Искать


Поиск заметок «история» в архиве пользователя «ГалинаВ»

Урок истории: Брестский мир, и Минские договоренности

100 лет: от Брестского мира до Минских договоренностей

Сотая годовщина заключения Брестского мира между делегациями УНР и немецко-австрийской коалиции в определенной мере не прошла незамеченной в наших СМИ. Однако такое впечатление, что прежде всего внимание обращалось на факты и конкретные события, сопровождавшие подписание в Бресте 9 февраля 1918 года первого мирного договора в Первой мировой войне (!), а не на предпосылки и результаты (ближайшие и отдаленные) этой дипломатической акции. Акции, бесспорно, огромной исторической важности с очень серьезными последствиями. Вот о них и хотелось бы поговорить.

Брестский договор является классическим примером вынужденного, неравноправного, скверного компромисса, избежать которого, однако, в той конкретной ситуации, которая сложилась в феврале 1918 года (оккупация значительной части только что провозглашенной УНР большевиками, и еще на фоне развала армии и устоев государственности), Центральная Рада просто не могла. По крайней мере так казалось ее руководителям. «В обмен на» (как часто эта формулировка скрывает несбалансированные соглашения, а то и полукапитуляцию!) признание Германией и ее сателлитами из «Четверного блока» (Австро-Венгрия, Османская империя, Болгарское царство) независимости УНР и обещание упомянутых государств помочь освободить территорию УНР от большевиков Центральная Рада пошла на очень серьезные уступки (опять повторим: вынужденные, но от этого не легче!), а именно: официально пригласила на нашу территорию немецко-австрийские войска (а как иначе можно было «освободиться» от большевиков?), а также обязывалась поставлять в Германию и Австро-Венгрию определенное (немалое) количество продовольствия. Гарантом чего выступали опять же войска этих стран.

Первое, что стоит сказать, - руководители УНР сами себя загнали в этот «котел» («штопор», «воронку», как говорят летчики), потому оказались заложниками социал-федералистских иллюзий «драгомановского толка» (при всем уважении к Михаилу Петровичу ), а не вооруженными государственниками. Вооруженными не только идеями! Но и для нас, 100 лет спустя, Брестский мир 9 февраля 1918-го является грозным предупреждением. Вдумаемся: присутствие оккупационных войск, которые действительно очень быстро освободили Украину от большевиков, оказалось очень неоднозначным фактором (мягко говоря) для нашего государства. Потому что существенно ограничивало наш суверенитет - и это быстро почувствовал Павел Скоропадский, осуществляя жизненно необходимые реформы. Гетману, образно говоря, пришлось «хлебать» не им сваренную кашу. Да, в области культуры и образования руки у него были развязаны, сделано было очень много, а вот в сфере военной и дипломатической было труднее – так как ощущалось давление несравненно более мощного Берлина. И приходилось опираться в значительной степени именно на правительство кайзера, со всеми последствиями, наступившими после капитуляции Германии в войне... Антанта же в упор не видела независимую Украину.

Между «котлами» 1918 года и 2014-2015 годов (еще можно назвать Минским «котлом») есть одно принципиальное сходство - и об этом надо говорить прямо, если мы хотим победить. Общей является совместная схема событий: хроническое запаздывание с реальными действиями, которые могли бы исправить ситуацию; неспособность воспринимать врага именно как врага, склонность видеть в нем «партнера» (вот Скоропадский хорошо понимал, кем являются большевики, потому и имел огромный государственный потенциал!); готовность идти на несбалансированные компромиссы, на чрезмерные уступки - при том, что противоположная (по сути, враждебная) сторона делает уступки значительно менее существенные; приоритет поиска внешних союзников перед укреплением государственных структур внутри Украины; многословие в контексте нехватки конкретных дел...

Сколько эти «котлы» и «пике» еще будут сопровождать нас? Видимо, до тех пор, пока не усвоим уроки истории.

КОММЕНТАРИЙ

«КОГДА У УКРАИНЦЕВ ПОЯВЛЯЕТСЯ ИСТОРИЧЕСКИЙ ШАНС, МЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ГОТОВЫ ПРИНЯТЬ ВЫЗОВ»

Татьяна ОСТАШКО, историк, исследователь Гетманской державы:

— Что означает для украинской истории Берестейский мир 9 февраля 1918 года? Тогда Украина обрела субъектность в международно-правовых отношениях как независимое государство; были, в частности, определены границы УНР как атрибут этой субъектности, что, собственно, и было зафиксировано Берестейскими соглашениями. Очень интересно, что было дополнительно заключено отдельное тайное соглашение о так называемом коронном крае, согласно которому Восточная Галичина и Буковина должны были стать автономной административной единице в составе империи Габсбуров. К сожалению, под давлением польского «лобби» австрийское правительство отказалось ратифицировать это соглашение.

Если же говорить об уроках истории, связанных с Берестейским соглашением, то нужно подчеркнуть следующее. Когда у нас, украинцев, появляется исторический шанс, мы обязательно должны быть готовы принять вызов и обеспечить свои интересы на должном профессиональном уровне. Сегодня это не менее важно, чем 100 лет назад.


Игорь Сюндюков



Краткая история русского национализма от горбачёва до майдана

https://basmanov.livejournal.com/2777589.html?utm_source=feedburner&utm_medium=email&utm_campaign=Feed%3A+basmanov+%28Хроника+войны%29



Интервью главы Комитета «Нация и Свобода» Владимира Басманова для норвежского Университета Осло ( Universitetet i Oslo ) в рамках исследовательской работы Университета о современном национализме в Восточной Европе.

Часть II. #ИсторияНационализма #СловоСоратника

- Вы могли бы в общих чертах описать историю русского национализма как политического движения в последние 30 лет, то есть со времен Горбачева до наших дней?

- Я расскажу только какие-то основные вехи, так как это очень объёмный вопрос (на отдельную книгу). Национализм середины 80-х только что вышел из тематических диссидентских полулегальных кружков единомышленников и с большим интересом осваивался в новой политической реальности. К началу правления Горбачёва уже несколько лет действовало Историко-литературное Объединение «Память», выросшее из «Кружка книголюбов» и группы участников городского отделения Общества охраны памятников истории и культуры. Очень рекомендую всем, кто не понимает, как из группы любителей литературы может вырасти политическое ультраправое движение, посмотреть фильм «Бакенбарды», во многом он как раз про ту стратегию, которую выбрала для себя «Память». Как это работает? Люди собираются, подбирают нужную литературу, обсуждают вопросы, которые их волнуют, в ключе определённого мировоззрения, сначала околополитические, потом политические, одновременно усиливаясь как организация, и вовлекая всё новых и новых людей в свою орбиту, планомерно наращивая влияние.

25 октября 1985-го года было совершено покушение на убийство тогдашнего Председателя «Памяти» Елену Сергеевну Бехтереву, поводом для покушения стала политизация «Памяти», а конкретно собрание «Памяти» 4 октября, где открыто и публично прозвучали обвинения в адрес ряда национальных меньшинств, стоявших в прошлом во главе коммунистической партии, включая Лазаря Кагановича – это высокопоставленный советский политический деятель 20-50-х годов, ещё живший на тот момент. Бехтерева осталась на всю жизнь инвалидом, а в руководство Объединения «Память» пришли смелые люди, не побоявшиеся встать у руля, несмотря на весь трагизм момента, среди них был и Дмитрий Дмитриевич Васильев, вскоре ставшим настоящим лидером и идеологом Объединения «Память» (неформально часто можно встретить название Общество «Память», но такого названия никогда фактически не существовало).

В 1987 году прошла первая массовая манифестация националистов из Объединения «Память» (к тому времени полное название - Патриотические объединение «Память»), организация требовала себе официального статуса, а так же встречи с Горбачёвым и Ельциным для ведения переговоров. Это была первая крупная несанкционированная властями манифестация в СССР за долгое время. Ельцин на встречу пришёл, и в свойственной ему манере обещал рассмотреть все поставленные вопросы, основные требования «Памяти» тогда были: ограничение притока мигрантов в Москву – они тогда назывались «лимитчики», борьба с алкоголизацией и бюрократией на государственном уровне и регистрация самой «Памяти». Дальше последовали другие громкие акции «Памяти», гремевшие на весь Советский Союз. В 1988 году «Память» стала Национально-Патриотическим Фронтом, была изменена структура, проведена военизация организации, введена черная униформа, знаки отличия, радикализовалась идеология.

В 1990-х возникает множество самых различных националистических и околонационалистических организаций, как политического, так и радикального толка. Самая известная из них - это РНЕ (Русское Национальное Единство, созданное вышедшим из «Памяти» Александром Баркашовым). Красные знамёна с коловратом на фоне звезды Богородицы, чёрная форма, марши, сборы, тотальное распространение своих листовок там, где только возможно. Настойчивости РНЕ в распространении агитационных материалов в те годы могли бы позавидовать даже Свидетели Иеговы. РНЕ была самой серьёзной общественной организацией, участвовавшей в защите Парламента в 1993-м году.

К концу 90-х появляется движение скинхедов, во многом субкультурное и радикальное, бритые затылки, тяжелые ботинки и яростное желание сражаться «За Русь», о стратегии этого движения я скажу ниже. К концу 00-х скинхеды эволюционировали в движение автономов, отказавшись от большей части субкультурных элементов, что было необходимо как тем, кто хотел проводить силовые акции, так и тем, кто просто не желал лишний раз попадать в поле зрение силовых структур. Где-то до 2002 года движение скинхедов относительно беспрепятственно развивалось, несмотря на свою, радикальность, потом власти начали достаточно интенсивную борьбу с ним. Под предлогом борьбы с ними принимались законы, которые позже стали использоваться для подавления любых несогласных.

Летом 2002 года появилось ДПНИ – массовое антиимигрантское движение (очень похожее на нейтивизм в США в свое время, это самый ближайший аналог в других странах). Я не знаю, стоит ли уточнять, но многие националисты в Европе, когда говорят о том, что хотят бороться за ограничение иммиграции, обычно имеют ввиду мигрантов из конкретных регионов, для Западной Европы это, как правило, Ближний Восток и Северная Африка, для России начало 00-х - это Средняя Азия и Закавказье. ДПНИ рассказывало о проблемах вызываемой массовой, как нелегальной, так и необоснованной трудовой миграцией, привлекало общественное внимание к всевозможным межэтническим конфликтам. С одной стороны мы хотели добиться введения визового режима со странами Азии и Завкавказья, снижения числа трудовых мигрантов, большего внимания полиции к проблеме этнической преступности, с другой - мы проводили народные сходы там, где вспыхивали конфликты, сходы, которые поддерживали наши требования, а также выбирали советы из наиболее активных местных жителей, задача которых была контролировать выполнение местными властями решений схода. Сначала организовывать сходы получалась, только в маленьких городках, потом в городах побольше (наиболее известным стал народный сход в городе Кондопога), и 10 декабря 2010 года народный сход прошёл на Манежной площади, прямо под стенами Кремля, там правда местный совет для контроля властей избрать не получилось из-за столкновений, спровоцированных ОМОНом (силовики сначала перегородили входы и выходы на площадь, а потом начали теснить людей). Кроме того, это был один из немногих, если не единственный народный сход, на который представители администрации не явились для переговоров. Произошедшее на Манежной площади очень сильно напугало обитателей Кремля. Нужно подчеркнуть, что всё это происходило в годы, когда вся иная оппозиция собирала крайне скромное число протестующих. Как последствие - менее чем через 4 месяца ДПНИ было запрещено на территории Российской Федерации.

