Збигнев Бжезинский: контуры нового миропорядка Рачья Арзуманян

Речь Збигнева Бжезинского, произнесенная 14 октября 2011 в Нормандии во время получения премии Алексиса Токвиля, заслуживает внимания[1]. Премию вручал бывший Президент Франции Валери Жискар д’Эстеном, возглавляющий жюри премии.  

1. Краткое содержание выступления

В начале выступления Бжезинский отдает дань памяти Алексису Токвилю, французскому историку, социологу и политическому деятелю, пребывание которого в США в 1831-32гг. вылилось в написание ставшего классическим труда «О демократии в Америке»[2]. Чтобы понять Америку необходимо знать Токвиля, который еще 175 лет назад предвидел потенциальные угрозы для американского общества, утверждает Бжезинский. По мнению Джозефа Стиглица (Joseph Stiglitz), нобелевского лауреата по экономике, Токвилю удалось понять главный источник своеобразной гениальности американского общества, названную им «правильно понятым эгоизмом» (self-interest properly understood). Ранняя Америка и американцы учитывали и принимали во внимание эгоизм других, понимая, что уважение к общему благу является предусловием личного благополучия каждого.

Современная Америка изменилась и превратились в страну разительных социальных контрастов. Несмотря на демократию американское общество состоит из  супербогатого меньшинства, частью которого являются высшие государственные деятели и политики, и все увеличивающегося большинства неимущих. «Сегодня в Америке верхний 1% богатейших фамилий владеет около 35% всего национального богатства, в то время как нижние 90% - около 25%».

Кроме того, США, оставаясь сверхдержавой, с трудом справляются с выходящих из под контроля глобальными изменениями, происходящими  как на социально- экономической, так и геополитической аренах. «Социально и экономически мир превратился в одно игровое поле, на котором все более превалируют три динамические реальности: глобализация, «интернетизация» и дерегуляция». Финансовая сфера, став  преимущественно спекулятивной по характеру и не связанной с технологическими инновациями или новыми формами работы, получила возможность мгновенно создавать богатства беспрецедентного масштаба. Инвестиции, перемещение рабочей силы на международной арене диктуются в большинстве своем меркантильным эгоизмом, а не национальными интересами.

На политической арене концентрация глобальной силы в руках нескольких государств, обладающих огромными экономическими и военными возможностями, сопровождается рассеиванием политической мощи. Запад находится в упадке, благодаря отсутствию воли к единению, мощь Востока растет, на фоне угрозы эгоистичного соперничества и потенциальных конфликтов между основными государствами. «Ни существующие национальные правительства, ни региональное урегулирование не в состоянии обеспечить эффективную дисциплину, не говоря об обеспечении контроля над автономной финансово-экономической вселенной, формируемой глобализацией, «интернетизацией» и дерегуляцией». Налицо разрывы между политической и социально-экономической сферами на глобальном уровне. 

Кризис глобальной мощи осложняется феноменом массового политического пробуждения, которому Бжезинский придает особое значение[3]. Коммуникационные возможности, взаимосвязанность и взаимозависимость глобального мира, накладываясь на молодое и зачастую безработное население неразвитых стран, легко мобилизирующееся и политически беспокойное студенчество развитых, создает предпосылки для протестов против богатой части человечества и привилегированной коррупции правительств. «Возмущение властью и привилегиями развязывает популистские страсти, взрывной потенциал которых чреват международными беспорядками большого масштаба».  

Способность Америки ответить на вызовы изменчивого мира затрудняется социально-политической особенностью американского общества, о которой пророчески предупреждал Токвиль. Речь об общественной невежественности, следствием которой, в частности,  становится уменьшение качества политического руководства.  «Я не знаю другой страны, в которой была бы меньшая независимость мышления и реальная свобода дебатов, чем в Америке», – пишет Токвиль. И еще.  «Некоторые неприятные эффекты в американском национальном характере очевидны. Я думаю, что присутствие небольшого числа выдающихся личностей на политической сцене является результатом всевозрастающего деспотизма американского большинства». Сегодня «деспотизм» и «невежественность» американского общества приводят к тому, что оно не желает идти по пути краткосрочных и справедливо распределенных социальных жертв, в обмен на долгосрочное восстановление (реставрацию) благосостояния и национального богатства страны.  

Получение и применение политического лекарства, необходимого Америке, затрудняется узостью и эгоизмом партий, явление, которое Токвиль в 1835 назвал  «малыми партиями».   Он писал: «их характер пропитан эгоизмом, который очевидным образом окрашивает каждое действие ... их язык  резок, а прогресс робок и сверхосторожен. Средства, которые они используют вызывает презрение и жалость...» Чтобы преодолеть политически патовую ситуацию, необходима широта взгляда и восстановление национального доверия. Это, в свою очередь, «требует широкого стратегического видения и ощущения исторических целей, что может быть достигнуто, в конечном счете, через получение принципом «правильно понятого эгоизма» глобального признания» - говорит Бжезинский. 

Обуздание финансовых спекуляций, которые имеют как экономические, так и социальные последствия, требует немедленной организации широкого и жесткого политического надзора – национального и международного. «Эффективная глобальная политическая кооперация может стать результатом широкого консенсуса, стимулируемого как на региональном так и, в конечном счете, глобальном базисах. Для США, убежден Бжезинский, это означает амбициозную попытку освежить, придать новое значение понятию «атлантическое сообщество», которое в краткосрочной перспективе должно включить США и ЕС, а в долгосрочной - Россию и Турцию. То, что Америка и Европа нуждаются друг в друге, разделяют одни и те же политические ценности, очевидно. Однако амбициозное, честолюбивое стратегическое видение не должно ограничиваться только ими. В скоро выходящей книге Бжезинский  аргументирует, что в долгосрочной перспективе – на протяжении следующих 2-3 десятилетий - в проект «атлантическое сообщество» может быть включена и Россия. 

Завершая первую часть «Демократии в Америке» Токвиль пишет. «Сегодня две великие нации земли могут продвигаться вперед к одной и той же судьбе, предначертанию, из различных стартовых точек: русские и англо-американцы ...». При этом он  указывает на драматический контраст, существующий между ними. Американцы,  опираясь на «свободу, как главный способ действия» (freedom as their main mode of action), принцип эгоизма и здравый смысл, завоевывают и цивилизуют свой огромный континент, преодолевая естественные преграды в построении сильной американской демократии. Русские с «рабской покорностью»  (slavish obedience), как главным способом действия, могут использовать «меч воина» под командованием «одного человека» для покорения цивилизации. И далее он предупреждает, что хотя «точки старта и пути различаются, но каждый из них ведом некоторым тайным провиденциальным замыслом - взять когда-то в будущем в свои руки судьбы половины мира».

Сегодня уже ясно, говорит Бжезинский, что судьба России ныне заключается не в том, чтобы контролировать «половину мира». Россия сегодня решает задачу выживания в условиях внутренней стагнации и депопуляции на фоне растущего Востока и пусть сбитого с толку, но богатого Запада. И именно поэтому западная политика подбадривания Украины к тесным связям с ЕС является критически важной предтечей стимулирования России к как можно более близкому вовлечению в Запад. «Это не может случиться при президенте Путине, но внутренние предпосылки для демократической эволюции в России растут и, с моей точки зрения, в конечном счете перевесят. Русские сегодня так открыты миру, как никогда ранее».

