Собрать, как старый снимок по частям. 

Мое простреленное сердце еле дышит 

И все подчинено твоим рукам. 

Я мог бы стать тебе хорошим другом. 

Но только позже, через сотни лет, 

Признать любовь младенческим недугом 

И врать себе, что все сошло на нет. 

Я мог бы стать дороже и нужнее, 

Не замечать твоих случайных слез, 

Но ты, казалось, стала холоднее. 

И я, чуть было, насмерть не замерз. 

Я мог бы зачеркнуть все эти годы, 

Но мне не нужно столько пустоты. 

Я не хочу познать такой свободы, 

Где между нами сожжены мосты.

(С)