ДПНИ инициировало крупнейшую ежегодную манифестацию националистов - первый Русский Марш 4 ноября 2005, и было организационным движком Русского Марша все последующие годы до своего запрета. После запрета ДПНИ вопросы проведения Русского Марша на общероссийском уровне решает Центральный Организационный Комитет Русского Марша из наиболее авторитетных и опытных организаторов, на региональном – местные Оргкомитеты, которые формируются каждый год представителями наиболее активных формаций, действующих в том или ином городе.

Предвидя предстоящий запрет ДПНИ, мной с группой единомышленников было создано Этнополитическое Объединение Русские (ЭОР), которое было призвано стать единой организацией русских националистов, но, как это часто бывает с подобными проектами, нашлись некоторые мелкие формации, не захотевшие интегрироваться в ЭОР. В ЭОР вошли составы ДПНИ и тоже попавшей под запрет «Славянской Силы» (политическая организация национал-социалистов, меньшая чем ДПНИ, остальные действующие на тот момент формации были ещё меньше), а так же лидеры таких организаций как РИД, НСИ, РОНС, СРН, РФО «Память».

Сначала Русские провели несколько малочисленных сходов на Манежной площади в Москве, где у каждой акции был интересный повод - от пресс-конференции на тему «возможен ли в России Египетский Сценарий» (тогда думы наших соотечественников занимала Арабская Весна), до акции солидарности с жителями Сагры (где разгорелся очень громкий межэтнический конфликт тех лет), там же прошла презентация нашего Манифеста – позже запрещённого к распространению на территории Российской Федерации. Сходы заканчивались задержаниями, задерживали людей обладавших известностью, и при этом заявлявших, что они лидеры Русских, поэтому об этих, в сущности, небольших акциях, регулярно писала пресса, так ЭОР приобрёл хорошую узнаваемость.


Русские были протестной организацией националистов, мы видели, что все проблемы страны находятся в Кремле, и хотели, чтобы нынешняя правящая клика ушла. Опыт ДПНИ доказал следующее: невозможно игнорировать вопросы политической власти, когда ты выходишь протестовать с плакатом «За закон и порядок!», и получаешь дубинкой по голове. Причём за последние 7 лет ничего не поменялось, сегодня в Москве гражданского активиста могут задержать и избить полицейские за чтение Конституции на улице. Иными словами Русские были настроены решительно. Александр Белов со сцены очередного Русского Марша (4 ноября 2011) призвал всех выходить протестовать вечером 4 декабря 2011 против нечестных выборов. 4 декабря проходили очередные парламентские выборы, мы были уверены, что путинцы сфальсифицируют их, так же, как они сфальсифицировали многие остальные выборы, проходившие ранее. Кроме того, нас возмущало то, что настоящую оппозицию, в том числе националистов никогда не пускают на выборы общефедерального уровня. И люди действительно вышли протестовать 4 декабря, а потом 5 декабря, общегражданские протесты, вызванные нечестными парламентскими, а затем и президентскими выборами продолжились до конца 2011-го и весь 2012 год, так же затронув и 2013 (тогда были уже значительно менее интенсивными и массовыми). При этом Объединение Русские генерировало вокруг себя весь правый сектор сил протеста.



В 2014 году Путин начал военное вторжение в Украину, желая запугать граждан России, воодушевлённых успехами украинского Евромайдана, и внутренне готовых к новой волне протеста. Развязывая эту бессмысленную войну, Путин пытался дискредитировать саму идею мирной революции, доказать гражданам РФ, что революция - это всегда большая кровь, интервенция и утрата территорий, что лучше вечно жить в Северной Корее, чем рисковать мирным небом над головой «раскачивая лодку». Оккупация части Украины – теракт, направленный на устрашение русских в самой РФ.Не все русские националисты смогли адекватно оценить происходящее, некоторые наши, теперь уже бывшие единомышленники, решили, что война против другого славянского народа – это просто прекрасно. Объединение Русские объявило о том, что будет держаться нейтралитета, но меня категорически не устраивал нейтралитет в данном вопросе. Тогда возник Комитет «Нация и Свобода», чётко заявивший требование о выводе российских войск с территории Украины. Первой акцией КНС стало построение Правой колонны на Марше Мира 21 сентября 2011. Надо признать, что на наш клич откликнулись и некоторые другие формации, которые глядя на наш пример перестали бояться открыто противостоять милитаристской, псевдо-патриотичной массовой истерики, устроенной путинскими пропагандистами.

Русских запретили через год. Комитет НС активно действует по сей день. КНС – одна из самых массовых идеологических организаций националистов, действующих сегодня. При этом есть ряд право-популистских организаций, а так же над-идеологических организаций, претендующих на поддержку со стороны рядовых националистов (таких как Партия Прогресса Алексея Навального), которые пока больше КНС. Я действительно уважительно к ним отношусь, и к ним, и к их деятельности, но, нужно понимать, что они, как и все популисты во всём мире - не являются генераторами и двигателями националистических идей, повестки, программы, мировоззрения, всего того, что представляет суть национализма, лишь повторяя 3-4 наиболее раскрученных правых лозунга.

Я горжусь, что мне и моей команде удалось создать КНС, когда все считали, что политический национализм закончился, горжусь, что нам удаётся быть крайне важной частью общегражданского протеста, и при этом выступать в качестве самостоятельной политической силы, не отказываясь от своих убеждений и не скрывая их.

=======================

Я не разделяю точку зрения Владимира Басманова, но считаю его интервью интересным и полезным для понимания исторического процесса развития  общественно-политической жизни в конце ХХ - начале ХХI вв. не только в самой России,  но и в странах бывших республик СССР, а также в странах бывшего соц.лагеря, и многих др. странах практически на всех континентах,  власти которых ещё при совке контролировал ЦК КПСС, а сегодня контролируют те же кремлёвские гебисты, объявившие себя официальными наследниками всего имущества и капиталов бывшего СССР. Кстати, награбленного в совке не только в одной Российской соц. республике, но и в других 14 (15) республиках, входивших в состав бывшего СССР. И теперь кремлёвская власть не просто разрешает гражданам из всех этих стран мигрировать в Россию, но делает это вполне сознательно, т.к. гебне не нужны независимые от них и процветающие страны, откуда никому не нужно будет мигрировать в дикую и людоедскую Россию, где уже сегодня наблюдается критическая демография коренного населения РФ - русских...


Маршал Жуков предложил моему отцу сделать военный переворот

"Я вырос в России, воспитан на русской культуре, горжусь достижениями ее технической мысли. Люди, среди которых я жил и работал, прекрасные, замечательные, но элемент национализма и великодержавного шовинизма в них присутствовал невероятный... О, какой там УНСО! Это детский сад по сравнению с ними...
"
Серго Берия


Дмитрий ГОРДОН
ГЕРОИ СМУТНОГО ВРЕМЕНИ

Интервью Серго Берия в 2000 г. 

Серго БЕРИЯ: "Маршал Жуков предложил моему отцу сделать военный переворот и перестрелять все партийное руководство. Отец не послушал, и его зверски убили прямо в особняке без всякого суда и следствия"

Интервью большое, я размещаю только его преамбулу, кому интересно может полностью его прочитать по ссылке http://www.gordon.com.ua/books/heroes/beriya/

*     *     *

Хотя такие исторические фигуры, как Лаврентий Берия и Никита Хрущев, принадлежат к общей красной обойме, для массового сознания они - антиподы. Один в интеллигентских очках и шляпе, другой - в простонародной вышиванке. Первый - мрачный и желчный мизантроп, второй - весельчак, балагур и простак. Один - палач сталинского режима, другой - его официальный могильщик, заодно из гуманных побуждений похоронивший и опасного конкурента. Поди теперь разберись, где тут очередной пропагандистский миф, а где историческая правда.

Но жизнь не прочь посмеяться над избитыми схемами и клише, чему свидетельством биографии сыновей Берии и Хрущева. По иронии судьбы, их даже назвали при рождении одинаково - Сергеями. Получив прекрасные стартовые условия, оба подались в физику, в достаточно юном возрасте стали докторами наук, лауреатами престижных премий - Сталинской и Ленинской.

А вот завершили свои карьеры наследники звучных фамилий по-разному. Сергей Никитович, как известно, недавно присягнул на верность Соединенным Штатам. Его, похоже, нисколько не тревожило то, что отец, который когда-то обещал показать Америке кузькину мать, может перевернуться в гробу.

Сергей Лаврентьевич, которого Хрущев-старший, лишив в свое время всех званий и даже фамилии, отправил в ссылку, тоже, наверное, мог перебраться за океан. Разъезжал бы по США с лекциями и воспоминаниями о том, как на Ялтинской конференции по личному указанию Сталина прослушивал разговоры Рузвельта и ежедневно докладывал о результатах генералиссимусу. Но он - надо же! - до последнего вздоха думал о людях, которые его окружали, и о пользе, которую может принести им и своей стране. А еще батоно Серго остался верен памяти своего отца. Даже на пороге небытия пытался восстановить, как ему казалось, историческую справедливость, реабилитировать его в глазах если не современников, то хотя бы потомков. Вряд ли это можно объяснить только кавказским менталитетом.









-------------------

Справка из Википедии:

Серго Лаврентьевич Берия (Сергей Алексеевич Гегечкори24 ноября 1924 — 11 октября 2000) — советский учёный, инженер-конструктор в области радиолокации и ракетных систем, сын Лаврентия Берии.


=================

Это было последнее интервью С.Берия, а через несколько дней он умер...

Интервью очень интересное, особенно впечатляет его актуальность в наше время - там есть и про газопроводы, и про патриотизм, и про шовинизм, и про тоталитаризм, и про вождей - диктаторов, и про детей этих вождей..., и про современных рулевых, включая Кучму и Путина..., рекомендую всем его прочитать  по верхней ссылке...

Герои погибают, а на Банковой всё никак не поделят портфели.

Бывший советник председателя Одесской областной государственной администрации Зоя Казанжи поделилась трагической историей жены украинского военного, пропавшего на Донбассе после боев в августе 2014 года.

Об этом она написала на своей странице в Facebook. Размещаю её публикацию без сокращений.

Однажды здесь, в ФБ, я нашла страничку молоденькой женщины, практически девочки. У неё была семья – муж и дочка. Муж военный. Конечно, он ушёл на войну в самом начале событий на востоке страны. И после летних сражений 2014 года он пропал. Среди мёртвых – нет. Среди живых – нет. Среди пленных – нет.

И вот я сижу и читаю её страничку в соцсети. А там она с ним разговаривает. Пишет: а дочке уже 3 годика, она так бойко болтает, о тебе спрашивает. Ты где, любимый? Пишет: сегодня твой день рождения, я испекла торт, как ты любишь, возвращайся к нам, мы же тебя любим! Пишет: я научилась таки варить борщ, как тебе нравится, приезжай к нам, мы не можем без тебя жить!

И так долгих девять месяцев! Она с ним разговаривала, она ему рассказывала, она его расспрашивала – не стесняясь, не таясь, не боясь.

Её аккаунт – это сплошная и очень больная боль. Если болит мне, то как болит ей?...

