<![CDATA[gen1usualex - BLOG.I.UA]]>

Ночь. Сквозь сон вредно звонил мобильный голосом Миши Галустяна: «Вставай страна большой-большой, вставай на смертный бой…» – это могло означать две вещи, либо пришло время вставать, либо это звонит кто-то из родителей моих друзей (мелодия выбрана специально, так как только она заставляла меня отвечать на звонки в любое время в любом месте). За окном еще было темно, значит это был не будильник…
«Леша, извини, что тревожу тебя ночью, Вова у тебя?» – сквозь слезы говорил женский голос.
Еще не проснувшись и пытаясь осмыслить, кто звонит и где Вова, я потопал на кухню – жажда – неприятные последствия «встречи старого друга».
«Вова, Вова, Вова?» – пытался восстановить в памяти вчерашние события.
«Леша, так Вова у тебя остался ночевать?» – прервала мои мысли тетя Лена (так мы в узком кругу называли Вовину маму, на людях это была Елена Михайловна – воспитательница детского сада).
«Разве он домой не звонил? Он, наверное, задержался в гараже рядом со своим железным конем» – нагло соврал я, но в той ситуации, когда я слышал, что тетя Лена уже рыдает в захлеб, я выбрал именно сладкую ложь. И тут же добавил: «Я сейчас сбегаю в гараж и сделаю ему выговор, что заставляет маму волноваться».
«Ко мне только что звонили с милиции… – продолжала тетя Лена – и спрашивали про моего сына, где он, в чем был одет, какие у него отличительные особенности – шрамы, татуировки и прочее? При этом спокойно оборвали разговор, вы не переживайте – просто уточняющая информация». Как гром среди ясного неба – эти слова заставили меня накинуть шорты и футболку и сломя голову мчаться в сторону гаража – я ожидал увидеть там спавшего Вову недалеко от своего железного коня – Honda (в отличии от Вовчика, мои познания мототехники ограничиваются только знанием всем известных брендов ). Я сам себя пытался убедить, что он именно там спокойно отсыпается после вчерашней мегопьянки посвященной очередному апгрейду этого проклятого мотоцикла. После таких пьянок ключи от гаража находятся у меня и непосредственно у владельца гаража нашего общего с Вовкой знакомого – Сереги. Но мои надежды не оправдались, в гараже было пусто, я не нашел ни Вовчика, ни его мотоцикла. «Но как такое может случиться?» – и я, и Серега и Вова, а также еще несколько друзей Сереги – такие же лихие любители скоростной езды, как и Вова, мы все вместе неплохо отдохнули вчера. И не впервой я довел Вову до подъезда его же дома, магнитным ключом помог открыть дверь в подъезд, а далее – как и всегда мне было стыдно смотреть в глаза тете Лене, когда я практически приношу на руках ее сына домой (но мои «советы» и попытки ограничить дозу выпиваемого алкоголя чаще всего быстро уходили в никуда со словами «я знаю свою меру», «ты, что моя мама?», и я не знал, как противиться таким высказываниям, и просто отступал – как говорится свою голову на плечи не поставишь другому). Всегда все было нормально, я убеждался, что Вова в состоянии подняться на второй этаж и с чувством выполненного долга отправлялся к себе домой, но в этот раз было все по-другому. Предполагаю, что Вовчик, который по жизни позиционировал себя, как свободолюбивый человек, который в силах сам справляться с любыми трудностями и брать любые вершины, и чаще всего добивался своего, но в тоже время, у меня ассоциировался с бараном, который в любое время может стать в стойку «уперся рогом» и делать то, что надумал, и никакие уговоры не смогли изменить его позицию. И Вовчик просто решил опробовать своего обновленного «коня».
«Серега, ты где?» – поинтересовался я по телефону.
«о-о-о-о Лееееха, приезжай к нам, мы на озере» – сквозь громкую музыку и женский смех хриплым голосом прокричал Серега.
«Вова с тобой?» – перебил я его праздничное настроение
«Да он уже дома, как всегда, ты же знаешь, что он никогда не умел пить – язвил завсегдатай ночной жизни Серега – он поехал на своей Хонде домой где то пару часов назад».
«Ты дал ему сесть за руль в таком состоянии, с*ка?» – сквозь зубы прошипел я.
