Все так мимолетно.

Я как-то меняюсь. Не могу понять в какую сторону и с чем это связано.

В моей жизни сейчас одни потери.

Все уходят.

Рано или поздно.

 Все стремительно пытаются покинуть мою жизнь.

Люди-жвачки.

Сначала у них опрятная оболочка, приятны с первого взгляда, с любимым вкусом, от которого ты получаешь в некотором роде какой-то кайф на несколько минут.

а потом оболочка разжевывается. теряется вкус. теряется интерес.

и ты не думаешь зачем ты бросал в рот ее, ты уже думаешь - как ее выкинуть. 

а если продолжаешь жевать дальше - она распадается и несет за собой отвратительный вкус и неприятные ощущения.

да, можно ее проглотить. можно завернуть в бумажку.

и только самые большие идиоты - достают через время эту жвачку обратно, чтоб продолжать жевать.

все люди выкидывают жвачку.

рано или поздно.

и виноваты даже не люди.

виновата жвачка.

Я готовлю завтрак и верчусь вокруг своей оси. Я могу выдавать резкие па и плавные плие.

И ты понимаешь, что у тебя на глазах слезы. Но ты улыбаешься. Улыбаешься, слизывая слезу с верхней губы. И хочется слушать эту песню. Опять и опять. Снова и снова. Громче и тише. Лежа и сидя. С улыбкой и со слезами.

Именно такие эмоции у меня вызывает эта песня. Я, девушка, которая слушает House и Electronic, Dance и RNB. А такие бурные эмоции у меня вызывает…любимая группа Путина – Любэ. И песня «Давай за…».

Сразу вспоминаю детство. Папа – молодой солдат. Живем в военном общежитии. Мама – учительница младших классов. Помню, как папа меня порол чуть ли не каждый день за драки, за плохое поведение. Помню, как мама купила мне польскую юбку, что было дико круто. Пышная такая. С рюшиками. Черная. А я ее порезала, чтоб не носить :) Помню, как стащила у папы дымовую шашку. Помню, как с другом бегали с ними по лесу. Помню, что приехали пожарные. Помню, что прятались в кустах :)

Вспоминаю, как трудно было зарабатывать деньги. Помню, как таскала ковры на продажу. Мамины слезы…

Перед глазами стоит папина машина. Тогда еще дико спортивная «восьмерка». Папа садил меня на переднее сидение к себе на колени и разрешал рулить. Вижу папину воинскую часть. Вижу спортивный городок. Вижу, как я падаю верх ногами с тренажера. Вспоминаю синяки, вспоминаю, что солдаты не плачут.

Помню папин Volkswagen passat. И там был люк. Мы с сестрой высовывались и пели «Оранжевое небо, оранжевый подсолнух» дико модной группы «Иванушки Интернешнл» :)

Вспоминаю, как папа давал «наряды вне очереди» за промахи в поведении. Помню, как с братом ели сосульки, чтобы заболеть и не ходить на тренировки :)

Никогда не забуду картину. Меня везут в операционную. Не могу ни плакать, ни кричать, ни дышать… Вижу только закрывающиеся двери лифта… и маму. Плачущую…

У меня мама очень сильная. Я видела только два раза за всю жизнь, как мама плакала. Всего два раза. А у нас жизнь была сложной.

Я помню огромные застолья, где меня ставили на стульчик и я пела: «Сегодня вечером, вечером, вечером, когда пилотам прямо скажут: «Делать нечего». Мы приземлился за столом, поговорим о том о сем. И на прощанье тихо песенку споем…»

А сестра моя с трех лет знает «Черный ворон». Помню, как на Новый год она пела эту песню деду Морозу :)))))

У меня было все. Были падения и взлеты. Была грусть и радость. Были бедность и роскошь.

Когда я слушаю музыку – мое настроение меняется с ритмом. Когда в моих ушах наушники – передо мной невольно появляются сюжеты. Пусть выдуманные. Пусть заоблачные. Пусть прошлые. Музыка меня поддерживала во всех жизненных ситуациях. Когда мне весело – я танцую под музыку, когда мне грустно – я танцую под музыку. У меня есть еще одна жизнь – танец. Только во время танца я перевоплощаюсь. Я чувствую себя свободной. Я могу быть вальяжной и скромной одновременно только в танце. Когда я закрываю глаза – я придумываю постановки. Я всегда в ритме. Я всегда в движении.

Мне плевать на то, что я не могу себя сдерживать, танцуя.

Мне плевать, что люди косятся на меня, когда я подтанцовываю на остановке, с уверенностью, что никто не видит.

Когда я танцую – мне плевать на все. Я живу. В танце все проблемы уходят на задний план. В танце нет хороших и плохих. В танце есть только ты и музыка. И все. И твое тело общается с мелодией, отвечая движением тела. Только в танце я свободная.

Только с этими двумя вещами я могу быть в вымышленном мире, но решать проблемы настоящего.

Я могу плакать в унисон песни, но не могу сдержать свою правую ногу, которая начинает отбивать ритм во время веселой музыки.

Танец дает мне новое дыхание, но в то же время лишает сил.

Я танцую ради жизни, а танцуя – живу.

Я не осуждаю...Я констатирую...

В память о НЕЙ

Я, ыстессна, начну с сибя…

бояться-то…Живите так, чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. И так: либо вы ставите цели по жизни и добиваетесь их , либо пинаете воздух и вам все по – барабану.  И вот, время мое подходит к концу, прощайте, братья и сестры…. Так, стоп, а я уже умерла или еще нет… Вообщем, следуйте завета братства и да прибудет свами сила…