Тем более, когда я уже знаю, чем всё закончилось, а она, пишущая свои строчки, ещё нет.

Его останки идентифицировали. Через 9 месяцев. У неё на страничке только одно слово: похоронили.

И полно фотографий, где они все очень счастливы: он, она, дочка. Знаете, есть такие люди – ты на них смотришь, на фото, в кафе, на улице, - и понимаешь, что у них всё хорошо.

Наверное, сейчас эта девочка-вдова уложила спать свою дочку. Может, уснула сама. Может, не спит.

А где-то, в центре страны, всё никак не могут поделить портфели. И не могут понять, что их благополучие держится на ангельском терпении таких вот девочек, мальчиков, детей, мужчин, женщин – всех тех, кто однажды отдал или отложил свои жизни. Чтобы им дать ещё немного времени изменить страну.

Больше о Герое Украины Артёме Владимировиче Абрамовиче можно прочитать по ссылкам: 

https://uk.wikipedia.org/wiki/Абрамович_Артем_Володимирович

и  http://tyzhden.ua/Society/138318#.VX7ivYZSKyo.facebook

----------------------------------

После смерти Артёма, его вдова, Алёна Абрамович, растит дочурку, и иногда общается  в FB  со своими друзьями.

Вот одно стихотворение с её странички:


"Верните тех, кого забрали небеса!"
Верните мне ЕГО, прошу, верните...
Или меня к ЛЮБИМОМУ пустите -
Взываю к небу, но не слышно голоса
Судьба иль Жизнь, зачем же так жестоко
Порой вы поступаете с людьми?
Мне в мире без НЕГО так одиноко
Душа и сердце рвутся из груди...
Реальность эту принимать не смею,
С случившимся смириться не смогу
И в то, что нету больше НАС -не верю!
С тоской и болью я любовь храню...
А я ведь лишь счастливой быть хотела,
Любимой быть, с Тобою, НАВСЕГДА!
Мы начинали только жить, совсем не смело
С надеждой: "Не расстаться никогда"...
Мечтали мы о доме, о детишках,
Как у камина проводили б вечера..
Я так мечтала подарить тебе сынишку
Похожего, до капли, на ТЕБЯ!
ЛЮБИМЫЙ мой, ты не прочтешь все эти строки,
С тобой не встретимся на этом свете НИКОГДА...
Но верь и знай, что я найду дороги,
К ТЕБЕ, которые ведут на небеса!



=================
roserose  

Кстати, о Колыме - часть 2

окончание, начало см. http://blog.i.ua/community/5706/1834806/


Все творческое наследие Шаламова - не только пронзительный документ эпохи, талантливая историческая хроника, честная мемуарная проза. Прежде всего это уникальный антропологический материал, по которому можно изучать человека, так же как по материалам Достоевского, Чехова и Толстого. Шаламов - это подлинное человековедение, то, чем во все века занимались настоящие писатели. Вот поэтому он стоит в ряду великих и, к огромному сожалению, стоит последним. После Шаламова великих писателей в русской литературе больше не было. Талантливых хватало, хватает их и сейчас. Я уже как-то писала, что за последние годы в литературе сильно вырос средний уровень. Но величие - это особый сплав опыта, природного ума, таланта и силы духа.

Его периодически называют «вторым Достоевским», я же убеждена, что так глубоко, как Варлам Шаламов, в природу и возможности человека не проник никто из русских писателей. Никто из них так убедительно и подробно не показал ад и дорогу в него, выстланную благими намерениями. Не тот ад, который на гравюрах Густава Доре, а тот, который может вернуться. «Репрессии были и будут всегда, пока существует государство».

Отец писателя Тихон Николаевич был известным в Вологде священником и просветителем, блестящим оратором, активным общественником. Как православный миссионер провел 11 лет на Алеутских островах

В таком аду не горят, а вымерзают, это уникальный проект, с которым не всегда справлялась тайга, задыхавшаяся от людского изобилия, раньше людей дохли лошади и прочий скот, а человеческий шлак все поступал и поступал, заполняя все новые и новые территории.

Шаламов, пожалуй, единственный, кто настаивал, что в лагерном аду не бывает героев, борцов и победителей, а есть лишь мученики, и что зона - это всегда лишь отрицательный опыт. Помимо всех свинцовых мерзостей, зона еще и прививает устойчивое отвращение к любому физическому труду. Зэка довольно быстро превращаются в рабочую скотину, которая из всех возможных чувств способна испытывать лишь «равнодушную злобу».

«Его судьба не удалась, как и всякая человеческая судьба», - любил повторять Варлам Тихонович. Его судьба все-таки удалась. Пусть и не так, как хотелось бы ему самому и, надеюсь, многим другим. Собственно, судьба выпадает далеко не каждому. Не надо путать ее с существованием. Судьба - это тяжелый рок, печатью которого всегда были отмечены мыслители, революционеры, духоборцы, писатели и поэты.

Несмотря на свой призрачный атеизм, Шаламов всегда напоминал мне протопопа Аввакума - старообрядца-мученика, родоначальника новой российской словесности, вольного слова, исповедальной прозы.

14 лет Аввакум, восставший против реформ патриарха Никона, просидел в земляной тюрьме на хлебе и воде, являя чудеса крепости в борьбе с новой системой церковной власти. Подобные аналогии Варлам Тихонович наверняка и сам отмечал - у него есть очень личное стихотворение «Аввакум в Пустозерске».

И вытерпеть Бога
Пронзительный взор
Немногие могут
С Иисусовых пор.

Шаламов провел 17 лет в местах, где вытерпеть Бога еще сложнее, чем в землянке на хлебе и воде. Тем, кто прошел карцер в Сусумане - ледяную нишу, вырубленную прямо в скале, где через сутки даже здоровый человек превращается в тяжелого инвалида, с Небом разговаривать трудно. Проще совсем потерять веру. Терять ему было нечего, а обрести так и не получилось.

Мать Надежда Александровна полностью посвятила свою жизнь мужу и пятерым детям (еще трое родились мертвыми). «Свою мать я хотел бы причислить к лику святых...»

Так вот и хожу -
На вершок от смерти.
Жизнь свою ношу
В синеньком конверте.
То письмо давно,
С осени, готово.
В нем всегда одно
Маленькое слово.
Может, потому
И не умираю,
Что тому письму
Адреса не знаю.

«КОГДА Я ПОСТУПИЛ В УНИВЕРСИТЕТ, ОТЕЦ МОЛИЛСЯ НА КОЛЕНЯХ ВСЮ НОЧЬ. НО, КАК ВСЕГДА, НАПРАСНО»

Варлаам был пятым, последним, ребенком в семье (еще трое родились мертвыми), где мать полностью подчинила себя интересам мужа и детей, а отец являлся полноправным хозяином и главой.

«Я никогда не видел маму красивой. Я видел распухшее от сердечной болезни безобразно толстое рабочее животное, с усилием переставлявшее опухшие ноги и передвигающееся в одном и том же десятиметровом направлении от кухни до столовой, варящей пищу, ставящей опары, с опухшими руками, пальцами, обезображенными костными панарициями. С мамой моей отец никогда и ни в чем, даже в мелочах не считался - все в семье делалось по его капризу, по его воле и по его мерке. Я не епископ и не священник. Но свою маму хотел бы причислить к лику святых».

Отец писателя Тихон Николаевич был выходцем «из самой темной лесной усть-усольской глуши», потомком шаманского рода, «незаметно и естественно сменившего бубен на кадило». Человек авторитарный, независимый, образованный и веротерпимый. Сторонник научного прогресса и просвещения, блестящий оратор, активный общественник. Он то открывал воскресные школы, то создавал Общество трезвости, то организовывал сельскохозяйственные выставки, то участвовал в митингах. «Отец вечно спешил на какие-то заседания, собрания - уже за завтраком было видно, что он давно не дома».

В 1966-м Варлам Тихонович познакомился с сотрудницей Центрального государственного архива литературы и искусства Ириной Сиротинской, которая сегодня считается его последней спутницей жизни и единственной литературной наследницей

Шаламов вспоминал, что редко заставал отца за долгой молитвой - Тихон Николаевич молился немногословно, быстро и зачастую своими словами. «Стригся покороче, носил рясы покороче, крестился не столь истово, как другие». Главной иконой в их доме считалась наклеенная на фанеру репродукция картины Рубенса - лик Христа в терновом венце. «Бешенство, в которое приходила «черная сотня» Вологды при виде этого кощунства, было в городе хорошо известно. И в столице тоже».

В родной Вологде, где прошло детство и юность будущего писателя, у отца хватало противников и недоброжелателей, в том числе среди церковнослужителей. Плюс ко всему Вологда была городом черной сотни, погромы случались здесь регулярно, а Тихон Шаламов - один из немногих, кто открыто этому противостоял. После того как он отслужил панихиду по убитому в Петербурге председателю Думы депутату Герценштейну, его отстранили от службы в соборе, «и с этого времени начинается длительная, активная борьба отца с архиереями, которые, как на грех, приезжали один черносотеннее другого».

Отец и сын были весьма разными людьми, но я думаю, что исключительная совестливость, независимость, стойкость и особая природная закваска младшему Шаламову передалась по наследству. А вот то, что Шаламов-старший пытался воспитывать, как раз и не прижилось.

Варлам так и не разделил отцовскую любовь к настоящим мужским увлечениям вроде охоты и рыбалки, зато всю жизнь развивал свой интерес к литературе, истории и театру. Расходились они и в ключевых вопросах.

«Отец верил, что будущее России в руках русского священства, за которым путь государственного строительства и обновленчества». Кумирами сына были народовольцы. Когда стало окончательно ясно, что потомственного священнослужителя из Варлама не выйдет, Тихон Николаевич пытался сориентировать его по медицинской части. Но медициной сын не интересовался, к тому же плохо переносил физические страдания людей и животных. По злой иронии судьбы, физических страданий Варламу выпадет с лихвой, а стремительная медицинская карьера спустя много лет спасет ему жизнь.

Если бы не восьмимесячные фельдшерские курсы в 300 километрах от Магадана, куда доходягу Шаламова, «рыцаря трех «Д» - деменции, дизентерии и дистрофии», направил врач Пантюхов, Россия бы не получила своего «второго Достоевского». Мечта отца все-таки сбылась, хотя и после его смерти.

Последнее прижизненное фото Варлама Шаламова в пансионате для престарелых и инвалидов, куда его поместили «с помощью друзей и Союза писателей», 1981 год

А при жизни Тихон Николаевич категорически отказывался верить, что сыну священника в заново строящемся мире высшее образование не светит. Он был из старой когорты российских идеалистов и считал подобные заявления домыслами. Для поступления в вуз требовалась характеристика от роно (так называемая «командировка»), и, наступив на гордость, отец записался на прием к заведующему, товарищу Ежкину. Варлама взял с собой более для физической, нежели для психологической поддержки - к этому моменту отец практически ослеп.