«А что я ему мог сделать? Ты же знаешь, что его сложно переубедить – оправдывался Серега с уже несильно праздничным настроением – а что случилось?»
Далее был большой ступор, я не хотел разговаривать и размышлял, что делать дальше. Выбор был невелик либо в милицию, либо в больницу (коих было всего 2 в моем городе), либо к тете Лене. Последний вариант я отбросил, но был неприятно удивлен, когда подбегая к больнице заметил как дядя Миша (отчим Вовы) под руки выводил ее с главного входа. Потом были кошмарные двое суток, сразу меня в больницу никто не пустил – в спешке я забыл дома документы. А после обеда позвонили то ли из милиции, то ли из прокуратуры – не знаю почему именно я, но честно признаться наверное я этого заслужил: вступительная часть, кто я такой, от куда знаю Вовчика и вопрос: смогу ли я присутствовать на опознании? По причине того, что родители находятся в шоковом состоянии: тетя Лена перед дверями морга теряет сознание, а дядя Миша совсем недавно «на ногах» перенес инфаркт миокарда, а мой номер больше всего встречался среди набранных, да и тетя Лена успела рассказать про лучшего друга ее сына. Раз 10 как минимум я видел Вовчика в больничной палате после очередной пьяной драки, но это ничто в сравнении с плохоосвещенным холодным помещением, которое никак не походило на светлые больничные палаты, да и два «куска мяса» на столе… это был он – «парашют» на запястье, «за ВДВ…» на ребре левой ладони, да и по лицу с небольшими огрехами это все еще был Вовчик. На мой вопрос почему на столе две части получил вполне логичный ответ перетошненный медицинскими терминами – мол, на большой скорости, будучи в нетрезвом состоянии на секунду потерял концентрацию и попал под колеса грузовика Reno с 10 тоннами груза, дальнейшие подробности меня не интересовали… но с морга пришлось забирать как единое целое, для этого пришлось одевать на него колготы %).
А что было дальше? Дальше были пощечины (не сильные в физическом плане, но достаточно неприятные психологически) от тети Лены, обвинения что это я во всем виноват %) и мои слова, что я довел его до подъезда, что не я впустил его в гараж к мотоциклу, что не я отпустил его домой на этой Хонде, и много еще чего… звучали простым оправданием… провожать в последний путь я не осмелился пойти, и постарался запомнить Вовчика веселым и смелым, самостоятельным и временами упертым до ужаса, тетя Лена при виде меня превращалась в демона – нагнетать обстановку не было никакого желания, поэтому приходилось избегать встреч на базаре или в городе, все доходило до смешного, когда венки с моей подписью на следующий день я находил на мусорнике у выхода с кладбища…
Спустя время, тетя Лена наверное в какой-то мере поостыв, но при этом не потеряв ту черноту на лице, седину в волосах и постоянный черный атрибут в ее гардеробе, даже калитку усадьбы, которую вместе с Вовчиком мы лично красили в радужные цвета с лохматой рожицей толи волка, толи собаки (Вова отвратительно рисовал кистью, но отлично выдавал шедевры простым карандашом и шариковой ручкой), даже она спустя время отпугивала своей чернотой, и наспех закрашенной лохматой рожей, при встрече со мной тетя Лена была готова провалиться под землю, и все разговоры сводились к тому, что она по 100 раз просила прощения у меня, а я по 100 раз извинялся перед нею… Через полгода от сердечной недостаточности рядом с Вовчиком «выросла» гранитная плита дяди Миши, а еще через год не стало и тети Лены.
Мой мобильный разговор с Серегой в ту ночь был последним, через месяц его родители получили выгодное предложение по работе в Канаде и он с чистой совестью и без чувства вины улетел за океан (он не появился в морге – так как отменно «повеселился» на озере, потом у него были важные дела и он пропустил похороны, потом «заболел»).
Вот так за одну ночь я потерял лучшего друга, разочаровался в «друге», прочувствовал холод городского морга, «убийственный» взгляд матери, наверное, впервые задумался, что жизнь – невечная, и начал с презрением относится к алкоголю и спортивным мотоциклам.
Имена главных героев изменены. Совпадение с реальными людьми, является лишь случайностью.