Есть только перекрекрёстки.

Целый мир, состоящий только из перекрекрёстков.

Дороги от них разбегаются щупальцами по событиям и людям, сворачиваются кольцами историй, пересекаются сами с собой и встречаются где-то за очередным повором, что бы искренне удивится повороту событий и предсказуемости.

Одни дороги коротенькие, как коридор в хрущёвке. Такие заканчиваются кирпичными стенами, на которых видны следы нетерпеливых предшественников. Надломанный, надкусанный, выщербленный, а местами и погнутый кирпич долго хранит усердие пришедших. Они зажигали тут свечи, приносили с собой кувалды, проверяли на прочность собственные карты ценой собственных голов. Такие дороги пугают редкими скелетами тех, кто не рискнул вернуться. Хотя, если обернуться, то ещё виден яркий след последнего перекрекрёстка. Что может быть проще, чем пойти на него и сделать вторую попытку. 

Другие дороги длинные, как катакомбы. Их прокладывали сотни тысяч человек, мало заботясь о направлении, цели и опорных конструкциях сводов. На таких дорогах весело, но опасно. В любой момент может произойти обвал, и ещё не известно, что окажется лучше: быть засыпанным, остаться впереди обвала или обнаружить перед собой непроходимую стену после стольких усилий.

Есть дороги-петли. Они не похожи ни на какие коридоры, катакомбы, лабиринты и прочие заумности. Носиться по ним -- сплошное удовольствие для тех, кто любит американские горки. Их единственный недостаток -- как бы долго ты не самообманывался новой жизнью с чистого листа, как бы не придавливал скорость на виражах, очень скоро начинаешь понимать, что ты именно там, где был. Ага. А вот и булочка, которую ты уже видел. И не один раз. Надо же, а как свежая.

Не бывает исключительно ровных дорог, приводящих куда-либо в постоянство. Иногда можно просто двигаться по главной, делая вид, что второстепенные слишком малы, что бы считать встречу с ними перекрёстками. Их значимость начинаешь понимать, когда, проделав путь, длинной в хороший кусок жизни, оказываешься перед классической доминошной рыбой. И нужно быть поистине волшебником, что бы превратить эту рыбу в начало новой партии.

тут

и тут

Дана устала бояться. Вот так просто, проснулась однажды утром и поняла, что устала не от работы, не от нервотрёпок, не от постоянной стойки «держи удар», а именно от боязни. Самое любопытное было то, что это был страх боязни. Она с сомнение подумала о собственном психическом состоянии. Нормальные люди боятся чего-то. Ну пауков там разных, привидений, высоты боятся, подлости, предательства, грабежа или пожара. На худой конец, фобиями страдают благородными. Одна она, как умная, боится состояния страха. Это липучее ощущение собственной беспомощности и ограниченности в средствах  решения было страшнее самого страшного действия. С действием можно справиться. Его можно изучить, спрогнозировать, предотвратить, минимизировать. В конце, концов, можно что-то предпринимать прямо здесь и сейчас. С чувством страха всё было иначе. Он возникал именно в тот момент, когда ничего не предвещало. Каждый раз с совершенно безопасной на вид, вкус и цвет стороны. Подкрадывался неслышно, прячась за налаженной повседневностью и усыплённой бдительностью и размашисто бил. И ведь знал, подлец, куда именно бить. Дана подумала, что у этого гада должен непременно быть сообщник. Кто-то из живущих в пруду, безошибочно подсказывал страху, куда нужно ударить именно сейчас так, что бы атмосфера на Земле моментально закончилась. Вместе со звуком и светом. «Найду – зарою. – беззлобно подумала она, автоматически собираясь на работу».

Со времени последнего нападения острота слегка притупилась, кислород, звук и свет, покочевряжившись для приличия, постепенно приходили в норму. То ли удар был так себе, то ли Дана что-то учуяла заранее и попыталась увернуться, то ли с каждым разом нерв становился всё крепче, но факт оставался фактом – спустя пару недель она уже могла вполне трезво размышлять на тему «Все приметы – к деньгам, а всё, шо ни  делается – к лучшему». А…да… ещё на любимую реабилитационную тему: «Да шоб я ещё хоть раз, да пусть меня …» Кары и лишения она себе не придумывала, зато придумывала, как именно она будет думать перед тем, как что-то делать или говорить.

Ехать было далеко, плеер она благополучно забыла дома, за окном мелькали выгоревшие газоны и дворники, делающие вид, что их поливают. Шесть утра летнее время дворников, охранников и кофе. А ещё в длинном  вечно сыром переходе с огромной лужей прямо перед выходом можно было купить цветы. Не какие-то там надменные розы или победославные гвоздики, и даже не приторные лилии, чахнущие по лаврам Отелло -- хотя их тоже можно было купить – а настоящие сезонные полевые-луговые-лесные цветы. Три денежки – и маленькое чудо удобно помещается в ладошке, обдавая прохладой и росой. Пять минут и чудо обживается на рабочем столе, ворочается в пластиковом стаканчике, устраивается поудобней, сетует на кипячёность воды, мгновенно забывает о неудобствах, радуется вместе с тобой утреннему кофе и потом целый день рассказывает удивительные истории из своей прошлой жизни. Хочешь – можно в лес сгонять, Где на пятнистых от солнца и листвы склончиках живёт ландыш. Там хорошо, тепло и немного тревожно. А можно с красно-книжной сон-травой побродить по Хортице. Господи, как давно это было. Термос с борщом, развалины старого пионерского лагеря с монстром горниста в зарослях бузины и склон, по которому волны цветов сбегают в Днепр. Сегодня были васильки. Значит сегодня будет желтое поле за горизонт. Просто поле и немного солнца. Совсем капелька, только что бы не умереть. Или лучше две капельки – что бы не умереть и улыбнуться.

Васильки норовили упасть вместе со стаканчиком, одновременно пытаясь что-то сказать. Дана покрутила головой и обнаружила  пустую банку из-под кофе. Банка была большая и букетик смотрелся в ней, как пасхальная свечка на поминальной неделе – торжественно и одиноко. «Ну и ладно. Всё равно, утро – это самое лучшее время, самое лучшее настроение. – думала она, наливая воду в треснувший чайник и насыпая в кофе в ставшую нарицательной ярко-алую чашку». Дана покрутила в руках красное недоразумение и пристроила его слева от васильков. Потом поискала глазами, нашла и пристроила справа пепельницу имени того же производителя гарантированным  объёмом 50 грамм. «Не-фон-тан – натюрморт освежал пространство, но выпадал из гармонии симметрии. Если в центре поставить самый большой предмет, то две рекламы оказываются рядом, а если рекламы разместить по бокам от красного, то нарушается симметрия размеров. – Ты вообще нормальная? – Дана поймала себя на мысли, что думает о себе в третьем лице». Закипевший чайник вызвался решить проблему симметрии. Чашка и пепельница сместились в сторону окна, а мысли Даны – в сторону текущих производственных проблем.

Производственные проблемы, весело шваркнув старенькой дверью, протопали прямо к окну, бесцеремонно сцапали чашку и отобрали только что прикуренный никотин.

-- Медитируешь?

-- Нет, карму проветриваю – для наглядности Дана покачала створкой окна и отобрала кофе. – Чайник там.

-- И тебе доброе утро.

-- Кому доброе, а кому последнее…

-- Ну и кому последнее? – Димка подчёркнуто-аккуратно прикрыл дверь и проверил, захлопнулась ли. Уж больно памятен был устроенный им сквозняк, унесший жизни трёх огромных офисных стёкол. И не просто так унёсших, а точнёхонько на крыши стоящих внизу мерсов и прочих, несоотносимых с Димкиной зарплатой, лошадиных сил.

-- Так и по ком звонит колокол, граждане будущие миллионЭры?

Дана проигнорировала вопрос. Производственная проблема что-то невнятно буркнула, потянулась за сигаретами, которые Дана неосмотрительно оставила на столе, получила по рукам и обиженно засопела в кресле, делая вид, что срочно звонит по ооооочень важным делам.

-- Кстати, Дан – Димка, помешивая в чашке столовую ложку дёгтя, который он почему-то именовал кофе, тоже подошёл к окну и со вкусом затянулся. С некоторых пор он вообще всё делал со вкусом. – Я придумал, как мы будем его называть. -- Он мотнул головой в сторону кресла. – Модус Вивендум.

-- Кааааак?

-- Как-как, уважительно и шепотом. – Димка беззлобно засмеялся. – Я точно не помню, но это типа того, что условие, минимально достаточное при невозможности получения необходимого.

-- Ага. Типа, пусть хоть что-то будет – Дана изо всех сил старалась сохранить спокойствие, понимая, что сейчас начнутся вопли и обидки.

-- Смейтесь-смейтесь, паяцы. – новоявленный Модус не отрываясь от экранчика почесал бритый череп. – Вот уйду я от вас…

Классическое «в монастырь» прервал настойчивый звонок Даниного телефона, голосом Карлсона возмущавшийся, что шеф ему всю рыбу распугает. Дана глазами попросила Димку заткнуть Модуса и сделать вид, что никого нет дома. Хватит с шефа и одной жертвы с утра.

-- Зайди ко мне.

Вот что в шефе нравилось ей больше всего, так вот эта его уверенность, что в начале восьмого утра она непременно ждёт его звонка. И непременно у себя в офисе. Хотя…сама приучила.

-- Всё, мальчики. Работы непочатый край. Пойду схожу за орденами. Кому два?

Желающих не нашлось. Зато сразу нашлось огромное количество причин, по которым мальчики уже убегают. Дана закрыла офис и отправилась этажом выше, попутно здороваясь с начинающими собираться сотрудниками многочисленных фирм, арендовавших  здание.

Родители здорово пошутили, назвав новорожденного вурдалака Лаки. Глядя на маленькое сморщенное существо, серовато-зелёного цвета, с лицом, похожим на вяленый инжир, озарённый громадными белками глаз в красных прожилках, и дополненное двумя пожелтевшими от никотина клычками, один из которых был надломан, никому в здравом уме и при памяти не придумалось бы назвать его Счастливчиком. А если добавить к этой красоте ореол похожих на пух кудряшек интенсивно-оранжевого цвета, венком сидящих вокруг блестящей лысинки, то становилось понятно, почему народ старался использовать однажды полученный реквизит до полной негодности.

Лампочка над дверями лифта мигнула и Лаки торопливо спрятал под стол газетку с остатками воблы и чайник. 

Глаза постепенно привыкали к полумраку. Джин протянул Лаки завизированный по всем правилам запрос на выдачу требуемого (проставить по месту прописью). Вурдалак засопел, придвинул гроссбух, послюнил карандаш и, высунув от старательности язык, стал вносить данные.

-- Что брать изволите-с? – зрачки Лаки выкатились из-за нижних век и медленно покатились к верхним, рискуя удалиться в область лба. Джин поёжился от неприятного ощущения липкости. Воображение услужливо нарисовало две скрюченные лапки в пигментных пятнах с островками язв, тянущиеся к его горлу….

«Тьфу ты, господи прости. Сколько раз уже был здесь, а всё никак не привыкну. – Джин помотал головой, прогоняя наваждение – Вот они, плоды стереотипов».

