота осталась бы ничем не примечательной. А поскольку планида у них игривая, с фокусами, то в памяти тот день, и вечер с ночью, пропишутся надолго.

Итак! Суббота – это сухой, практичный, хозяйственно-утилитарный день. Ёмко выражаясь, для Ясочки и Фантобуса – это субботник. У них так повелось изначально. Всё, до чего могут дотянуться неугомонные ручонки, стирается, убирается, перестанавливается. А ножки ходят туда-сюда по рынкам, выискивая добычу для тощих кошельков. Опять же, это серьёзный день для очередной ревизии семейного бюджета и для текущего финансового планирования. Так бы оно и было, если бы откуда-то сверху не протянулась рука всемогущего фатума, не схватила бы Фантобуса двумя пальцами за штанишки, и не увлекла бы его к себе, в кузницу счастья, в иную сферу бытия, в кухню погоды. Туда, где всегда воскресенье, и свечи, и праздник, и лето, и то, что нельзя... То, что нельзя... (Б.Г. – знает!).

Когда-то, в другой жизни, служил Фантобус в банке. Клерком, но не простым, а золотым. Это было так давно, что некоторые звёзды успели погаснуть. То была заря его вихрастой молодости! То было единственное время в его поучительной жизни, когда у него всё получалось, во всех смыслах. Можно себе только вообразить, как высоко он теперь уже поднялся бы на том фарте, на том кураже! Но бес попутал – подумалось бедолаге, что он герой другой истории, что он бессмертен, как Дункан МакЛауд, и может проходить сквозь стены, как персонаж Марселя Эмме. Ушёл из банка, в большое пиратское плавание. И понесло его по рифам, как по кочкам, пока не выкинуло на берег, словно пьяного дельфина.

Тем не менее, банк его не забыл, и все последующие годы исправно высылал ему вежливые приглашения на свои банкеты по разным поводам. А вот последние пару лет возникла пауза, и Фантобус уже смирился с тем, что его наконец-то забыли. Какова же была неожиданность, когда на днях бывшие коллеги-начальники позвонили персонально и сказали: «Приходи! Будет варьете и лотерея!». Ну, как Фантобус мог отказаться? Не мог! И Ясочка его благословила...

Потянулись длинные, как жуйка, часы. Вот, канул в сумерках день. Вот прошёл её одинокий вечер при трепетных свечах, под звуки нежного клавесина. Причудливая игра теней и бликов на плавных изгибах канделябров развлекала её. Слуги и служанки бесшумно двигались вокруг, держа подносы с невиданными яствами, а она глядела в окно и размышляла о назначении Луны...

Но вот... Чу! Померещилось... Кажется, ожил лифт в притаившемся доме, и как в фильмах Хичкока томительная неизвестность подступила к самому порогу, будто к горлу... Часы пробили полночь. Вернее, два часа по полуночи. Что-то большое и вязкое молчаливо возится под дверью. Долго. А потом в прихожей раздаётся звонок...

Лёгкой птицей вспорхнула Ясочка – и вот, тяжкие оковы дверного замка отворены. О, святые угодники и рыцари Круглого стола! На пороге стоял он – прославленный убийца драконов, Фантобус Храбрый – её возлюбленный. Осанка, плащ, галстук в косую полоску, прямая спина – витражная готика, а не человек! В руке интригующий кулёчек с чем-то. Наверное, там гостинец. Фантобус издаёт приветственные звуки, лыбится – тот ещё подарок! – и ему мерещится, что лучший гостинец – это он сам. Глаза у него честные, солдатские. Оловянные, то есть.

Ясочка уступает ему дорогу - мол, проходи же, возвращайся из прошлого в текущее. Фантобус мурлычит – «А? Можно, да?» - и с готовностью принимает это приглашение войти. На голом энтузиазме он делает шаг вперёд, но ботинок его острым носком запинается о порожек, и он со всего маху, как цельная колода дерева падает в прихожей об пол всем своим обличьем, так сказать, полным фасом личности. Грохот разносится по ночи, словно дело идёт в цеху мебельной сборки.

Ясочка обхватила себе личико ладошками, как было на кинопремьере «Мама», а потом сестрой милосердия кинулась на помощь. Через пять минут честной борьбы за возлюбленного у неё кончились батарейки. Фантобус оказался такой тяжёлый! И, главное, вырубился, уснул моментально! Всё, что ей удалось – это справиться с ногами любимого, которые мешали закрыть дверь.