Оживление и расширение атлантического сообщества связано и с Турцией, говорит Бжезинский и приводит три ключевые причины, почему она должна видеть свое будущее в составе Запада. Во-первых, внутренняя демократизация и расширяющаяся модернизация сделали очевидным, что данные процессы совместимы с Исламом. Во-вторых, приверженность мирной кооперации с ближневосточными соседями согласуется с интересами безопасности Запада в этом регионе. В-третьих, Турция, будучи все более западной, секулярной и все же исламистской страной, может расшатать позиции исламистского экстремизма и повысить региональную стабильность в Центральной Азии, преследуя при этом не только свои интересы, но и помогая Европе и России.

Опосредственно важной для Европы может быть и долгосрочная роль Америки в становлении нового Востока, который должен быть выстроен как на привлечении Китая и Японии к более активным глобальным ролям, так и обхождении конфликта между ними. Политика США на новом Востоке не должна быть ориентирована исключительно на Китай и особые партнерские отношения с Пекином. Ее целью должна стать восстановление дружественных отношений между Японией, - демократией и основным партнером и союзником Америки на Тихом Океане, - и Китаем, а также смягчение возрастающего соперничества между Китаем и Индией. Только через сбалансированный подход и избегание материковых азиатских конфликтов США сможет обеспечить длительную стабильность в регионе.   

В конечном счете, завершает свою речь Бжезинский, глобальная роль Америки в 21 веке  зависит от способности американского общества оправдать ожидания Токвиля. «Как и он, я верю в мощный искупляющий потенциал американской демократии и, особенно, универсальную  релевантность политически пробуждающемуся миру революционной концепции «правильно понятого эгоизма ранней Америки».  

2. Краткий анализ

Анализ идей и подходов, высказываемых Бжезинским, требует понимания того, что он принадлежит к тем личностям и кругам, которые не просто формулируют и озвучивают геополитические и геостратегические тренды, но формируют их. Бжезинский не только и не столько информируют мировую общественность о происходящих изменениях на геополитической арене, сколько участвует в формировании данной арены. Научная, политическая, информационная и прочая активность Бжезинского этот тот самый случай, когда проведение границы между словом и делом, информационным событием и реальностью, которую оно призвано отобразить, становится более чем затруднительным. В такой ситуации рассуждения о реализуемости предлагаемого видения мира становятся некорректным, так как идеи, высказываемые Бжезинским, могут инициировать процессы и активность, которая,  в конечном счете, приведет к претворению данных идей в жизнь.

Такая оценка требует ответственного отношения к высказываемым идеям, вне зависимости от того, насколько они выглядят реализуемыми сегодня, сейчас. Грань между невозможным и невероятным в такого рода текстах становится нечеткой и трудно различаемой. Сказанное тем более справедливо, если принять во внимание турбулентный характер современной эпохи и исторический опыт последних десятилетий, когда становились политической реальностью сценарии, которые ранее оценивались как невозможные. В таких условиях апеллировать необходимо не к опыту и знаниям эксперта и экспертного сообщества, опираясь на который выстраиваются краткосрочные перспективы, но стратегической интуиции и долгосрочным трендам.

Бжезинский говорит о добавлении к двум основным явлениям текущей эпохи  глобализации и Сети (интернетизации) еще одного – дерегуляции. Запад и ранее признавал, что процессы глобализации приобрели внутреннюю логику и стремятся вырваться из-под контроля, когда говорить о существовании политической силы, осуществляющей контроль над ними, не приходится. Сегодня налицо также дерегуляция, то есть частичная потеря контроля над социально-экономической и финансовой сферами со стороны западной политической элиты, когда нужны сознательные усилия, чтобы не потерять уже и политический контроль над процессами. Дополнительную остроту создает высокая политическая активность и динамизм международной среды - «глобальное политическое пробуждение».

Бжезинский признает, что образовались резкие социально-экономические контрасты и разрывы в западном обществе и в мире в целом. Концентрация социально-экономической и финансовой мощи в глобальном масштабе происходит на фоне ослабления традиционных политических рычагов регулирования общественными процессами. Выражаясь языком марксисткой политэкономии, которая становится все более и более популярной среди исследователей, пытающихся найти язык и методологию для описания разворачивающегося мирового кризиса,  – налицо явное несоответствие между политической надстройкой и социально-экономическим базисом западного и глобального обществ. И вполне в духе марксистского анализа корни нынешнего несоответствия базиса и надстройки Бжезинский видит, в том числе, в жадности и эгоизме политического класса и сверхконцентрации национального богатства в руках более чем ограниченного круга акторов. Выражаясь языком теории сложных адаптивных систем Запад и мировая политическая система достаточно близко подошли к кромке хаоса и состоянию кризисной неустойчивости, когда небольшие и непреднамеренные воздействия и флуктуации могут привести к непредсказуемым результатам и сваливанию системы в состояние хаоса, в котором говорить об управлении и контроле в традиционном смысле говорить не приходится.

Понимая серьезность вызова Бжезинский предлагает ряд мер, призванных отвести мировую политическую систему от кромки и апеллирующих к «разуму и воле» политической элиты Запада. Однако предлагаемые меры и «лекарство» столь радикальны, что необходимо говорить не просто о трансформации, но создании новой - уже глобальной политической надстройки. Фактически, Бжезинский предлагает правящему классу сверхбогатых согласиться с необходимостью проведения «революции сверху», результатом которой должно стать формирование новой политической элиты. Именно она должна сформировать отклик на глобальные вызовы, через разворачивание новых структур и механизмом контроля и управления, вероятно, в рамках мондиалистких проектов, достаточно хорошо освещенных в соответствующей литературе. Выстраивание новой надстройки предлагается осуществить на основе «консенсуса» национальных элит и региональных центров силы. Причем Бжезинский не уточняет методы достижения такого консенсуса, которые не обязательно должны быть добровольными или мирными. Но только таким образом можно обуздать глобальные по размаху, масштабу и глубине процессы, протекающие в социально-экономическом базисе  мирового общества и избежать революционной смены элит.

Понимание серьезности вызова,  перед которым стоит актуальная политическая элита Запада не означает, что она окажется в состоянии добровольно отказаться от привычного видения мира. Однако оформление вызова в терминах жизни и смерти в состоянии, по мнению Бжезинского, встряхнуть западную элиту, а формирование отклика приведет к ее оживлению. Постановка личности, класса, элиты на грань между жизнью и смертью  довольно действенный и хорошо апробированный способ. «Когда человек знает, что будет повешен ... он замечательно концентрирует свой разум», сказал Сэмюел Джонсон (Samuel Johnson), поэт, эссеист, литературный критик и редактор 18 века, внесший большой вклад в английскую литературу[4]. Смертельная угроза должна оживить Запад, позволить его элите объединиться при безусловном доминировании США. Чтобы выжить и остаться доминирующей в глобальном мире, политическая элита Запада также должна стать глобальной и единой. Такое объединение возможно через придание принципу «правильно понятого эгоизма» глобального измерения, предполагающего способность новой политической элиты ограничивать узкий, корыстный эгоизм общественными интересами и общим благом. Вопрос, что должно быть отнесено к узкому и корыстному эгоизму остается открытым. Например, будет ли признан узким «национальный эгоизм», когда национальным элитам будет предложено отказаться от части своего суверенитета во имя глобальных интересов и ценностей.