«Товарищ Ежкин принял нас стоя, сам не садясь и не сажая нас. Отец держался за мое плечо, чтобы не ошибиться - в каком направлении ему говорить, и изложил просьбу. Товарищ Ежкин был до глубины души возмущен. Его голос звенел: «Ваш сын, гражданин Шаламов, не получит высшего образования. Поняли?». Отец молчал. «Ну а ты, - обратился заведующий ко мне. - Ты-то понял? Отцу твоему в гроб пора, а он еще обивает пороги, просит. Вот именно потому, что у тебя хорошие способности, - ты и не будешь учиться в высшем учебном заведении - вузе советском». И товарищ Ежкин сложил фигу и поднес ее к моим глазам. «Это я ему фигу показываю, - разъяснил заведующий роно слепому, - чтоб вы тоже знали». В 1926 году, когда я поступил в университет, отец молился на коленях всю ночь. Но, как всегда, напрасно». («Четвертая Вологда»).

В 26-м Варлам Шаламов поступил сразу в два вуза - по направлению от завода в Московский текстильный институт и по свободному набору - на факультет советского права Московского государственного университета. Выбрал МГУ. При зачислении в графе «социальное происхождение» указал, что отец - инвалид, скрыв, что он священник. Через два года обман раскроется и Шаламова отчислят из университета.

«УМРИ ТЫ СЕГОДНЯ, А Я ЗАВТРА»

В феврале 1929-го его впервые арестовали за участие в подпольной троцкистской группе, занимавшейся распространением дополнения к «Завещанию Ленина». Активистов взяли во время облавы в нелегальной типографии.

Многие, наверное, помнят знаменитое ленинское «Письмо к съезду», написанное вождем незадолго до смерти. Письмо содержало оценку ближайших соратников, в том числе товарища Сталина, который, по мнению Владимира Ильича, в силу некоторых личных качеств не совсем годился «для должности генсека». «Сталин для этого слишком груб», - уточнил Ленин.

Справка об отбывании осужденным Шаламовым второго и третьего сроков «в районах Крайнего Севера» с 12 января 1937-го по 13 октября 1951-го. «На Колыму нас везли умирать и с декабря 1937 года расстреливали ежедневно под оркестр, под туш по спискам...»

В 1929-м «Завещание» считалось клеветническим документом, но приговаривали еще по-божески, и трехлетнее наказание социально опасный Шаламов отбывал в Вишерском лагере на Северном Урале, после чего был восстановлен в правах и вернулся в Москву, где устроился на работу в журнал «За промышленные кадры». В 1936-м в журнале «Октябрь» опубликовал свою первую новеллу «Три смерти доктора Аустино», но уже в январе 1937-го получил новый срок - за «контрреволюционную троцкистскую деятельность». Дали пять лет лагерей с использованием на тяжелых работах.

С этого момента в его жизнь входит Колыма. Магадан, бухта Нагаево, «Черная речка», «Партизан», «Кадыкчан», «Аркагала», «Джелгала»... Золотые прииски, угольные забои... Вечный холод, бесконечный голод, ежедневные побои, вши, чудовищные нормы.

По закону норма на Колыме была 15 кубометров железной руды в день, рабочий день длился 14 часов, с 1937 года выходные в лагерях отменили, и искупать тяжкую вину непосильным трудом зэка не гоняли лишь в том случае, если температура падала ниже 50 градусов.

Кормили по-разному. «Голодали в лагере не все, но почему это так, я не узнал никогда». Одевали тоже. Валенок врагам народа не полагалось - им выдавали сшитые из драных ватных штанов чуни. Еще одна из особых примет Колымы - обилие воров и бандитов, носивших в зоне статус «друзей народа». «Друзья», называвшие политзаключенных «фашистами», наряду с конвоем и лагерным начальством были основными проводниками «высокой политики сталинских времен». Могли убить из-за сломанной спички, могли из-за целой, могли просто из любопытства или для развлечения. Могли не просто убить, а соригинальничать - например, перепилить живому человеку шею двуручной пилой. Именно из мира «друзей народа» проникла в среду поликаторжан поговорка: «Умри ты сегодня, а я завтра».

После колымского цикла Варлама Шаламова «Очерки преступного мира» уже невозможно читать Бабеля с его лирико-романтическим Беней Криком, не говоря уже о Погодине с его лихим Костей-капитаном. По сути, «Очерки» - единственный документ художественной прозы, развенчивающий устойчивые мифы о честном воровском слове и бандитском кодексе чести, поэтому с этим документом полезно ознакомиться всем, кто по каким-то причинам очарован «маскарадным блеском уголовной романтики», плохо понимая, что значит слово «блатной».

«Растленный дух блатарей пронизывал всю колымскую жизнь. Блатари - хозяева жизни и смерти в лагере. С ворами считается начальство, вор никогда не работает. Они всегда сыты, умеют достать, когда все остальные голодны. Повар приносит им ежедневно с кухни украденные консервы и сладости, хлеборез никогда не откажет им в хлебе. Вся вольная одежда на плечах блатарей, парикмахер приходит стричь их «под бокс» на дом, в барак, захватив свой лучший инструмент».

Похороны Шаламова на Кунцевском кладбище Москвы, январь 1982 года. В 2002-м, через 20 лет после смерти писателя, был опубликован очерк Елены Захаровой-Хинкис «Последние дни Варлама Шаламова», где среди прочих подробностей она вспоминает, что «в день похорон у ограды Троекуровского кладбища дежурили черные «волги», а к стеклу кабины похоронного автобуса был прикреплен портрет Сталина». Странно, что Захарова помнит «волги» и Сталина, но забыла, на каком кладбище хоронили Шаламова. Тогда о месте на престижном Троекуровском — филиале Новодевичьего для бывшего лагерника из психушки речь даже идти не могла

Для настоящего вора нет большей доблести, нежели нарушить любое данное слово, растоптать любую клятву. И не важно, кто перед ним - честный фраер, битый фраер или свой же, но помельче. В этой среде не существует «другого закона, кроме закона обмана - любым способом: лестью, клеветой, обещанием. Среди блатных вряд ли есть хоть один человек, который не был бы когда-либо убийцей».

К слову, в поэтизацию блатного мира, по мнению Шаламова, особую лепту внесла художественная литература, «которая вместо того, чтобы заклеймить уголовщину, сделала обратное».

«ОНИ ПРОСТО ЗАТОЛКАЮТ МЕНЯ В ЯМУ»

В мае 1943-го по доносу солагерников Шаламова вновь судили - на этот раз «за антисоветские высказывания и похвалу в адрес великого русского писателя Ивана Бунина». За писателя Бунина ему дали еще 10 лет.

В знаменитой шаламовской памятке «Что я видел и понял в лагере» среди 46 пунктов есть и такой: «Перейти из состояния заключенного в состояние вольного очень трудно, почти невозможно без длительной амортизации». Еще два года после окончания третьего срока Шаламов провел на Колыме, постепенно переходя в состояние вольного и зарабатывая деньги для возвращения в Москву. В 1954-м он развелся с первой женой Галиной Гудзь, с которой познакомился в Вишерском лагере в начале 30-х. Из 20 лет их брака он всего три года провел с женой и два - с дочерью. Елена выросла без отца, так и оставшись Шаламову чужим человеком до конца его жизни.

В 1953-м он знакомится с Борисом Пастернаком, который вводит его в литературные круги. Начинает работать над «Колымскими рассказами», в 1956-м наконец перебирается в Москву, женится на писательнице Ольге Неклюдовой и болеет, болеет, болеет.

Особенно досаждала стремительно развивающаяся болезнь Меньера - регулярные головокружения, потеря равновесия, невозможность ориентироваться в пространстве. Острые приступы часто происходили на улице, и окружающим казалось, что человек сильно пьян. Из-за этого недуга Варлам Тихонович старался реже покидать дом, и постепенно возник миф о его затворничестве, которое, на самом деле, носило чисто медицинский характер.

В 1961-м выходит первая шаламовская книга стихов «Огниво», в 1964-м - «Шелест листьев». К концу 60-х у Шаламова завершены сборники рассказов колымского цикла «Артист лопаты», «Левый берег» и «Воскрешение лиственницы», но издаются лишь стихи.

В 1972-м он узнает о публикации отдельных частей «Колымских рассказов» в радикальном западном антисоветском журнале «Посев», после чего выступает в «Литературной газете» с протестом против незаконных изданий, нарушающих авторское право. Из-за этого письма весьма прохладные отношения Шаламова с большинством коллег и товарищей окончательно разладились - подобных вещей диссидентствующая литературная интеллигенция не прощает. Это немедленно было истолковано как попытка угодить властям, власти же мастерски использовали внутрицеховой конфликт - в этом же году Варлама Шаламова приняли в Союз писателей.

Остается лишь удивляться принципиальности русской интеллигенции, которая в совершенно, на мой взгляд, искреннем порыве углядела корыстные мотивы. Тот факт, что для русского писателя действительно крайне важным был выход рассказов на родине, а не за рубежом, почти никто не рассматривал. Как и то, что его могла оскорбить вся эта тайная возня у него за спиной, без его участия, и что подобные публикации Шаламов воспринял как жалкую подачку, а не как внимание и уважительное отношение, на которое он претендовал.

Он периодически узнавал от кого-то, что его где-то печатают, не имея никакой возможности контролировать этот процесс - публикации в «Посеве» были далеко не первыми. Впервые четыре «Колымских рассказа» вышли в 1966-м в нью-йоркском «Новом журнале», затем спустя год - в Кельне, на немецком, под названием «Рассказы заключенного Шаланова», а через два года одноименный перевод появился и во Франции. Запад активно публиковал воспоминания жертвы сталинских репрессий, при этом толком не зная фамилию жертвы. Учитывая непростой характер Варлама Тихоновича, не сложно догадаться, что ему меньше всего хотелось выступать «простым советским заключенным» с исковерканной фамилией в чуждых ему эмигрантских раскладах.

При жизни Шаламова «Колымские рассказы» еще раз издадут в Лондоне (вновь вопреки авторской воле), а на родине начнут публиковать в толстых журналах в разгар перестройки. Первое отдельное издание выйдет через семь лет после смерти писателя.

В 1977-м, в связи с 70-летием, его представят к ордену «Знак почета», но награду так и не дадут. Он начинает терять слух и зрение, зато КГБ усиливает и без того свой пристальный надзор, под которым Шаламов находился еще с середины 20-х годов. Выпихнуть его из страны было уже довольно сложно - состояние здоровья Варлама Тихоновича резко ухудшалось, поэтому делалось все возможное, чтобы предотвратить любой резонанс вокруг имени популярного литературного зэка. «Они просто затолкают меня в яму...» - пророчески обронил как-то Шаламов.

Поразительно, но за всю постлагерную жизнь в советской зоне у него так и не появилось никого по-настоящему близкого, кроме любимой кошки Мухи. «Ближе ее не было у меня существа никогда», - признается он, когда ее уже не станет. В один из дней Муха пропала, и Варлам Тихонович искал ее везде, не находя себе места, наконец узнав от рабочих во дворе, что они недавно закопали убитую кем-то кошку. Он откопал ее, вымыл, высушил на батарее и похоронил. Муха и была его семьей, а семьи в общепринятом смысле Шаламов так и не создал, единственная дочь с отцом не общалась и на похороны не пришла.

В 1966 году, после развода с Неклюдовой, он познакомился с сотрудницей Центрального государственного архива литературы и искусства Ириной Сиротинской, которая после смерти писателя станет официально считаться его последней спутницей жизни, единственным биографом, литературной наследницей и выпустит книгу «Мой друг Варлам Шаламов».

