Ех, какую страну просрали!

soba4ki  А вот пройдёт, ребята, каких-то стремительных двадцать лет, а двадцать лет, как оказалось, пролетает ужасно быстро, и вот эти наши с вами нынешние времена всерьёз начнут вспоминать как старые-добрые. Да не просто так, а с жирной, густой ноткой ностальгии, уместной лишь для особенных воспоминаний повышенной теплоты и душевности.

Будут люди находить на богом забытых ресурсах передачи какого-нибудь Малахова, в которых бесноватые всех мастей рассказывают, как съели племянницу ради возможности вступить в соитие с деверем, будут находить и умиляться — это же наша молодость! Помните? Помним! Ставим класс!

Вот умели же раньше делать! Не то что сейчас — срамота одна! Или другого Малахова найдут передачу, где хворые да больные алчно пьют нечистоты и едят кал — и тоже умиляться! Вот, пожалуйста, лечили нас же! Прямо с телевизора, бесплатно! А сейчас разве так могут? Эх, всё развалили! Сволочи!
   Фильмы нынешние с умилением смотреть будут. Про ёлки там, про ментов, про месть Горбатого четыре и возвращение Хромого пять, и про прочую невероятнейшую дрянь. Цитатами из них острить будут особенно модные граждане, всякие тематические вечеринки устраивать. На новый год показывать по всем каналам! 2050 год наступает и по телевизору наши любимые Сиплый и Рябой! А в перерыве — лучшие моменты Дома Два за 2012! И все смотрят, и настроение у всех новогоднее-новогоднее. И детишек поближе к экрану — смотри, мол, Елисей, это дедушка когда молоденький ещё был, смотрел такое. Вырос на этих фильмах! Добрые они, честные, не то что сейчас — бесчинства да разврат!

Песни сегодняшние будут перепевать и удивляться, до чего же глубокий смысл в них заложен. И экспрессия, и надрыв, и свет в конце тоннеля! Рюмка водки, понимаете? И не где-нибудь, не на полу и не на полке, на столе! Понимаете! Вооот.  Сейчас так не споют уже.
Владимирский централ — ветер северный. И всё, и вся вековечная русская тоска и русская же душа в этих строках загадочностью своей заискрилась. Но не очко обычно губит, понимаете? Сейчас такого не могут, не тот калибр у нынешних поэтов. Измельчал народишко то!
   Родятся и вырастут школьники, которые яростно, до хрипоты начнут нам доказывать, как хорошо нам тогда жилось, и как они если уж и не лично, то точно с рассказов крайне проверенных товарищей знают и помнят о небывалом изобилии и благолепии царящем в те былинные наши годы, которые мы, как это у нас принято — просрали, и просрали, надо отметить , всё по той же чёртовой традиции абсолютно всухую и крайне бездарно.

А вслед за школьниками народятся разные там историки и публицисты, которые начнут трясти архивными данными и статистиками, рассказывая, как мы обставляли тогда все эти ваши америки по всем фронтам, и где у нас тогда эти ваши европы зажаты были! И школьники будут с удовольствием цитировать тех историков, а историки, ничуть не смущаясь, использовать в своих научных трудах слова школьников.

А потом, ещё лет через десять я и сам выживу из остатков мозга и буду вслед за школьниками надтреснутым голоском рассказывать про славные победы и героические подвиги, эпохальные свершения и революционные открытия, ко многим из которых я, если и не приложил свою мозолистую, натруженную руку, то уж точно стоял рядом, с участливым и понимающим лицом и ритмично подпевал что-нибудь поднимающее из окопов и ведущее на колкие блики вражеских штыков. И рубить буду при этом отважно холодный осенний воздух и требовать возродить империю или федерацию, или союз, не важно что уже, потому что раньше было лучше, а сейчас одни проститутки и наркоманы, и бескультурье сплошное и упадок тотальный нравов, люди бога забыли, а вот в мои времена была духовность, и все нас боялись, и всему миру давали пососать, и первыми были там-то и там-то, и покоряли и осваивали, и побеждали и выигрывали, и созидали и восстанавливали, а вы, вы гады молодые, всё разворовали и растратили, и слушайте меня, я пожил и знаю как надо, место мне уступи, не видишь - пожилой человек перед тобой, перед педерастом наглым стоит! Нарожали выродков! Вот раньше было время! Эх выыы, хамыыыыы!