хочу сюда!
 

Ulia

33 года, близнецы, познакомится с парнем в возрасте 28-40 лет

Адольф Мушг "Румпельштильц. Мелкобуржуазная трагедия" (отр.9)

Фрау Лёй(хватаясь за тему): Ты так думаешь, Виктор?
Лёй: Что?
Фрау Лёй: Что Луджи кстати должна снять себе квартиру?
Лёй: Что вы наведьмовали за моей спиной?
Фрау Лёй: Виктор. Прошу тебя, сядь.
Лёй: Ну и что теперь?
Фрау Лёй: Мы её не устроили на учёбу.
Лёй: Ну да что поделать? Ты думаешь, тогда бы она вполне удовлетворила господина медика?
Фрау Лёй: Нет, в лучшем случае, выученная, она бы скорее заметила, что он ей не пара.
Лёй: А теперь ты хочешь посадить её на тихий насест? Думаешь, тогда она станет спать "в лучшем обществе"?
Фрау Лёй: Я желаю, чтоб из-за скромности она не осталась с нами.
Лёй: Она оттого с нами?
Фрау Лёй: Всякая девушка её лет по причине семейной приязни остаётся с родителями, так принято. Всё равно, насколько она близка родителям.
Лёй: И что с того?
Фрау Лёй: Всякая близость оборачивается горечью, Виктор.
Лёй: Я не держу её.
Фрау Лёй: Ты сказал это всерьёз?
Лёй: Да и вообще-то, мне недолго осталось. А потом делайте-решайте сами, как хотите. Пока я тут, жив ещё, она может что угодно...
Фрау Лёй: Нет, Виктор. Я бы хотела это устроить с тобой, и теперь.
Лёй: Луджи совершеннолетняя. В молодости я боролся за женское равноправие. Я не собираюсь лишать прав собственную дочь.
Фрау Лёй (осторожно):Таково моё желание ,на будущее. Спасибо тебе.
Лёй(напряжённо): О, сколь разумно ты поступила: спустилась ко мне. Я ведь вовсе не предполагал.
(Фрау Лёй молчит.)
Хотя, представляю... если меня не будет... а ты вдруг захвораешь, тогда... глянь-ка. Если же... из нас двоих...чисто гипотетически... здоровье сберегу я, а ты...
Фрау Лёй: ...А я умру...
Лёй: Ага. Вот я и поймал тебя. Итак, умру я.
Фрау Лёй (откровенно): Мы все смертные. Если умру я, а ты останешься один, что тогда?
Лёй: Что касается Луджи?
Фрау Лёй: Да, относительно Луджи.
Лёй: Значит, выскажем ей наше общее напутствие.
Фрау Лёй: Да, а оно ей... и ты готов не принять в расчёт её собственный интерес?
Лёй: Если б я лежал один, больной, голодный, в неприбранной квартире...
Фрау Лёй: Тогда она придёт, Виктор. Но есть разница: она обязана жертвовать собой ради тебя или сама вольна сделать это. Разница очевидна.
Лёй: Да, да. Прекрасно.
Фрау Лёй: Обещай мне.
Лёй: Будто я лишаюсь всего.
(Фрау Лёй, ёжась, закрывает глаза.)
(Пауза.)
Ты постоянно жмуришься. Иди-ка приляг.
Фрау Лёй: Сейчас, Виктор. Осталось немного, пустяк. Могу ли я задать тебе глуный вопрос?
Лёй: После которого мне хочется побыть наедине с собой.
Фрау Лёй: Естественно, Виктор... Виктор, да не верися мне, что ты и вправду способен на одиночество.
Лёй: Как прикажешь понимать?
Фрау Лёй: Да никак, вздор. Хотя... если случится что-то не обговоренное нами... сможешь ли ты тогда остаться один? Да почему же? Я так не считаю.
Лёй: Дла чего тогда завещание, Гертруд? "Нижеподписавшийся Виктор Лёй сим обязуется в случае собственной смерти вдове..."
Фрау Лёй: "... не оставаться в могиле, но с достойным себя, возможно, с таким же вдовцом заключить брачный союз", вот как. Для этого не обязательно вначале стать вдовой, Виктор.
Лёй (рассматривает её): Что за чудовищный любовный роман прочла ты, Гертруд?
Фрау Лёй (уходит, взявшись за дверную ручку): "...которую осчастливить по возможности, не хуже прежней..." Я глупа, Виктор, но разыгрываю твою же роль. Спи спокойно. Так хорошо, я снова потанцевала с тобою. Ты не забудь о пальто, завтра...? Оно окажется по твоей мерке, как вылитым...
Лёй: Да твори уж, что замыслила, ты... психологиня!
Фрау Лёй (по-детски, в притолоке): Виктор...
Лёй (оборачивается): Что?
Фрау Лёй: Благодарю тебя.
(Лёй смотрит в стол. По прошествии некоторого времени он всё-таки оборачивается, видит: её больше нет здесь. Медленно берётся за газету. Едва ли осилив абзац, он глотает, встаёт: ничего. Глотает снова: есть. Он мрачнеет, но вслед за тем снова рад: горло больше его не беспокоит.)

продолжение следует
перевод с немецкого Терджимана Кырымлы heart rose

0

Комментарии