Вчера мне странный сон приснился:
Сошлись за чаркой рубль и член.

Вгляделся член — и возмутился:

— Каких ты, милый друг, дождался перемен!
Да как ты сморщился! Да как ты опустился!
Ты гордость растерял российскую свою —
А посмотри, как я стою!
Я сильно возбужден незримою войною,
Одушевленье масс мне крайне помогло,
Все лучшее в стране теперь зовется мною —
Не помню, чтобы кто назвал тебя «рубло»!
Увы, ты низко пал. Пробил ты все рекорды,
Попал на пятьдесят, и это не предел.
Твои позиции нетверды,
А я настолько отвердел,
Что всем врагам начистил морды,
А остальными овладел.
Меж тем подобное продолжив поведенье,
Ты можешь и меня увлечь в своем паденье.
Под улюлюканье креаклов-негодяев,
Того гляди, и мой уменьшится объем.
Уже не знает Улюкаев,
Как плюсы отыскать в снижении твоем!

— Помилуй, — молвил рубль. — Где думать о гешефте!
Тебя-то лижут все, восторга не тая,
А если бы, как я, зависел ты от нефти —
Давно б и ты опал, как я.
Ты возбуждаешься, не вдумавшись нимало,
От лести, от войны, от первого канала,
От криков челяди, что кризис позади, —
Но этим всем меня попробуй возбуди!
О да, я падаю. Скажу без зубоскальства —
Так низко я, увы, еще не опускался.
Тут не моя вина, а твой природный стиль —
Великую страну низвесть до деревеньки.
Не одного меня, но всех ты опустил:
Едва подняв с колен — швырнул на четвереньки.
Кругом опущенные планки,
Все опустилось в неолит,
Все ниже падают путанки
Из перепуганных элит,
А что кругом война, и нищие, и пьянки,
Запреты дикие и отпускные танки —
Об этом у тебя головка не болит!
Хочу тебя поправить малость —
Есть загогулина одна:
Ты хочешь, чтобы все упало ниже дна —
И лишь валюта поднималась?!
Так в мире никому покуда не везло.
Да знаешь ли, кто ты? Ты попросту … .

Прошло.
С тех пор, как я заснул, каких-то три минуты.
Проснулся я от слов опущенной валюты.
За окнами дождя висела пелена,
Висело, в общем, все, и целая страна
Была подвешена в струях ночного ливня.
Стояла только ночь, как если бы наивно

Задумала на все остаться времена.                      (Дмитрий Быков)