Даже учитывая заслуги Сиротинской в популяризации шаламовского творчества и работе с его архивами, мне трудно понять, как, имея рядом столь заинтересованного человека, немощный старик мог, словно бездомный бродяга, околеть в интернате для слабоумных. И почему самый тяжелый последний год жизни Шаламова в доме престарелых за ним ухаживал его товарищ Александр Морозов, а не близкая женщина-друг. Он умер так дико, подло и стыдно, что сегодня никто не имеет морального права записываться к нему в друзья.

В 1979 году, как свидетельствуют официальные источники, Шаламова «с помощью друзей и Союза писателей» отправили в пансионат для престарелых и инвалидов, где ему выделили шестиметровую комнату на двоих с прикованным к постели соседом.

Александр Морозов, навещавший Шаламова, а затем и взявший на себя весь уход за ним в пансионате, вспоминает, что лечения там не было никакого, медикаментов тоже, к миске с едой забывали подать ложку и поднести лишний раз воды. Морозов, Елена Хинкис и Татьяна Трусова - внучка профессора Уманского, героя одного из «Колымских рассказов» «Вейсманист», - сами убирали у Варлама Тихоновича в комнате, приносили еду и одежду, меняли постельное белье, купали, стригли ногти.

Персонал пансионата понятия не имел, кто такой Шаламов, зато директор Селезнев возмущался, что вокруг этого поэта «развели шум», «печатают его», «дали премию», «являются какие-то юнцы с магнитофонами» и «уже звонил Евтушенко». Но самое главное - «товарищи из ГБ интересуются»...

Через три года по заключению медэкспертизы с диагнозом «старческое слабоумие» Варлама Шаламова переводят в интернат для психохроников. Как вспоминает Морозов, решение принималось «вне медицинской компетенции» и добиться его отмены было невозможно. Хватало других компетентных органов.

«А МОЖЕТ, ОН ТАКОЙ МЕРТВЕЦ, ЧТО НЕ ВОЗЬМЕТ ЗЕМЛЯ?»

14 января 1982 года санитары, перевозившие Шаламова из дома престарелых в интернат, прикрутили его, одетого лишь в больничную пижаму, к носилкам и в ледяном кузове доставили на окраину Москвы. Там его сгрузили в нетопленом коридоре, поскольку все палаты были заняты, и в ожидании врача 74-летний человек, переживший за год до этого инсульт, пролежал прикрученным к носилкам почти сутки.

Он умер 17 января в палате на восемь человек, так и не получив за три дня никакой медицинской помощи. Врач указал причиной смерти двустороннюю крупозную пневмонию.

Его отпевали в Никольской церкви - в самом центре Москвы. Литургия закончилась, а гроб с телом все никак не привозили. Власти почему-то считали Шаламова опасным покойником и пытались предотвратить незапланированные акции. Трудно сказать, чего они боялись. Смерть писателя прошла практически незамеченной, не став для страны ни особым событием, ни тяжелой утратой.

Хоронили на Кунцевском кладбище. Заупокойную литию читал отец Александр Мень. По одним официальным источникам, на похоронах присутствовало более тысячи человек, по другим - более сотни.

Как опять-таки свидетельствуют отдельные источники, «свои последние стихи Шаламов продиктовал Ирине Сиротинской за несколько дней до смерти»:

Кусочек сердца - это ведь не кость,
Помягче, и цена ему иная.
Так я вошел, последний райский гость,
Под своды рая.

Сейчас трудно разобраться, кому и что он диктовал за несколько дней до смерти в смрадной палате страшной советской богадельни. В связи с кончиной Шаламова вспоминается другое его стихотворение - «Новый год»:

Под Новый год я выбрал дом,
Чтоб умереть без слез.
И дверь, окованную льдом,
Приотворил мороз.
И в дом ворвался белый пар,
И пробежал к стене,
Улегся тихо возле нар
И лижет ноги мне.
Косматый пудель, адский дух,
Его коварен цвет,
Он бел, как лебединый пух,
Как новогодний дед.
В подсвечнике из кирпича,
У ночи на краю,
В углу оплывшая свеча
Качала тень мою.
И всем казалось - я живой,
Я буду есть и пить,
Я так качаю головой,
Как будто силюсь жить.
Сказали утром, наконец,
Мой мерзлый хлеб деля:
«А может, он такой мертвец,
Что не возьмет земля?».
Вбивают в камни аммонал,
Могилу рыть пора,
И содрогается запал
Бикфордова шнура.
И без одежды, без белья,
Костлявый и нагой,
Ложусь в могилу эту я -
Поскольку нет другой.
Не горсть земли, а град камней
Летит в мое лицо.
Больных ночей, тревожных дней
Разорвано кольцо.

В 2000 году с надгробия Варлама Шаламова неизвестные отморозки оторвали бронзовую голову и унесли, вероятно, сдав на лом цветных металлов. Автора памятника - товарища Шаламова, тоже бывшего лагерника, скульптора Федота Сучкова - уже не было в живых, но осталась гипсовая копия головы. Благодаря ходатайству Ирины Сиротинской, Олега Чухонцева, Беллы Ахмадулиной, Фазиля Искандера и других с этого уцелевшего слепка работники Череповецкого завода изготовили новый памятник, сами привезли в Москву и установили.

Осквернения и разорения могил редко случаются в охраняемых мемориалах, но мне кажется, Кунцевское кладбище все равно более подходящее место для шаламовского праха, нежели Ваганьковское, где с некоторых пор принято с почестями хоронить воров в законе, или Новодевичье, уставленное монументами советских палачей и их жертв.

«Может, лучшей и нету на свете калитки в ничто, - писал Бродский еще в одном надгробном стихотворении. - Человек мостовой, ты сказал бы, что лучшей не надо...». Для Шаламова, человека бескрайней колымской мостовой, который, как никто, умел вести себя в толпе, может, лучшей и нету калитки, нежели на одной из затерянных тропинок Кунцевского, где обычные люди навещают своих близких. «Может, потому и не умираю...».

=====================

Интересный факт - именно воры и бандиты в сталинских ГУЛАГАХ называли политзаключённых фашистами, и эту "славную" традицию сегодня возродила кремлёвская власть, традиционно назначавшая фашистами всех, с кем она собиралась воевать,  и к ним же причислила украинцев, защишающих Независимость своей страны от российской бандитской агрессии. Что и показали в комментариях из приведенных примеров в верхней подборке цитат наши форумные приверженцы ГУЛАГовских палачей - "маємо те, що маємо" ...((

К счастью, таких у нас намного меньше, чем в соседней России, а я рекомендую всем, кто не знает правды о людоедском совке  постараться найти время и посмотреть этот фильм-хронику жизни последнего великого русского писателя ХХ века. Здесь я размещаю 1-ю серию, остальные легко можно найти на ютубе...



Кстати, о Колыме - часть 1

"... будь поосторожнее, а не то сможешь ненароком стать северо-востоковцем колымским... А работы на Колыме-невпроворот.:)))...Я тебя АДАПТИРУЮ к морозам 30-градусным..."
 из комментариев в сети


Недавно на ютубе я посмотрела 12-серийный художественный фильм о Варламе Шаламове - "Завещание Ленина", созданный по его воспоминаниям и по воспоминаниям его близких, и я была потрясена этим фильмом, хотя я давно знала о ГУЛАГЕ, и ранее на православных ресурсах читала рассказы В. Шаламова . Но каким реально был Шаламов я узнала благодаря этому фильму,

Я не стану пересказывать содержание фильма, воспользуюсь интересной публикацией из газеты   «Бульвар Гордона», № 3 (351) 2012, январь


С чего начинается Родина?
«Под Новый год я выбрал дом, чтоб умереть без слез...»
Юлия ПЯТЕЦКАЯ. «Бульвар Гордона» 19 Января, 2012 00:00


Ровно 30 лет назад, 17 января 1982 года, в московском интернате для инвалидов-психохроников скончался великий русский писатель Варлам Шаламов
Юлия ПЯТЕЦКАЯ
Вообще-то, он Варлаам. В переводе с древнееврейского — сын Божий. Как Божьему сыну ему выпала и необыкновенная судьба, и мученическая жизнь, и унизительная смерть. В лучших библейских традициях. Его же посмертная слава с годами все больше напоминает некоторую известность в узких кругах. Возможно, потому, что ни учителей, ни учеников он не имел, а то, что могло стать учением для миллионов, стало лишь «советской лагерной прозой», интерес к которой по понятным причинам все утихает и утихает. Родившийся в семье потомственного священника, Шаламов так и не принял никакой веры, и с самого детства, несмотря на патриархальный семейный уклад и авторитет отца, у него сложились свои отношения с Богом. По сути, вся его удивительная жизнь — сплошной вызов небесам. И в этом поединке спустя 30 лет после смерти он выглядит до обидного проигравшим. Во многом, конечно, Варлам Тихонович виноват сам.
«МОИ РАССКАЗЫ - ЭТО, В СУЩНОСТИ, СОВЕТЫ ЧЕЛОВЕКУ, КАК ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В ТОЛПЕ»

Он был слишком обоюдоострым, некомфортным и неудобным. Из той редкой породы людей, которые в любой среде существуют сами по себе. С чисто человеческой стороны это далеко не лучший удел, но именно благодаря своей отдельности и самодостаточности Шаламов не только сохранил человеческий облик там, где это порой было не под силу иным титанам духа, но и создал новую прозу.

«Я пишу о лагере не больше, чем Экзюпери о небе или Мелвилл о море. Мои рассказы - это, в сущности, советы человеку, как держать себя в толпе...». На первый взгляд, вроде бы нарочито скупая характеристика собственного творчества, но он и не любил трескучих фраз. «Когда я слышу слово «добро», я беру шапку и ухожу».

В умении держать себя в толпе рядом с Шаламовым сегодня некого поставить, а весь его личный пример воспринимается как труднопостижимая экзотика. К слову, Варлам Тихонович никогда и не пытался выдвигать себя в качестве образца для подражания и всячески избегал нравоучительного, а тем более осуждающего тона. Его проза - язык суровой констатации, особая жизненная философия, которая держится на знании жизни, а не на представлениях о ней. Применительно к Шаламову избитый афоризм «Жизнь шире литературы» вновь обретает подлинный смысл.

«У меня изменилось представление о жизни как о благе, о счастье. Колыма научила меня совсем другому. Сначала нужно возвратить пощечины и только во вторую очередь - подаяния. Помнить зло раньше добра. Помнить все хорошее - сто лет, а все плохое - двести. Этим я и отличаюсь от всех русских гуманистов девятнадцатого и двадцатого века».

Фото «ИТАР-ТАСС»

Ему можно, наверное, возразить, ссылаясь опять-таки на многовековой литературно-исторический опыт. Дескать, злая память убивает душу, навсегда калечит личность, что «помнить зло раньше добра» противно человеческой природе... Я думаю, возразить Варламу Тихоновичу может лишь тот, кто прошел через то же в тех же местах, но нашел в себе силы простить. Тот, кто знает, что «мертвецы на Колыме не пахнут - они слишком истощены, обескровлены, да и хранятся в вечной мерзлоте», но сумел об этом забыть. Он не сумел. Да и в человеческой природе, которой Шаламов навидался за 17 лет лагерных сроков, оказалось много такого, что просто невозможно забыть, имея мозг и тело.

