И бал

И бал на ваши именины
И венский опер и картины
День ангела у Джузеппины -
Я еду в Вену, я и бал.

И бал и в бежевом Марина
Там Тесла-Маск в космомашине
И креативные грузины - 
Все в сад! По Вене! Я и бал.

От сажи черный дым у шины,
Осколки острые у мины,
И на подходе Джавелины,
Мне по@уй. В стремя! Я и бал!

Не ветках красная калина,
Дорога скользкая как льдина
На фраке пятна от бензина,
Но я приехал Я и бал!

Кружитесь, робкие пингвины
Как будто из бутылок джинны -
На пати, в бал, на вечерину,
Я слит, я с вами. Я и бал!

Кто там застрял на Украине?
Давайте к нам, мы на вершине.
Тут жирный шопинг в магазинах,
Тут бал, тут я и я и бал.

Сегодня я немного синий
Гляжу на дам на зал старинный,
На пол, на стены и на спины...
Шатает, штырит, я и бал!

А что в душе немного клинит
То что подонок я отныне,
Свою страну немного кинул,
Что сдался в лапы сатанине - 
Все тлен и пал
ведь я и бал...

мальдивианский зализ

Если ты президент очень жаркой и южной страны
И лежишь у подножья раскидистой пальмы,
То поверь - не нужны тебе Гоа и Мальдивы тебе не нужны,
Сингапурские пляжи, Соккотра не нужны нереально.

Зной тебя расплавляет и мухи, собака которой "гулять",
Позолоченный глок, сейф с наличкой и теплое пиво,
Где наложницу выхватить так чтоб не блядь.
И на кой президенту с такими раскладами сдались Мальдивы?

Тебе хочется быть президентом Финляндии или
Чтобы стало прохладней немного и выпал снежок.
Чтобы финны хотя бы в предвыборный список включили
Или где-то в Канаде пройти президентский порог.

Люди добрые! Если вам пофиг на черное бро,
Не про счастье давайте, а про то что останетесь живы..
Президенту в семью или к сейфу тащите добро
Позолоченный Глок вам в висок и не вам в Новый Год на Мальдивы.

афрофинны

Сознание не гаснет, рисует мне картины
С протяжными сюжетами и снежной целиной.
Где по земле суоми шуруют афрофинны 
многоголосной, шумной развинченной ордой.

Вот так в пылу фантазий, 
в пылу утробных газов 
мне снится безобразие 
где финн я, и один. 
Мне снится сон тревожный, 
крамольный неположенный. 
Пусть сон, во сне все можно 
и все же стрёмно, блин! 

Нельзя такими снами 
делиться с пацанами 
ни в гаражах ни в бане 
и не на сайте тут. 
Тревожные сюжеты 
как гиря под газетой. 
Того гляди ответят 
когда приспичит пнуть.

Но я же не в ответе 
за сны, за дождь, за ветер, 
что не успел за лето 
ни в Крым ни на парад. 
Теперь мне снятся финны, 
мне снятся сарацины, 
их движ по магазинам, 
их массовый джихад. 

Веселою толпою 
явились, но не строить, 
а алкогольным боем 
витрины оросить. 
На финских магазинах 
будто печать отныне - 
визиты афрофиннов, 
их молодость и прыть.

Среди цветных нарядов, 
у полок с шоколадом, 
в духах, цветах, айпадах - 
повсюду гвалт и ор. 
Повсюду афрофинны 
в пижамах как кретины.
О чем орут детины? 
Про что там разговор?

И вот стою у кассы 
сутулым и напрасным, 
один из черной массы, 
ну а вокруг циклон. 
Вокруг бушует черным 
как штормовое море 
играет моим чёлном, 
прогулочным челном.

бассня про муравея и баб

Пока едет Хайдер...
Жил-был в муравейнике А муравей Матвей.
Каждое раннее утро из пункта А Матвей выдвигался на охоту. По замыслу Создателя в конце дня Матвей должен был принести в муравейник А добычу. Вкусную гусеницу Анжелу, интересную соломинку Е4, сладкий кусочек сахара С1 или драматичный труп мухи Елизаветы. Все было задумано так и не иначе.