Выбившись из сил, она впала в отчаяние и захныкала: «Ну, почему я такая хилая?! Ну, почему я ни на что в жизни не способная?! Меня бы даже в санитарки на войну не взяли бы! Потому что я бы собственные сапоги – и те на себе не утащила бы!»... Потом, глядя на мученическое тело Фантобуса, сваленное грубой судьбой, точно мешок с картошкой, она рассудила так: если чего-то не можешь, то сделай хотя бы то, что можешь! А могла она в эту горемычную минуту только одно – пойти поставить чайник. К этому её соблазнил цветастый кулёчек, принесённый Фантобусом. Валяясь на полу, при теле хозяина, он как бы намекал: «Не надо отчаиваться! Есть они, есть ещё в этой жизни всякие маленькие оргазмы!».

Прибыв на кухню и поставив чайник на плиту, Ясочка заглянула кулёчку в самое нутро. Там оказалась пригоршня всяческих цукерок и пирожное, раздавленное так, словно на нём хорошенько посидели. Горестный комок опять подступил к горлу Ясочки. Она взялась было уговаривать себя, мол, ничего страшного! Ложечкой соскоблишь, и – на блюдечко. Но второе «Я» (резервная личность) взбунтовалось в ней, и ночную тишину порвал в лоскутья крик: «Да что же это, бля, за жизнь!? Да когда же я смогу как нормальный человек напиться богатого коньяку и нажраться толстого-претолстого шоколаду, а!?». Если бы на дворе стояло лето, и окна были бы настежь отворены, эхо отозвалось бы по всему микрорайону.

Не смотря на экстремальное возбуждение этой минуты, слуху её все-таки дошло что-то странное из прихожей. Какие-то булькающие звуки оглашали торжественную, камерную тишину. Ясочка встрепенулась и, бросив всё, опрометью метнулась туда, где осталась валяться её возлюбленная половинка – одинокая, и такая уязвимая!

Там её ожидала сцена в жанре циничного символизма: не приходя в сознание, то есть, обняв планету и продолжая улыбаться во сне, Фантобус мирно и обильно блевал на ковровую дорожку чем-то густым, тёмным и приветливо пузырящимся... Ясочка еле-еле сдержала в себе ответный рефлекс несчастного желудка. В этом ей помогли сострадание и жалость. «Бедный! – подумала она, - Его пытали! Как же я сразу не догадалась! Ах, он такой доверчивый!».

Дальнейшие десять минут своей жизни она провела точно матросик срочной службы на прохудившейся барже – в суматошной беготне, с мокрой ветошью в руках и с крепкими выражениями из удалых пиратских песен.

Что по ходу дела её несказанно удивило, так это букет запахов, наполнивших квартиру до потолка. В нём совершенно не было никакого гадкого амбре. Ничего отвратительного и предосудительно. Шоколад и коньячище, в чистейшем виде – вот, что повисло густыми парами в кубометрах замкнутого пространства. Ввиду этого, Ясочке подумалось не без уважения: «Вот, молодец-то! Да как же он качественно проспиртовался-то сегодня! Ничего лишнего, ничего человеческого в нём не осталось – всё только респектабельное! Может, мне его засахарить, пока он не очнулся? Положу в ёмкость, засыплю килограммами...».

Короче, не устанет наша Галактика удивляться том, что с человеком шара делает! А может, это кризис среднего возраста виноват?

Нет, Фантобус, выдав сладостей на-гора, пробулькавшись, всё-таки взял себя в руки, очнулся. Это позволило ему прикинуться инопланетным моллюском, пьяной гусеницей, и доползти, извиваясь, до спальни. Сделав так, он тут же вернулся в комфортное для него трупное состояние... 

В те самые минуты, когда из-под пальцев Ясочки набегают строками вот эти вот буквы, устойчивый аромат коньяка и шоколада реет по квартире и ласкает ей ноздри. Мечты сбываются. Утро... 


И хоть Ясочка нынче одна за всех,

а всё равно, она его не бросит,

потому что он хороший.

Ведь он же когда-нибудь поднимет себе веки?

Поэтому, читая на прощанье - «ваша Я» -

имейте ввиду, что это по-прежнему мы:

 

  Ваши ya & fa

Вовин след в киевских летописях

  • 14.11.14, 15:43

14 ноября 2014 года

Киев

Статус: кое-что

Настроение: чувство долга

За окном: +11°С, серое, безыдейное 

Сегодня за всю компанию отдувается Ясочка (милый друг Фантобус ушёл за картошкой и пропал). Тем более, что она сама затеяла вчерашнее брожение умов! Так вот, будучи существом ответственным и бережным, привыкшим отвечать по своим обещаниям, Ясочка торопится выдать в народ всё, что у неё в грудях томится с прошедшей ночи. Речь шла о том, что из вчера в сегодня перекинулся некий верёвочный мостик. Давайте же вместе попробуем ступить на его зыбкие досточки и пройти по нему над бездной ушедшего времени... 