Для Евразии и постсоветского пространства интерес представляют геополитические аспекты предлагаемого видения будущего. Превращение атлантического сообщества в глобальную силу потребует включения в себя и неизбежное геополитическое «переформатирование» России и Турции. Бжезинский предлагает России стать частью нового атлантического сообщества, ценой окончательного отказа от самостоятельной геополитической роли, амбиций и судьбы, формировавших российскую государственность и русский народ на протяжении последних веков. Турция, став частью Запад, получает возможность расширить сферу своего влияния на весь Большой Ближний Восток и Центральную Азию, то есть в том числе и за счет сжимания сферы влияния России. Таким образом, налицо попытка повторить уже на глобальном уровне старую игру, которую Европа ведет по отношению к России и Турции на протяжении последних веков, когда через вовлечение двух неевропейских держав в европейскую политику поддерживается баланс и равновесие в Европе. В 21 веке роль Западной Европы берет на себя атлантическое сообщество, возглавляемое США, а баланса, традиционно, обеспечивается за счет России и Турции, а также, возможно, Китаю и Индии. 

Даже поверхностный взгляд на политическое поле России говорит о присутствии на нем политиков и политических сил, для которых такое видение будущего России является приемлемым. Приглашение г-на Бжезинского в 2011 году на «Мировой Политический Форум» в Ярославле и его речь на нем могут служить свидетельством справедливости такого вывода. Проекта «Евразийский союз», озвученный Путиным, показывает, что в России присутствует и другое видение России и Евразии в целом. Судя по всплеску  работ в западной прессе, «Евразийский проект» застал Запад врасплох. Однако после  первых, крайне отрицательных суждений и выводов западная элита в настоящее время формирует адекватный отклик на данную инициативу. Согласно Бжезинского критически важными звеньями выживания России как геополитического центра силы является Украина, а также наличие российского лидера, «одного человека», который будет в состоянии возглавить и направить процесс восстановления российской геополитической мощи. В качестве такового опасение Запада на сегодняшний день вызывает Путин, присутствие которого, по мнению Бжезинского, делает невозможным реализацию первого сценария будущего России.  

Вопрос о том возможен ли третий сценарий, в рамках которого Россия и Турция формируют союз требует вдумчивого анализа. Во всяком случае союз большевистской России и кемалистской Турции в начале 20 века был достигнут за счет активов Российской Империи и сужения сферы российских интересов на южном направлении. В состоянии ли Россия 21 века вновь пойти на «маневрирование» уже активами СССР и дальнейшего сжимание сферы своих интересов, - вопросы, требующие спокойного и взвешенного анализа, в том числе и со стороны армянского экспертного сообщества.  

Г-н Бжезинский не затрагивает и не обсуждает роль Ирана, Саудовской Аравии, Израиля в новой картине мира, что также требует оценки и интерпретации. Возможно данные центры силы не вписываются в проект и, следовательно, должны будут отказаться от своих амбиций в 21 веке. Последние события на дуге нестабильности и в частности Арабская весна, показывают, что у Запада имеются возможности достаточно сил и возможностей для убеждения стран и народов в необходимости отказаться от тех или иных амбиций. 

Что не вызывает сомнений во всех сценариях такого рода так это взаимосвязанность и взаимозависимость России и Запада. Оба геополитических центра переживают кризис и должны трансформироваться, тем самым  вновь определяя и формируя мировую историю. Однако если ранее это было геополитическое противоборства, в котором исключалась окончательная победа, то в данном случае 21 веке речь идет о «последней схватке», - «жизни» или «смерти» и «конце истории» для одного из центров - Запада или России. Такой взгляд и такая интерпретация, согласно Бжезинского,  должно облегчить мобилизацию западных элит, и позволит достигнуть консенсуса, так как новые вызовы облекаются в старые и традиционные формы смертельного противостояния цивилизованного Запада и варварской России. Новое рождение Запада должно происходить через Россию и за счет России. Какой может быть отклик России на столь недвусмысленный духовный, интеллектуальный и политический вызов – покажет ближайшее время.   

22 ноября официальный представитель госдепа США г-жа Нуланд уведомила мир и Россию о том, что США не будут предоставлять российской стороне информацию по обычным вооружённым силам в Европе. Кроме того, американцы заявили, что не будут допускать российские инспекции на американские военные объекты в Европе.

Что стоит за этим (очередным, кстати) «вывихом» Вашингтона?

Во-первых, договор об обычных вооружённых силах в Европе, торжественно подписанный в 1990 году и установивший параметры тяжёлых (обычных) вооружений, предназначался для двух военных блоков - Варшавского договора и НАТО.

Во-вторых, это был, скорее, политический, чем военный компромисс, поскольку договором не охватывались морские вооружения, крылатые ракеты, средства ПВО и др.

В-третьих, часть стран Варшавского договора вступила в НАТО, возникли новые независимые государства, также вошедшие в Североатлантический альянс, они вообще не попали в зону действия Договора.

Подписанный в 1999 г. в Стамбуле новый вариант Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) – ещё один вымученный в ходе переговорного процесса политический компромисс. Однако за бокалами с шампанским после подписания новой версии ДОВСЕ не последовала тогда одна существенная деталь – ратификация. Российская Госдума ратифицировала его только в 2004 г., за ней это сделали Беларусь, Казахстан, Украина. Но не захотели сделать страны НАТО. А в 2007 г. Россия заморозила своё участие в Договоре.

Итак, что же за шаг совершил американский госдеп? Говоря словами народной мудрости, Вашингтон пнул мёртвого осла.

То, что ДОВСЕ мёртв, подтвердило ещё в 2007 году и российское Министерство иностранных дел: «Договор, подписанный во времена холодной войны, давно перестал отвечать современным европейским реалиям и интересам безопасности». А тогдашний начальник Генерального штаба Вооружённых сил России генерал армии Юрий Балуевский обвинил страны НАТО в превышении «квот» вооружений на тысячи единиц.

То, что г-жа Нуланд сделала оговорку, мол, двери для дальнейших переговоров по ДОВСЕ открыты, - не более чем дежурный дипломатический жест. Если бы Соединённые Штаты, как утверждают официальные американские лица, желали открыть двери для реанимации договора и вовлечения России в переговорный процесс, то, по крайней мере, следовало бы убрать засовы на этой двери. Например, заявить, что НАТО готово соблюдать установленные Договором ограничения, включить страны Балтии в зону действия Договора и т.д. Однако американцы делать это не собираются, потому что в таком случае им придётся вывозить из Европы часть своих танков, бронемашин, артиллерийских орудий, вертолётов. А значит, понизить уровень своего военного присутствия в Европе и своего влияния в Старом Свете.