Лаки терпеливо ожидал ответа, нацелив синее жало в страницу.

-- Мне только лампу.

-- Лампа. Одна шт. – Лаки послушно вывел буквы. – А остальное когда изволите забрать? Или же, как в прошлый раз, отложите-с и в адрес доставить прикажете?

«Нет уж. Как в прошлый раз, нас не устраивает. – Джин вспомнил, в каком состоянии и с каким опозданием была получена коробка с реквизитом. – Уже не говоря о том, что срок годности бессрочных продуктов оказался просроченным. Хотя, если быть честным, то он всё равно собирался половину  продать Ангелам».

-- Пока всё. Возможно, позже.

Лаки сделал пометку о дополнительных потребностях, захлопнул гроссбух и выбрался из-за конторки, жестом приглашая Джина следовать за ним.

В длинном коридоре было ещё сумрачней. По обе стороны в полумраке угадывались двери с надписями. Возле некоторых из них стояли автоматы повышенной категории допуска. Лаки остановился перед одной из них, погремел ключами, приложил довольно таки холёную пухлую лапку к идентификатору – Джин отметил, как она не похожа на ту, что ему привиделась – и стал колдовать с замком. Секретная машина пискнула, опознав посвящённого. Затрещали, загораясь, лампы над входом. Мигнули и погасли. «Чёрт бы побрал эту всю секретность – Джин затейливо выругался в полголоса – Ладно бы там было что брать. А так. Ну возьму я не одну, а три лампы. Во-первых, всё равно никто не хватится; во-вторых, лампа без меня ни на что не годится, а я не могу быть одновременно в трёх; в третьих, им, даже как антиквариату, рупь цена в базарный день». Он подождал, пока Лаки проделает повторно ритуальный шаманский танец с пищанием и миганием, и облегчённо вздохнул, переступая порог камеры хранения тары и упаковки.

«Что бы такое выбрать? – он неторопливо направился вдоль грубо сколоченных стеллажей, на которых в некоем подобии порядка были свалены всевозможные кувшины, миски, плошки, кастрюли, графины, вёдра, канистры, керосинки и прочие сосуды и ёмкости. Было даже оцинкованное корыто со следами цемента и Джин развеселился, представив столь экстравагантное появление самого себя.» Смешки смешками, а нужно было определяться. На верхних полках стройными рядами стояли ёмкости подороже и поизящней. Джин вспомнил фотографию и прикинул, что было бы уместно. Может, вон тот изящный арабский кувшин с крышкой? А что? Экзотика, лёгкий тёплый ветерок, хороший кофе, ароматная сигарета…или даже кальян…ненавязчивая мелодия…тёмные глаза и необычный тембр голоса…Он попробовал на вкус полученную карамельку. Приторно. Возможно, но не идеально. Опять же. Когда, и самое главное – где, ей рассиживаться в обнимку с кальяном и кувшином?

Джин на всякий случай запомнил кувшин и продолжил поиски. Поочерёдно им были забракованы: византийская ваза с ядовито-зелёным попугаем, пузатый кофейник с зеркальным боком, чайник эмалированный, гранёный графин с рябинкой, наверняка стыренный в рюмочной, и ещё десятка два несомненно полезных в хозяйстве, но абсолютно беспомощных в его мисси, предметов.

«Да шо ж такое-то. Это просто горе, а не клиент – какая-то часть сознания Джина продолжала бороться за традиционность выбора. – Шпильки, розы, кувшин со стразами. Максимум – сарафан, лапти, ведро.» Он споткнулся обо что-то гулкое и болючее, которое с грохотом откатилось под стеллаж и замолкло.

-- Лаки! – Со злости Джин гаркнул так, что у самого уши заложило. – А скажи-ка мне, друг мой ситцевый, кто у нас отвечает за порядок в этой богадельне?

Лаки виновато потупился и сжался в преддверии грандиозного шухера. Джину стало смешно.

-- Обо что я хоть чуть не убился?

Лаки с готовностью проворно нырнул под полку. Некоторое время от туда доносились звуки возни и если бы Джин не знал, что с грызунами тут покончено раз и навсегда, он бы решил, что Лаки развернул полномасштабную войну. Например, с крысами. Наконец из-под полки показались пятки, пятая точка, а потом и сам Лаки, тащивший за собой что-то серое, пыльное и поцарапанное.

-- Извольте-с – подал он находку Джину, для приличия потерев пыльный бок об халат.

Предмет о потирания чище не стал и Джин, стараясь не сильно выпачкаться, взял его за горлышко и повернул к свету.

-- То, что надо – он удовлетворённо хмыкнул и театрально обернулся к Лаки. – Заверните, любезнейший.

Больше в хранилище делать было нечего и Джин широкими шагами направился к выходу нимало не заботясь, догонит ли его беспомощно семенящий в отдалении вурдалак.

…Звякнул лифт, унося с собой Джина и его добычу. Проводив посетителя взглядом и предложив непременно захаживать, Лаки раскрыл свой талмуд и дописал в графе «Лампа» -- "паяльная"……

Джин плотоядно потирал ладошки. Сухая пергаментная кожа зловеще шелестела, как мышь в кульке с крупами. В темноте хищно поблёскивали зелёные глаза. Ну ещё бы. Почти семьсот лет. Это вам не кот начхал. Семьсот лет провести в заточении, наедине с собственными возможностями и планами. И самое обидное, что попался-то он на такой ерунде и исключительно по собственной глупости. А ведь знал, знал, что нельзя разрешать ей думать. Да это в любом учебнике для джинов прочитать можно: не допускать избыточной умственной деятельности, направленной в нематериальное русло. Без этого ни одного допуска к практике не получишь. А он получил в своё время. И не просто допуск, а допуск высшей категории, практически официальную индульгенцию на любые эксперименты и выкрутасы. Получил именно потому, что всегда заранее предвидел, в какой момент нужно выводить клиента из душевного розового тумана и подключать дозированную терапию отрезвления на основе равновесия материальных благ. И так проколоться....

Всё начиналось вполне банально. Забрав в канцелярии открепной талон на клиента, Джин расписался в журнале получений, прослушал, зевая, инструктаж и отправился в хранилище выбирать лампу. К процессу выбора Джин любил подходить творчески, не без оснований полагая, что как вы лодку назовёте, так она и поплывёт. Хранилище представляло собой практически бесконечное помещение с таким же бесконечным содержимым. Теоретически где-то находилась полная опись инвентаря, каталоги и специально обученные кадры, которые во всём этом разбирались за специально выделенные средства. Средства собирались исправно каждые пятьдесят лет вне зависимости от текущего состояния абонентов, включая самого Джина, но на выходе имелся один престарелый вурдалак, сидящий при входе за обшарпанной конторкой времён палеолита, который записывал синим химическим карандашом в толстенную амбарную книгу, прошитую грубой верёвкой, опечатанной сургучом, номер предписания, семизначный код лицензии и краткое описание изымаемого. Почему-то из хранилища исключительно брали. Джин ещё ни разу не видел, как туда кто-то что-то возвращал, хотя инвентарь не был задуман, как одноразовый. 

Дождавшись длинного, как вагон метро, лифта, Джин пристроился в уголке под тусклой лампочкой и стал читать предписание, с каждой минутой становясь всё серьёзней и озабоченней. 32 года, пол женский. "Дурацкая формулировка -- машинально отметил мозг". Замужем, двое сыновей. Работает...Ну хоть какой-то просвет. Работа любимая, нестандартная, с перспективой. Диагноз: острый приступ комплекса неполноценности на фоне многолетнего сознательного принесения себя в жертву на постройке мифического замка из песка на песке во имя светлого будущего, придуманного в детстве. «Мрак – именно так именовалось прочитанное в персональном рейтинге глупости.». В анамнезе присутствовали обычные для такого диагноза симптомы, как-то: недоверие к искренности; стойкое физическое отторжение конфликтов; критически заниженная самооценка и страх в стадии направления к выздоровлению. Теоретически присутствовал здоровый пофигизм, но исключительно на фоне мощной внешней комплексной терапии в лице близких родственников. В переводе на нормальный язык это означало, что чем больше достают клиента, тем он крепчает. "Уже что-то. -- Джин мысленно представил некое невразумительное полуэфирное существо неопределённого вида, склонное к меланхолии, облачённое в юпочку, шпильки и шифоновые рюшики где-то между напомаженным ртом и брошкой. -- За что может хотеть такой клиент? Такой клиент может хотеть за охапку роз на сиденье большой чёрной машины, к которой прилагается Леонардо Ди Каприо. -- Джин скривился и даже поплевал, как будто наелся чего-то кислого. -- Пожалуй, пусть лучше будет Том Хенкс." Джин зафиксировал полученную картинку и продолжил чтение. Но чем больше он вчитывался в сухие строчки минимально необходимых данных, тем больше убеждался, что картинку он фиксировал зря. 

Картинка не годилась даже в эскизе. Перевернув страницу, Джин обнаружил прикреплённую чьей-то доброй рукой фотографию. Наличие фото не считалось обязательным приложением и Джин оценил старательность наблюдателя. Фотография была не очень чёткая, в характерных для дешевого аппарата желтовато-коричневатых тонах и, тем не менее, она неуловимо точно передавала всё то, что было не дописано в технической справке. Со снимка в пол-оборота на Джина смотрели немного удивлённые, слегка насмешливые глаза человека, которого ну аж никак нельзя было назвать несчастным. Потрёпанные джинсы, рубашка с закатанными рукавами, кепка…как бишь их именуют-то?...а…блайзер, из которого смешно топорщится грива мышиного цвета, дамская сумка размером со средний чемодан. Даже странноватые цвета снимка не могли скрыть полное отсутствие косметики. Худющая, высокая, растерянная, живая – именно так охарактеризовал увиденное Джин. Ди Каприо с Хенксом полноценно и неумолимо оставались за бортом востребованости, ввиду явного не соответствия.

Джин дочитал текст до конца и попытался в уме прикинуть коэффициент энергозатратности при нулевой переменной клиента  в условиях мегаполиса, подставил необходимые данные в уравнение Стругацких-Бредбери, запутался в периоде извлекаемой пользы и окончательно расстроился. Не то, что бы он рассчитывал на что-то легкое и необременительное. Отпуск он недавно отгулял, а до поощрения по выслуге было ещё далеко. Да он и не гонялся за примитивными задачами, но…. Додумать мысль до конца он не успел ввиду прибытия лифта по месту назначения. Двери с противным скрипом разъехались в стороны и Джин шагнул в полумрак хранилища…..

Дана отступила на шаг от окна и полюбовалась полученным результатом. Сегодня она не станет задёргивать шторы. Старый мир, когда-то бывший чумазым, с обуглившимися по краям, противными пропалинами на месте сердца, лохмотьями холста, светился ляпис лазурью -- симоволом искренности и любви. Ну, про любовь Дана придумала уже на ходу, но всё равно картинка получилась весьма привлекательной. Всё было на месте: и небо светилось бездонностью, и вершины в молочной пене облаков имелись в наличии, и дорога, вернее, смутно угадываемая тропинка, но всё же присутствовала... 