ВОВА! ДАНИЛЫЧ! КАК ЖИВЫЕ... В ОБЩЕМ – РАРИТЕТ!  

Итак, витийствуя вчера о личности Путина, дотошная Ясочка припомнила, что совсем недавно ей попадались какие-то зарисовки с натуры этого идола современности. С месяц тому назад, слоняясь бесцельно по свалкам Интернета (делать-то всё равно нефиг!), она удивилась одной забавной находке. Некий джентльмен, вероятно даже киевлянин, оставил в дар истории летопись здешних событий начала 2000-х. По форме – это вроде как народная приключенческая литература. В принципе, такого чтива – полно. И вряд ли оно задержало бы внимание Ясочки, если бы не одно забавное обстоятельство: там оказался Путин! Ценность находки, разумеется, не в этом, а в том, что угол наблюдения за этим персонажем истории оказался вполне такой себе неформальный, так сказать, взгляд из толпы, в жанре устного предания. Что-то между былиной и зарисовкой пьяного репортёра. Такое в газеты никогда не попадает, отбраковывается. Ну, и вот, теперь, исполняя вчерашнее обещание, Ясочка предлагает полюбоваться и улыбнуться. Это уже ретро... 

Отрывок из сочинения, обнаруженного на мусорной свалке Интернета:

----------------------

« ...В эти дни, казавшиеся действительно счастливыми, в конторе «СЛОНа Украины» парили ангелы. Королевский и Крыжопа похорошели. Дали о себе знать их глубоко зарытые душевные сокровища. Они сделались доброжелательны, снисходительны и даже товарищески предусмотрительны. Старательно делали друг другу массаж, разминая трапециевидные мышцы. Озорно и весело хватали друг друга за ягодицы, будто играя в пятнашки. Расшалившись, словно октябрёнок, Радик пускался в дразнилки. «Ванюшка – цыган! Ванюшка – цыган!» - любил подначивать он Крыжопу. Иштван Валентинович заметно нервничал, дёргался и пытался не остаться в долгу. «А ты – снежок!  Йети! - контратаковал он, - Белокурая бестия!». Королевский жмурился, как от солнца. Ему нравились такие характеристики. Он любовался ими как собственным отражением в зеркале.

 Вообще же, вспыльчивый Крыжопа проявлял в эти дни редкое благодушие.  Задирания Радика он рассматривал как ритуальную борьбу карлика с ботинком, поэтому на самом деле не принимал дразнилки близко к сердцу. На правах старшего товарища он продолжал опекать Радика своею мудростью советника. А в минуты прилива мажорного настроения, он вдохновенно травил байки... 

...про Путина: 

«Когда Путин приехал на Украину, то сразу понял, что это не Россия. Це зовсім інша планета. Поэтому даже на параде, стоя рядом с Кучмой на трибуне, ему продолжало интуитивно мерещиться, что здесь что-то коренным образом не так. Трибуна вождей нации стояла вдоль Крещатика, лицом к бывшей Рулетке, то есть на Софию, а спиной к бывшей гостинице «Москва». Путин же, пока парад не начался и обстановка позволяла стоять по стойке «вольно», едва заметным поворотом головы пробовал оглядеться окрест и понять, куда он всё-таки попал. И первая же попытка увидеть пейзаж за левым плечом заставила его остекленеть.

По левую сторону, естественным образом окаймляя Майдан Назалэжности, пролегала тихая респектабельная улица Архитектора Городецкого. Как ручей вытекала она из широкого потока Крещатика и куда-то там вглубь кварталов извивалась. И, собственно, ничего странного для непуганой киевской  жизни в тот момент там не происходило. В пределах хорошей видимости блестели витрины небольшого аккуратного магазина, торгующего бытовой техникой. Владелец же магазина, купец добрый, меценат и трудоголик, решил поработать. Ну и что, что воскресный день! Ну и что, что праздник и парад! Время-то зачем попусту терять?! Вот он, герой капиталистического труда, и подумал: а дай-ка я пока новую партию товара в магазин загружу! Подогнал фургон, подогнал грузчиков, и давай они тягать коробки с печами и холодильниками. Когда Путин ненароком оглянулся в сторону улицы Архитектора Городецкого, то он как раз и увидел это интенсивное движение огромных коробок.