«В нашем этапе конвой напоил зубную врачиху, осужденную по 58-й статье по делу «Тихого Дона», и каждую ночь насиловал ее коллективно. В том же этапе был сектант Заяц. Отказывался вставать на поверку. Его избивал ногами конвой. Я вышел из рядов, протестовал и той же ночью был выведен на мороз, раздет догола и стоял на снегу столько, сколько захотелось конвою».

«На Колыму нас везли умирать и с декабря 1937 года расстреливали ежедневно под оркестр, под туш по спискам, читаемым дважды в день на разводах, - дневной и ночной смене».

«На следующий день температура упала с минус 40 до 29, и день казался по-летнему теплым».

«Состояние у меня было такое, что никакого добра мне сделать было уже нельзя. Мне было безразлично - делают мне добро или зло. Тепло было для меня важнее добра».

«Я спал и по-прежнему видел свой постоянный колымский сон - буханки хлеба, плывущие по воздуху, заполняющие все дома, улицы, всю землю».

«Наверное, это очень по-русски - радоваться, что невиновному дали пять лет. Могли ведь дать и пятнадцать. Могли и вышака».

Варлам Шаламов после отбывания первого трехлетнего срока в Вишерском лагере на Урале, Москва, 1932 год

«Когда стало теплей, к весне, в лагерной столовой начались страшные игры «на живца». На пустой стол клали пайку хлеба, потом прятались в угол и ждали, пока голодная жертва, доходяга какой-нибудь, подойдет, завороженный хлебом, и дотронется. Тогда все бросались из угла, из темноты, из засады, и начинались смертные побои вора, живого скелета... Организатором этих развлечений был доктор Кривицкий, старый революционер, бывший заместитель наркома оборонной промышленности. Вкупе с журналистом «Известий» Заславским».

«Каждый день на глазах всей бригады бригадир Сергей Полупан меня бил: ногами, кулаками, поленом, рукояткой кайла, лопатой. Выбивал из меня грамотность. Выбил несколько зубов, надломил ребро».

«Желания жить не возникало. Кожа сыпалась с меня, как шелуха. В дополнение к моим язвам цинготным гноились пальцы после остеомиелита при отморожениях. Шатающиеся цинготные зубы, пиодермические язвы, следы от которых есть и сейчас на моих ногах... Помню неутолимое желание есть».

«Возвращаться с работы приходилось в гору, карабкаясь по ступенькам, цепляясь за остатки оголенных, обломанных кустиков, ползти вверх. После рабочего дня в золотом забое, казалось бы, человек не найдет сил, чтобы ползти наверх. И все же - ползли. И - пусть через полчаса, час - приползали к воротам вахты, к баракам. На фронтоне ворот была обычная надпись: «Труд есть дело чести, дело славы, дело доблести и геройства».

Варлам Тихонович как-то заметил, что «если бы Достоевский попал на Колыму, его постигла бы немота». Трудно сказать, что случилось бы с Достоевским, а читая Шаламова, пожалуй, больше всего поражаешься ровному тону рассказчика, в котором нет и намека на геройство, не говоря уж об упоении страданиями, присущем летописцам с гораздо более скромным опытом.

«ЗА СУП Я НИКОГДА НЕ РАССКАЗЫВАЛ РОМАНОВ»

Он был необыкновенно гигиеничным человеком. Есть такое редкое явление, как гигиена внутренняя, никак не связанная с внешней. «За суп я никогда не рассказывал романов», - писал Шаламов в рассказе «Заклинатель змей».

Свой второй срок — пять лет на тяжелых работах — Шаламов получил за контрреволюционную деятельность в январе 1937-го. «Наверное, это очень русское счастье — радоваться, что невиновному дали пять лет. Могли ведь дать и пятнадцать. Могли и вышака»

Существовала среди множества официальных и неофициальных лагерных должностей одна довольно хлебная - «романист». На нее, как и на любую другую, в лагере назначали. В данном случае кто-нибудь из местных королей - какой-нибудь Сенечка или Феденька в законе. Желая приобщиться к прекрасному, Феденька выяснял, кто есть поблизости из грамотных, способных «тискать романы» - то бишь рассказывать ночами близко к тексту и с выражением «Графа Монте-Кристо», «Отверженных» или «Королеву Марго».

Желающие находились всегда и мгновенно - бывшая профессура, учителя, литераторы, актеры, режиссеры и прочие деятели культуры, мотавшие срок как троцкисты, английские шпионы и вредители. Занятие непыльное и неопасное. Правильно читаешь - получаешь лишнюю пайку хлеба, миску супа, а то и кусок сахара. Тебе обеспечено место на теплых верхних нарах, тебя, как приближенного к настоящей лагерной власти, никто не обидит. Пока тискаешь романы, ты спасен, хороших «романистов» в зоне ценили.

«Вы, вероятно, тоже в свое время использовали это единственное преимущество грамотности здесь?». - «Нет, - сказал я, - нет. Мне это казалось всегда последним унижением, концом». - «Это осуждение?». - «Ничуть. Голодному человеку можно простить многое, очень многое».

Ради куска сахара Шаламов не тискал романов даже тогда, когда это могло спасти ему жизнь. В матерчатой шапке, в веревочной обуви, в завшивленном зэковском мотлохе он долбил вечную мерзлоту при минус 50-ти, покрытый цинготными пятнами и незаживающими язвами, перебитыми костьми ложился на золотых приисках, с трудом переставляя обмороженные ноги в галошах, куда крови с гноем натекало столько, что в них чавкало, словно в болоте, но обслуживать паханов «Королевой Марго» считал для себя концом и последним унижением.

Что уж говорить о куске сахара, за который нужно было расстараться в мирной жизни? Для множества интеллигентов, спасавших этот мир красотой, постлагерный Шаламов так и остался угрюмым неприветливым зэком, не снимавшим меховой ушанки даже в июльской Москве. Кстати, Шаламов не любил и не употреблял слово «зэк», а уж «зэки» просто на дух не выносил. Говорил, что «зэков» в русскую литературу ввел «Солженицын, не знавший лагерей», - те, кто знали, использовали либо «зэка», либо синонимы.

С первой женой Галиной Гудзь Варлам познакомился в лагере на Вишере. В 1934-м они поженились, в 1935-м родилась дочь Елена

Действительно весь подлинный фольклор, а не поздние стилизации увековечил лишь одну грамматическую форму. «Слышишь, Волга-река, если рядом зэка, днем и ночью не дремлют чекисты, это значит, крепка у рабочих рука, значит, в ОГПУ коммунисты». «От качки вздыхали зэка, обнявшись, как родные братья, и лишь иногда с языка слетали глухие проклятья...».

Деталь - упрямая вещь и всегда выдает автора с головой. Особенно в коварном жанре биографической прозы. В крупном можно соврать и слукавить, деталь всегда подведет. Иногда она говорит об авторе больше, чем о его герое. Иногда может сказать больше, чем хотелось бы автору.

Именно детали «Колымских рассказов» когда-то перевернули мое сознание. Именно на детали солженицынского «Одного дня Ивана Денисовича» - «Шухов достал хлебушек в белой тряпочке» - я однажды в предельном недоумении застряла и до сих пор недоумеваю, откуда у Ивана Денисовича взялась белая тряпочка?

Вспомнился шаламовский вафельный шарф из рассказа «Любовь капитана Толли»: «Вшей в шарфе было столько, что он шевелился, когда я, чтобы отряхнуть, снимал его на минуту и укладывал на стол у лампы». Хотя доводилось видеть Шаламову и белые тряпочки.

«Уполномоченный Романов стоял передо мной. Вернее, я стоял перед ним, а он, низенький, полный, пахнущий духами, подвижный, вертелся вокруг меня, разглядывал мою фигуру черненькими быстрыми глазами. Запах заключенного дошел до его ноздрей, и он вытащил белоснежный носовой платок и встряхнул его. Волны музыки, тепла, одеколона охватили меня. Главное - тепла» («Заговор юристов»).

«НЕ НАДО ПЕТЬ МНЕ О НАРОДЕ. Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ТАКОЕ»

Варлам Тихонович не очень жаловал народ, во всяком случае, пиетета и чувства вины, культивируемого представителями образованного класса, по отношению к простым людям не испытывал. Слишком часто попадал в ситуации, когда трудно найти хоть какое-то возможное оправдание для средневековой дикости, хамства и скотства. Он был честен и в этом. «Не надо петь мне о народе, о крестьянстве, - писал он в автобиографической книге «Четвертая Вологда». - Я знаю, что это такое».

Со второй супругой писательницей Ольгой Неклюдовой Варлам Тихонович прожил 10 лет (фото из архива КГБ)

Когда я думаю о том, каким непостижимым образом сложилась его жизнь и судьба после лагеря, хочется раз и навсегда отрезать: «Не надо петь мне об интеллигенции». Совершенно ведь невозможно понять, как так получилось, что человек уникального жизненного знания, опыта, личных качеств и художественных способностей зацепил свою страну, словно косой дождь, оказавшись в ней почти никому не нужным, неприкаянным, безгранично одиноким и даже презираемым. Как и то, почему великая русская интеллигенция проглядела великого русского писателя, предпочтя ему артистичного коммивояжера с бородой.

Сложившаяся прижизненная литературная судьба могла стать для Шаламова пусть не торжеством справедливости, но заслуженным оправданием и честной компенсацией адского времени, проведенного «человеческим шлаком в выгребной яме». Но «лагерь мироподобен» - неоднократно замечал Варлам Тихонович. В миру, как в зоне. Либо ты старательно играешь романиста, и тебя берегут, не обижают и подсовывают лучшие сахарные куски. Либо не играешь и идешь в тоскливом одиночестве в своей веревочной обуви по своей же вечной мерзлоте. Он так и не согрелся в Москве. Потому и не снимал ушанки в жару. Даже если это миф, он очень выразителен. А вообще, в мифы о Шаламове я не верю. Слишком много деталей.

«Мы вместе выходили на развод, на развод «без последнего», как ярко и страшно называют такие разводы в лагерях. Надзиратели хватали людей, конвоир толкал прикладом, сбивая, сгоняя толпу оборванцев с ледяной горы, спуская их вниз, а кто не успел, опоздал - это и называлось «развод без последнего», - того хватали за руки и за ноги, раскачивали и швыряли вниз по ледяной горе. И я, и Рабинович стремились скорее прыгнуть вниз, выстроиться и докатиться до площадки, где конвой уже ожидал и зуботычинами строил на работу. В большинстве случаев нам удавалось скатиться вполне благополучно, удавалось живыми добрести до забоя - а там что бог даст».

Бог дал ему добрести живым до окончания третьего и последнего срока, но послелагерная жизнь Шаламова стала еще одной зоной - отчуждения. Вокруг него постоянно увивались товарищи по несчастью, стукачи, упыри из органов, литературные мастера и подмастерья, женщины, завистники, дураки, проходимцы, сочувствующие, любопытствующие и помощники (один даже пытался выступить подельником)... При этом он все время был один.

«В глубине души я тосковал по единомышленнику, которого обязательно встречу на жизненной дороге, в самых глухих углах жизни, примеру которого буду следовать. Человек, у которого я буду учиться жить. Увы, все оказалось гораздо страшнее. Мне предстояло сойти в ад, как Орфею, - с сомнительной надеждой на возвращение».