И действительно Матвей каждое утро вставал спозаранку до первых солнечных лучей и выдвигался на охоту. Он старательно атаковал Анжелу, взваливал на себя соломинку Е4, отыскивал кусочек сахара С1 и надыбывал Елизавету. Но!

Но по дороге и окрест Матвей видел подлую правду окружающего мира, несправедливую и ложную донельзя. Не только муравейник А, делегировавший Матвею полномочия обязанности, но и муравейник Б, В и другие были не лыком шиты. Они вывешивали нарядные баннеры "Сдай сахар сюда!", "Приемка мух и гусениц", "Солома Е, дорого": они красовались вывесками "Настоящая цена барышей и взяток", "Пенная вечеринка для настоящих жыльтмэнов, "Блэк-джэк и шлюхи, пошти даром!"...

Согласитесь, Матвею было сложно пройти мимо пункта Б. И мимо пункта В было пройти почти невозможно.

Матвей, победивший/надыбавший/встретивший/нашедший то что надо родному муравейнику А, физически не мог пройти с добычей мимо таких заманчивых пунктов Б, В и так далее. Ровно в 14:25 Матвей расправлялся с очередной Анжелой, Елизаветой Е или С, ровно в 14:29 он, груженый добычей, направлял свои стопы лапки в сторону муравейника А.

А тут он встречает кума своего, маравея Тимофея.
- Куда путь держишь, кум Матвей?
- Домой, добычу сдавать.
- Ерофей! Ерофей!! Прикольнись! - Матвей идет в А.
- Бу-га-га!
- Му-ха-ха!
- Матвей, ебанись ты чо, дурак? Кто щас носит добычу в А? Только последний лох.
- Только Буратино распоследний, уха-ха!
- Рребята, я не в куррсе. Шо не так?
- Да все не так, Матвей! Все полностью не так! Ты чего, на полном серьёзе хочешь отдать Анжелу/С1/Е4/Елизавету в эту провинциальную отстойную дыру А? Не гони, Матвей!
- А куда мне нести добычу С1/Анжелу/Е4/Елизавету как не в родную гавань, А?
- Ты чо, дурак? Ты чо, не видишь шо тут написано? Тут написано што весь блэк-джэк, вся модная тусовка, все пенные вечеринки, вся депутатская тусовка и все шлюхи вывешены в пункте Б. Ну, или в В. Неси добычу туда где блэк-джэк, дружище!
- А что я дома скажу когда вернусь без взятки?
- Тю, скажешь что не надыбал ничего. Скажешь что потерял или отобрали муравьи из другого муравейника. Зато тут оттянешься по полной. Тут Кшиштоф, хоть и не муравей нихрена, но тебе покажет такое! Такое небо в алмазах нарисует, что никакой другой муравейник не сравнится. А какие тут муравьихи, Матвей! Даже с крылышками есть, как ангелы!..
- Нет, братцы, я так не могу. Мне стыдно будет перед соплеменниками. Перед сомуравейцами неловко станет.
- А ты выпей, Матвей! Просто принеси Кшиштофу Елизавету, положи ее перед стойкой и он организует тебе любую компенсацию моральных страданий. Хочешь нальет веселящего зелья хочешь пенную вечеринку организует хочешь баб муравьих из кордебалета позовет... опять же, с крылышками даже. Настоящий чародей здешний Кшиштоф. А в твоем удушливом заштатном муравейнике А одна тоска и кручина. Каждый божий день одно и то же. Фу!
- Но ведь это МОЙ муравейник, ребята. Как же я ему взяток перестану приносить? Как же он, как же матка наша без Елизаветы, С1, Е4 и Анжелы-гусеницы проживут?
- Ха. И мураматка твоя страшная и некрасивая, и оплодотворяешь ее вовсе не ты да и не видишь ее уже давно. Разве это справедливо по-твоему? Разве не кидают твои интересы по борту в твоем родном муравейнике А?
- Нууу, не знаю. Об этом я как-то не задумывался...
- А ты задумайся, Матвей! Ты пораскинь мозгами, что ты получаешь взамен. С утра до вечера ты таскаешь разный скарб и взяток ненасытным обитателям своего муравейника А, с утра до вечера надрываешься и упираешься, рыщешь и рискуешь жизнью. А для чего? Для тех кто сидит там и нихрена не делает в твоем муравейнике пока ты приносишь пользу им?! Ты задумывался о том, чем они там занимаются пока ты добываешь пищу и материалы? Ничем они не занимаются, Матвей! Они тупо сидят в муравейнике, трахаются и ждут когда ты притащишь им еду и обновки. Паразиты они там все, вот в чем твоя трагедия, Матвей. Бросай это гиблое дело, бросай кормить и защищать паразитов, начинай жить для себя!
- Нет, ребята, тут вы загоняетесь. Мы же муравеи, то есть альтруисты! Такими нас создала природа, чтоб мы не о себе беспокоились, а об общем благе, о своем муравейнике, о детках...
- Матвей, в твоем муравейнике нет твоих деток, ни одного! Какой-то хмырь кувыркается с мураматкой в твоем муравейнике, а его приплод должен кормить ты. Его приплод, а не твой, Матвей! До какой степени упоротым нужно быть чтоб не просекать такую простую ситуацию! Бросай Елизавету тут, пойдем выпьем чего-нибудь веселящего и мы откроем тебе всю правду.