Дана прицелилась и пририсовала солнечный блик надежды в самом уголке. Картинка моментально подёрнулась розоватой прохладной дымкой августовского утра. Гулять так гулять...

-- Завтра созвонимся.

-- Обязательно.

-- Я тебя люблю -- она скорее подумала, чем сказала.

Затянувшаяся пауза вместо гудков:

-- Ты уверена?

Дана редко бывает уверена в таких тонких материях. Они слишком хрупки для этого мира. Но лучше сделать и жалеть, чем не сделать и ругать себя за нерешительность...

Ричи одобрительно ухмыляется, уютно устроившись в кресле. Карие глаза вспыхивают искрами азарта. Мир вернулся к точке отсчёта и что-то начинает начинаться.

-- Я тебя напугала?

-- Нет, но мне нужно переварить информацию.

-- Тогда до завтра?

-- Угу.

... Кто сказал, что краски покупают в магазине, а картинки нужно рисовать? Если старательно порыться в недрах собственного сознания, то там обязательно найдётся всё необходимое для раскрашивания мира и даже для его изменения. Запах кофе и ванили чудесно подойдёт для заполнения фона. Любимая мелодия -- для контуров и очертаний. А тепло, оставшееся от прошлого, послужит основой для настоящего...

Ричи вынырнул из кресла и закружил Дану по комнате. "Трам-пара-рам-пам-пам..."

-- Ричи…-- Котёнок появился так же неожиданно, как и исчез. – Я вот что подумал.

Ричи было грустно, скучно и вязко в собственных размышлениях, но послушать Котёнка имело смысл.

-- Ну и что ты подумал? Наверное, что мне пора бросить глупить, искать вчерашний день, ныть по поводу крыльев, страхов и смутных желаний…

-- Дурак.

-- Хм….Кто бы спорил – Ричи невесело усмехнулся. – Тоже мне новость. То, что я дурак, было понятно ещё год назад. А толку?

-- Так вот я и подумал, что всё началось тогда, когда ты стал думать, что будешь делать, если у тебя что-то не получится.

-- Я и раньше думал об этом.

-- Раньше ты по-другому думал. Не как о возможном варианте, а как о теоретической возможности.

-- А разве есть разница?

-- Получается, что есть. Пока это была теория, она не притягивала к себе ничего. Ни сложностей, ни решений, ни людей. А когда она стала вариантом, то получила собственную жизнь. Потом она решила, что она тебе больше подходит, и твой путь к вершине усложнился до невозможности. Запасное решение стало мешать тебе идти.

 Ричи задумался. А ведь Котёнок прав. Как ни крути, а всё чаще у него возникал вопрос «А надо ли?»…И всё чаще ему было лень давать на него положительный ответ. Тем более, что Ричи уже прикинул, что ничего страшного не случиться, если просто взять и не идти. Правда он так и не решил, что делать, если не идти туда, куда шёл до этого….

 Именно поэтому он и сидел сейчас на обрыве, смотрел в небо и ни о чём не думал….ну или почти ни о чём…. Теперь придётся думать…

-- Давай думать вместе, -- Котёнок уселся рядом.

………..Облака под ногами постепенно скрывали и обратную дорогу, и запасные аэродромы, и другие миры, оставляя только выбор понравившейся вершины…..

Первым заподозрил неладное, как ни странно, Д ,Англере. Он аккуратно заглянул в глазницы, принюхался к губам, проверил кожные покровы и констатировал, что барон был отравлен. Это было вдвойне невероятным. Смерть барона была не просто никому не нужна, она вносила некий диссонанс в развитие событий. Шико выглядел растерянным. Впервые с момента спора самообладание изменило ему.

Дамы были удручены и подавлены. Кто-то вспомнил про пропавшего вчера ферзя, что отнюдь не облегчило обстановку. Дана тихонько отозвала Ивансу в сторону.

-- Чётки пропали.

-- Что? -- Иванса рассеяно смотрела на Генерала. -- Я говорю, чётки пропали. Мои чётки, щёлк-щёлк -- Дана выразительно пощёлкала пальцами перед носом Ивансы:

-- Ау, подруга, ты с нами?

--Ддда, -- неуверенно ответила та --  когда, говоришь, пропали?

-- Да под утро. Мы с...-- Дана замялась -- с гостем пошли выпить кофе, а когда я вернулась, их уже не было.

-- Любопытно. Примерно в то же время я случайно проходила по коридору мимо библиотеки и мне показалось, что туда проскользнула какая-то тень.

Дана не стала уточнять, что именнно случайно делала подруга в это время возле библиотеки.

-- Смотри, что получается. Гость был со мной -- Дана стойко выдержала вопросительно-удивлённый взгляд подруги с иронически приподнятой бровью -- не сверли во мне дырку, все мысли разбегутся -- она засмеялась.

-- Дальше: ты проходила по коридору...-- Теперь была очедь Даны манипулировать бровями...

-- Да, я там проходила с Генералом --  Иванса с вызовом повернулась к подруге, но та сделала вид, что не заметила, и продолжила:

-- Барон к тому времени был мёртв, слуг мы исключаем. Они после перевого случая засветло баррикадируются в своём флигеле и не появляются в замке до самого утра. Остаются Шико и Лина. 

-- Лина отпадает.

-- Почему?

-- Я попросила её побыть в моей комнате...ну что бы создать видимость моего присутствия...ну ты понимаешь...ну если...короче -- она всю ночь провела там и, как мне показалось, не одна. -- Иванса таинственно закончила фразу на полушепоте.

-- А с кем? -- наивности Даны в некоторых вопросах могли позавидовать все дети мира.

-- Ты притворяешься? -- Иванса веселилась. -- Ну сама подумай, кто ещё был ночью в замке?

-- Д ,Англере -- выпалила Дана, не дожидаясь окончания вопроса.

-- Нет, подруга. Твои вот эти экскурсы в миры, раздвоения, поиски себя дурно влияют на твои умственные способности.

Дана не стала уточнять, что практически не спала в отличие от Ивансы:

-- А кто, по твоему?

-- Локи, конечно.

-- Таа тыыы штоооо??? -- Дана даже самой себе показалась полудурошной блондинкой из дворцового бомонда. Быстренько захлопнув рот и закатив глаза в орбиты она стала собирать мозги в кучку:

-- Остаётся таки почтеннейший месье Жан, но уже совсем в другой ипостаси. По времени он вполне мог убить барона и потом преспокойно шляться по всему замку, стащить чётки и закончить ночь в библиотеке. С мотивами всё понятно -- ему нужно его пари и он собрался выиграть его любой ценой. Не понятно, зачем он "обнаружил" убийство барона? Ну списали бы всё на удар -- ни один лекарь не подкопался бы. А теперь пойдут сплетни, слухи.... это ведь идёт вразрез с его планами...

-- За то в ногу с артефактами, ты не находишь? -- Иванса продолжила нить размышлений -- Чёток уже нет, шахматы действуют...уж не будем уточнять, сами или с чьей-то "помощью"...книгу есть кому прочитать... Кстати, ты уже видела сегодня портрет в каминной зале?

-- Нет, а что с ним?

-- Сегодня он изображает охоту на лис....

-- В смысле?

-- В прямом. В начале на ней был Генерал.. Да-да, именно Ржевский, можешь не возражать и не считать меня идиоткой. -- Иванса упрямо тряхнула волосами и изобразила возмущение. -- потом твой ненаглядный Ричи....кстати, что-то его не видно...он штопает плащ пиллигрима? -- она засмеялась и не давая Дане возразить, продолжила:

-- А сейчас там охота на лис. Как положено, с лошадями, собаками, гончими и несчастной лисой. К чему бы это....

-- Барышни, -- требовательный голос Генерала заставил девушек вернуться в общество -- Сплетничаем-с?

Дана с Ивансой переглянулись:

-- Да нет, скорее, играем в детективов.

-- Ну и как успехи? -- Спрятаться от ледяных синих глаз с искрами озорства на дне не представлялось возможным и Иванса вкратце изложила все выводы, до которых они с Даной додумались.

-- Не густо, -- резюмировал Генерал. -- Если мне не изменяет память, для полного счасть нужная некая коробочка с секретным замочком, которая столь таиственным образом исчезла у вас, Дана, в Городе? Не эта ли? -- с видом ярмарочного фокусника Генерал держал на протянутой ладони зеленоватую сафьяновую коробочку.

-- Так это вы её тогда спёрли??!!! А я ведь так и подумала сразу, но верить не хотела!!!! -- Дана задохнулась от возмущения и презрения. -- Да вы знаете, кто вы после этого???

-- Знаю, то же кто и до этого. Изменился не я, а ваше мнеие обо мне -- Даже в этой ситуации Генерал находил повод для шуток и мудрствований. -- давайте мы всё же перестанем кричать и подведём итоги.

....... Тень ликовала. Её план сработал. Да ещё как. Наконец-то все в сборе и теперь есть чем порадовать хозяина. Тень старалась не пропустить ни единого слова и не заметила, как, впрочем, и никто из присутствующих, как человек в камзоле опустил в карман белого шахматного короля...... 

-- Почему ты не ушёл к себе?

-- Я хотел подумать. А у тебя очень подходящая обстановка. -- Ричи встал и потянулся. -- Я тебя разбудил, извини.

-- В том-то и дело, что разбудил меня не ты. -- Дана рассеяно перебирала чётки. -- Ты ничего не слышал?

-- Нет, а что я должен был услышать?

-- Ладно..забудь...это всё психи и моё проклятое воображение... -- Дана нервно усмехнулась и замолчала. Ричи ждал продолжения.

-- Вот скажи мне, почему одни миры быстрые, как ночные гонки, наполнены ветром и запахами скорости, звуками восторга и захватывающим дух полётом, а другие мягко-тягучие, меланхоличные, но неимоверно притягательные в своей размерянности и постоянстве. Есть ещё третьи -- приторно-правильные, размерянно-расписанные и всесторонне-зафиксированные. Эти убивают одним своим существованием?

-- Я не совсем понимаю тебя. Почему они вообще существуют или почему ты в них попадаешь?

-- Ты прав, скорее -- второе. Почему я попадаю именно в какой-то определённый мир, который вначале может показаться совсем не таким?

Ричи задумался. Дана была мастерица задать вопрос и потом просто ждать развёрнутого обоснованного и со всех сторон всё объясняющего ответа.

-- Наверное потому, что ты сама этого хочешь. -- Он осторожно прислушался к своим мыслям. -- Тебе нравится скорость и адреналин первых, но ты быстро устаёшь от них, и тогда тебе хочется в твой Дом, в Твой Город, в твою нужность и уютность. Но ты быстро перестаёшь ценить всё это и когда твоя душа снова просится в поход, ты попадаешь в мёртвый мир, исключительно в воспитательных целях.

Дана вылезла из-под уютного одеяла и забко ёжась прошлась по комнате. 

-- Наверное ты прав. Врядли тут можно что-то поправить. Но над этим стоит подумать.

Как будто сворачивая тему, она резко повернулась и спросила:

-- Кофе будем?

-- Коенчно.