Чем ответила Москва на подобный шаг Вашингтона? Буквально через несколько часов президент Российской Федерации сделал заявление, в котором коснулся другого элемента «перезагрузки» - договора СНВ-3. Напомнив об имеющихся в Договоре примечаниях об увязке стратегических наступательных и оборонительных вооружений, о праве России на выход из Договора при возникновении определённых условий, Дмитрий Медведев указал, что «Россия оставляет за собой право отказаться от дальнейших шагов в области разоружения и, соответственно, контроля над вооружениями». Что стало маленькой сенсацией для СМИ, но не для Пентагона, где прекрасно знают ситуацию и с российской армией, и с российским оборонно-промышленным комплексом.

Инициированная Вашингтоном и с пафосом объявленная «перезагрузка» в отношениях между США и Россией потерпела грандиозное фиаско.Иного быть и не могло. Потому что в США за последние почти полтора века сформировалась устойчивая мировоззренческая матрица, определяющая Россию (при любом политическом строе – советском, постсоветском) на роль врага Америки. Господствовавшие в США геополитические стратегии со времён А. Мэхэна (конец XIX– начало XX вв.) до З. Бжезинского неизменно ставят в центр борьбы за мировое господство сокрушение России. Всего два примера:

«…Приступить к овладению всею полосой южной Азии между 30 и 40 градусами северной широты и с этой базы постепенно оттеснять русский народ к северу. Так как, по обязательным для всего живущего законам природы, с прекращением роста начинается упадок и медленное умирание, то и наглухо запертый в своих северных широтах русский народ не избегнет своей участи» (А.Мэхен).

«Новый миропорядок будет построен на обломках России, за счёт России и против России»(З. Бжезинский).

А еще можно было бы вспомнить Вудро Вильсона, президента США, предложившего в 1918 году расчленение России, или Р. Рейгана, тоже президента США, объявившего Россию «империей зла».

Осуществить перезагрузку в отношениях между Россией и США возможно, лишь перезагрузив головы американских политиков и финансистов - загрузив их совершенно иными представлениями о геополитике и избавив от бредовых идей о мировом господстве.

Газета "ЗНАНИЕ - ВЛАСТЬ!"

Высоцкий Владимир Баллада о Любви 

Когда вода Всемирного потопа

Вернулась вновь в границы берегов,

Из пены уходящего потока

На сушу тихо выбралась Любовь —

И растворилась в воздухе до срока,

А срока было — сорок сороков...

И чудаки — ещё такие есть! —

Вдыхают полной грудью эту смесь

И ни наград не ждут, ни наказанья, 

И, думая, что дышат просто так,

Они внезапно попадают в такт

Такого же неровного дыханья.

Только чувству, словно кораблю,

Долго оставаться на плаву, 

Прежде чем узнать, что "я люблю" —

То же, что "дышу" или "живу".

И вдоволь будет странствий и скитаний:

Страна Любви — великая страна!

И с рыцарей своих для испытаний 

Всё строже станет спрашивать она:

Потребует разлук и расстояний,

Лишит покоя, отдыха и сна...

Но вспять безумцев не поворотить —

Они уже согласны заплатить:

Любой ценой — и жизнью бы рискнули, —

Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить

Волшебную невидимую нить,

Которую меж ними протянули.

Свежий ветер избранных пьянил,

С ног сбивал, из мёртвых воскрешал, 

Потому что если не любил —

Значит и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью

Не докричишься — сколько ни зови, 

Им счёт ведут молва и пустословье,

Но этот счёт замешен на крови.

А мы поставим свечи в изголовье

Погибших от невиданной любви...

Их голосам всегда сливаться в такт,

И душам их дано бродить в цветах,

И вечностью дышать в одно дыханье,

И встретиться со вздохом на устах 

На хрупких переправах и мостах,

На узких перекрёстках мирозданья.

Я поля влюблённым постелю —

Пусть поют во сне и наяву!..

Я дышу, и значит — я люблю!

Я люблю, и значит — я живу!

Ватикан поддержал создание «всемирного центробанка» Хазин Михаил

Современная финансовая ситуация дает Ватикану серьезный козырь в рамках давления на Вашингтон

Я уже писал об идеях создания «центробанка центробанков», но, видимо, к ней имеет смысл вернуться еще раз, в частности, потому, что к ней обратился такой авторитетный источник, как Ватикан. Как пишут в прессе, в документе, подготовленном Папским советом справедливости и мира, говорится о необходимости определить эффективные способы координирования и контроля. «В перспективе необходима организация, которая будет выполнять функции «всемирного центрального банка», который будет регулировать как финансовые потоки и валютно-обменную систему, так и национальные Центробанки», – отмечает Святой Престол.

По мнению Папского совета справедливости и мира, на региональном уровне требуется усиление роли существующих финансовых институтов, таких как Европейский центральный банк (ЕЦБ). Однако изменения должны носить не только экономическую, но и прежде всего политическую составляющую, которая должна заключаться в создании государственных институтов, гарантирующих единство и согласованность совместных принимаемых решений, говорится в документе.

Вообще говоря, это – не первый документ, который издает Ватикан по данной тематике, да и РПЦ не осталась в стороне, создав Совет по экономике и этике при патриархии, и все это означает, что тема эта принципиальная и важная. Но возникает вопрос: для чего Ватикану новый «центробанк центробанков» и какие он может преследовать цели? Разумеется, точного ответа мы знать не можем, но можем пофантазировать.

Дело в том, что Ватикан принципиально отличается от всех других авраамических конфессий тем, что имеет собственное государство со всеми его атрибутами, включая центральный банк и вообще банковскую систему. Теоретически библейские ценности запрещают ссудный процент, но многие века сосуществования с капиталистическим, а затем и западным глобальными проектами сильно подорвали ценностные основания католицизма. Да, что-то он продолжает резко осуждать (например, однополые браки), но в чем-то был вынужден пойти на серьезные уступки.

Отметим, что эти уступки не привели к существенному улучшению отношений с западным проектом: он продолжает активное наступление на католическую церковь, что, в частности, связано с проблемами в экономике и повышением роли выходцев из Латинской Америки в США. Кризис ведет к серьезному снижению жизненного уровня граждан США, а это неминуемо приведет к принципиальному изменению взглядов населения, в частности, отходу от примата закона (одного из главных принципов западного проекта) и, соответственно, усилению роли справедливости. Воспринимать это слово можно по-разному, но в западной системе ценностей оно роли не играет: там вместо справедливости ключевую роль играет нажива (корысть).

В подобной ситуации Ватикан как государство не может как не учитывать этих проблем, так и не понимать, что у него появляются различные возможности, связанные и с усилением своих позиций в конкретных странах в рамках существующей системы, и с работой по демонтажу современного капитализма. Последний вариант, скорее всего, энтузиазма у него не вызывает, ровно потому, что процессы такого масштаба почти неминуемо поставят под угрозу существование самого Ватикана, и хотя подобные риски, на первый взгляд, не очень велики, игнорировать их не стоит.

