хочу сюда!
 

Татьяна

38 лет, рыбы, познакомится с парнем в возрасте 37-43 лет

Заметки с меткой «кот басё»

Радость моя...


Радость моя, происходит какая-то ерунда. Мы с тобой, не любившие никогда, умеющие наотмашь и от винта, каждую ночь выходим теперь летать. Поднимаемся над горами, над морем заходим на первый круг, звезды во мне сгорают, штурвал выбрасывает из рук, крылья царапают спину неба, оно выгибается надо мной, я чувствую млечным нервом, как в недрах твоих темно. Звездный дождь начинается и пламя в ладони льёт, мы же были случайными, бредущими над землёй, мы, привычные к радарам и позывным, отключили их - сердцам они не нужны. Мы нигде не отмечены - без приборов, сигналов, карт, там, внизу, диспетчеры получают второй инфаркт, нами полнится воздух, сводки и выпуски новостей, мы проходим насквозь - в облаках не бывает стен. Радость моя, происходит что-то огромное, как закат. Мы уходим из дома, ищем небесные берега, поднимаемся выше и выше - дыши, дыши. 

Господь говорит, что так начинают жить.

Кот Басё 

http://www.stihi.ru/2017/07/31/3907

Тонкие ткани...

Тонкие ткани, острые грани, море - живая ртуть. Слово умеет так тонко ранить, что ядом горчит во рту. Смелость ли, дерзость, такая пропасть -  впору в неё шагнуть. Вот, посмотри, умирает робость оставить меня одну. Вот, посмотри, созревает смелость тебе говорить: "иди". Души как души, а это тело, и телу не запретить. Низменны страсти, низки пороги, прост поворот ключа. Если мы будем тревожить многих - научимся отличать. Небо от фальши, огонь от лести, космос от суеты. Мы навсегда остаемся вместе, ибо всегда просты, мы первородны, едины,  вечны где-то в других мирах. Мы знаем, что истина - этот вечер, а все, что за ним - игра. Тонкие ткани, острые грани, море - металл луны. Слово умеет так больно ранить, поэтому мы должны быть осторожны - отмерить дозу, выждать условный час. Слово по капле идет подкожно и разделяет нас. Однажды мы встанем в чужих рассказах, с кем-то из прошлых снов. Мы не теряем ни страх, ни разум, не рушим своих основ. Просто приходит пора открыться тем, кто стучал в окно.

 А наша любовь продолжает биться морем у наших ног.

Кот Басё

***

   Болеть любовью, смотреть загадочно – увольте, каждый давно привит. У нас сердечная недостаточность, нехватка опиума в крови. Давай же, доктор, введи нам острое, налей целительное со льдом. Нет, не любовью болеют взрослые, любовь – об этом, а мы -  о том. О том, как душно бывает вечером, как жмут привычные этажи,  и нет любви, и спасаться нечем, но в ключичной венке вскипает жизнь.  О том, как голос звенит серебряный, она смеется – сойти с ума, плутая улицами, деревьями, не возвращаясь в свои дома. О том, как крепко, в одно касание, всегда сливаешься с ней в ночи. Мы все диагнозы знаем сами, но спасибо, доктор, что ты молчишь. Болеть любовью – пустое, детское, стихами кашляешь, чуток сон. У нас с ней нежность такая резкая, часы до встречи стучат в висок. Давай же, доктор, оставь теорию, забудь бессмысленную латынь. Болеть любовью, войти в историю,  гореть в агонии и остыть. Любовь безумствует лихорадочно,  скоропостижен ее конец.

 У нас -  сердечная недостаточность.

 Нам недостаточно двух сердец.

Кот Басё

Кот Басё : о тебе





О тебе...

О тебе, пожалуй, не стоит писать ни строчки,

потому как в словах обоим ужасно тесно.

Поскорее бы время сдвинулось с мертвой точки.

Что за точкой – мне доподлинно не известно.

Я порой предполагаю – в порядке бреда–

что за точкой начинается шум прибоя…

Я же чувствую, я чую, иду по следу,

небо в море отражается голубое…

Ты сидишь у края мира, у кромки моря,

прикурив, глядишь на воду завороженно…

«Между прочим, - говоришь ты, -и я не спорю, -

ведь к чужим мужьям не приходят чужие жены.

Если ты стоишь сейчас за спиной и слышишь,

если я сижу и знаю, о том, что будет,

значит, мы намного дальше, намного выше,

не мужья, не жены, даже почти не люди.

Между прочим, - говоришь ты, но губы сжаты,

все слова идут потоком, минуя воздух, -

мне не важно, как узнала ты, как пришла ты.

Я придумал мир, и мир для тебя был создан.

Дольше века я прождал тебя у прибоя,

длился день, клубился дымом над вечным морем…"

Море в небе отражается голубое.

Я все чувствую, я чую. И я не спорю.

О тебе нельзя, конечно, писать ни строчки.

Только думать – осязаемо и детально.

Но однажды время сдвинется с мертвой точки.

Как известно, мысль слишком материальна


#####

Когда наступает утро на тонкий лед, его покрывая причудливой сетью трещин, меняются звуки и оживают вещи, и кожа теплей становится под бельем, под шелком и кружевом, в маленьком тайнике, который ладонь накрыла, как мягкий купол... Она собирает сказки, стихи и кукол. А я собираюсь солнцем в ее руке. Когда наступает утро, среди снегов, в пуховых сугробах, в постельной метели белой я теплым лучом опять проникаю в тело, которое пахнет розовым молоком. Она говорит о песнях и облаках, и пристально смотрит, и замирает рядом... А я выгибаю спину под этим взглядом, чтоб быть ее кошкой и влагу ее лакать. Когда наступает утро, она встает, скользя босиком, небрежно укрывшись пледом, проходит на кухню, и я отправляюсь следом, чтоб видеть, как день рождается из нее. Посуда звенит, и звон отдается в нас, и я наблюдаю за каждым движеньем легким. И солнце проступает на фотопленке. И кофе горячий, и за окном - весна.

#####

Да, черт возьми, вот так и никак иначе. По-другому не получается, не поется. Или я притворялась немой, или ты – незрячим, но теперь нам обоим за все это воздается. Вот сидим с тобой на разных концах потока, наблюдаем за изменчивостью мейнстрима, не касаемся друг друга, не бьемся током, объясняем только то, что необъяснимо. Если речь заходит о прошлом – меняем тему, если речь заходит о будущем – замолкаем. Речь вообще ходила раньше, куда хотела, потому сидит сейчас под семью замками. Мы хандрим от слов и сердимся на погоду, раздражительны, опасливы, нелюдимы. Мы друг друга принимаем – в угоду году, так упрямо нас скреплявшему воедино. Мы встречаемся за чаем, с привычной ленью рассуждаем, как однажды вернется сила. Два ворчливых старика на краю Вселенной, не заметившие смерти, что приходила.

######

Сорок восемь часов до лета – иди, пылай, выжигай напалмом, все, что мешает видеть, как она исчезает, волю собрав в кулак, попрощавшись с тобой – на русском и на иврите, на арабском (он делает голос ее глухим, изможденным молитвой во имя твое земное)- Бог с тобой, дорогой, Бисмилля рахманан Рахим. Утекает песок, и река покрывает дно им. Посмотри на ладонь и пойми, что она пуста, и почувствуй ее, и наполни ее молчаньем. Ты устал, потому ты не ведаешь, кем ты стал. Все, кто были с тобой - отчаянно одичали. Сорок восемь часов до лета – купить билет и бежать бы к воде, забыв про свою усталость. Но песок, песок в часах на твоем столе говорит, что больше времени не осталось.

Кот Басё : Живу...Люблю...Пишу...

 
 

Лаврентьева Светлана Анатольевна, родилась 28 января 1986 года в городе Усть-Каменогорске (Восточный Казахстан). В 13 лет переехала в Краснодар, где живёт по настоящее время. Стихи пишет с детства. Победитель всероссийских олимпиад по литературе, лауреат многочисленных литературных конкурсов. В 2008 окончила филологический факультет КубГУ. С 2009 года публикуется в сети под псевдонимом Кот Басё. На данный момент работает в рекламном агентстве. Состоит в творческом объединении "КубАрт". 

[ Читать дальше ]



Инструкция

Испытывая сердце, не забудь, 
что есть предел любому механизму – 
пружины, шестеренки, линзы, призмы, 
набор уже состарившихся букв, 
тягучее, густое вещество, 
наполнившее колбочки предсердий…
  
Испытывай же сердце милосердней.
 
А лучше не испытывай его.




© Copyright: Кот Басё

Весна - февралю...

  Хищно и нервно, лаская деревья ветром, 
весна февралю объясняет, что время - вышло. 
Ее повелитель станет рабом к рассвету,
ветер целует плечи, спускаясь ниже,
тонкими пальцами ветер играет с телом, 
дрожь отдается стоном  ключичных ямок … 
Весна обещает чувства – ведь ты хотел их,
ведь ты ее брал  - неистово и упрямо, 
пощечины снега, волосы – на запястье,
ты не давал ей вскрикнуть, сдирая кожу…
 Ты думал, что знаешь, как обладают счастьем, 
но понял что это все-таки невозможно. 
Остались минуты последней покорной ночи, 
в которой тайфуном скоро проснется сила… 
Ты понимаешь, что это значит – кончить,
лови эти выдохи – помнишь, как ты просил их?...
 Смотри, как она, нагая, ложится рядом, 
и ветром тебя стирает с лица постели.
 Весна покоряет, правит, пронзает взглядом,
весна тебе мстит за выстрелы и метели, 
за мрак равнодушия, за ледяные крыши,
за все соответствия сущностям и стандартам…
Весна февралю объясняет, что время – вышло.
И ветер сплетается в нежном дыханье  с мартом.

© Copyright: 
Кот Басё