хочу сюда!
 

Наталия

44 года, рак, познакомится с парнем в возрасте 35-55 лет

Добро там, где ты, моя любовь!

Пришла очень интересная жизненная история, с которой вот захотелось поделится со всеми. Дай Бог, чтобы так было всегда. 
Здравствуйте, уважаемая редакция газеты «Пантелеймон»! 
Узнав о конкурсе «Письмо ДоброТы», задумалась о том, что мы легко запоминаем плохое, но при этом нам невероятно трудно вспоминать о том, что есть хорошее, поскольку проявление доброты мы воспринимаем как должное. Но я вспомнила о событии, которое навсегда оставило в моей душе ту — так необходимую каждому — порцию доброты, человечности и любви. 
Недавно мне пришлось вызвать скорую помощь — у меня был химический ожог верхней части лица. Это происшествие буквально потрясло моё сознание. Меня не пугали ни дикая боль, ни сочащиеся раны, ни даже то, что прохожие пациенты невольно отворачивались, увидев меня. Пугала та боль, которую предстояло на тот момент пережить моим родным, и особенно любимому человеку. 

Ожидая встречи с ним, я старалась сохранять спокойствие. Но с каждой минутой меня всё больше одолевал страх и охватывал ужас: «Каким станет лицо и кожа после лечения? Останутся ли шрамы? Стану ли я вновь похожа на прежнюю себя — ту, которой когда-то полюбил меня он?» Наконец, я увидела любимые глаз, но застыла в изумлении... Он взглянул на меня и тут же, отведя взгляд, стал искать кого-то…, осознав, что в виду последних событий, я сама себя не узнаю в зеркале. Изо всех сил сдерживая слёзы, я позвала его. Не сразу понимая, что мой голос исходит от, казалось бы, совсем другого человека, он стал рассматривать меня и подошёл, узнав лишь мою одежду. 

За долю секунды цвет любимого лица слился с больничной стеной. А я стояла, едва переводя дух, и не знала, чего ожидать дальше… Трудно было принять себя такой, ещё труднее было не показывать своего отчаяния окружающим. Изо всех сил я старалась не проявлять назревающую истерику, но мои на половину раскрытые бегающие глаза не могли не выдать меня. 
И вот когда жгучая боль, панический страх и отчаяние, казалось, полностью овладели мной, я вдруг ощутила невероятное тепло и поддержку! Пришла в себя лишь в его крепких любящих объятиях. И не смотря на дрожь, которая буквально шатала всё его тело, я услышала очень уверенные слова: «Маленькая моя, все заживёт. Не волнуйся». 

И он стал целовать меня, как прежде; гладить по волосам; смотреть всё теми же милыми глазами, полными доброты; улыбаться всё той же искренней улыбкой. Собрав всё свое мужество, он ни разу — ни единым взглядом или словом — не показал ни своего страха, ни переживаний, ни каких-либо изменений в отношении ко мне. Он вселил в меня веру в полное выздоровление и окружил невероятной любовью, которая стала объяснением самого настоящего чуда — на моём лице не осталось ни шрамов, ни единого следа! Оно стало ещё лучше, чем прежде, потому что улыбка на нём появляется теперь гораздо чаще. 

И теперь я точно знаю: добро там, где ты, моя любовь! 

Статья взята из газеты "Пантелеймон"
1

Комментарии

Гость: kristin@*

128.11.11, 12:35

хорошо бы, чтоб так...

    228.11.11, 12:38

      аноним

      328.11.11, 12:39

      Трогательно.