А вот первое... С одной стороны, главные нападки на Ватикан происходят со стороны США и их союзников, так что их ослабление Ватикану на руку. С другой, есть серьезные основания считать, что Ватикан является одним из крупнейших в мире держателей физического золота (кстати, еще одно основание для того, чтобы он не очень соглашался с разрушением нынешней системы собственности), что, в случае изменения валютной системы и усиления роли этого металла, автоматически усиливает позиции этого государства. Вплоть до возможности создания собственной валюты, которая почти автоматически будет претендовать на роль одной из мировых резервных валют.

Сочетание этих факторов почти автоматически дает в руки Ватикана очень мощное оружие против США. Последние крайне резко выступили против идеи «центробанка центробанков», фактически уничтожив авторитет МВФ в лице его руководителя Стросс-Кана и, в общем, сняв с повестки дня встреч мировых финансовых лидеров эту тему. То, что ее поднял Ватикан (а значит, с большой вероятностью, поддержат Бразилия, Испания, Италия и еще ряд католических стран), США явно нравиться не может; более того, это сильно подрывает всю их финансовую политику, поскольку ставит под сомнение позиции доллара как резервной валюты.

Но и сделать что-то исключительно по своей инициативе США здесь будет крайне сложно. Не обвинять же Ватикан в нарушении базовых ценностных принципов, которые сами США игнорируют. Да и с принципами тоже есть проблемы: не исключено, что как только дойдет до дела, Ватикан сильно ужесточит свою позицию в части тех возможностей, которые у пока виртуального «центробанка центробанков» должны быть. Разумеется, основное право голоса будет у международных финансистов, но если предположить, что информация о наличии у Ватикана колоссальных объемов золота верна, то и игнорировать его позицию будет невозможно.

В общем, современная финансовая ситуация дает Ватикану серьезный козырь в рамках давления на Вашингтон. И чем сильнее последний будет бороться с Ватиканом на своем поле, тем жестче будет ответ. При этом свой самый сильный козырь – справедливость – он еще не выложил, так что США нужно проявлять большую осторожность.

В общем, мне кажется, что заявления Ватикана в данном контексте представляют собой признание того факта, что он вышел в большую политику. И влияние его во многом будет сравнимо с влиянием некоторых стран G20, несмотря на то, что, выражаясь словами Сталина, дивизий у него не очень много. В современном мире, в отличие от послевоенных реалий, есть и другие, крайне весомые аргументы. Другое дело, что события могут развиваться по-разному, ну так будем за ними наблюдать. В любом случае, появление Ватикана в публичной политике придаст этому наблюдению дополнительный интерес.

Источник: km.ru.

Московский Комсомолец № 25812 от 2 декабря 2011 г.

Телевидение дает нам извращенное сознание. Видишь одно, подразумеваешь совсем другое. Потому что то и дело главные мысли идут вторым, третьим планом, 25-м кадром. Только тогда возникает настоящая полнота ощущений.

...................

 Смотришь по «России» «Ликвидацию» и радуешься. Ну какой же замечательный там Давид Маркович Гоцман. Но потом вдруг вспоминаешь: а где это я его недавно видел? О, вспомнил: на съезде одной большой и великой партии. Стоял там Гоцман с горящими глазами и пел дифирамбы нашей руководящей и направляющей. Или это был Владимир Машков? Или Давид Маркович Машков? Он, точно! Банду Академика обезвредил, можно и расслабиться.

Все на выборы!

Самые счастливые выборы Станислав Белковский

Московский Комсомолец № 25812 от 2 декабря 2011 г.

Так называемые парламентские так называемые выборы, которые у нас намечены на предстоящее воскресенье, станут одним из самых счастливых событий российской политики за много лет. Обрадуются практически все.

«Единая Россия» («партия власти») — потому, что получит в следующей Государственной думе «устойчивое» (больше 226 депутатских мандатов) большинство и сможет, как и нынче, беззаветно штамповать и перештамповывать любые законы, нужные Кремлю.

Партии системной оппозиции — КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия» — потому, что получат больше голосов и, соответственно, депутатских кресел, чем в нынешней Думе. И смогут с апломбом заявить две системообразующие вещи:

1) они и есть единственная реальная оппозиция, которой, ясный перец, нет (и еще долго не предвидится) альтернативы;

2) избиратель умнеет, он все больше голосует за системные партии, еще немного — лет 10, от силы 15, — и эта легальная оппозиция создаст свое думское большинство, после чего неэффективная коррумпированная власть сразу же сменится на эффективную и некоррумпированную.

«Яблоко» — потому, что хоть и не пройдет в Думу, все равно подберется ближе к 7%-ному барьеру, чем выборным циклом раньше. А значит, интеллигенция собирается, сплачивается и по-прежнему не видит альтернативы Явлинскому — Митрохину.

«Патриоты России» и «Правое дело», хоть результат их окажется и вовсе ничтожен — потому, что дожили до выборов и не умерли по дороге.

Организаторы кампании «Голосуй за любую партию, кроме «Единой России» — потому, что «ЕдРо» на этот раз не получит конституционного большинства (300+ мандатов). И, скажут организаторы, это все благодаря нам и нашим усилиям. Круто мы сработали, чё. Приглашайте еще.

Как будто для «партии власти» есть большая разница между конституционным и простым большинством. А уж если 2/3 голосов понадобятся, Кремль всегда найдет для «Единой России» сиюминутных союзников-попутчиков. Из числа все той же системной оппозиции.

А в том, что «оппозиция» Кремль ни при каких обстоятельствах не подведет, сомневаться практически не приходится. Она это снова доказала на последней предвыборной неделе. Причем дважды.

Сначала депутаты уходящей Думы от ЛДПР и СР вместе с коллегой из «ЕдРа» подписали коллективный запрос в Генеральную прокуратуру, направленный против Ассоциации в защиту прав избирателей «Голос» — организации, которая профессионально занимается наблюдением за выборам. Власть вообще в последнее время сильно окрысилась на «Голос». Поскольку технологии превращения реального рейтинга ее партии в необходимый результат требуют известной ловкости рук и никакого мошенничества. А следить за ловкими руками призваны как раз независимые наблюдатели. Которых надо дискредитировать превентивно, чтобы их отчетам об электоральных вбросах и выбросах поверило как можно меньшее число неравнодушных граждан РФ.

Судя по всему, против активистов «Голоса» готовится что-то типа уголовного дела. Чтоб показать всем, где настоящие наблюдатели зимуют. Впрочем, ни в каком депутатском запросе для изготовления уголовного дела власть объективно не нуждалась. Достаточно снять желтую трубку гербового телефона, один звонок — и дело завертелось. Запрос с участием ЛДПР и СР нужен был для другого: показать, что партии традиционной оппозиции по-прежнему беспрекословно выполняют команду «к ноге!». И даже за несколько дней до выборов, когда необходимо особенно истово доказывать свою независимость, уклониться от выполнения высокого приказа системные оппозиционеры не могут. (По-видимому, коммунистам высочайше разрешили не подписывать антиголосовой запрос. Но если б хотели — заставили бы в два счета. Видать, КПРФ как главный разрешенный оппонент кремлевских людей по-прежнему совершенно устраивает.)