Преодолев парализующее удивление, Путин деликатно обратил внимание Кучмы на сей фантастический факт: мол, Данилыч, я тут конечно в гостях, но по-моему это шевеление творится где-то совсем рядом. Намёк Путина расшифровывался легко: один хороший бросок гранаты – и всё! А если в коробках гексоген? Расстояние-то метров сто, не более.

Данилыч обратил своё драгоценное внимание в ту сторону, посмотрел и рассудительно согласился: да, действительно, глав государств в последнее время гасят по-модному, высокотехнологично, в том числе и с помощью направленных взрывов. В общем, это была бы плохая примета для государства – отметить десятую годовщину независимости трупами двух главнокомандующих на параде. Поэтому Кучма подозвал к себе кого-то ответственного за всю обстановку вокруг и сказал: «А ну-ка, разберись там, объясни им основы демократии». Нужные люди метнулись к очагу несанкционированного движения коробок и быстро восстановили там торжественную пустыню.

Какими словами и с каким пристрастием спецслужбы объясняли потом незадачливому купцу пропасть его вины и попадалова – точно неизвестно. В деловых народных кругах достоверно говорят одно: владельца магазина, мецената и трудоголика, очень жестко опустили на деньги. Ну, а магазин бытовой техники вслед этому тоже как-то сам по себе тихо исчез с респектабельной улицы Архитектора Городецкого...» 

............................................................

(тут мы пропускаем немного) 

...опять про Путина: 

«Итак, пребывая на киевском параде, Путин чувствовал себя не в своей тарелке. Помпезные торжества в честь десятой годовщины независимости Украины уже сами по себе были несносными пощёчинами по лицу российской власти, роль которого исполняло лицо Путина. Так что президенту РФ пришлось в тот день изрядно поёжиться. Особенно после того, как стали заметны странности в работе местных служб безопасности. И когда дело дошло уже до самого парада непосредственно, и последняя истекающая минута торжественно натянулась струной, Путин, судя по всему, продолжал ждать новых мелких фокусов. По крайней мере, был повышенно чуток ко всему, что происходило вокруг.

В эту звонкую минуту войска, прибывшие для прохождения парада, боялись не главнокомандующего своего, который стоял плечом к плечу с другим главнокомандующим, а Министра обороны Кузьмука. Следует особо заметить, что другого такого генерала, как генерал армии Кузьмук Александр Иванович, вооружённые силы современности, то есть, армии всех стран, не знают и не узнают. Это был слишком масштабный человечище, чтобы существовать в двух экземплярах. В нём было что-то былинное, какая-то тень от Ильи Муромца, какая-то вулканическая мощь. Глядя на него, легко предполагать, что именно благодаря избыточным силовым данным он поднялся из лейтенантов в генералы, раздвигая конкурентов в стороны, как чахлую траву. В общем, был он был украшением и осью парада, так что рапортуя главнокомандующему Кучме, он конечно же находился на острие внимания и главнокомандующего Путина. Все – зеваки, граждане, президенты, войска, и даже окрестные воробьи – с почтительным внимание ждали от него, Министра обороны республики, последней, решающей команды к началу парада.

И вот, когда подготовительный церемониал был соблюдён, для всеохватного праздника не осталось больше второстепенных слов, последовали слова первостепенной важности, то есть, команда к параду. Глубоким, бочковым басом, громоподобным рокотом, голосом от которого детонируют склады боеприпасов и бензобаки вражьих самолётов, генерал Кузьмук скомандовал. Мощные усилители, расставленные по периметру обширного пространства, возведя возможности генеральской глотки в «энную» степень, пророкотали над Майданом Незалэжности: «Крррр-р-роко-м-мм!... Ррр-р-ру-уу-ш-шш!!!».

Внимательные наблюдатели, непрерывно следившие за лицом Путина, словно за барометром погоды, заметили, как оно отчётливо вытянулось. Что касается глаз президента РФ, то они лишились своей профессиональной керамичности, ожили, и от удивления полезли вместе с бровями на светлый отеческий лоб. В глазах Путина в тот миг читалось (с немецко-русским словарём): «Оба-на! И что теперь будет? Во я попал...». Должно быть, ему почудилось тайное шумерское заклинание с неизвестным исходом. Однако уже в следующую секунду войска, крепко чеканя шаг, слаженно и мажорно двинулись в наступление по праздничному Крещатику, мимо трибун, и Путин сообразил, что экзотический рык Министра обороны Украины означал старый добрый «Шагом, марш!». Лицо президента РФ в тот же момент вернулось в свои берега и вновь обрело свою марочную непроницаемость. Народная молва упорно утверждает, что будто бы после этого Путин в окружении своей свиты изрёк нетленные слова: «Жаль, что у нас нету такого вот генерала Кузьмука. Надо, чтобы был. Хотя бы один...».