И пошел муравей Матвей по наклонной  в предатели в плохиши в мажоры.

Хотя нет. Никуда не свернул муравей Матвей. Он остался при своих принципах и убеждениях. Он остался в связке с инстинктами своими и обычаями той видовой среды, к которой принадлежал всем своим биологическим существом. Остался верен муравейнику А, некрасивой мураматке и беспомощным до поры деткам ее, личинкам. А разве может быть иначе? Разве мир не перевернулся бы если бы все вдруг переметнулись в другую веру и стали эгоистами?

Новости ноуки и спорта

Сегодня в полдень стартовали первые в мире гонки на нанотреках.
Молекулярные машынки - вжжж - катаются на трассах CNRS.
Болельщики прильнули к окулярам электронных микроскопов и болеют за своих микролюбимцев потея, волнуясь и пия пиво.

Участие в заездах принимают команды Франции, Японии, США, Швейцарии и Германии.
Протяженность гоночной трассы, включающей в себя два поворота под углом 45 градусов, составляет 100 нанометров.
В качество болидов в рамках соревнования выступают молекулы, размер которых в десятки раз меньше сечения человеческого волоса.

Подробности на сайте CNRS, трансляция тут:
и в Ютубе:

На гонки отведено 38 часов.
Спешите видеть!

Кладбище людей из кэша гугла

В этом году на кладбищах непривычно хмуро и сумрачно. Погода располагает к мрачной философии, неспешному течению мыслей и легкому налету аналитики. Наше семейство всем составом успевает посетить оба: на Горе в Днепровке и Амурское*. На Амуре* дедки в сборе. Пьют почучуть и повествуют, под закусь.
Вот рядком три могилки: баба Валя, ее дочь Тоня и дед Василий. Женщин знаю с детства, а деда Васю никогда в жизни не видел. Неудивительно - на его могилке датой смерти обозначен август 1942 года.
- На фронте погиб? - спрашиваю как-бы между делом.
- Нет, в оккупации. Расстреляли его при немцах - отвечает Борис.
- Немцы?.. немцы убили? - задаю вопрос и удивляюсь насколько по-детски он звучит.
- Свои. Когда пришли немцы они стали наводить справки.
- Дед Васька коммунистом был, что ли?
- Он агрономом был, в колхозе. Уважаемый человек. И специалист хороший. А этот - он в полицаи потом записался, к немцам. Записался и показал на деда. Мол, этому при коммунистах было хорошо, мол, служил при них начальником и голода не видел. Немцы дали ему винтовку, сказали убить отца (Василия). Он взял и убил. Нашли этого полицая не скоро. Судили в Запорожье, аж в начале 70-х. Мать (Валентина Ивановна) ездила тогда на суд. Он там ей прямо в глаза сказал "Да, это я твоего Ваську убил!"

Вот тут на меня и нахлынули воспоминания из кэша.
Я вспомнил что баба Валя была крайне суровой и категоричной женщиной. Что в общем-то неудивительно - она осталась в войну вдовой с тремя детьми на руках. А вышла замуж за Василия Баранова в аккурат в голодуху. Уехала из родного дома к нему и как в воду канула. Ни весточек от нее ни передачек. А время было голодное. В тот год братик ее меньшой, тоже Василек, от голода опух. А батю ее в Мелитопольском НКВД замордовали по навету соседей. Потом правда отпустили на все четыре стороны. Он дошел пешком до дому, лег, и через две-три недели кончился от побоев. Вот тогда и пролегла полоса меж сестрами. Моя - Анна Ивановна и сестра ее Валентина Ивановна разорвали между собой всякие отношения. Отчетливо помню что упоминать бабу Валю в семейном кругу было категорически запрещено, ездить к ней нежелательно, а при малейшем намеке обе вставали на дыбы. Став постарше я тайком проведывал бабу Валю, бочком и краешком пытаясь выведать причину столь долгой вражды. Она каждый раз становилась еще суровей, хмурила брови и обязательно кричала. Ни от одной из сторон так и не удалось выведать кусочек семейного предания, осколка легенды, как поссорились баба Валя и баба Аня и когда их вражда сойдет на нет.

В 1987 году у бабы Вали умерла младшая дочь, Тоня. Я чистосердечно ждал что моя бабушка Аня по такому случаю сменит гнев на скорбь и поедет хотя бы на похороны родной племянницы. Ничего не сменила. И слушать не захотела. Они с дедом о чем-то жарко подискутировали и вынесли решение - никто никуда не поедет.
Через год умер дядя Саша - на этот раз родной племянник бабы Вали. Оба его двоюродных брата приехали, баба Валя - нет. Она тоже осталась при своем мнении и при нерушимости принципов.
Семейную легенду надо бы закончить хоть каким-нибудь хэппи-эндом. Попробую. Они-таки встретились однажды!


А еще припоминаю как баба Валя рассказывала про голод, от первого лица.
"Стоим, мы, значит, возле хаты, видим - идут, двое мужиков. Один повыше, а другой пониже. Из самого Мелитополя шли пешком. Тут - раз - одного не стало видно. Один остался. Но и тот не дошел до нас. Упал и помер, прямо на дороге. Голодающие это были. Шли до нас за едой. Не дошли..."

Так вот, встретились две сестры однажды хмурым февральским днем. Бабушку мою, Анну Ивановну, уже отпели, священник погрузился в машину. А тут как из-под земли баба Валя. С веночком искусственным, сосновым. Брови нахмуренные, губы сжаты в полосочку. Подошла в сестре, постояла молча, молча положила веночек у изножия и молча отошла. Ни слова не проронила - вот какая суровая сестренка у бабушки оказалась. Они не виделись 68 (шестьдесят восемь(!) ребята) лет! Они ни слова друг с другом не перекинулись, они не созванивались ни разу и не переписывались. Они молча, бесконечно долго, многие годы, даже десятилетия, сколько было отпущено, носили в себе свои претензии. Они всю жизнь делили одну святую ненависть на двоих. И настолько велика была их ненависть, настолько глубока и широка, что ее хватало на двоих, ее хватило на всю жизнь и до самой смерти, в следующее столетие перетащили ее. Одна. Кровная. Раз и насовсем. Взаимная. Слепая.

И вот я стою над могилой бабы Вали на кладбище Амур*. Стою и решаю уравнения в уме.
Она вышла замуж в 19 лет, она проскочила мимо голода - это плюс.
Откуда-то пришел тот полицай (у него наверняка были какие-то претензии) и оставил ее тридцатилетнюю с тремя детьми на руках - это минус.
Она выдюжила. Она, хоть и ожесточилась, но вытащила свою жизнь и жизни своих детей. При этом она сохранила надменную королевскую осанку и глубокое пренебрежение к житейским трудностям - пускай это тоже будет плюс. И что убийцу и косвенный источник бесконечных вдовьих тягот все-таки поймали и осудили - безусловный плюс.
Наследник ее владений и древнего сундука с ее сокровищами - Борис - мой дружище. Правда когда-то он настолько глубоко погрузился в какие-то дела с военщиной Южмаша, что так и не создал семьи и не оставил своих наследников. Это минус.
Сестренки Валентина и Анна вошли в семейные легенды (и может даже Книгу Гиннеса) как самые непримиримые противницы, оставив нас всех в недоумении, поставив перед фактом и примером того, до чего может довести семейная вражда между родными по крови людьми. Пусть это тоже останется плюсом.

А теперь получившуюся формулу я примеряю на нашу повседневность и укладываю поднимающиеся волосы обратно, плойкой.
Ребята (и девчата)! Можно легко, буквально на раз-два, проложить бесконечный разлом между людьми посредством одной-единственной гуманитарной ненависти. Можно возвести претензии в такую степень, что обрезать обратную дорогу наглухо, насмерть. Можно запросто и на своей шкуре прочувствовать, как глубока кроличья нора пропасть, как притягательна гравитация падения и как до невозможности тяжело бывает восхождение к родству с переломанным скелетом. 

Как трудно сращивать мертвые  кости...

Каждый раз мне хочется крикнуть максимально красным шрифтом - ребята, будьте аккуратны со своими претензиями, следите за амплитудой ненависти и цените сука хорошие отношения как величайшее гуманитарное благо цивилизации!!
Без вашего активного содействия, без вашей дисциплины и контроля добро нихера не победит, ребята!!

ЗЫ
Мемуарина вытащена из черновиков с легкой подачи Андрюхи и его банды "ловцов Сталина".
Товарищи бандиты! Хочу напомнить вам что все легендарные полу- четверть- и полные негодяи той эпохи надежно укрылись в другом мире. Туда не ходят бандами, стаями и отрядами. Там все настолько интимно, что у каждого свой, личный канал связи и свое личное окно чата. Если самому ссыкотно открыть это окно, то вербовка попутчиков - дело полностью, физически (и метафизически тоже) беспонтовое. Окружить и поймать Сталина на том свете так же невозможно как и на этом. Если кто замыслил себе такую миссию - добро пожаловать на тот свет, а если привязан к этому - то к вашим услугам тысяча других миссий и квестов, никак с потусторонними не связанных.


* Амур (др. гр. бог любви) - название кладбища, никак не связанное с греческим пантеоном. Кладбище названо так из-за того, что основано оно в 1904-1905 годах. Там были похоронены наши земляки, солдаты и матросы Руско-Японской войны, погибшие на Дальнем Востоке, на реке Амур.

Гля шо в мире твориццо

глава 1

Вчера полазил кое-где в фейсбучине.

Много думал.

глава 2

Началось все с трепетно-романтического знакомства ... 
с девушкой. 
С почти землячкой ...
из Тампре. 
С уроженкой нам хорошо знакомой по прошлым публикациям ... 
Гамбии.

(тут многовато многоточий, но так надо для соблюдения интриги)

Девушка сама себя объясняет для любого любопытного и даже случайного втыкателя. Именно таким я и явился на ее безоблачном девичьем горизонте.

(дальше идет скрин, их будет много в нашей повести)

Вот она, жаркая представительница негроидной расы


(дальше идет совсем неинтересная лавстори. Мы ее пропускаем)

глава 3

На следующий день меня отнюдь не попустило и я решил наведаться в столицу нашей родины ... на майдан.

Благодушно настроенное по такому поводу радио Свобода предоставило мне эту жирную возможность.
[ Читать дальше ]

Вот и пришел он, "день укупантов"

Когда меняешь свое лицо на чужое, 
можно потерять оба и остаться без лица
(китайская поговорка)


То, о чем так долго говорили большевики
большевички
Вот и настал тот широкоразрекламированный, тучно представленный в ленте день - День Советской Армии и Военно-Морского Флота!
Понадобилось совсем немного, буквально одно поколение понадобилось чтобы переформатировать отношение рядового обывателя к собственной истории, к отражению собственного лица на мутной глади действительности. Некоторые преисполнились таким отвращением к себе, такой экзальтацией и нервичностью налились, что не выдержали газ в утробе и пукнули высказали. Дескать, "это лицо, этот праздник - он не мой, оно отдельно от меня и я его уже почти ненавижу. Ууу, морда!"
Каждый решившийся решил не причесывать эту морду, не умывать ее дегтярным мылом, не брить ненавистное отображение и не чистить в нем зубы. 

"Не тревожь меня мордой, морда! Я отрекаюсь от тебя. Теперь начинаю новую жизнь. Вот вырезка из цветного журнала. На ней няшный актрист из загранишного фильма. Буду как он. Вот так вот приставлю к шее глянцевую вырезку и буду ходить, здороваться со всеми. Пусть завидуют, уки! У них у всех старые потрепанные морды, а у меня нет. У меня личико! Это раньше у меня было как у всех. А теперь у всех как у всех, а у меня - ня. И есть в свою старую морду тоже перестану, и пиво дуть. Буду одухотворен и румян как сукин сын. И стану дружить с точно такими же личиками, а с мордами дружить перестану, да.
Вот идет мне навстречу Элизабет Хёрли. "Здравствуй, Элизабет!. "Здравствуй, Декабрео" И мы так милы, так возвышенно-приподняты, так красивы и ванильны со своим одним-единственным выражением на лице, что мне не хочется узнавать в хрупкой элегантной красавице злую Зинку, а она притворяется что не узнает вечно бухого и хамского меня. И мы, не меняя выражения на картинке раскланиваемся на прощание: "До свидания, Элизабет". "До свидания, Декабрь...Леонардо". Ну надо же, вспомнила Зинка как зовут персонажа на самом деле.

Мы почти разминулись, почти разошлись и почти остались довольны друг другом. Но надо ж было нам обернуться.
У Зинки не было задней части Элизабет, а я не надел затылка Леонардо.
- Зинка!
- Васька!
Очарование момента рассеялось. Не стало волшебства перевоплощения. Зинка узнала что это я, я узнал Зинку и никакие вырезанные из бумаги картинки не смогли нас наобать провести. У нас не получилось изменить ровным счетом ничего, ни снаружи ни в себе..."

И чтоб не затягивать спич хочется задать вам вопрос красненького, втыкатели.

Какого уя...хрена...мы бросились кромсать журнальчики с Декабрево на обложке, какого уя...хрена мы напяливаем на себя чужой образ, какого уя...хрена стасняемся собственного морда лица? Почему бы не помыть карму, не облагородить имеющееся, наличное вместо ненависти и неприятия? 
И не из снаружи ли происходит то звериная клокочущая ненависть легенда о негодности, несоответствия чему-то там нашей доблестной Советской Армии и Военно-Морского Флота?
Нормальная армия была, отличный флот и приличные люди служили во всей этой индустрии. Чего стыдиться, адъюнкт-Декабревы?

Ну а тех кто не прогнулся под мейстрим, кто сохранил собственное лицо на лице, кто продолжает носить живую неофициальную мимику и придерживаться собственных убеждений - тех сердечно поздравляю.
К сему прилагаю открыточку, голосовалочку и музычку по теме.



22%, 31 голос

51%, 73 голоса

27%, 38 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

ЖЗЛ. жизнь забавных людей "Тада-полубатыр"

Тада вышел из юрты в одиних ковбойских штанах на босу ногу. На околице у плетня был припаркован чей-то конь.
"Та да" - сказал Тада - "Ща мы тебя".

Он осторожно обошел транспорт по периметру, заглянул коню под хвост и убедился - конь настоящий. Таде до одури, по пульсации в висках захотелось прыгнуть коню на спину.
"Прик" - сказал Тада коню. Конь не понял -  "Ну, присядь, штоли". Конь поднял переднюю копыту и покрутил средним пальцем у коняжьего виска. 
"Мааам!" - Тада побежал в юрту - "Мам, меня конь не слушается. Мам, ну чо сразу "дурак"? Я батыром стать хочу. Да поем я кашу, потом... Ну, в жопу так в жопу..."
 
Тогда Тада притащил десяток кирпичин с соседней стройки и решил взять коня штурмом. Примерно так:



Долго ли коротко, все у Тады получилось. Он залез на рысака, вставил ключ в замок зажигания и поехал. Точнее пошел. Еще точнее, пошел конь. А Тада сидел на нем и смотрел по сторонам.
Перед ним расстилались безбрежные монгольские степи, ветер бил в лицо упругими струями, а сзади бушевали какие-то людишки размахивая руками.