Они спустились на кухню и через несколько минут по замку поплыл смутный аромат кофе с корицей.....

.... Тень страдальчески морщилась. Мысль о том, что ей осталось чуть меньше суток из отведённого хозяином времени больно отзывалась тупыми молоточками где-то между висками и затылком. "Думай, голова, думай..." думать о том, что произойдёт завтра в это же время ей не хотелось, а о том, как предотвратить -- не моглось. Баронесса так и не появилась, Д ,Англере только загадочно улыбался в бородку, Иванса ни на шаг не отходила от Генерала, а тут ещё к Дане принесло такого же полоумного Ричи. Тень решилась на отчаянный шаг: неслышно скользя по коридорам она пробралась в комнату к Дане. На подоконнике лежали чётки. Тень на мгновение задумалась, потом, поклебавшись, плавно спрятала их в карман.

Это был не весть какой ход, но других в запасе не было. Воровато озираясь, тень поднялась в библиотеку......

Дана обошлась без церемоний, просто втащив посетителя в комнату и захлопнув двери. День был изматывающим и ей жутко надоели все эти дворцовые ужимки. Вообще этот мир начинал угнетать своей чопорностью и тяжеловесностью, пыльной духотой вязнущих в зубах столетий, каждое из которых ложилось клинописью на тонкие стенки сознания. Зима со своими метелями и стылостью чувств только начиналась, а ей уже хотелось распахнутых окон, быстроты мысли, лавины звуков и обычной человеческой беседы без выкрутасов. Почему она решила, что полуночный незнакомец составит ей компанию, она не смогла бы толком объяснить, как не могла объяснить большую часть своих знаний.

-- Ну что вы, какие извинения. Я ночное существо и буду только рада вашему обществу. А на правила приличия в этом сумашедшем месте, поверьте, вы можете тратить времени не больше, чем на чашку чая. Скомпрометировать меня невозможно, а вам, как я понимаю, это и вовсе неведомо.

-- В какой-то мере вы правы. -- Таинственный посетитель решился скинуть плащ и Дана была приятно удивлена и бесконечно возмущена.

-- ТЫ!!!!!!!!!?????????

Перед ней, улыбаясь мальчишеской улыбкой и счастливо жмуря такие же, как у неё самой, серо-зелёные глаза, стоял Ричи.

-- А кого ты ожидала уведеть? Анри? Самаркандского царя Тимура? Или Лже-Димитрия? -- Ричи от всей души веселился и наслаждался эффектным появлением.

-- Кого угодно, только не тебя. -- Дана не разделяла его радости. -- Что вообще ты тут делаешь? Или ты решил, что я забыла, как ты поломал мне крылья....

-- Нам, дорогая....Я поломал их нам...И я не забыл...

-- И бросил меня одну между миров в бесцветном месиве болтаться в неопределённости....

-- Я оставил тебе память и краски....

-- Это по твоей вине меня занесло в этот богом забытый мир, потому что он был первым населённым, который мне попался...

-- Ничего не бывает случайно, ты знаешь это не хуже меня...

-- Как ты мог уйти...вот так просто...не оглядываясь...не поговорив....ничего не объяснив....????

-- Такое впечатление, что ты стала бы меня слушать... -- Ричи горьковато хмыкнул. -- Если ты не против, давай перестанем выяснять, кто из Мы был больше виноват.

-- Какое, нафиг, Мы? -- Дана напрочь забыла о правилах приличия и готова была разнести Ричи на молекулы по всем мирам вселенной. -- Ты ещё смеешь вспоминать про Мы? Ты...оставил...меня...одну...

Она внятно по слогам произнесла последнюю фразу самым ледяным и тихим тоном, на который была способна.

-- И теперь, когда я всё таки выжила, ты имеешь наглость вот так спокойно являться в Мой мир и что-то там говорить о Мы? -- она задохнулась от его нахальства и отвернулась к окну.

Ричи понял, что переборщил в своей эффектности. Это у них было общей бедой -- не знать меры в воплощении собственных сказок и иллюзий.

-- Ау. Мир? -- Он подошёл к Дане и обнял её за плечи.

"Какая она всё таки глупая и родная. -- Подумал Ричи. -- И какой же я подлец, раз смог оставить её на столько времени, даже не поинтересовавшись, что с ней творится". 

Дана беззвучно плакала.

-- Почему? Почему сбываются все мои сказки, которые я сочиняю для других? И никогда -- мои собственные? Ты можешь мне ответить? -- Она повернулась и подняла на него сухие блестящие глаза. -- Почему из всех миров я выношу только опыт, знания, иногда силу, очень редко -- добрых знакомых, и никогда...ты слышишь...никогда -- душевный покой и личное счастье? Это я такая неправильная, или что????

-- Или что, конечно. Как говорит бабуля...

Это было самое верное средство вернуть Дане трезвомыслие и реальность.

-- Таааак. Давай обойдёмся без родственников. Я, конечно, понимаю, что ты её любишь, как, впрочем, и она тебя, но появление здесь ещё и бабули я не переживу.

Ричи удовлетворённо засмеялся.

-- Так-то лучше, радость моя. А то я уже начал сомневаться, ты ли передо мной. Грусть тебе ни к лицу.

"Как будто ты помнишь, что мне к лицу, -- с горечью подумала Дана, но в слух не решилась продолжать перепалку без будущего о прошлом"

-- Грусть к лицу абсолютно всем, когда она не преобретает затяжной характер. Дамам она придаёт шарма, а мужчинам -- загадочности... -- Дана спряталась за избитой сентенцией.

-- Ага. То-то я смотрю, вы все тут такие шарман и загадочные до умопомрачения.

Хотя Дана была почти его роста, он легко поднял её на руки отнёс в кресло, сам устроившись на подлокотнике.

-- Тебе не холодно?

-- Мне никогда не бывает холодно рядом с тобой, забыл?

.....Да. Он забыл. Он так старательно старался всё забыть, что забыл даже мир, в котором им никогда не бывало холодно вдвоём. Мир, в котором не было времени, не было пространства, не было ничего, кроме их всепоглощающего Мы. Которое взяло и рассыпалось на маленькие Я и расползлось по вселенной.

Тогда он думал...он просто был уверен, что так будет лучше всем. Это не правда, что он думал только о себе. Он подумал про всех и за всех. Он справился. А ведь Дана всегда была сильнее его. Значит и она должна была справиться. И она справилась. Он уверял себя в этом каждый день последние миров двадцать...или тридцать...Да харош врать...Он уверял себя в этом с того самого мира, который он покинул первым. Он так ни разу и не обернулся.

Тогда он думал, что это для того, что бы запомнить его таким же красивым и счастливым. Сейчас, видя Дану в таком состоянии, он уже не был так уверен в этом. Скорее всего, он боялся увидеть то, что осталось после него. То, во что превратился тот мир без него. Тогда он решил, что врозь им будет лучше. Дана найдёт мир и счастье. Он -- новые крылья. И все получат то, чего хотели. Он не учёл, что и счастье, и крылья у них одни на двоих. Оказалось, что их нельзя разделить. И он почти не удивился, оказавшись при очередном перелазе...потому что его преремещение по мирам по другому нельзя было назвать...при очередном перелазе оказавшись прямо перед дверями замка, в котором ждала она.

Он почему-то был абсолютно уверен, что она ждала. Это был не мужской самонадеянный эгоизм. И не робкое чувтво безосновательной надежды. Это было монументальное знание из их общего прошлого, которое жило своей жизнью, подчиняя себе их мир, их Мы, их самих....

-- Ричи, ты надолго....--Дана чуть было не сказала "ко мне" -- сюда, в этот мир?

Он задумался. Раньше он никогда не задумывался о времени. Сначала его не было из-за счастья. Потом -- из-за боли. А в последнне время -- из-за безразличия. Он не смог бы ответить честно на этот вопрос и потому медлил. Дана поняла его без слов.

-- Как обычно, всё зависит только от нас. -- Она с удивлением отметила, что фраза изменилась. Два отдельных Я стали Нами и от этого что-то поменялось в самом мире.

-- Да, -- засмеялся Ричи -- всё зависит только от НАС. 

..... Чёрный ферзь спокойно покоился в кармане дорогого камзола неброской расцветки, бережно и аккуратно развешаного в гардеробной старательным Локи.....................

-- Ну и.....? Я тебя очень внимательно слушаю. -- Фигура в плаще отошла от окна и повернулась к тени. -- Я тебя Очень внимательно слушаю...

Тень глубоко вздохнула и бросилась в омут.

-- На сегодняшний день в замке находятся три из пяти предметов. При чём я не уверена, что шахматы настоящие. Под вопросом так же картина. Пока я не уверена, что это та самая, которая осталась нетронутой во время пожара. Так что вопрос о подлинности пока не стоит. Но даже если она окажется той самой, а шахматы -- настоящими, предметов будет только четыре. Где находится пятый, никто не знает. Никто даже разговоров на эту тему не разговаривает. Мало того, мы.....я -- поправилась тень -- не знаю, как он выглядит....

"Хорошо, что тени не потеют" -- мысль мелькнула и скрылась на задворках сознания.

-- И это всё, что ты узнала за столько времени? -- фигура в плаще неторопливо прохаживалась вдоль книжных стелажей. 

-- Не всё, но это главное, относящееся к заданию. Как я его понимаю.

-- Много ты понимаешь...-- фигура пробурчала ещё что-то нелестное в адрес тени, но та предпочла сделать вид, что не расслышала. -- Что с графиней? Ты узнала, куда она подевалась?

-- Нет, но предполагают, что она либо спряталась ради шутки, либо действительно покинула этот мир путём утопления.

-- Глупее формулировки придумать не могла? 

Фигура хозяина задержалась возле столика с фолиантом.

-- Надеюсь, ты помнишь, что пока все пять предметов не будут собраны в одном мире и в одном месте, в книгу заглядывать бесполезно? -- из-под капюшона зыркнули глаза неопределённого цвета -- Я так понимаю, что ты уже проверила.

Приглушённый смешок резко полоснул по нервам и тень дёрнулась, как от пощёчины.

-- Да ладно, не дёргайся. Любопытство, конечно грех, но никто перед ним не властен устоять. -- Хозяин открыл фолиант и стал читать.

"В день от сотворения миров да пребуде в них гармония и любовь дабы могли они обрести способность сливаться не растекаясь, погружаться не растворяясь и сочетаться не преломляясь..." Тень приблизилась, но по прежнему не увидела ничего, кроме чистой страницы.

-- Не всем дано увидеть то, что тут написано. И даже то, что я вижу, не может считаться настоящим текстом, пока все пять предметов не будут в замке. Твоя задача по прежнему состоит в том, что бы держать всех в поле зрения и сообщить мне, как только станет что-то известно. И будь добра, не забывай о Генерале. В прошлый раз он слишком близко подобрался и к книге, и к её содержимому. Я не хочу, что бы в этот раз он открыл её раньше меня. Ты поняла?

-- Да, хозяин.

-- Тем более, что у тебя очень весомый стимул. Вечность это не медаль за храбрость посмертно. А теперь иди, мне нужно подумать....