----------------------  

Пока драгоценная публика читала это ретро, милый друг Фантобус, ушедший за картошкой и пропавший на полдня, вернулся-таки к родному порогу. И картошку не забыл. Сейчас ему начинается от Ясочки допрос первой степени интенсивности (т.е. вежливая беседа под протокол). 

 

Любите жареную картошку,

и берегите друг-друга! 

Ваши ya & fa

Путин или корыто?

  • 13.11.14, 17:19

13 ноября 2014 года

Киев

Статус: лунная походка

Настроение: жуём сухарики

За окном: +8°С, серое что-то  

ДИАЛОГ ПОД ОДЕЯЛОМ 

Глухой ночью Ясочка самым неестественным образом пристала к Фантобусу. Есть у неё такая нехорошая привычка – взять и разбудить. Ночью её регулярно что-нибудь посещает – то вдохновение, то фобии, то идеи. Чем она спешит возбуждённо поделиться. И вот, глубоко под одеялом у них состоялся странный для предрассветной поры диалог: 

Ясочка: Давай решать – как мы его назовём!

Фантобус: Кого?!

Ясочка: Наш дневник, который мы придумали. Ему нужно собственное имя, как кораблю. Или как батискафу.

Фантобус: Боже, что у этих девушек в голове по ночам! Я уж подумал – ты забеременела...

Ясочка: Я серьёзно! А то не туда поплывёт.

Фантобус: Будет день – обсудим...

Ясочка: Нет, ты погоди, не отключайся! Я тебе простой вопрос задала. И вообще, когда прёт вдохновение, надо ловить ветер, надо использовать прилив, понимаешь? Тебе это любая творческая личность подтвердит.

Фантобус: ...-ля! (матерно выражается, не сдержался, потом извинился – мол, вырвалось под давлением) Ну, хорошо! Уже всё равно разбудила... (задумался, взбивая себе подушку)... У тебя наводящие мысли есть?

Ясочка: Название должно быть амбициозным, дерзким. Понимаешь?

Фантобус: Предлагаю бить в лоб! Выражаться точно по повестке ситуации, безжалостно. Если так, то мне на ум приходит сразу: «Клуб Разбитых Корыт». Будем с тобою члены Клуба. У меня членский билет номер один. У тебя – номер два.

Ясочка: (беспокойно завозилась, засопела)... Брутально как-то. На испуг домохозяек рассчитано?

Фантобус: Обрати внимание – мем «разбитое корыто» позаимствовано мною у Пушкина, твоего любимого. Из его сказки о Рыбаке и Рыбке. Тут кладезь всяких ассоциаций, послевкусий. Чуешь?

Ясочка: Угу! Продолжай...

Фантобус: Ведь, по сути, мы с тобой теперь что? Мы с тобой как старик и старуха, пережившие всякие завихрения и метаморфозы, сидим у разбитого корыта, в гулком одиночестве, на берегу синего моря жизни и глядим целыми днями куда-то в безнадёжный простор... Каково, а?

Ясочка: (погладила его лапкой по голове, утешительно)... За старуху – ответишь! Старичок! Вот взойдёт солнышко и мои тапки ещё разберутся с тобой... (задумалась)... Если уж принимать за основу эту вычурную конструкцию «а-ля клуб», то лично я пошла бы дальше и добавила бы сюда ядрёного куражу, вплоть до грани провокации. В моей авторской редакции оно бы называлось не иначе, как «Клуб Разбитых Сердец подполковника Путина».

Фантобус: (лёжа подпрыгнул)... Во те на! А причём тут Путин?! Не-не!! Нам с тобой третьим никто не нужен! Особенно – темнейший. Ну-ка, объяснись, кыцюня...

Ясочка: Если мы идём путём эпатажа, путём вызова, путём ментального шока, то это будет гениальное решение. Ведь Путин – это сейчас воплощение красной тряпки, которая всех драконит и выводит из состояния вселенского равнодушия.

Фантобус: А разбитые сердца тут причём?