«РЕПРЕССИИ БЫЛИ И БУДУТ ВСЕГДА, ПОКА СУЩЕСТВУЕТ ГОСУДАРСТВО»

В глубине души я все-таки верю в его возвращение. Вера - штука крепкая. И возможно, когда человечество окончательно окрепнет, чтобы быть честным с самим собой, он вернется. Сегодня же Шаламов по-прежнему официально не занесен в реестр классиков, никогда не попадал в рейтинг популярных авторов, не включен в курс школьной обязательной программы. О нем вроде и не забыли, но вспоминают по исключительным поводам и круглым годовщинам. Иногда вспоминают так, что лучше бы не знали. Готовя материал, я наткнулась в сети на очередную память благодарных потомков - кто-то из современных учителей написал, что «такие, как В. Шалимов, должны быть в списке обязательной школьной литературы».

«Его судьба не удалась, как и всякая человеческая судьба», — любил повторять Шаламов. У себя дома в Москве, 1968 год

Кстати, поинтересуйтесь у выпускников школ, слышали они что-нибудь об авторе «Колымской тетради» и если слышали, то где и что. Когда я училась в школе, он был еще жив, но узнала я о нем не от учителей и не из учебников. Мой личный культ Шаламова начался уже после окончания школы - в курортной библиотеке, где в одном из толстых журналов конца 80-х я случайно прочла его рассказ «Одиночный замер».

Одиночный замер - это когда не справляющегося с нормой выработки зэка ставят с его «кубиками» один на один. Нечеловеческие кубометры нормы на Колыме ласково назывались «кубиками», и экзекуция одиночных замеров применялась широко - вероятно, в качестве дополнительного морально-физического издевательства.

«Смотритель вымерил кубатуру забоя и поставил метку - кусок кварца. «Досюда», - сказал он». Дугаев возил, кайлил, сыпал, опять возил и опять кайлил и сыпал. До кварцевой метки было еще очень далеко. В конце адской смены выяснилось, что он выполнил 25 процентов нормы. «Цифра показалась Дугаеву очень большой. «Ну что ж, - сказал смотритель, уходя. - Желаю здравствовать». На следующий день он работал уже с бригадой, а через день его расстреляли. «И, поняв в чем дело, Дугаев пожалел, что напрасно проработал, напрасно промучился этот последний день».

До этого я не подозревала, что можно так просто писать о страшном. Собственно, в этом суть и творческого метода Шаламова, и его мировосприятия. Он не занимался описанием ужасов. Для него это вообще не было ужасом. Эта была обыденная многолетняя жизнь, которую он наблюдал, словно исследователь в лаборатории. «Белье мертвеца согрелось за пазухой Глебова и уже не казалось чужим. Багрецов улыбался. Завтра они продадут белье, променяют на хлеб, может быть, даже достанут немного табаку...». («Ночью»).

==============

Публикация большая, я не хотела её сокращать, окончание здесь - http://blog.i.ua/community/5706/1834866/


ВЕРСИЯ - Царь Петр Первый был грузином

Царь Петр Первый не был русским

http://obozrevatel.com/blogs/97142-tsar-petr-pervyij-ne-byil-russkim.htm

Существует достаточно интересная история о том, что когда писатель Алексей Николаевич Толстой работал над своим романом Петр Первый, столкнулся с достаточно необычным фактом, повествующим о том, что самый великий из российских монархов, гордость фамилии Романовых, не имеет никакого отношения ни к фамилии, ни к национальности русский вообще!

Сей факт чрезвычайно взволновал писателя и он, пользуясь своим знакомством с другим великим диктатором, да и памятуя судьбу других, неосторожных писателей,  решил обратиться к нему за советом, тем более что информация была как бы достаточно близка вождю.

Информация была достаточно провокационна и неоднозначна, Алексей Николаевич принес Сталину документ, а именно некое письмо, которые явно свидетельствовали о том, что Петр I, по своему происхождению вовсе не русский, как считалось ранее, а грузин!

Что примечательно, Сталин столь необычному инциденту нисколько не удивился, более того, после ознакомления с документами попросил Толстого сей факт утаить, дабы не давать ему возможности стать публичным, аргументировав свое желание достаточно просто:

"Оставим им хоть одного "русского", которыми они могут гордиться!"

Порекомендовав также документ, доставшийся Толстому уничтожить.

Поступок, казалось бы, странный, если вспомнить что Йосиф Виссарионович и сам был по происхождению грузином.

Но если разобраться, то абсолютно логичный с точки зрения позиции вождя народов, так как известно, что Сталин считал себя русским! А как иначе он бы назвал себя вождем русского народа?

Информация после этой встречи казалось бы навсегда должна была быть похоронена, но не в обиду Алексею Николаевичу, а он как и любой писатель был человеком крайне общительным, была поведана узкому кругу знакомых, а там уже по принципу снежного кома была разнесена подобно вирусу, по всем умам интеллигенции того времени.

Что же это было за письмо, которое должно было исчезнуть?

Наиболее вероятно речь идет о письме Дарьи Арчиловны Багратион-Мухранской, дочери царя Имеретинского Арчила второго, своей двоюродной сестре дочери мингрельского князя Дадиани.

В письме речь идет о неком пророчестве, услышанном ею от грузинской царицы:

"Моя мать мне рассказала о некоем Матвееве, видавшем вещий сон в котором к нему явился святой Георгий Победоносец и сказал ему: Ты избран, сообщить царю о том, что в Московии должно родится "ЦАРЬ ЦАРЕЙ", который сделает ее великой империей. Родиться ему положено от пришлого православного царя Иверского из того колена Давидова, что и Богородица. И дочери Кирилла Нарышкина, чистой сердцем. Ослушавшись сего веления - быть великому мору. Воля бога воля и есть".

Пророчество недвусмысленно намекало на острую необходимость данного поступка, но реально послужить подобному повороту событий могла и другая проблема.

Начало конца фамилии Романовых

Чтобы разобраться в причинах такого письменного воззвания, необходимо обратиться к истории и вспомнить, что московское царство в то время представляло из себя царство без царя и исполняющий обязанности  царя, монарх Алексей Михайлович, не справлялся с возложенной на него ролью.

Фактически страной управлял погрязший в дворцовых интригах, мошенник и авантюрист князь Милославский.

Алексей Михайлович был человек слабый и тщедушный, окружали его люди в основном церковные, к мнению которых он и прислушивался. Одним из таких был Артамон Сергеевич Матвеев, который, будучи человеком не простым, умел оказать на царя необходимое давление, дабы сподвигнуть его на  поступки, на которые царь готов не был. По сути Матвеев своими подсказками руководил царем, будучи этаким прототипом "Распутина" при дворе.

План Матвеева был прост: необходимо было помочь царю избавиться от родства с Милославскими, и возвести на трон "своего" наследника...

Так в марте 1669 года после родов жена царя Алексея Михайловича, Мария Ильинична Милославская скончалась.

После чего  именно Матвеев сосватал  Алексею Михайловичу княжну крымско-татарскую Наталью Кирилловну Нарышкину, дочь крымско-татарского мурзы Исмаила Нарыша, который в то время проживал в Москве и для удобства носил вполне удобное для произношения местной знати имя Кирилл.

Оставалось решить вопрос с наследником, так как дети, рожденные от первой жены, были такими же хилыми, как и сам царь, и вряд ли по мнению Матвеева представляли угрозу.

Другими словами, как только  царя женили на княжне Нарышкиной, встал вопрос о наследнике, а так как на тот момент царь был тяжко болен и физически слаб, да и дети у него получались хиленькие, было принято решение найти ему замену, вот тут то и попался заговорщикам под руку грузинский князь…

Царь Петр Первый никогда не был русским

Кто же отец Петра?

Теории на самом деле две, в отцах у Петра прописаны два великих грузинских князя из рода Багратионы, это:

Арчи?л II (груз. ?????? II, 1647—1713) — царь Имеретии (1661—1663, 1678—1679, 1690—1691, 1695—1696, 1698) и Кахетии (1664—1675), поэт-лирик, старший сын царя Картли Вахтанга V. Один из основателей грузинской колонии в Москве.

Ираклий I (груз. ?????? I, Назарали-Хан; 1637 или 1642 — 1709) — царь Картли (1688—1703), царь Кахетии (1703—1709). Сын царевича Давида (1612—1648) и Елены Диасамидзе (ум. 1695), внук царя Картли и Кахетии Теймураза I.

И по сути, проведя небольшое расследование, я вынужден склониться, что отцом мог стать именно Ираклий, аргументом чему послужил факто того, что именно Ираклий перебывал во время подходящее для зачатия царя в Москве, в то время как Арчил переехал в Москву лишь в 1681 году.

Царевич Ираклий был известен в России под более удобным для местного люда именем Николай и отчеством Давыдович. Ираклий был приближенным царя Алексея Михайловича и даже при венчании царя и татарской княжны был назначен тысяцким, то бишь, главным распорядителем брачных торжеств.

Справедливо отметить, что в обязанности тысяцкого входило также и стать крестным отцом венчающейся пары. Но волею судеб, грузинский царевич помог царю московскому не только с выбором имени для первенца, то и с зачатием оного.

На крестинах будущего императора, в 1672 году, Ираклий выполнил свой долг и нарек младенца Петром, а в 1674 году, покинул Россию заняв престол княжества Кахетия, правда, для достижения данного титула ему пришлось принять мусульманство.

Версия вторая, сомнительная

По второй версии, отцом будущего самодержца, в 1671 году стал,  уже несколько месяцев гостивший при дворе, бежавший от давления Персии, царь имеретинский Арчил II. Которого практически заставили посетить спальню княжны под давлением убеждения в том, что по божественному проведению его участие необходимо и в крайне богоугодном деле, а именно зачатия "ТОГО КОГО ЖДАЛИ".

Возможно, именно сон практически святого человека Матвеева, заставил благороднейшего православного царя войти к молодой царевне.

Про родство Петра с Арчилом может свидетельствовать факт того, что его официальный наследник грузинского монарха, князь Александр, стал первым генералом российской армии грузинского происхождения, служил с Петром в потешных полках, и собственно погиб за императора в шведском плену.

А другие дети Арчила: Матвей, Давид и сестра Дарья (Дарджен) получили от Петра такие преференции как земли в России, и были им всячески обласканы.

В частности известен факт того, что Петр поехал отмечать свою победу в село Всехсвятское, район нынешнего Сокола, к своей сестре Дарье!

Также с этим периодом в жизни страны связана и волна массовой миграции в Москву грузинской элиты.

Как доказательство родства грузинского царя Арчила II и Петра I приводят также факт запечетленный в письме монарха, российской царевне Нарышкиной, в котором он пишет:

"Как поживает наш шалунишка?"

Хотя наш шалунишка, можно сказать и про царевича Николая, и про Петра, как про представителя рода Багратионы.

В пользу второй версии говорит и факт того что Петр I был удивительно схож с имеретинским царем Арчилом II.

Оба были поистине гигантского, для того времени, роста, с идентичными чертами лица и характерами, хотя эта же версия может быть использована как и доказательство первой, так как грузинские князья находились в прямом родстве.

Все знали и все молчали

О родстве царя похоже в то время знали все.

Так царевна Софья писала князю Голицыну:

"Нельзя отдавать власть басурманину!"

Мать Петра, Наталья Нарышкина, тоже страшно боялась того, что натворила, и неоднократно заявляла:

"Царем он быть не может!"

Да и сам царь, в тот момент, когда за него сватали грузинскую княжну, заявил во всеуслышанье:

"Я на однофамильцах не женюсь!"