.....Редкие снежинки падали в темноту сада, как перхоть на сюртук стареющего бонвивана. Воспользовавшись общей суматохой по поводу незванного гостя, Дана незаметно поднялась к себе в комнату и теперь стояла у окна, рассматривая сад своим странным невидящим взглядом. Мысли её были далеко. Пальцы машинально перебирали камни чёток.

"Как же так? Почему миры меняют жизнь людей и только я с завидным постоянством возвращаюсь всегда в исходную точку? Или мне только кажется, что меняют? Взять, к примеру, Ивансу и Генерала. Где та застенчивая и заботливая девушка, положившая своё умение и предназначение на алтарь служению Личности? А где загадочный, бравый, слегка сумашедший от собственного ума, и от того ещё более одиозный Генерал, который так нуждался и так боялся этого служения? Они перерасли самих себя или просто спрятали их далеко и глубоко, что бы самим не порезаться об острые края одного на двоих кинжала притяжения?

Откуда взялась эта чопорная тяжеловесность мира, в котором я нахожусь? Даже днём он кажется свинцовым и ртутным, несмотря на редкие проблески солнца, запахи кофе и калейдоскоп событий. А ведь всё так весело начиналось..."

Её размышления были прерваны тихим стуком в дверь. Дана с удивлением обнаружила, что уже глубоко за полночь, но любопытство взяло верх.

-- Войдите -- полушёпот казалось не услышала даже она, но дверь не замедлила открыться и она с удивлением увидела на пороге ночного гостя замка.

-- Прошу прощения за вторжение, но я увидел свет и осмелился постучать. Стыдно признать, но я элементарно заблудился, а бродить ночью по чужому замку в поисках своей спальни удовольствие, мягко говоря, малоприятное.

Дана хотела ответить какой-то резкостью или колкостью, но на удивление самой себе, вежливо пригласила гостя составить ей полуночную компанию.......

-- Ну что вы, Иванса, у меня и в мыслях не было. Хотя всё это...гм...я бы сказал, несколько неожиданно.. -- Генерал замешкался, тщательно подбирая слова -- Я бы даже сказал, поспешно....

Он окончательно запутался во временных причастиях и умолк. Как-то так получилось, что в каминном зале они оказались одни, хотя совсем ещё недавно все обитатели замка живо обсуждали исчезновение хозяйки и выдвигали версии одна невероятней другой. Потом они начали куда-то исчезать, пока Генерал не понял, что момент красивого вежливого ухода он безнадёжно пропустил.

-- Ну что же вы, Генерал? Неужели понадобилось всего немного времени и нам уже не о чем разговаривать, кроме как о погоде, детях и шансах найти баронессу? -- Иванса говорила слегка насмешливо и выглядела при этом слегка расстроенной, что совсем выбило Ржевского из равновесия и обычной для него меланхолии.

Он неторопливо подошёл к шахматному столику и стал рассеянно перебирать фигурки. Неожиданно движения его преобрели осмысленность.

-- Иванса, а вы не в курсе, со вчерашнего дня партию не продолжали?

-- Нет. Я знаю это точно. А что, что-то не так?

-- Да вы сами посмотрите -- здесь не хватает чёрного ферзя. И при такой расстановке фигур нельзя даже сказать, что он был проигран...

-- Возможно, его просто уронили? -- Они одновременно присели и чуть не столкнулись лбами.

-- Иванса.....

-- Не стоит, Генерал, давайте лучше поищем фигурку.

Ржевский был уязвлён и расстроен. Он всегда считал, что хорошо разбирается в женщинах. Он всегда был хозяином положения. Но Иванса ставила его раз за разом в тупик. А ведь он был уверен, что знает Ивансу, как самого себя. Он явственно видел, что она вытаскивает его на откровенный разговор. Но как только он решался на него, она вдруг сворачивлаа тему. Свернула и сейчас, сделав вид, что полностью занята поиском злополучного ферзя. Он совсем уж собрался сказать ей всё, что думает по этому поводу, но его тираде помешал голос, раздавшийся над их головами.

-- Так, так, так... Если бы не приличность собравшегося общества, я бы с радостью посмеялся над пикантностью ситуации -- Д ,Англере был очень доволен собой. Подкравшись, по обыкновению, совершенно бесшумно, он наслаждался произведённым эффектом и смущением Ивансы и Генерала.

-- Жан. -- Злось за собственную неловкость и двусмысленность сделала Ивансу воинственной. Она непринуждённо уселась прямо посреди ковра и теперь смотрела на д ,Англере, задрав голову, что ещё больше усиливало её негодование. -- Вы не будете так любезны просветить нас с Генералом, куда мог подеваться чёрный ферзь?

-- Помилуйте, голубушка, ну откуда же мне знать. Этот вопрос вам лучше адресовать вашей неугомонной подружке, которая во что бы то ни стало решила "поставить меня на место". И, боюсь, теперь не успокоится, пока не перебьёт нас всех в угоду своему самолюбию. -- Он неприятно хохотнул и, будь его воля, сплюнул бы презрительно, но вовремя вспомнил, где находится, и сдержался.

-- Жан, -- Генерал уже поднялся, справился с неожиданностью и принял свой обычный надменно-холодноватый вид. -- вам не кажется, что вы забываетесь.

Он подал Ивансе руку, помогая подняться.

-- Ваша двусмысленность переходит все границы и выглядит оскорбительно.

-- Уж не желаете ли вы вызвать меня на дуэль. Генерал и Шут... это было бы забавно. Но, впрочем, малоэффективно. Убей я вас, сказали бы -- стареющий галант погиб ни за грош. А убей вы меня -- глупый шут поплатился жизнью за пошлость... Примитивно. К тому же это не приблизило бы общество к разгадке тайны таинственных предметов и повергло в искреннее уныние некую даму.... всё, всё...не смею продолжать -- со смехом поднял руки вверх Жан, встретившись с гневными взглядами Геренерала и Ивансы. -- меньше всего мне хочется быть позорно побитым вами за невинные шутки. Так что там с фигурками?

Он не слишком умело перевёл тему, краем глаза наблюдая за парочкой с видом кота, понявшего, как стащить сметану и свалить всё на поварёнка.

-- Если я правильно понимаю ситуацию, то нас ждёт ещё одно недоразумение. Фигурки-то нет. Интересно, кто станет следующей жертвой? Мадам, вы, случайно, не в курсе? 

Иванса смотрела на Д ,Англере с неприкрытым презрением. Ей всегда были противны подобные типы, мнящие себя самыми умными и маскирующие это лёгким презрением к собственным заслугам и качествам. Куда приятней было иметь дело с настоящностью Генерала, пусть даже и сложной до умопомрачения.

-- Случайно я не в курсе. И не случайно я то же не в курсе. Но хочу предупредить вас, Жан, отныне я не спущу с вас глаз. Так что вам не удасться подстроить ещё один трюк. Я продолжаю настаивать, что шахматы не настоящие, а значит среди нас есть тот, кто всё это имитирует. И я узнаю, кто это. -- Она резко развернулась на каблуках и вышла из зала.

-- Ну что ж, Генерал. Теперь с нами нет дам и мы можем поговорить, отбросив все эти придворные шарканья и реверансы. -- Взгляд Д ,Англере утратил весь лоск и лукавство и стал прозрачным и ледяным.

-- Извольте. -- Ледник в глазах Генерала, хоть и был синим, а не чёрным, температурой не уступал противнику.

-- Итак, Генерал, что вы думаете по этому поводу? Сразу хочу заметить, если вы, как и наши дамы, уверены, что всё это подстроил я, то это заблуждение. Буду откровенен -- я действительно хотел позлить Дану и показать ей всю несостоятельность её сказок и бредней о мирах, пророчествах, взаимодействиях и первопричинах. А так же слегка остудить её влюбчивость и восторженность. Только поэтому я согласился на эту бессмысленную игру и это глупое пари. 

Генерал задумчиво смотрел на огонь. Не сказать, что он поверил Д ,Англере, но какие-то нестыковки мешали ему напрямую обвинить Жана в происходящем. Они ещё долго оставались в зале, то спокойно обсуждая факты, то переходя на повышенные тона, когда Генералу казалось, что Д ,Англере допускает вольности в высказываниях, или сам Д ,Англере предполагал обвинения в свой адрес, пока их разговор не прервал звонок, возвещающий о чьём-то приходе.

Оба поспешили к входной двери, которую успел открыть вездесущий Локи. В дверном проёме в неясном свете луны на фоне парковой дорожки и ночного облачного неба чёрным высоким силуэтом вырисовывалась фигура странствующего монаха.

-- Не будут ли так любезны хозяева замка дать приёт и немного тепла путнику? -- На удивление глубокий и нестарый голос приятного тембра звучал глухо из-за опущенного капюшона.

Подоспевшему барону ничего не оставалось, как дать своё согласие......

-- Что вы там бормочете, любезнейший? -- Ржевский с неприязнью посмотрел в сторону Жана. -- Мне кажется, или вы были последним, кто видел вчера пропавшую баронессу?

-- Тот факт, что мы вместе прогуливались по саду, ещё не дёт вам повода обвинить меня в её исчезновении. -- огрызнулся Д ,Англере -- И вообще, вам не кажется, что вы слишком многое на себя берёте? Баронесса собиралась навестить парфюмера и модистку. Вполне вероятно, что именно там она и находится в данный момент.

-- Да что вы??? -- язвительность Генерала впору было использовать вместо штопора -- Уж не хотите ли вы сказать, что она отправилась к ним пешком в одном платье? Да. Именно пешком, потому как все средства передвижения, имеющиеся в наличии, на месте. Или она полетела на метле и заблудилась?

-- Генерал, я не в курсе, за каким чёртом мадам Вервес притащила вас сюда, но вы забываете о приличиях....

-- Господа, не будет ли кто-нибудь столь любезен просветить меня на предмет утреннего переполоха -- заспанный барон втащил своё тело в зал и теперь оглядывался в поисках слуги. -- У меня безумно болит голова, а безмозглая прислуга даже не в состоянии ничего путью сказать.

Барон наконец-то определился с целью и завладел бутылкой коньяка....

..... Мир странным образом постоянно скручивался спиралью для того, что бы в следующий момент стремительно выстрелить прямой, как стрела, мыслью и в тот же миг начать вновь сжиматься. Сами мысли пульсировали в головах подобно крови, мчащейся по шунтированным сосудам за новой порцией адреналина. Тень металась от одного сознания к другому в надежде понять происходящее, уловить того единственного, кто всё это заварил, и того, с кем придётся иметь дело для понимания дальнейшего развития. То, что дамы были непричастны к исчезновению, тень выяснила наипервейшим способом. Их наивные договоры и розыгрыши так и не пошли дальше разговоров. Барон с прислугой отпадали по причине полной несостоятельности в подобных играх. Оставались Д ,Англере и Генерал. Ну и некто, сидевший за гранью понимания тени на сундуке и намертво закрытый для посторонних взглядов. Врядли его могла заинтересовать какая-то баронесса... Так кто же из них? ...

Дана болезненно поморщилась. Было такое впечатление, что кто-то забрался в её мозги и старательно всё там перетряхивает.

