хочу сюда!
 

Арина

44 года, весы, познакомится с парнем в возрасте 38-50 лет

Заметки с меткой «стихъ»

она говорит

она говорит - я суть волшебство
просторов любви твоей.
она говорит, и мир раскрывается весенней листвой,
и мир оживает, и столько новых огней.

она говорит - ну иди ко мне,
я уже не могу, ну скорей же
слышишь стальной, холодный скрежет
это небо затачивает город под себя
здесь, если поодиночке, съедят
ты мой единственный способ уцелеть
мы знаем друг друга тысячи лет
построчно знаем, наизусть
до последней буквы и запятой
она говорит - этот мир нас не стоит
пусть рухнет к чёрту, пусть

она говорит - ты враг мой,
если не придёшь сейчас же
в мои любимые сны.
она говорит и вздрагивает,
и дышит чаще,
когда касаюсь её спины.

с первого на второе

сведи счёты
научись прощать
поцелуй меня в щёку
теперь ты на меня укажи
людям в серых плащах

теперь ты, как будто не ты, а снится
и пространство вокруг дрожит
и какие-то не знакомые лица
подъезды, двери, этажи

и цепляясь за здания
уползает зимний проспект
в эту ночь с  первого на второе
теперь тебя пусть накроет
что некого умолять

согрел ладони гвоздями
повисел на кресте
теперь на дереве сострадания...

...ветка, верёвка, петля.

***

Я - жидкий солнечный свет
Выпей меня. 
Выпей. 
Так надо.
Хочешь, залпом. 
Или по глоточку.
Оставь на бокале след
своей помады.
Выпей меня этой ночью.

Синдром нулевых

Белое навязывает свой порядок.
Захлёстывает. Берёт в оборот.
Белым становится ядом
белой длинны дорог.

Рассыпается на отрезки.
Точечно, координатно.
вскрывает улицу лезвием.

И белые белые атомы
навстречу рвутся неистово
из кристаллических решёток.
Не устоявшая неба истина
рушится белым шумом. Шёпотом.

Ложится слоями на плоскость.
На чёрную шесть твоего пальто.
Ты - та самая чёрная полоска.

Завтра. Через неделю. Потом.
Сделай шаг. Через себя переступи.
Прыгни выше собственной головы.

Движение запрещено. Тупик.
Синдром нулевых.

*

Абстиненция. Ломка.
Окончания комкая,
снег превращается в сажу
на негативе плёнки.
Проявитель. Закрепитель. Фиксаж.
Кофейные кухни пятиэтажек.
В прямоугольном тепле батарей.
С отпечатком в оконной раме
уходящего в сумерки дня
всё быстрей и быстрей.

*

Всё что есть между вами
никому уже не отнять.
Вы выпиты из одной чашки
до густого осадка минут.
Всё просто, как игра в шашки.
Вы думали, вас поймут.
Вы не знали, что бывает холодно и ноябрь.
И что каждый в своей пустоте.
В каких-то своих краях
вы думали, вы не из тех.

***

вечный поиск иных декораций
в неизбежном чувстве вины
содержание жизни вкратце
голос букв кирпичной стены
тонким слоем на грязно-красном
полосой пресловутой, бинтом
и стоит на коленях "здравствуй"
перед "поговорим потом"

Каждому

Секундный отсчёт. Запросто
день начинается ракетным запуском.
Элементарные вещи. Наблюдение за полётом.
Чувство без цвета и запаха.
засевшее в крови плотно,
что весь мир разорван на параболы
уравнениями, точками и высотами.
Как будто тебя и меня ограбили
Пробили коды, вычистили наши сейфы.
Из музыки вырезали ноты.
Кривляются теперь на своих сэлфи
в инстаграмах и одноклассниках.

Мой город - живая классика.
Зона из фильма Тарковского.
Из бетона, стекла и пластика.
И фигурок вОсковых.
Оболочка. Закрытая система,.
Которую не проткнуть, не расковырять.
Если ты не в теме.
Дверь закрыта. Записка в дверях.
Сплошным междустрочием бумажным.
Белым, сложенным в "двое".
О важном.
Каждому.

Глядя в глаза окружающей среде

Глядя в глаза окружающей среде,
пятнице, субботе или четвергу,
понимаю - это явленье уже везде,
и долго волочь я его не смогу.
У себя оставаясь в долгу,
сам собою буду не честен,
если сам же себе не солгу.

Точно, как в песне:
"Мама, мы все тяжело больны
мама, я знаю, мы все сошли с ума."
Я видел груды гвоздей стальных,
Иисусов бесконечную вереницу,
когда однажды звонила зима,
и отворачивались лица.

Промолчал. Не принял звонок.
Чтоб не выдать себя, чтоб голос не дрогнул.
Это было вчера или очень давно,
и, допустим, уже не трогает,

не болит, не торкает, не задевает.
Только день за днём вколачивает сваи
по порядку, фундамент, кладка из кирпича.
Так тесно и душно, что нечем кричать.

"35 жёлтый"

от дождя прятаться в капюшон
сохраняя лицо под масками
буд-то нет тебя здесь ты давно ушёл
в прошлое своё наркоманское

игрушку отложили в сторону
сказали игрушке отвернись не смотри
это не тот сюжет
сейчас не время, сейчас не поровну
закрой глаза считай: 1... 2... 3...
сказали чтобы не обжечь


громче считай не сбейся
...7 ...8 ...9 ...10

жизнь в свете газоразрядных ламп
любой из других месяцев
сойдёт с ума  взбеситься
забухает накурится в хлам
станет этим "35 желтый"

*

глаза на мгновенье зашторив
я вижу тебя 

лицо 

улыбку 

чёлку

и с разбега в теплое море
и всякая часть меня весомого хоть в чём-то
рушится на мелкие кусочки
так легко и так сочно

*

лишь глаза на мгновенье закрыв
я  выхожу из игры 



***

нас кто-то взял на мушку
и выстрелил, прицелившись.
лежим вдвоём, из одних наушников
слушаем стерео.

***

ты под моим пристальным вниманием.
твои волны шире любого спектра.
это как весной оживают здания
и цветут вдоль проспектов.

***

и каким-нибудь солнечным утром
лучей живая материя
с твоих теплых перьев
слижет сладкую пудру
снов.

Мотор

Нам столько нужно ещё успеть,
столькое пережить.

Ночное представь купе,
и прятки друг в друге
от снов чужих.
Представь, мы едем на юг.
Забыться на этом юге
в июнь, в жару невыносимую.
Едем к счастью, на самом краю.
Неба самого синего.

И дальше по сюжетной линии.
по линии воды, по самой кромке
два новых солнца, два силуэта
смеются громко, сияют громко
на всю планету.

И всё написано на лице.
Готовы к любой из ролей.
Включать на повтор
каждую из придуманных сцен.

Лишь съёмка бы поскорей.

Внимание! Мотор!