А потом пошли-поехали бодрые анонсы тотального выдвижения застарелых кандидатов в президенты. 10 декабря СР собирается на своем съезде выдвигать Сергея Миронова, 13 декабря ЛДПР — Владимира Жириновского, наконец, 17 декабря громокипящей лавой обрушится на нас кандидатура главкома (главного коммуниста) Геннадия Зюганова. Для чего они все это делают, зачем идут на президентские выборы? С одной-единственной целью: легитимировать избрание на третий срок Владимира Путина. И если Путин в марте 2012-го получит, скажем, 60% голосов (вместо прежних 70%), Зюганов — 20%, Жириновский — 10, а Миронов — пять процентов, системные политические лица просияют ощущеньем счастья. Видите, скажут они нам, простым россиянским лохам, проценты-то наши растут, а путинские — падают. Стало быть, выборы-то почти честные, кто бы что ни говорил.

Совершенно ясно, что с точки зрения общеоппозиционного дела надо было не выдвигать орду нафталинных статистов, а двинуть от всех трех партий (или хотя бы от двух — КПРФ и «Справедливой России») единого кандидата. Который был бы минимально похож на Путина, точнее, максимально на него не похож. Например, Оксану Дмитриеву из «СР». Но системные оппозиционеры так, конечно, не сделают. Они ведь борются не за власть. А за кремлевскую благосклонность. За вечный пропуск в занимаемую ими нишу, за право играть роль, отведенную им нынешней властью.

Вот мы все тут ругаем Путина и Ко за то, что они не хотят уходить от власти. А ведь, если подумать, Зюганов, Жириновский, Явлинский появились на авансцене российской политики тогда, когда о Путине еще никто слыхом не слыхивал. Без малого два десятилетия назад. И они тоже не собираются никуда уходить. Абсолютно прав был лидер ЛДПР, сказав на недавнем празднике радиостанции «Эхо Москвы» столь же бессменному Геннадию Зюганову: Гена, это мы с тобой настоящий тандем! О, да. И пусть Зюганову 67 лет, а Жириновскому — 65, с места им не сойти. Так что пусть известный наш гражданский активист Алексей Навальный бьется за то, чтобы эти партии получили больше голосов. 5 декабря Зюганов ему ответит достойно. Он скажет: у меня — типа 17% народной поддержки, а у Навального — максимум 10% узнаваемость. Ну кто тут главный оппозиционер на далекое неопределенное время?

Многие считают, что власть в России можно поменять только путем революции или там переворота. Может, так оно и есть (с поправкой на ст. 282 УК РФ, запрещающую нам высказываться на заданную тему определеннее). Совершенно ясно другое. Прежде чем менять власть, надо совершить другой переворот. В оппозиции. С этой оппозицией мы далеко не уедем, как бы ни падали рейтинги осточертевшего «ЕдРа».

Что с этим делать? Думаю, новую оппозиционную партию. Инициаторами ее могут стать все те же звезды несистемной политики последних двух лет типа Алексея Навального / Евгении Чириковой. За полгода с помощью Интернета можно собрать 100–200 тысяч реальных, живых партийцев. Это относительно несложно. За следующие полгода — провести собрания в регионах. Дальше — подавать на регистрацию. Конечно, Кремль с Министерством юстиции ничего регистрировать не захотят. Но просто отрицать наличие стотысячного актива тоже очень сложно. Так постепенно, постепенно... Пара лет в запасе есть. А там, глядишь, режим и рухнет в собственных коррупционных объятиях. Утопия, скажете? Ну так что — Россия и есть страна реализованных утопий. А надеяться на нынешнюю оппозиционную смоковницу, что на ней вдруг вырастут манго и ананасы, — не утопия?

Вы, дорогой читатель, конечно, можете 4 декабря пойти на выборы. Чтобы оставить все как есть. Не только во власти, но и в оппозиции.

Но 5 декабря вы, в отличие от вышеперечисленных политиков и сочувствующих им, не почувствуете себя счастливыми. А почувствуете обманутыми и кинутыми. Какая-то вся это новая Дума не очень легитимная, негромко скажете вы себе. И будете правы как никогда прежде.

Так стоит ли тратить морозное время? Не лучше ли присоединиться к нашему Общероссийскому народному тылу им. Белковского и остаться дома?! Остаться там, откуда и произрастет новейшая российская оппозиция.

Шокирующая правда об истинном положении дел в России Гладилин Иван

Бывший директор НИИ статистики Василий Симчера со словами: «Надоело врать!» представил реальные данные

Мы как-то смирились с тем, что официальная (в лице Росстата и прочих ведомства), статистика, фиксирующая «достижения» развития России, нам, мягко говоря, не всегда говорит правду. Иногда привирает. Мягко говоря. Ну, ладно, переживем. Тем более что сами-то мы уже давно оцениваем окружающую нас жизнь своим мерилом. Но чтобы она врала ТАК, как это недавно вскрыл бывший директор НИИ статистики Федеральной службы государственной статистики Василий Симчера?! Это уже, мягко говоря, слишком. Как пел когда-то Высоцкий:

...Если правда оно –

Ну, хотя бы на треть, -

Остается одно:

Только лечь помереть!

Между г-ном Симчерой и депутатом Госдумы от КПРФ Олегом Смолиным на днях произошла перепалка. Случилось, что оба они стали участниками конференции в Российском государственном торгово-экономическом университете. Так вот, экс-глава НИИ статистики предъявил претензии г-ну Смолину как представителю власти (как-никак, тот депутат, зампред думского Комитета по образованию): мол, власть бессовестно нам врет. Сам г-н Симчера, подчёркивает Смолин, ушёл с должности со словами: «Надоело врать!». И представил свою статистическую картину того, что в реальности происходило и происходит в России. Данные ужасают – как у Высоцкого.

Отвергая претензии в свой, как представителя власти, адрес, Смолин пишет: «Разумеется, с юности помню формулу: есть ложь, есть наглая ложь, а есть статистика! Разумеется, сам неоднократно пользовался альтернативными данными социологических служб и институтов Российской академии наук. И всё же данные экс-директора НИИ статистики, сведённые в одну таблицу под названием «Двойственные оценки основных показателей развития российской экономики в 2001-2010 гг.», производят шокирующее впечатление». Смолин представил их со своими комментариями на страницах «Советской России». Итак – вот ужасающая картина ДЕГРАДАЦИИ нашей страны в «сухих» выкладках не кого-нибудь, а, повторяем, до недавнего времени - директора НИИ статистики Росстата:

Национальное богатство России. Официально: $4,0 трлн. Фактически (по данным НИИ статистики Госкомстата России): $40 трлн. Занижение в 10 раз, комментирует Смолин, нужно властям для того, чтобы за бесценок распродавать олигархам и иностранцам остатки бывшей общенародной собственности, а заодно вдалбливать населению, что мы живем не хуже, чем работаем.

Размер интеллектуального капитала. Официально: $1,5 трлн. Фактически: $25 трлн. Занижение интеллектуального капитала России почти в 17 раз, по мнению Смолина, помогает властям обосновать курс на копирование худших образцов зарубежного образования, а также - ввоз за бешеные деньги иностранных ученых при нищенской поддержке своих.

