Южноафриканский бурбуль

Римские корни имеют такие известные и распространённые сегодня породы, как ротвейлер, мастино - наполитано, швейцарские овчарки и, в той или иной степени, многие другие догообразные, сформировавшиеся теперь на территориях, некогда завоёванных Римом. Все эти собаки происходят от древних азиатских молоссов, пришедших с Востока с племенами примитивных скотоводов и, впоследствии, облагороженных скрещиванием с продуктами селекции более развитых народов античных цивилизаций. Такой генезис имели и разновидности распространённых в средневековой Голландии буллен – и бёрен – бейсеров – “бычьих” и, соответственно, “кабаньих” собак, предназначенных как для реальной работы по соответствующему зверю, так и для травли на потеху публике. Традиции такого рода боёв были очень распространены в средневековой Европе и во многих сопредельных странах существовали схожие между собой травильные породные типы, подчас известные под весьма схожими названиями. Обладая серьёзным боевым потенциалом, и равно способные как к боям, так и караульно – сторожевой службе, собаки эти были незаменимыми помощниками человека в сложных условиях жизни. Именно поэтому их охотно брали с собой колонисты, отправляющиеся в Новый Свет.

С другой стороны, в цивилизованных странах Старого Света жизнь становилась все размереннее и безопасней, социальный заказ на собаку с наклонностями гладиатора терял свою остроту, а с запретом боёв и травли - и вовсе потерял актуальность, что привело к массовому исчезновению и деградации старых боевых пород. Другое дело – жизнь в колониях. С одной стороны, это каждодневная борьба за существование, с другой – культурная и географическая изоляция. Африканский вельд и сегодня – не самое гостеприимное место для белого человека, что говорить о том, каково там было первым бурам – поселенцам, выходцам из Голландии.

Согласно официальным южноафриканским источникам, в 1652 году Jan Van Riebeeck приплыл на мыс Доброй Надежды, и привёз с собой собаку, чтобы она охраняла его семью в этой дикой и неизвестной стране. Эта собака , известная как "Bullenbitjer", была большой ,тяжёлой, мастифообразного вида. Скорее всего, подобных случаев было множество, только они не были задокументированны. На протяжении многих десятилетий булленбейзеры приезжали с семьями колонистов в южную Африку и, казалось бы, растворялись в её диких просторах, не оставляя о себе никаких упоминаний. Но собаки никуда не исчезали, они делали то, что должно, в точном соответствии со своим предназначением – защищать и охранять жизнь и имущество человека, если надо – до последнего вздоха, до последней капли крови. Тем более, что защищать было от кого. В тихой Европе, даже в самые бурные годы своего боевого использования, предки бурбуля не испытали и десятой доли тех тягот и опасностей, что выпали их потомкам в повседневной жизни в колониях. К счастью, порода была скроена с изрядным запасом прочности, что позволило ей выжить и в кое – в чём превзойти своих прародителей. Очень большое значение имел естественный отбор, поэтому современные бурбули такие сильные и выносливые. Ведь в тех краях не было никакой ветеринарной помощи, и собакам приходилось в значительной мере заботиться о себе самим. В прошлом владельцы бурбуля нуждались в друге и защитнике семьи, работнике и бойце.

Современный бурбуль представляет собой очень большую, но в то же время не гигантскую собаку, наделённую огромной физической силой и явно способную в любой момент задействовать весь её потенциал. Представьте себе крупного бульмастифа с динамикой и рычагами амстаффа – пример не вполне корректный, но в какой – то степени характеризующий породу. Подчас не верится, что такая тяжелая собака может быть настолько энергичной и подвижной. Ощущение физической мощи в сочетании со свободой движений поражают.