Ясочка: Слушай, тебе витаминов не хватает, явно. Ты стал плохо соображать.

Фантобус: Ты за окно погляди – ночь на дворе глубокая!

Ясочка: Разбитые сердца подполковника Путина – это живая повестка дня, это актуально! Ты только вообрази, сколько разбитых сердец остаётся там, где он проходит! И политических, и человеческих, и женских даже. Мне так жаль Людмилу, жену его бывшую! Он так низко с ней поступил... Он разбил моё сердце... Этого я ему не прощу... Ты только вдумайся, сколько людей у нас ещё пару лет назад считали, что Путин – ого-го! – главный череп современности, волшебник изумрудного города, пример всем вождям. А ныне, эти же самые люди ему – ПХЛ + ПНХ! Да осколки разбитых сердец у него просто насыпью хрустят под ботинками! А Донбасс? Взял вон, взбаламутил, да и кинул на разгул стихиям. Такого соблазнителя-сердцееда мир ещё не видел. Я тебе точно говорю.

Фантобус: А почему всего лишь подполковник? По-моему он себе давно уже полковничье звание выслужил...

Ясочка: Потому что широкому миру он явился именно как подполковник. И тогда он был гораздо лучше, на него было столько надежд! Он мне даже нравился... Чуть-чуть... А потом, как вырос в полковники, так и начал портиться, ускоренно. А в последнее время - на глазах просто! Мне приятней думать о нём именно как о подполковнике...

Фантобус: А сейчас, как он тебе вот в наши дни? Пошла бы за него замуж, на место Кабаевой?

Ясочка: Глупенький ты! Между вами нет никакой разницы. Вы - оба несчастные. Только ты вот у меня под боком, а у него под боком – Кабаева. Пусть всё остаётся как есть.

Фантобус: Ну, а всё-таки? Если абстрагироваться?

Ясочка: Да ты что! Я его боюсь! Вернее, стесняюсь! Или даже скорее, теряюсь, что ли... Дымчатый он какой-то. Скользит, скользит над водой...

Фантобус: Ээээ! Да ты, крошка, влюблена!

Ясочка: Щас как дам подушкой!

Фантобус: Драка на подушках? Вызов принимаю! Только давай утром, ладно?

Ясочка: Ладно... Что в итоге-то? Какое у тебя решение?

Фантобус: Если хочешь политических обострений в своей пресной судьбе, то выбирай разбитые сердца подполковника. Если же ищешь жалости, внимания и сострадания, то пиши на вывеске «Клуб Разбитых Корыт». Не прогадаешь!

Ясочка: Не, политика нам ни к чему. У меня для этого нет автомата.

Фантобус: О чём я тебе и пытаюсь битый час растолковать... 

После этого Ясочка что-то там ещё бормотала себе под нос, всё тише, тише. Фантобус ворочался, про себя чертыхаясь. Удовлетворённая и мечтательная, она вскоре уснула, а он до рассвета уже не сомкнул глаз. Дождавшись её пробуждения по утру, её сладких потягушечек, он сказал ей – «Доброе утро, дорогая!» - и отлупил Ясочку её же подушкой. Как и обещал. С огромным удовольствием. Потом получил в ответ...

 

Если кто-то из вас дочитал до этой строчки, то имеет право полагать, что сюжет на этом завершён.

Но не тут-то было! Потому как сюрреалистичная беседа этой ночи перекинула мостик в наступивший день. О чём Ясочка и Фантобус поведают вам дополнительно. 

 

А пока... Что нам сейчас остаётся?

Только сказать: рок-н-ролл мёртв, а мы ещё нет!

Ваши ya & fa

Записка в бутылке

  • 11.11.14, 20:54

11 ноября 2014 года

Киев

Статус: ёжик в тумане

Настроение: всё пройдёт

За окном: +6°С, темно и промозгло 

 

ЖЕРТВЫ КОРАБЛЕКРУШЕНИЯ - ПРИВЕТСТВУЮТ ВАС!

 

Мы, нижеподписавшиеся Ясочка и Фантобус, уполномочили друг друга заявить, что:

1. Мы выпали из общества (за борт, в осадок).

2. Что теперь делать мы не знаем.

3. Наше будущее – ёжик в тумане.

4. В общем – SOS! 

Попробуем объяснить. 

«Фантобус» 

Фантобус был трудяга. Модно учился по самому актуальному направлению. Самостоятельно осилил два языка (вдобавок к английскому) – японский и немецкий. Так что, питал надежды и по праву ожидал от жизни воздаяния. Вопреки этому, кусучий фатум оскалился на него своими мелкими зубами. Трижды подряд ему приключилось фиаско на работе.

Первый раз – на фирме, где он трудился аж с 2000 года, вышла блестящая, высококвалифицированная кража. У хозяев умыкнули акций на лимоны баксов. Начались разборки. Досталось всем подряд, и Фантобусу тоже. Целый год ходил по допросам на Владимирскую-15, да в Генпрокуратуру на Харьковской площади. В статусе свидетеля, конечно. Однако перспективы были пугающие. Еле отбился! Был несказанно рад, что тюряга обошла его стороной, и что его оставили в покое. Ну, а труды многих лет, разумеется, пошли коту под хвост. На репутации появилось пятно. Жизнь пришлось начать заново, налегке. То есть, без денег.

Спустя какую-то паузу, с подачи добрых знакомых, Фантобуса позвала к себе одна крутейшая московская контора (финансовый сектор, ТОП-10). Им как раз понадобился директор для их киевского офиса. Так Фантобус нашёл себе применение, хорошую зарплату и отдушину для своих амбиций. Перспективы открывались буквально позолоченные. Впрочем, он был уже стреляный воробей, и держал нос по ветру. Скоро стало выясняться, что на киевский офис москвичами возложены какие-то шуры-муры вокруг чужих долгов с семью нулями, и его конструктивному воображению нарисовался грядущий кидок на впечатляющую сумму. Предыдущий полезный опыт проникновенно шепнул ему на ухо: БЕГИ! И Фантобус не стал испытывать судьбу – заблаговременно и решительно, как принято выражаться, соскочил с темы. Подобно ящерице, оставляющей в капкане хвост, он утёк, даже не попросив зарплату за последний месяц работы. Короче, отряхнул прах со своих ботинок и выключил все телефоны. А гораздо позже люди, осведомлённые в этой теме, похвалили его – дескать, молодчага, во время слинял! Ибо тот, кто пришёл на смену Фантобусу, как выяснилось, уже крепко сел в тюрьму. Москвичи же, сделав что планировали, забили офис досками и убрались восвояси. Проект закрыт.

После этого Фантобус не долго бездельничал, ибо добрые знакомые сосватали его в Облэнерго. Хозяева – американцы, зарплата – хорошая. Правда, должность вшивая – экономист. Но Фантобус не гордый, пошёл. Скоро ему объяснили, что «экономист» - это ширма. Оказывается у них там есть неофициальный отдел слияний и поглощений. Короче, заострили его на несколько смачных объектов города, которые надо вынюхать, подкопать и взломать с последующей сменой собственника. Фантобус как мало кто другой знал уже, что поглощение чужой собственности редко носит дружественный характер. Обычно это дело сопряжено с юридическим и вооружённым сопротивлением поглощаемой стороны, а так же с несчастными случаями в тёмных переулках. Поэтому, уяснив себе – под какой вентилятор его опять затягивает нелёгкая – Фантобус нашёл возможность чинно-благородно тянуть резину, а потом сошёл прочь на полпути с этого чумного кораблика. Спустя неопределённое время прочитал в Интернете о том, что его прямой начальник по Облэнерго подался в бега, и по следу его запущен Интерпол. Занавес!

Тут Фантобус как-то вдруг и сломался. Что-то очень важное дошло до него. И теперь он уже не тот, что был раньше. Он больше не хочет работать. Принципиально! Вообще!! «Человек я, или расходный материал?» - бормочет он в минуты глубокомыслия. И, не дожидаясь ответа, берёт книгу, идёт на диван, садится на спину, погружается в трясину чтения. Мысли о карьере и повестке завтрашнего дня больше не трогают его. Его трогает только Ясочка.  

«Ясочка» 

Безобидный очкарик, библиотечная душонка. Хрупка и милосердна. Иногда бывает в церкви.

Вообще-то Бог таких любит. И, наверное именно поэтому, устраивает для них шершавые испытания.

Библиотека, где работала Ясочка, долго тлела в ожидании пощады от государства, долго цеплялась за жизнь. Но в итоге её, конечно же, оптимизировали. Теперь там что-то коммерческое, кто-то кому-то что-то массирует денно и нощно. Ясочке пришлось познать муки трудоустройства. Окружная весёлым светом фар настоятельно манила её, но девушка выбрала честный гражданский путь. Её молодость и свежесть были ей в помощь, но филологическое образование и библиотечный стаж тянули её ко дну. Сфера инициативной торговли для неё заказана от рождения – она даже кусок платины продать не сумела бы, не то что какой-нибудь стартовый пакет Life! Что ей оставалось? Блестящая, пленительная судьба пицца-курьера, либо кружевной удел секретутки. Ясочка как могла сопротивлялась этой трагической развилке путей и мечтала найти себя на каком-то духовном поприще. Она мечтала работать консультантом в большом книжном магазине. Жаль, что магазинов такого профиля вообще почти не осталось. Следуя тропой бесконечных собеседований, она пару раз удостаивалась чести быть принятой на должности с испытательным сроком. Но когда оба раза она была измочалена штрафами и уволена без расчёта даже по минимуму испытательной ставки, она заподозрила, что её, наверное, и дальше будут использовать за спасибо. Наша Ясочка сказала: «Хватит! Баста!». Её ожидало глубокое погружение в растерянность, хандру и даже прострацию. Но всему этому не позволил случиться неожиданный звонок от добрых знакомых: в солидную, респектабельную компанию требуется секретарь-референт, срочно! Типа, не хотят брать кого-то из живой очереди, с улицы, а хотят, чтоб от своих, по рекомендации. Ну, вот, за Ясочку слово и замолвили. Она вздохнула, переступила через остатки своего «не хочу» и пошла.

Офис компании в центре города, Оперный Театр как на ладони. Оклад, опять же, приличный. Вокруг джентльмены в красивых галстуках. И всё-то вроде хорошо. Но что-то не хорошо. Чуется, как воздух тяжелеет. Невзначай Ясочке стало известно, что порядки тут очень даже беспокойные. По меньшей мере две секретарши, две незамужние молодухи, работавшие до неё, были уволены по беременности. Предание гласило, что вздутие живота настигло обеих прямо на столе у шефа. Пока Ясочка, разинув рот, обдумывала эту новость, очередь добралась и до неё. «Так я же по знакомству сюда устроилась! Вы что, забыли!?» - захныкала она. На что получила ответ: «Ничего не знаю! Или сымай трусишки немедля, или завтра на этом столе окажется другая! Желающих полно!».

Ясочка судорожно ухватилась за свои трусишки, как за парашют в затяжном прыжке. В результате этого ей придали ускорение на выход. Едва успев забрать свою трудовую книжку, она вновь очутилась на вольном ветру безработных. Всё произошло как-то неестественно быстро, но испугаться Ясочка всё-таки успела. Мысль о том, что её чуть было не обрюхатили за оклад секретарши, на лакированном столе, с лапками, задранными к потолку, взбаламутила её воображение. А если б всё-таки обрюхатили?! Нет, нет и нет!!! Это позволено только Фантобусу!

Фантобус, которому она пожаловалась, вздохнул, подумал и отвернулся к стенке – типа, не сейчас... 

И вот теперь мы оба, Ясочка и Фантобус, сидим дома. Ясочка – потому что боится работать. Фантобус – потому что не хочет работать. Стоит немой вопрос: что теперь нам делать, и как вообще прожить? 

Итак, определённо зависаем в прострации. В таком состоянии человеку в голову может прийти любая глупость. Нам вот вздумалось: а заведём-ка мы себе дневничок! Поизвращаемся немножко! Тех, кто ведёт всякие бложики, кто пишет в личные журналы, мы всегда считали чудиками. И натурально полагали, что так себя ведут только апломбированные графоманы с комплексами. Фантобус, бывало, говаривал так: «Дневники на всеобщее обозрение ведут только те, кому очень плохо». Оба мы никогда не помышляли, что окажемся в их числе. Ну, вот... 

Отныне будем регулярно, с лабораторной тщательностью описывать наши судорожные попытки выжить в условиях безнадёги. Утешаем себя такими доводами:

1. может быть кто-то из наших случайных читателей узнает себя в похожих условиях, и ему станет легче – всё-таки не он один выпал в осадок;

2. для нас же это возможность выговорится, снять стресс и ещё раз критически оценить положение; может, ценные идеи посетят в процессе летописания нашего; да и вообще – на миру и смерть красна, как говорится. 

Читателям нашего дневника, если таковые найдутся, предоставлена увлекательная возможность заключать пари и делать ставки – сможем ли мы выжить, или, к примеру, сколько времени продлится наша агония. 

 

Бывайте, сладкоежки!

И да не коснётся вас своей поганой метлой танцующий бес паники!

Ваши ya & fa

 

Страницы:
1
3
4
5
6
7
8
9
10
предыдущая
следующая