Доля инвестиций в % ВВП. Официально: 18,5%. Фактически: 12,2%. Завышение в полтора раза инвестиций в экономику создает картину ложного благополучия, продолжает Смолин. На самом деле, в стране преобладает экономика по принципу «купил-продал-украл».

Темпы прироста ВВП. Официально: 6%. Фактически: 4%. «Надувая» в полтора раза темпы роста ВВП, власть пытается убедить общество, что его объявленное удвоение за 2003-2010 гг. могло бы состояться, если бы не мировой кризис. На самом же деле, отмечает Смолин, за 2003-2008 гг. экономика выросла лишь на четверть, а в кризисном 2009-м мы оказались рекордсменами падения среди стран «Большой двадцатки»! Что касается ВВП, то его, саркастично замечает депутат, похоже, собираются не удвоить, а даже упятерить, но не в смысле валового внутреннего продукта, а Владимира Владимировича Путина: два президентских срока, один премьерский и вновь два президентских, по продолжительности равных прежним трем.

Инфляция в среднем за год. Официально: 6-8%. Фактически: 18,27%. Давно известно, комментирует Смолин, что рост цен на товары первой необходимости в России происходит гораздо быстрее, чем в среднем по всем товарам и услугам. Поэтому инфляция для бедных (социальная инфляция) гораздо выше, чем для богатых. И чем беднее семья, тем быстрее растут цены на товары, которые она покупает. Как разъясняет экс-директор НИИ статистики, по 18% в год растут цены именно на те товары и услуги, которые покупают наименее обеспеченные граждане страны. Поэтому не удивительно, что даже правительство практически ежегодно признает рост разрыва между бедными и богатыми. Данные НИИ статистики означают, в частности, что хваленое властями т. н. повышение пенсий в 2009-2010 гг. в лучшем случае компенсировало рост цен на товары первой необходимости за два года.

Разрыв в доходах 10% самых богатых и 10% самых бедных. Официально: 16 раз. Фактически: 28-36 раз. Это выше показателей не только Западной Европы и Японии, не только США, но и многих стран Латинской Америки, отмечает Смолин. Предельно допустимый для национальной безопасности уровень, по данным директора Института социально-политических исследований РАН Г.Осипова, составляет 10 раз. В России он превышен втрое.

Разрыв в уровне валового внутреннего продукта по регионам. Официально: 14 раз. Фактически: 42 раза. В социальном плане Россия давно перестала быть единой страной, пишет Смолин. Если Москва живет на уровне Чехии, то Республика Тыва – на уровне Монголии. Федеральная власть сбрасывает в регионы все больше и больше социальных обязательств и одновременно вытягивает из них все больше денег для того, чтобы вкладывать в иностранные ценные бумаги. За счет нищеты российской провинции фактически финансируются, в частности, войны в Афганистане, Ираке, а отчасти - и в Ливии. Статья 114 Конституции России требует, чтобы правительство проводило единую социальную политику на территории всей страны. Исполняет ли правительство свои обязанности, когда разрывы в региональном развитии превышают в десятки раз, решайте сами, обращается к читателям Смолин.

Доля населения, принадлежащего к социально деклассированным группам, в % к общей численности населения. Официально: 1,5%. Фактически: 45%. По данным НИИ статистики (Росстата), в стране 12 млн алкоголиков, более 4,5 млн наркоманов, свыше 1 млн беспризорных детей. Не удивительно, что официальные данные занижены в 30 раз: почти половина деклассированных в богатейшей стране – свидетельство полного провала экономической и социальной политики власти.

Удельный вес убыточных предприятий. Официально: 8%. Фактически: 40%. По натуральным показателям современная экономика России безнадежно отстала от советской, а налоги на реальный сектор, в отличие от налогов на личные доходы миллиардеров, огромны, комментирует Смолин.

Уровень общего налогообложения полученных доходов, в %. Официально: 45%. Фактически: 90%. Удивительно, как мы еще работаем, и почему олигархам все еще не хватает? Впрочем, отмечает Олег Смолин, отчасти это объясняет следующий показатель.

Уровень уклонения от уплаты налогов, в % от доходов. Официально: 30%. Фактически: 80%. Власть, поясняет Смолин, делает вид, что собирает налоги, а граждане делают вид, что их платят!

Степень износа основных фондов, в %. Официально: 48,8%. Фактически: 75,4%. Если Бог хочет наказать человека, отнимает разум, пишет Смолин. Похоже, с российской властью это уже произошло. Какое может быть вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО), когда износ основных фондов составляет 3/4? Для экспорта сырья ВТО не требуется, а больше экспортировать России пока нечего. Остатки отечественного производства будут добиты. Полным господином в стране станет транснациональный капитал. Впрочем, почему станет?

Доля иностранного капитала в экономике России, в %. В целом - официально: 20%. Фактически: 75%, в т. ч.:

– в имуществе. Официально: 25%. Фактически: 60%;

– в прибылях. Официально: 21%. Фактически: 70%;

– в акциях. Официально: 18%. Фактически: 90%.

«Это и есть, господа, - вопрошает Смолин, - ваша суверенная демократия? Если данные НИИ статистики верны, в экономическом смысле мы превращаемся в колонию под громкие крики, что встаем с колен!».

В грантах - официально: 14%. Фактически: 90%. Забавно, отмечает Смолин, что власть очень боится иностранных грантов, но при этом спокойно берет иностранные займы и поощряет продажу иностранцам наших предприятий!

Реальные затраты на модернизацию, в млрд рублей. Официально: 750. Фактически: 30. Не потому ли, что реальные затраты на модернизацию в 25 раз ниже объявленных, наше технологическое отставание усиливается, а весь ее «пар» выходит в «свисток»?

Эффективность модернизации, в % к затратам. Официально: 25%. Фактически: 2,5%. Еще бы: для того, чтобы оправдать «дутые» затраты, пишет Смолин, нужно показать «дутые» результаты. Если помножить одно на другое, эффект оказывается приукрашенным примерно в 250 раз! Впрочем, и раньше было понятно, что весь шум о модернизации – это красивые витрины вместо великих строек.

Разница между ценами производителей и розничными ценами, в разах. Официально: 1,5. Фактически: 3,2, в т.ч.:

– в сельском хозяйстве. Официально: 1,3. Фактически: 4,0. Посредники «жиреют», работники и покупатели нищают, а власть, точно Верка Сердючка, повторяет: «Хорошо, все будет хорошо!..»;

– в государственных закупках. Официально: 1,1. Фактически: 1,6. А вот здесь уже явно «жиреют» чиновники. Не случайно даже президент Дмитрий Медведев говорит, что в результате применения закона №94 (о госзакупках) из бюджета было разворовано около 1 трлн рублей.

Разница между назначаемыми и оплачиваемыми тарифами естественных монополий, в разах. Официально: 1,1. Фактически: 1,7, в т.ч. в коммунальных платежах. Официально: 1,2. Фактически: 2,4. Если бы «коммуналка» оплачивалась по реальным ценам, пишет Смолин, она обходилась бы нам вдвое дешевле!