И захотелось Таде подвигов. Его грудь внезапно расширилась, в нее рывком зашел воздух свободы. Таду наполнило опьяняющее чувство героизма и лихости. Перед его мысленным взором во весь рост встали гламурные соседки, кумыс и много-много мелких предметов утвари, которую он отжал у медлительных караванщиков в честном набеге. К нему подходили тщательно согнутые односельчане, целовали ему полу халата, складывали тугрики в двадцатигривневых купюрах и просили закурить. Он милостиво и избирательно угощал, но только тех, кто не драл ему уши до того как он стал батыром. Старика Аслана угощал, девчонок угощал, а соседа, у которого стащил кирпичи - нет. И этот толстый боров, у которого он увел иноходца - тоже перебьется. Тада вспоминал всех кто его хоть в чем-то ущемлял, Тада перебирал изощренные методы воспитательного воздействия, которые должны были показать недругам, как же они были неправы в своих заблуждениях относительно его, Тады, личности. Какие они дураки что не рассмотрели в Таде батыра! 

Размеренное покачивание лошадиного крупа навевало бодрящие мысли и придавало мечтам стремительную объективность. Тада мысленно грузил пачки двадцаток в рюкзак и ехал в столицу, к главному, Сене-хану. Ехал сдавать выручку и куплять девчонкам заколки для кос и трусы с кружевами и экзотическими перьями. Сеня-хан его потреплет по щёчке, угостит чупа-чупсом и назначит полным батыром.

Тада совсем не заметил как конь, описав большой круг по прерии, вернулся на свое место у плетня. Конь вдруг подпрыгнул, сделал жопой вот так и Тада оказался больно лежащим на земле. Он лежал, кряхтел, а на него надвигались тени.
Тень толстого хозяина коня, тень соседа, тень мамки с отцовским ремнем и всех тех, кого он только что в мечтах сравнял с дорожной пылью. И что характерно, последнее что он осознал - ни тень старика Аслана ни тень Сени-хана ни тени соседских девчонок на надвигание не явились.


"Прредатели" - подумал Тада и приготовил уши...



 пызь
Все совпадения случайны, все обиды надуманы, все уши целы, а рубцы затянулись.

Гамбическая сила (конец гамбита)

Все читатели меня, посетители здесь и любители изящной словесности нашего "сайта высокой культуры быта"™, а также кабальерихи постоянно советующие мне "выпить йаду"® помнят как я люблю Свазиленд.
Но сейчас не о нем.
Нынче в тренде совсем другие строки. Сейчас пойдут буквы о другой неразделенной любви. О любви автора к противоположной части Африки, к Западной.

Именно там живописно приютилась бывшая британская колония, выцарапанная няшными королевскими колонистами у злобных французских имперцев, вероломно пахнущих номерным Шанелем и пьющими своих Наполеонов с горла. Дела эти давние и теперь почти забытые. Ну, было и было. Был Сенегал французским, а Гамбия британской. И что? Да ничего практически.

Зырим на козырную карту:


Карта таро показывает нам удивительные пейзажи. Куда ни бросишь взгляд - повсюду Сенегал. До самого горизонта простираются поля для гольфа, прерии и заливные луга бывшей французской колонии.От окруженности, от политической унылости и безнадеги гамбийское население пребывает в перманентном унынии и прострации. На этом фоне у него развиваются воши, кишечные палочки, сригучий лишай, нищета и хтонический контрабандизм. Малярия и разноцветная лихорадка с оппозиционной чесоткой тоже развиваются, но народ к этому привык. Народ не ропщет. Народ патриот.

Народ дружно ходит по берегам реки Гамбия и насвистывает гимн. Поет гимн. И его же танцует. От свиста как известно денег не появляется. Но зато появляется чудесная возможность швырнуть в крокодилов камешек, кокос или просенегальского оппозиционера. Крокодилы морщатся, но терпят. Потому что они тоже патриоты. И хотя всем доподлинно известно что крокодилы ходят лёжа, стереотипы недоговаривают. Кроме всего прочего крокодилы не умеют свистеть, петь и танцевать. Ни гимн не умеют исполнять ни даже самый попсовый шлягер.

А черное население время от времени впадает в демократию и раз в несколько лет выбирает себе большого черного бвану. Все время одного и того же.

Вот этого:

[ Читать дальше ]
Страницы:
1
2
3
4
5
6
7
8
21
предыдущая
следующая