-- Жан, а не я ли вас предупреждала о том, какую цену потребуют шахматы за ваше "невинное" желание? -- она в очередной раз скривилась от головной боли -- Вы кажется доказывали мне, что всё это шуточки и мракобесие.....

-- Не перебивайте меня -- она жестом остановила пытающегося что-то сказать Д ,Англере. -- Фигура проиграна, баронесса исчезла... Прислуга нашла в садовой беседке насквозь промокшую шаль и туфельку Натали, а в пруду -- её шляпку. Я не хочу делать поспешных выводов, но кто-то очень хочет, что бы шахматы КАЗАЛИСЬ настоящими. Ваша шутка становится зловещей, вам так не кажется?

-- Дана -- Иванса предострегающе потащила подругу за рукав в сторону зимнего сада, не давая тем самым Д ,Англере пуститься по своему обыкновению, в долгие рассуждения о собственной правоте. -- Ты точно тут не при чём?

Она встревоженно заглядывала в глаза подруги, пытаясь найти настоящий ответ, не будучи уверенной, что вслух та скажет правду.

-- Если это не мы с Линой...а это не мы... И не ты... -- она в очередной раз вопросительно взглянула на Дану...

-- Нет, это не я...

-- Тогда это уже не смешно. Шахматы просто не могут быть настоящими. Любым шуткам есть предел. Я не думаю, что Генерал тут каким-то краем... Остаётся Жан... Что ты вообще знаешь о нём? -- Иванса нетерпеливо ходила по маленькому мощёному дворику зимнего сада не обращая внимание ни на фонтан, ни на красоту цветущих редкостей.

-- Да собственно только то, что известно всем. Он умён и авантюрен. После него остаются дебри непонятных ситуаций и разбитые сердца барышень вне зависимости от того, где он находился -- во дворце или в трактире. При чём, заметь, он не прилагает к этому ни малейших усилий. Надо отдать ему должное, он не расставляет ловушек, не заманивает несчастные жертвы пустыми посулами и не подаёт несбыточных надежд. Но...что-то есть в нём такое, что позволяет дамам выпускать свою фантазию на волю, порождая тем самым лавину слухов...

-- В общем, надо признать, что мы, как всегда, впутались в историю, ничего не подготовив, не узнав хотя бы минимум о героях и даже не предполагая, какими могут быть истинные последствия -- Иванса вздохнула -- миленько, ничего не скажешь. Я, конечно, не думаю, что с баронессой на самом деле случилось что-то ужасное, но сама ситуация..... А тут ещё Генерал..

-- А что Ржевский? -- меняя интонацию лукаво зыркнула Дана. -- Ты находишь его слишком холодным или..

-- Я себя нахожу слишком холодной -- Иванса сделала многозначительное ударение на слове "слишком" -- и мне это не нравится.

-- Значит я не ошиблась -- задумчиво констатировала Дана -- Никто не забыт, ни что не забыто... И движение это двусторонее. Ню-ню, подруга. Только не думай, что меня загрызёт совесть за то, что я опять перетащила один мир в другой. Моя совесть осталась под развалинами того первого Дома, откуда я с таким трудом когда-то выбралась.

-- Да я и не настаиваю на совести -- Иванса невесело улыбнулась. -- Достаточно, что бы хотя бы приблизительно понимала, что делаешь. А я уж как-то соорентируюсь и в пространстве, и во времени, и в чувствах...

"Хм. Легко сказать "понимала, что делаешь". -- Иванса присоеденилась к компании, обсуждавшей проишествие, а Дана ещё некоторое время прогуливалась по саду, не замечая ни ветра, ни непрекращающегося дождя. -- Единственное, что я точно понимаю, так это то, что движущей силой всего на свете является любовь. Это как генератор всех энергий. Не понятно от чего он работает, но понятно, что каждый запасает эту энергию, как может. Кто-то хранит в аккумуляторах, кто-то довольствуется прихваченными по-случаю батарейками, кто-то бросает напрямую провода-нервы и рискует либо стать вечным источником, либо сгореть в одночасье. А есть и те, кто предпочитают запитываться аккуратненько к чужим чувствам, вампирить на досуге, согревая стыренным своё жалкое тельце пИнгвина в холодных утёсах сових же жалких мирков. Разрушая всё, к чему прикасаются, они, тем не менее, со стороны выглядят вполне респектабельно и внушительно. Как в плане доверия, так и самой любви. Вот они-то и есть самые страшные.... Куда-то не туда снова моя мысль сбежала. Хотя... может и туда. Любовь всему начало и причина... Ля фам искать невозможно по причине пропадания, значит будем искать.. ля фам.. Мда.. это была не моя мысль, но прислушаться стоит..."

Дана вернулась в замок, осознав наконец,  до какой степени она промокла и промёрзла. В точно такой же вечер она так же возвращаласьт в гостиницу города, где её ждали... "Не думать, не помнить, не чувствоать -- Дана, как мантру, мысленно стучала забами стакатто прошлого мира -- Ты умеешь жить сама, питаться от батареек, экономить свет и тепло, а при необходимости вполне можешь сама быть вампиром. Было бы от кого кусать -- невесело ухмыльнулась она самой себе -- вокруг одни истуканы, а кусать подругу я не намерена, даже если буду с голоду помирать". Внутренний голос ещё долго сто-то бурчал про "оглянись по сторонам, нужно только пошире открыть глаза и душу..."... "Щаззз, только разбег возьму... с полюса... и сразу открою душу первому встречному...-- Дана решительно пресекла попытки глупости завладеть разумом и с наслаждением погрузилась в горячую ванную..."

"Мда. Ох уж эти двойственные натуры, эти с одной и с другой стороны. Как всё таки нелегко им живётся в любом из миров. То ли дело Генерал. Генерал не имеет ни двойственности натуры, ни самой натуры, как таковой. Центр тяжести у него расположен где-то ниже позвоничника, что позволяет ему быть поистине несокрушимым в любой ситуации. Он непобедим, ка неваляшка. Повалить его практически невозможно. Вооружившись оптимизмом, запитанным от злости к собственной сговорчивости, он буквально испепелил взглядом присутствующих, прошёлся тяжелым танком по их романтическому, с налётом мистики, вечернему развлечению. Зацепил крылом подозрительности бедного Д ,Англере. Заморозил холодной вежливостью Ивансу и оставив в полном недоумении Лину и барона гордо отправился почивать. 

Вечер был безнадёжно испорчен. Книги отложены до следующего удобного случая. Свечи погашены. Гости оставлены наедине с собственными мыслями..."

.....Тень бесшумно выбралась из-под пыльных книг и на цыпочках подкралась к столику с книгами. "Любопытно, что там такого обнаружили эти взбалмошные девчёнки, что в замок подтянулась тяжелая артиллерия?" Встречаться с Генералом у тени не было ни малейшего желания. Что отнюдь не исключало скорой и нелицеприятной беседы с хозяином. День проходил за днём, а никаких новостей у тени так и не было. "А может плюнуть на всё, стащить книжку, да и дело с концом? -- крамольные мысли щекотали нервы -- И пусть потом сами разбираются с истоками, ключами, мечами и неограниченной властью..." Тень мечтательно улыбнулась в пространство, потрясла головой, прогоняя наваждение, и решительно открыла книгу.

Ничего не произошло. То есть абсолютно совсем ничего. Мало того, что ничего не произошло. В книге были только пустые чистые страницы. Слегка желтоватые от времени, они приятно похрустывали при перелистывании. Обтрёпанные уголки выдавали прикосновение не одного десятка рук, но ни единой быквы, ни малюсенькой картинки не угадывалось на загадочных страницах. "Нда. Хороша бы я была, появившись с этаким сокровищем перед хазяином. Ничего не поделаешь, придётся снова ждать". Тень вернула всё на свои места и отправилась в сад обдумать создавшуюся ситуацию...

... Дана была не права, когда решила, что с появлением Генерала ничего не изменилось. Запах... Замок больше не всхлипывал по утрам пыльной печалью. Едва уловимый кофейный аромат наполнил залы и бесконечные коридоры. Ваниль, корица и шоколад смешивались со звуками гитары и придавали осени совсем другое время и другое место...

-- Вы позволите? -- Иванса, зябко кутаясь в шаль обошла кресло, в котором развалился Генерал, и протянула руки к огню.

Ржевский неуклюже вскочил, попытался подобрать приличествующие месту слова, но ничего кроме "Доброго утра" так и не смог придумать. 

-- Вы, кажется, не рады встрече, Генерал? -- голос Ивансы звучал насмешливо и слегка отствранённо -- Вам неприятно моё общество?

-- Ну нет, от чего же... -- Генерал в замешательстве направился к Ивансе, но не дойдя пары шагов вернулся к креслу. -- Просто всё это так неожиданно... так стремительно... так похоже...

-- Генерал, -- резко перебила его Иванса. -- Давайте мы с вами договоримся. Никаких "раньше", "было", "тогда", "когда" и "помнишь". Это не принесёт радости ни вам, ни мне. Так уж получилось, что мы волею судьбы или ещё чего-то оказались в этом мире. Давай те же не омрачать его воспоминаниями о том, что мы оба хотели бы забыть.

Ржевский согласно покачал головой и было абсолютно не понятно, соглашается он или сожалеет о сказанном....

Неловкую паузу нарушила горничная, буквально влетевшая в зал с вопросом "Не видел ли кто с утра госпожи баронессы?". После долгих успокаиваний и потока невразумительных восклицаний стало понятно, что госпожу Натали никто не видел со вчерашней послеобеденной прогулки с месье Д ,Англере по саду. Вечером дверь спальни была закрыта на ключ и горничная не решилась тревожить госпожу, а на утро оказалось, что спальня пуста, кровать не разобрана, все вещи на месте. Не хватает лишь баронессы...

.... На столике возле камина пылилась недоигранная партия в шахматы....

-- Кстати, -- перебила Д ,Англере Лина -- а где же баронесса? Помнится, после обеда вы прогуливались с ней по саду? Признавайтесь, Жан, куда вы дели хозяйку?

-- Ах, сад. Он великолепен в эту пору года. Так и веет уютом, покоем, умиротворением.... В нём хочется слагать сонеты, писать баллады...например, о вечной любви... Осень всегда располагает к мыслям о вечности... Вы не находите?

-- А что же баронесса? Вы утомили её ум баллладами? Или она не вынесла разговоров о вечном? -- Иванса насмешливо уставилась на Д ,Англере. Была у неё такая милая привычка -- уставиться на собеседника своими глазищами и ждать ответа. Мало кто мог это выдержать спокойно.

-- О нет. Баронессе противопоказаны разговоры о вечном. Всё, что её интересует -- это что будут носить при дворе нынешней зимой. Хотя какая разница, если дальше соседнего поместья она сроду не выезжала? Нет, мы ограничились несколькими пикантными историями из жизни придворных дам, одной миленькой интрижкой столетней давности и моими рекомендациями к придворному парфюмеру, чьими услугами она вознамерилась воспользоваться завтра же с утра. За сим баронесса сказалась уставшей и удалилась в свои апартаменты. А я ещё некоторое время читал сочинения философов... -- Д ,Англере артистично выдерживал паузу, надеясь развить мысль про философов в приложении к его, Жана, восприятию, но не дождавшись продолжил:

-- Ну так что же мы стоим? Локи приготовил замечательный кофе. А я нашёл вполне приличный коньяк в закромах барона -- встрепенувшийся барон подозрительно протрезвел при звуке магического слова "коньяк" и обвёл осоловевшими глазками собравшихся -- Присоединяйтесь, барон. Кофе хорош только пока он огненный, как истинная страсть. Холодный кофе подобен потухшим глазам бывших возлюбленных -- приторно и безрадостно...

-- Так какое же развлечение вы нам придумали, месье Жан? -- Иванса аккуратно, что бы не обжечься, отхлебнула малюсенький глоточек из крошечной фарфорофой чашечки -- Мы с Линой умираем от любопытства.

-- О, мадам, всё очень просто. Посмтрите вокруг. Здесь, на этих бесконечных полках собраны все мысли, когда-либо посещавшие человечество и запечатлённые им на бумаге. Ну, про все мысли я сказал для патетики, разумеется, но библиотека недурна, как для такого...гм...отдалённого уголка.

-- Да, месье. Эту библиотеку начал собирать ещё мой прадед. Но основной её частью я обязан папеньке и матушке. Вот поистине фанаты печатного слова -- барон с гордостью прошёлся взглядом по полкам. -- им я обязан всем, что имею...

-- Разумеется, барон. Позвольте, я подолжу? -- Д ,Англере перестал обращать внимание на барона -- Так вот. Я хочу предложить вам, милые дамы, выбрать сейчас каждой одну книжку, которая наибольшим способом соответствовала бы вашему теперешнему состоянию. То же самое сделаю и я, и.... если сможет, конечно, барон. Потом мы прочтём по очереди одну фразу каждый из своей книги. Наугад. И постараемся по получившемуся рассказу составить представление о нашем будущем. Уверяю вас, это более увлекательно, чем вам кажется -- с убеждением подолжил Д ,Англере, перехватив недоверчивый взгляд Ивансы. -- Эту забаву завезли к нам нынче летом с Соловков. Рассказывают, что тамошние пиффии весьма точно используют этот метод при составлении долгосрочных прогнозов различных миров и предсказания погоды на завтра.

На сей раз Иванса не смогла сдержать презрительный смешок. Д ,Англере сделал вид, что не расслышал и продолжил. -- Поскольку кофе уже допит, я предлагаю распределить стены по количеству присутствующих и приступить.

Некоторое время в библиотеке раздавались только шорохи и невнятный шепот. Даже барон усилием воли заставил себя подняться и дойти до ближайших полок. К сожалению, на этом его энтузиазм закончился и вооружившись первой попавшейся книгой, оказавшейся при ближайшем рассмотрении "Кратким справочником винодела-любителя", он почти без приключений вернулся в своё кресло.

Д ,Англере бродил вдоль "своих" стеллажей, старательно делая вид, что выбирает, на чём бы остановить свой взор. На самом деле он давно уже определился и теперь только поджидал подходящего момента и выбора девушек. 

Иванса провела рукой по корешкам книг. Всё, от Софокла до Гарри Потера. Этой библиотеке мог позавидовать любой библиофил. Наконец она нашла то, что искала. Сборник сказок народов мира. "Это именно то, что нужно" -- подумала она, возвращаясь к столику и креслам.

-- Позвольте полюбопытствовать -- подошедший Д ,Англере протянул руку и взял у Ивансы книгу. -- Да. В изобретательности вам не откажешь. Тут что ни фраза -- сплошное предсказание. Как хочешь, так и истолковывай.....

-- А вам что пришлось по душе, неужели рОман? -- Иванса не оставляла насмешливый тон в разговоре с Жаном. Д ,Англере смущённо бросил свою книжку на стол.

-- Вы разоблачили меня, мадам. Дюма. "Королева Марго". Это не ново, но тоже весьма поучительно. Суть ведь не в том, Что толковать, а в том, Как толков....

-- Ну где же вы, Жан, помогите же мне!!!! -- придушенный вопль Лины прервал Д ,Англере на полуслове. Они обернулись к ней и расхохотались. Забыв про великосветскую презентабельность Лина подоткнула подол платья и изо всех сил тащила какой-то пыльный фолиант с самого низа своих полок. Смешно пятясь и чихая, она почти вытащила его. Так что вся стопка, лежащая сверху, грозила неминуемо похоронить её подгрудой знаний. Д ,Англере с Ивансой поспешили на помощь. Жан подхватил почти рухнувшие на Лину книги, а Иванса наклонилась к подруге и они вдвоём аккуратно освободили фолиант довольно внушительных размеров, переплетённый в муар и искуснейшую кожу.

-- Ну что ж, можно возвращаться и заняться ближайшим рассмотрением нашей добычи -- Д ,Англере уже предвкушал замечательный розыгрыш, когда двери библиотеки распахнулись и в них, не давая Локи раскрыть рта, стремительно вошли двое.

"Фуууу. Вот это атмосфера. За каких-то пару часов я отвыкла от этой скучной пыли"-- подумалось Дане -- "И что это ещё за игры в избу-читальню...."

"Уф. Однако...обстановочка... Где были мои мозги, когда я соглашался" -- Генерал предательски собрался сбежать, но Дана цепко ухватила его за рукав и потащила к удивлённым обитателям библиотеки.

-- Прошу покорнейше меня простить -- Дане абсолютно не было ни стыдно за своё отсутствие, ни неловко за столь грмогласное появление. -- Позвольте представить вам моего давнего знакомого...и не только моего, как я понимаю...-- она окончательно запутась в этикете и бухнулась в ближайшее кресло -- Короче. Генерал Ржевский. Любить не обязательно, но жаловать придётся.

....Дана наслаждалась произведённым эффектом. Лина как стояла с открытым ртом, так и застыла, превратившись в один сплошной немой вопрос. Д ,Англере словно не верил собственным глазам, метание которых выдавало лихорадочную работу мысли. Иванса растерянно оглядывалась по сторонам, мысленно проклиная Дану, профессора, и почему-то неизвестной кисти каритину "Приплыли". Одному лишь барону было абсолютно наплевать на происходящие ибо он давно уже сладко спал в своём кресле, укрывшись "Кратким справочником..."

"УУУУУУУУУУУУУ -- Дана обессилено откинулась на спинку кресла.  -- Опять двадцать пять. Ну сколько можно вот так выдержать? Она, конечно, терпеливая, но Генерал способен и статую вывести из себя..."

...Не застав Генерала в Доме, Дана с огромным трудом отыскала его в Городе. Ржевский, на удивление, принял её вполне доброжелательно и учтиво. Ровно до тех пор, пока она не заикнулась о цели своего появления.

-- Нет! Я категрически против подобных реверансов. -- Генерал поправил осанку вместе с ментиком и придал усам воинственный вид. -- Это чёрт знает что такое. При всём моём уважении к вам, Дана, я просто не понимаю, зачем я там понадобился. Ну вот как вы себе представляете моё появление? "Здравствуйте, я ваш бедный родственник из ещё более бедной провинции, не разрешите ли войти, а то так пить хочется, что и переночевать негде..." -- проблеял он козлиным голосом  и смешно скорчил рожицу бедного родственника. Дана прыснула в ладошку. Генерал был блистателен. Он явно похоронил в себе талант комедианта, но сказать ему об этом было равносильно собственноручно подписанному смертному приговору.

-- Генерал, -- начала Дана в который раз, аккуратно подбирая слова и выражения. Разговоры с Ржевским были подобны игре в футбол на минном поле -- допустим, я с вами полностью согласна -- мы две...даже две с половиной -- идиотки, которые влезли непойми во что....

-- Вот-вот, "идиотки" ещё мягко сказано -- Генерал слегка остыл. Дана перевела дух и продолжила.

-- В замке собрались весьма странные личности. И у меня такое подозрение, что ситуация выходит из-под контроля. Пока дело касалось бусиков-фигурок-розыгрышей... ну тут нам равных нет... -- Ржевский опять напрягся. Дана физически почувствовала его возмущение и быстренько сменила направление -- Какая же женщина не считает себя мастерицей поиграть в бирюльки... -- Генерал опять расслабил приготовившиеся к разносу нахалки голосовые связки.

"Уф. Дай, Боже, мне сил. Как же тяжело с вами разговаривать, товарищ Ржевский. Столько всего надо держать в уме, в руках и в кробочке, что я сейчас лопну и скажу всё, что я о вас думаю.... -- я те скажу, прорезался внутренний голос, была команда терпеть и уговаривать. только попробуй мне всё испортить -- Дана рассуждала сама с собой на два голоса, пока Генерал выбирал очередную конфету из привезённой ею коробки"

-- Так вот -- ещё один шажок по полю -- всё идёт к тому, что в деле замешана книга. А где книга, там и слова. А слова -- это буквы, которые понатыканы там в каком-то порядке. Ну и скажите, что мы будем делать с этими буквами, когда столкнёмся? -- Дана вопросительно уставилась на Генерала.

-- Хм, действительно -- Ржевский был явно польщён. Если и было что-то, на что его можно было купить хотя бы теоретически, то это были буквы и книги. Ну ещё шоколадные конфеты, но в этот раз не проконало. Пришлось пускать в ход основные козыри. "Боже, храни меня, что бы не дошло дело до джокера" -- Дана закатила глаза, но над головой был только пыльный потолок. Паук в углу люстры подмигул ей всеми глазками и побежал доплетать очередную паутину.

"Вот и я так, -- подумала Дана  -- притащилась сюда за тридевять миров и плету паутину, как самый последний паучёнок в мире. И иначе ведь не выйдет. Не поедет Ржевский просто так со мной никуда. Вон с самого начала даже слушать не стал. Чуть взашей не выгнал..."

-- Так кто, ты говоришь, хозяева замка? -- это был явный прогресс.

-- Барон и баронесса Рубини. У них то ли итальянские, то ли еврейские корни, но живут там уже несколько поколений. -- Дана с удовольствием свернула со скользкой темы поиска достойных посещения причин.

-- Знавал я когда-то одних Рубини. Их сына звали, кажется, Алекс... или Антони...не могу припомнить. Он был не намного младше меня, но какая огромная разница в образовании и умственных способностях...

-- Нашего зовут как раз Алекс. Может это он и есть? -- Дана поспешила вернуть Генерала в действительность. -- А жена Натали. Просто прелесть что за глупышка.

-- Ну жену мне знать не довелось, наши пути разошлись довольно скоро. Помню только что папенька с маман его были милейшие люди. Умницы, интеллигенты...теперь таких не делают... Как же поступить-то -- Гнерал задумался, а Дана затаила дыхание.

-- Ну предположим, я согласился. Дальше что? Мы как будто случайно с вами встретились, я прогуливался по набережной, подул лёгкий ветерок и меня унесло в... и вот я здесь, перед вами...

-- Ну как-то так -- Дана счастливо рассмеялась. Раз Генерал сменил сарказм на юмор, значит она почти у цели. Теперь главное -- не спугнуть удачу.

-- Я хотела предупредить вас, Генерал. В замке сейчас гостит ещё один человек. Он находится там, как частное лицо, но при этом ведёт себя так, будто он -- король Франции, не меньше.

-- Кто же это, я знаю его? -- Ржевский рассеянно собирал вещи, в пол-уха слушая щебетание Даны.

-- Мне сложно судить, мой Генерал -- Дана впервые за весь разговор позволила себе подобную вольность, но Генерал не обратил внимания -- его зовут Жан-Антуан Д ,Англере...

-- А этот ?......... --Генерал выдержал уместную при дамах паузу.--.....что там делает?

-- Вы знакомы? -- Дана искусно изобразила восхищение и недоумение. Нет, что не говорите, а роль дурочки всегда удавалась ей отменно.

-- Было дело. Но чёрт побери... простите, мадам.... что ему там понадобилось? Эта старая ищейка просто так носу из дворца не высунет. Тем более сидеть вот уже столько времени в таком захолустье, играть непойми с кем, непойми во что, бог знает с какой целью...-- на этот раз Генрал не счёл нужным извиняться, а Дана -- напоминать о приличиях.

-- Пожалуй, вы правы, стоит прокатиться и посмотреть на всё своими глазами. Возможно, что Ивансе... вам обеим, понадобится помощь. Едем.....

"Дурацкая работа. Столько приходится слушать голосов, мыслей, ветров, сквозняков...Все они сливаются в один безликий голос, который становится твоим вечным спутником. -- тень всё ещё недовольно пыталась напрячься и выделить мужской голос в отдельный образ. -- нет, не помню. Ну да бог с ним. В конце концов мне платят за конкретный результат, а не за расшифровку сущностей."

...Тарака, меч, ключ, драконы, конфеты, миры, опять драконы, снова тарака (сопьются ведь на раз, это тебе не коньячок потягивать)...так, а вот это уже интересней... Королева, ось миров, времнные транзистенции...(модель идеального полностью удовлетворённого всем человека мы уже проходили. Спасибо проницательности товарища Ойры-Ойры, а то бы не было никаких таких миров уже давно). Замок ощутимо тряхнуло...раз..другой... тень больно стукнулась головой об стенку и удивлённо вспомнила...

"Ну конечно же....мужской голос... Профессор... Как можно было забыть. Дня не проходит без их штучек-дрючек. Теперь жди здесь всю компанию и начнутся игры с часами, словами, звуками, ощущениями. -- несмотря на многовековой опыт обращения со всем этим, тень злилась каждый раз, когда те, по её мнению, мешали работать. -- Тут мне ловить нечего. Слов всё равно не слышно, а прочитать что-то в сознании не под силу, пожалуй, даже хозяину"...тень поспешила удалиться в поисках более доступных жертв подслушивания.

-- Иванса, ты можешь мне объяснить, как это называется? -- Лина была в бешенстве. -- Твоя подруга просто бессовестная интригантка. Ну как можно было всё это заварить и исчезнуть?! Каааак?! Мы ведь договаривались придумать, кто и как спрячется...а теперь что? Нет, я тебя спрашиваю, что теперь? Или она сама решила стать "жертвой" в оплату фигуры и удрала куда-то?

Иванса слишком хорошо знала подругу, что бы допустить такое. Дана могла спокойно бросить мир, в котором её больше ничего не удерживало, но бросить всё в таком  виде и отправиться дальше она точно не могла. Значит нужно ждать объяснений, поскольку о причинах гадать бессмысленно.

-- Лин, ну не кипятись -- начала она примирительно -- давай лучше подумаем, как подстраховать ситуацию. Если Дана сегодня появится -- она всё объяснит, а если нет, кто-то из нас с утра должен изображать пропавшую. При чём пропавшую с интригой, что бы все подумали, что что-то случилось.

-- Нет уж. -- Лина всё не могла успокоиться, так её разозлило отсутствие Даны  -- я точно не собираюсь никуда пропадать. Если тебе так уж хочется подыграть твоей ненаглядной подруженьке -- наздоровье. А я умываю руки.

Она не дожидаясь ответа вышла из комнаты, хлопнув дверью, и едва не сбив тень направилась в музыкальный салон.

Тень пребывала в явном замешательстве. Что-то вокруг начало происходить совсем не по плану. Только вот ни плана, ни списка действующих лиц выдано при входе не было. 

"И так всегда, когда хозяину взбредает в голову связаться с этими двумя девчонками -- Ивансой и Даной. Ещё пока они по одиночке, куда ни шло. Но если уж вместе чего замыслят.....-- на тень неудержимо накатывался приступ жалости к себе-любимому -- Ну вот скажите на милость, за кем мне сейчас смотреть? Кого слушать? Почему нельзя, как всем порядочным людям, собраться в одном месте и вести неторопливую беседу о том, как всё плохо, а будет ещё хуже? Почему обязательно нужно разбрестись по всему замку и его окрестностям? О-хо-хонюшки, дела наши гршные. Пойти в салон, что ли"...

Замок ещё раз тряхнуло и даже немного сдвинуло в пространстве.

Лина злилась и была расстроена. Мало того, что в замке оказалось не столь блестящее общество, как ей обещали, так и ещё эти ненормальные подружки. Согласитесь, одно дело, когда приезжает молодая привлекательная баронесса в тихий провинциальный уголок болота. Это внимание, блистательность, собственные интриги, флирт, в конце концов. И совсем другое дело, когда она там обнаруживает двух девиц того ещё возраста, с неуёмной энергией и каким-то невообразимым взглядом на вещи. Которые, к тому же, появились раньше её и уже успели всколыхнуть болото....

Она с тоской обозрела пустой салон, выбрала музыку и позвонила прислуге. Буквально из воздуха тут же образовался Локи.

"Странный он парень. -- мельком отметила Лина. -- Хотя умение быть незаметным и вездесущим скорее плюс для прислуги, чем минус"

-- Локи, ты не в курсе, куда собственно все подевались?

-- Месье Д ,Англере с баронессой прогуливаются по саду. Барон...гм...дегустирует содержимое собственных винных погребов -- Локи подобрал нейтральное, по его мнению, слово для определения любимого занятия барона. -- а молодых мадам я не видел. Может вам угодно чашечку кофе, или чего покрепче?

Лина прислушалась к себе и остановилась на кофе с ликёром. Локи неслышно испарился.......

« Ладно, допустим, я всё таки ничтожество, не достойное даже того, что имею. Но что это по сравнению с вечной борьбой добра и зла? Капля в море или песчинка в топливном баке? – тень в последний раз обречённо вздохнула, давая понять самой себе, что на сегодня, пожалуй, достаточно. – Неееет, с этим нужно что-то делать. Эти люди сводят меня с ума и таки добьются своего. Безумная тень – что может быть ничтожней в этом странном мире? Только тень, думающая, что умна. А посему, сиди – не сиди, информации не прибавиться. Пора приниматься за работу…»

продолжение от Ивансы

http://blog.i.ua/user/3221339/1113958/

http://blog.i.ua/user/3221339/1115047/

Как же это не похоже на Дом -- подумала Дана -- где любое утро, даже самое дождливое, холодное и одинокое начиналось с запаха кофе и радости.

Она неторопясь спустилась в гостинную. Камин потух. Двери в сад были приоткрыты и в них просачивался запах прелых листьев и мокрой земли, выгоняя пыльные лоскутья вчерашнего вечера. Она задумчиво прошлась вдоль стен, разглядывая портреты. Один показался ей смутно знакомым. Гулкие отголоски воспоминаний застучали в висках. Поворот головы, что-то неуловимое во взгляде, осанка... Этого человека она никогда не видела, но и забыть так и не смогла. Она потрясла головой, прогоняя воспоминания.

-- Не правда ли, чудесное утро? -- Дана вздрогнула. Из глубины кресла у камина поднялся Д ,Англере -- Я вас испугал. Простите великодушно, я не хотел. Задумался, видите ли и не заметил, как вы вошли.

И опять Дане показалось, что за креслом мелькнула тень.

-- Ну что вы. Не стоит извинений. Я сама задумалась. Это видимо погода располагает к некоторой меланхолии. -- Она бросила взгляд на портрет.

-- Вам знакомо это лицо? --  Д ,Англере проследил за её взглядом. -- Милый юноша. Повидимому родственник хозяев. -- Он внимательно следил за Даной.

-- Сомневаюсь. В этом мире принято вешать на стены простые картинки красивых людей. -- Дана невесело улыбнулась. -- Я была знакома с этим взглядом. ...раньше.... -- Она замолчала, давая понять, что тема закрыта.

-- А я, знаете ли, раздумывал на досуге о ящиках фирмы "Пандора и Ко"....-- Д ,Англере понял намёк и перевёл тему. -- Очень уж опасные вещи они выпускают на рынок человеческих эмоций. Вы не находите?

-- Как сказать. Всё завист от покупателя. В инструкции ведь чётко всё указано -- и возможности и последствия. -- Дана рассеяно перебирала аметистовые чётки.

-- Какая забавная вещица. Вы позволите? -- Д Англере протянул руку. Дана нехотя отдала ему чётки -- Это ведь камень...С очень искусной резьбой...А что на них вырезано?

-- Каждый камень -- это страдания человеческие. Их ровно 21. -- Дана попыталась забрать чётки, но Д ,Англере сделал вид, что не замечает протянутой руки.

-- Ну с двадцатью я знаком и полностью согласен. А центральный камень...Начало и конец всех молитв, будь то Коран или Библия... это что? Что вырезано на нём -- Д ,Англере наклонился к Дане. Его безупречная кожа покраснела, в глазах метался дьявольский пожар, казалось, он задыхается -- Что здесь вырезано...в самом начале и в конце всего?...

Дана почти силой отобрала чётки. Д ,Англере пришёл в себя и смущённо улыбался.

-- Конечно это Любовь, Жан. Она начало и конец всех страданий. Она же наказание и искупление. Она -- всё в этом мире. Не потому ли вы так хотели её увидеть? -- Дана вспомнила, при каких обстоятельствах получила эти чётки. -- Наказание и искупление.... Начало и конец... А где-то между ними находятся боль, ревность, измена, предательство, обида, одиночество, ненависть... И только пройдя их все по кругу, пересчитав и отпустив, можно снова обрести Любовь.

-- И как часто у вас получалось пройти весь круг в этих чётках? -- голос Д ,Англере на сей раз звучал почти оскорбртельно. Дана печально усмехнулась. 

-- Увы, милый Жан. Пройдя по кругу я непонятным образом опять оказалась в середине. Наверное я что-то не то делаю. Или та, первая любовь была настолько сильна, что она стала всеми чётками....

-- Расскажете мне о ней? --Д ,Англере задал полу-вопрос полу-утверждение.

-- Нет, Жан. Поверьте, это ни к чему. В качестве поучительной истории она не годится. В качестве рождественской тоже выглядит не ахти... А пойдёмте-ка найдём Локи и потребуем утреннего кофе и шоколадных конфет. Вот-вот спустятся Иванса с Линой. Врядли им захочется слушать на завтрак грустные байки о семейных портретах и несчастных чётках...

Д ,Англере неохотно подчинился и они отправились добывать кофе....