Уровень безработицы, в % к занятости. Официально: 2-3%. Фактически: 10-12%. Во всем мире не все безработные регистрируются на бирже труда. И поэтому существует разница между официальной статисткой и статистикой Международной организации труда. Однако чтобы эта разница составляла 4-5 раз, нужно как следует сфальсифицировать статистику!

Численность совершенных преступлений (2009 г.), в млн чел. Официально: 3,0. Фактически: 4,8. Видимо, речь идет о почти 2 млн преступлений, которые регистрируются, но в официальную статистику странным образом не попадают, отмечает Смолин. Однако много важнее преступления, которые либо вообще не регистрируются, либо те, по которым люди не обращаются в правоохранительные органы. По оценкам группы ученых НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ под руководством профессора С.Иншакова, число таких преступлений почти в 10 раз больше, чем фиксирует официальная статистика – примерно 26 млн в год.

Чтобы сохраниться, резюмирует Олег Смолин, власть превращает статистику в наглую ложь, а гражданам с ее помощью пытается напялить «розовые очки». Но в истории политические режимы многократно умирали именно от самоотравления пропагандой. Мне не жаль режима, пишет депутат. Жаль страну. А для нее лучшее лекарство – правда.

Ночю на ристалище, 

По огням, опалищам, 

Рысью незаметною 

Я крадусь одна. 

Вот они знакомые­­ ­­- 

Витязи свободные, 

Войско Перунове, 

Золотая рать. 

Может быть сегодня.

Звёзды станут ровно, 

Я себя увижу 

За святым кольцом. 

Отчего так плавятся 

Об оград опалицы, 

Все воспоминания . 

Прошлой дивной славицы.

И душа так мается,

И уже за здравицу

Вспоминают воины

Мать Сыру' - Землю'.

Лукашенко намерен развивать в Белоруссии партизанское движение

Белорусская армия должна выработать эффективное противодействие военной угрозе исходя из новых форм ведения боевых действий и белорусского менталитета. Об этом 11 ноября заявил Александр Лукашенко на совещании с руководителями Минобороны, сообщает корреспондент ИА REGNUM.

В совещании приняли участие руководители министерства обороны и других силовых ведомств, а также помощник президента Виктор Лукашенко (старший сын руководителя Белоруссии).

В своем выступлении Лукашенко уделил особое внимание противодействию ракетному нападению на республику, развитию системы территориальной обороны, новых методов ведения сопротивления внешним угрозам, "наиболее целесообразные" пути повышения обороноспособности республики.

"Мы не должны убаюкивать себя и успокаивать на том, что у нас есть самолёты, вертолёты, у нас есть танки и как никогда щит у нас твёрдый, крепкий и так далее", - заявил Лукашенко.

"Вы сегодня видите, что сегодня эти самолёты, танки и прочее могут оказаться не у дел при современной войне. Мы это видим из опыта, горького опыта войны в других государствах. Сегодня задачи основные решают ракеты", - подчеркнул он.

"Нам надо уметь обороняться от ракет противника, потому что все не собьем и трудно их сбить, надо искать другие пути - такая задача была поставлена перед министром обороны и мы послушаем, как она решается. Нужны и другие формы ведения борьбы, вооруженной борьбы исходя из наших условий, нашего менталитета, нашего опыта, способности бороться нашего народа за свою землю, за свой дом. Ну, словом, нужны новые формы исходя из того, что происходит на планете", - отметил руководитель Белоруссии.

Лукашенко уверен в том, что следует уделить особое внимание развитию партизанского движения в Белоруссии перед лицом внешних угроз, диктата агрессивно настроенных государств. "Движение сопротивления, партизанское движение в Белоруссии - это неотъемлемая часть сопротивления белорусского народа. И мы сегодня должны население наше к этому готовить, если вдруг что-то случится, - заявил руководитель республики. - Когда я говорил о том, что мы действительно создаем сегодня новую армию - я имел ввиду не только территориальную оборону и территориальные войска как фундамент, самую низкую часть нашего оборонного щита и то, которое будет функционировать в полном своем размахе в годы войны, если, не дай бог это произойдет. Это не наша выдумка, мы это не придумали. И делается это для того, чтобы меньше тратить на регулярную армию. Главная здесь идея, вытекающая из последней войны, из движения сопротивления в Белоруссии, партизанской войны, что мы должны быть к этому готовы. Чтобы не получилось так, как произошло в 1941 году: было кому воевать, в окружение люди попали, но не было оружия".

Лукашенко остановился на развитии военно-технического сотрудничества с Российской Федерацией, оценив его как результативное: "Результативно осуществляется совместное с Российской Федерацией военно-техническое сотрудничество, направленное на повышение оборонного потенциала Союзного государства в восточно-европейском регионе коллективной безопасности".

Лукашенко высоко оценил совместное с Россией оперативное учение "Щит Союза 2001": "Оно еще раз подтвердило прочность союзнических отношений Белоруссии и России. Принципиальное значение учения в том, что пятитысячная белорусская группировка войск, находясь за тысячи километров от своей страны, продемонстрировала высокий уровень подготовки и организованности. Это убедительно говорит о том, что мы имеем действительно боеспособную армию, которая может надежно обеспечить мирный труд белорусского народа".

"Наша страна не позволила втянуть себя в какие-либо политические авантюры и не допустила масштабных деструктивных акций. Мы четко обозначили приоритеты внешнеполитической деятельности. Она должна оставаться многовекторной и направленной на обеспечение мира и стабильности", - обратил внимание Лукашенко.

Власти Белоруссии будут уделять особое внимание социальной защищенности военнослужащих, повышая престиж службы в армии, стремясь укрепить ее кадровый потенциал. Лукашенко проинформировал: "В Белоруссии приоритет отдается воинской службе перед другими видами государственной службы и трудовой деятельности. Соответственно, для военнослужащих мы обеспечим и достойный уровень социальной защищенности. Однако и со стороны военных должно быть больше отдачи, конструктивной роли в поддержании социально-политической стабильности в государстве. Отсюда вопрос номер один - укрепление кадрового потенциала армии в нынешней непростой обстановке".

Лукашенко уверен в том, что "испытания на прочность социально-политической и экономической модели развития и системы национальной безопасности наша страна выдерживает", однако "отдельные сверхдержавы по-прежнему ставят принцип военной силы во главу своей политики". Лукашенко отметил, что данное обстоятельство его " особенно тревожит сейчас на фоне мирового финансового кризиса". Поэтому руководитель республики возложил особые надежды на белорусскую армию, особо подчеркнув, что "рассматривает Вооруженные Силы как главный фактор стратегического сдерживания не только внешних угроз, но и обеспечения стабильности в государстве". Как сообщало ИА REGNUM, военное сотрудничество России и Белоруссии было высоко оценено совместной коллегией министерств обороны двух стран. Об этом 26 октября сообщил министр обороны Белоруссии Юрий Жадобин.

Подробности: http://www.regnum.ru/news/polit/1466252.html#ixzz1df2MllBM 

Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM