Вздох последний. Душа отлетает.
Жизнь земная уже позади.
Свет Божественный ярко сияет,
И чистилище ждёт впереди.
Сорок дней, чтоб с земным распрощаться,
Чтоб осмыслить свой жизненный путь.
А потом, выше в небо подняться
Или вниз опуститься чуть-чуть.
И опять ожидать воплощенья,
Выбирая судьбу для себя.
Тайну Смерти и Тайну Рожденья
Вновь на Тайну менять Бытия.

Предательство подруг так подло, так жестоко.

Искать причину надо у истока,

Но где исток, увы, никто не знает.

О, счастье, если кто-то понимает

И разделяет половину чувств,

Которые в душе моей томятся.

И только плачешь, когда хочется смеяться;

И нету сил сказать себе: "Постой!"

Хоть этот мир надменный и жесток,

Судьбе навстречу надо улыбаться.

Все в этой жизни будет получаться,

Никто не будет портить настроенье.

И если даже закрадется вдруг сомненье

В самом далеком уголке души,

Безверью поддаваться не спеши,

И грусть пройдет... А счастье всегда близко,

Оно не даст упасть тебе так низко,

Как тем несчастным, предавшим тебя.

Судить не буду - Бог всему судья.

Он сам за нас решит кому как жить,

Кого любить, ценить и с кем дружить.

Крадется по щеке слеза,

Соленая, как море.

Тебя украли небеса,

Украли поневоле.

Печаль и боль в моей душе,

И грусти в ней немало.

Я так скучаю по тебе,

Родная моя мама!

Я каждый день ищу тех птиц,

Что ближе всех с тобою.

И до сих пор средь сотни лиц

Ищу твое, родное!

Я так хочу тебя обнять,

К руке дотронуться рукою.

Хочу Вселенной прокричать,

Как я скучаю за тобою,

Как не хватает мне тебя:

Любви и денной, и всеночной...

Ты все таки была права -

На свете нет любви надежней.

Но ты за гранью бытия,

Ты далеко за суетою.

Родная мамочка моя,

Я так скучаю за тобою!!!

Какие то цифры ввели в телефон
Программа в мою "Мотороллу" проникла
Подобно туземцу я был поражён
И вдруг аналогия в мыслях возникла

Невидимых клавиш программа ведёт
Людей по дороге судьбы от рожденья
И кто то всесильный на клавиши жмёт
Даруя нажатием нам наслажденья

Тревоги, раздумья, печаль от утрат
И прочих эмоций земные страданья
Не зря от них прятался мудрый Сократ
Устав от иллюзий пустых ожиданья

Программа заложена в каждом из нас
И в камне, и в дереве, даже в железе
Бывает разумным железо подчас
Компьютером став или гайкой в протезе

Какая глупая любовь...

В ней есть добро, но всё же боль,

Как ворон чёрный гложит сердце,

И не даёт тебе покой.

Отрава, яд, губитель душ,

Любовь, отчаяние и ложь.

И мы из этого всего

Воздвигли трон любви святой.

Алтарь для мучеников душ,

Любви рабов навек послушных.

И роспинаясь на кресте нам говорил Господь:

- Везде, во всём, со всеми и всегда,

Должна любовь быть,

Но она, и тут свой лик нам показала.

И идеал на крест розпяла.

Летун лихой, бесплотный Лётчик,

не тихомясый сытый слон,

дробясь курсивом многоточий,

минает портики колонн,

из грязи чёрного квадрата

в горячий звёздный водород-

и льётся струйками обрата

денница-демон в жаден рот.

Билет в один конец оплачен.

В углу салона спит Осёл,

совсем простой советский мальчик,

такие знают обо всём,

такие рано засыпают

и, улетая в никуда,

чужие земли обживают

и воздвигают города,

с переговорного в Столицу

по воскресениям звоня`т

и любят милую Ослицу,

и в трубку делают ослят.

Звереют джунгли Ориноко.

Забыт на базе парашют...

Героя ждут в краю далёком,

где на престол забрался Шут.

Зазноба- красным на ландкарте,

на фотографии- жена,

одна как иго партократий,

и жизнь, любимая, одна.

Трещит пропеллер пузырями

финансов дутых. На груди

звезда горит. Осёл упрямый,

ты спишь в салоне не один.

Все было так вчера красиво, Наверно так уж повелось: Когда не хочешь утром пива, То торжество не удалось!   ******* Порой поступки женщин бесподобны, Понять их поведенье не трудись, Чтоб переспать разденется свободно, А одеваясь,просит:"Отвернись".   *******   Обращение к приятелю. Я правду от тебя не скрою, Ты свое сердце успокой, Нет,я не спал с твоей женою, А вот она спала со мной.

Под вечер выдохлась братва,

Куда то делись все слова.

Никто не хочет уж писать.

Да шо таке ядрёна мать?

Пообещай, что будешь ты моим,

Но ни сегодня, ни вчера, ни завтра...

Пройдет сто тысяч лет - и херувим

Докажет прелесть своего таланта:

Метнет стрелу - да суть и не в стреле...

Пред мирозданьем преклоню колени.

Мы повторимся где-то на Земле

Через века и сотни поколений.

Стрела нанижет только две души,

Бродящие по улицам Вселенной.

Конечно, это будем я и ты,

Возможно, в разных закоулках света.

Но я приду, приеду, прилечу,

Переплыву, переползу - достигну!

Подумай  как я этого хочу,

И поклонись святому херувиму.

Из тысячи я лишь тебя найду,

Из миллиона - лишь тебя узнаю...

Ныряя в глаз чужую синеву,

Тебя я снова в ком-то угадаю.

Пообещай, что будешь ты моим,

Пообещай, что встретимся мы снова.

И пусть парит крылатый херувим

Сто тысяч лет...  Подумаешь, всего-то...

 

Одиночества пропасть, я стою на краю,

И хрустальные слёзы звонко бьються по дну.

Надо мною лишь ветер, лишь вьюга одна.

Я стою на краю, и в глазах пустота.

Как то тихо и страшно, моя мысль - темнота.

Только боль, только холод.

Моя рана одна - это только любовь,

Это кровь из веска.

Это нежность и горечь и с неба вода.

Это цепи сковавшие крылья мои,

Это крылья розпятой в сердце любви.

Это ветер свистящий, розганяющий дым.

И дрожащие веки, и две капли... слезы.

 Это тихая гладь и бушующий шторм,

Это сумрак, луна и воющий волк.

Истязание плоти, соль на губах.

Это мёртвое море, и друга удар.

Это то чего нет на яву, лишь в душе.

Хотя нет, нет души когда гибнет розсвет.

И когда та любовь что по венам плыла,

Превращаеться в лёд и кидает с моста.