Визуальное сходство, других доказательств не надо

Это надо видеть. Вспомните из истории, ни один московский царь не отличался ни ростом ни славянской внешностью, но Петр:

Согласно историческим документам, Петр I был достаточно высоким, даже по нынешним мерам, так как его рост достигал двух метров, но что странно, обувь он при этом носил 38 размера, а размер его одежды был 48! Но, тем не менее, именно эти особенности он унаследовал от своих грузинских родственников, так как это описание с точностью подходило к роду Багратионы. Петр был чистым европейцем!

Но не суть, даже не визуально, а по характеру Петр определенно, ни коим образом, не относился к роду Романовых, он по всем своим повадкам был настоящим кавказцем.

Да, он унаследовал немыслимую жестокость московских царей, но эта особенность могла достаться ему и по материнской линии, так как, весь род их был больше татарским чем славянским, а ведь именно эта черта дала ему возможность превратить осколок орды в европейское государство.

На прилагаемой выше картинке вы сможете убедиться насколько похожи: отец, отмеченный на картинке цифарми 2 и 5, и сын, к которому относятся остальные изображения.

Вывод

Петр I был не русским, но россиянином, ибо несмотря на свое не совсем правильное происхождение был все же царской крови, но ни к роду Романовых ни тем более к Рюрикам не восходил.

Возможно, именно не ордынское происхождение и сделало его реформатором и реально императором, превратившим уездное ордынское княжество Московия в Российскую империю, пускай при этом ему пришлось позаимствовать историю одной из оккупированных территорий, но об этом мы расскажем в следующей истории.

05 февраля 2016

=============================

Очень похоже на правду, возможно именно потому кремлевская власть сегодня пытается изменить ход истории, и навязать России не петровскую политику, ориентированную на цивилизованную Европу, а золотоордынскую пещерную практику, опирающуюся на мафиозный бандитизм, жаль только наших современников как в Украине, так и в России, которых кремлёвская орда готова уничтожить, надеясь и дальше жировать за счёт своих вековых вассалов. Однако,  тупость и жадность гебни, их же и погубит.

PS:  А грузины молодцы! Включая реформатора Саакашвили...)))

Агенты НКВД, внедрённые в УПА

Оригинал взят у yadocent в Командиры УПА перешедшие на сторону Советской власти.

Решил тряхнуть стариной и написать статью по ликвидации бандеровщине. Ну и в порядке дополнительного материала: подборка экс-бандеровцев с нацистского форума Рейберт

"Хмара" - чотовий бригади УПА-Північ "Помста Базару", дезертирував і перейшов на радянський бік у січні 1945 р. Очолив спецгрупу що діяла в південних регіонах Білорусії та північних районах Волинської та Рівненської обл. У грудні 1948 р. в с.Самари Ратнівського р-ну Волинської обл. "Хмара" разом ще із 1 членом спецгрупи зайшли до господарства селян - симпатиків ОУН ( з метою їх "розробки"). Селяни , що саме рубали дрова , зрозумівши що перед ними не справжні повстанці , схопили сокири і зарубали обох. Селянам , які зарубали "Хмару" , Крайовий провід ОУН на ПЗУЗ у наказі висловив подяку.

Літопис УПА. Нова серія. - Т. 16 Волинь і Полісся в невідомій епістолярній спадщині ОУН і УПА. - Київ - Торонто, 2011 - С. 44




Кузьменюк Петро, псевдо "Кордуб"
"Завербований ще 1939 року, Кордуб, якого дотепні односельці прозвали Петром Покладком, завдав надзвичайно великої шкоди українському визвольному рухові на Кутських теренах. Після розгулу на Прикарпатті й у Карпатах московських «червоної мітли» й «чорної рубахи» підпільний провід задля збереження людей дозволяв повстанцям леґалізовуватися, навіть записуватись у «стрибки». Такі люди зголошувалися до органів радянської влади й давали під тиском обіцянку співпрацювати з нею. А далі кожен чинив, як підказувала йому совість. Референт районної Служби безпеки Кордуб, він же аґент НКВД, діставав від своїх московських господарів інформацію про осіб, що повернулися з лісу, але не співпрацюють із режимом. Порядні люди десятками гинули від злочинної руки запроданця Кордуба та ще й з ганебним тавром зрадника української нації. Саме так рука перевертня Петра Кузьменюка знищила чесного й відданого справі станичного Великого Ріжна Соловія. Справжніх же виказувачів більшовицький конфідент у машкарі повстанця-есбіста не чіпав. Навів Кордуб емгебистів і на постій районної провідниці УЧХ Хмари, де загинули її чоловік Завірюха й інші повстанці. Відчувши, що може потрапити до смертельного зашморгу, враз пропав із терену, наче до пекла провалився. Аж по якімсь часі нічною примарою в форменному кашкеті з’явився швейцаром у станіславському ресторані, де продовжував юдину службу. У шістдесятих роках Чабан у Коломиї побачив Кордуба в святковій компанії кагебистів Шахова, Тарновецького та іже з ними. Розігрітим алкоголем працівникам КГБ їхній наймит щось жваво розповідав, весело реготав, виставляючи, мов напоказ, кінські зуби. Либонь, згадував свої «геройські» вчинки сорокових років."
Михайло Андрусяк "БРАТИ ВОГНЮ". Документально-художні повісті

Иванишин Петр "Курява"(1923)-руководитель районного провода ОУН на Станиславщини. Захвачен 19.08.1951. Завербован.

Антон Вадюк "Дуб" - провиднык Яремченского провода ОУН. Захвачен МГБ в 1951. Завербован. Руководил спецбоёвкой. На 2008 был жив,проживал в г.Снятин И-Франк обл.

Антон Вадюк, 1923 р.н. дійсно був захоплений МГБ в 1951 році, пішов на співпрацю, був у "спецбоївці", того ж року особисто вбив провідника СБ Яремчанського району Юрія Гуменюка ("Тараса") - свого давнього бойового товариша. В тому ж бою загинув "Берест" - надрайонний референт пропаганди. Після 1955 року Вадюк жив у Снятині під прикриттям КГБ. В 1993 році брат Юрія Гуменюка Петро, також колишній повстанець, знайшов Вадюка і мав з ним розмову з метою з'ясувати місце поховання брата. Зі слів пана Петра, той нічого йому не сказав. Антон Вадюк помер у 2009 році.

Яськевич Лев Миколайович-«Камінь».
Народився 1910 р. у м. Крем'янець Тернопільської обл. Певний час працював начальником Кременецької окружної поліції 1941 р. З весни 1943 р. інтендант куреня «Крука». Восени 1943 р. працював у господарчій референтурі ВО «Богун». 1944 р. організаційно-мобілізаційний референт Кременецького надрайонного проводу ОУН. У листопаді 1944 р. дезертирує з УПА через спробу СБ його заарештувати. У лютому 1945 р. вийшов з підпілля і був використаний НКВС як керівник спецгрупи. Заарештований у 7.08.1949 р. і засуджений на 25 років концтаборів. Подальша доля невідома.
Андрощук М. Записки повстанця. - Торонто-Львів, 2011 - С.19

Герасимчук Михайло-«Рафальський», «Новочин»
Уродженець Шумського району Тернопільської області. Інструктор підстаршинської школи УПА-Південь. У листопаді 1944 р. дезертирує з УПА через спробу СБ його заарештувати. Переховується самостійно. Затриманий НКВС у лютому 1945 р. на Крем'янеччині. Діяв у складі спецгрупи НКВС-МДБ. Подальша доля невідома.
Андрощук М. Записки повстанця - Торонто-Львів, 2011 - С. 93

Грицишин Федір Демидович - "Поділець" ,
1918 р.н. , уродженець с.Сьомаки Жмеринського р-ну Вінницької обл., кандидат в члени ВКП(б), командир взводу управління в 52 окремому дивізіоні протитанкової оборони 24 стрілецької дивізії, учасник Фінської війни. Влітку 1941 р. потрапив в німецький полон. Із квітня 1943 р. - в УПА - командир навчальної команди, заступник командира загону "Пімста Полісся" , командир третьої сотні "Полтавського" загону. Як повідомив учасник форуму Kirov, він був "перевербований НКВС".
ГДА СБУ - Ф. 2. - Спр.С-8467. - Арк.75-77

Євген Басюк - "Чорноморець", "Компанієць" (1922 - після 2005). Творець одного з перших загонів УПА, сотенний, інструктор підстаршинської школи, нач. штабу Здолбунівського куреня, з"єднання "Холодний Яр". 7.09.1944 р. взятий у полон. Погодився на співпрацю з НКВС У 1944-1949 рр. очолював агентурно-бойову групу під псевдо "Кармелюк". Полюбляв носити форму капітана МДБ . Неодноразово тероризував і грабував мирне населення під час спецоперацій АБГ. За здирництво і хабарництво був повторно заарештований 12.05.1949 р. у Львові та засуджений. Сам Басюк у листі на ім’я К.Ворошилова стверджував, що бійці УПА в помсту вбили його матір, сестру, двох братів, наречену і неодноразово намагалися вбити його самого.
Детально його біографію розглядали тут:
http://reibert.info/threads/basjuk-chornomorec-ischu-infu.96922/#post-3650787

Петро Мельник - "Хмара" 15 серпня 1951 р. біля с. Липове Надвірнянського району "Хмара" був захоплений у полон АБГ Станіславського УМДБ і погодився на співпрацю. 26 квітня 1952 р. "Хмара" організував втечу з-під нагляду органів МДБ групи із шести колишніх підпільників і перейшов на нелегальне становище. Загинув 27 квітня 1953 р. в бою з опергрупою Станіславського УМДБ, потрапивши на засідку біля с. Лоєва Надвірнянського району.
тобто, "Хмара" спершу перейшов на радянський бік, а потім втік.

Жаба Михайло - "Чабан" (1918, с. Лопушне Міжгірського р-ну Закарпатської обл. - ?). Стрілець сотні "Сірі вовки" (з 09.1944) - ВО "Лисоня", к-р Військово-польової жандармерії сотні "Сірі вовки" (10.1944 - 1945), к-р ВПЖ куреня к-ра "Бистрого" (Петро Хамчук) та к-р охорони к-ра куреня (1945), переведений у Закарпаття (08.1945), потрапив у полон, пішов на співпрацю.
Літопис УПА. Нова серія. - Т.20. ВО УПА "Лисоня" 1943 - 1952 - Київ - Торонто, 2012 - С.692.

Вступив в Українську Повстанську Армію (УПА) під псевдонімом “Чабан”, був стрільцем у сотні “Сірі Вовки” (третя воєнна округа “Лисоня” (ВО 3 “Лисоня”)) (серпень-жовтень 1944). Призначений комендантом військово-польової жандармерії (ВПЖ) сотні “Сірі Вовки” (жовтень 1944 – червень 1945). Переведений на посаду керівника охорони командира куреня “Бистрого”. Переведений в охорону к-ра “Довбні” - к-р ТВ (серпень 1945), з яким повинен був вирушати у Закарпаття для організації там підрозділів УПА. 30 серпня 1945 р. під час операції у східній частині лісу, що примикає до с. Лісники Бережанського р-ну був захоплений у полон. Дав згоду на співпрацю з органами НКВС та ввійшов у склад спецгрупи (легендована група “Бистрого” – Глинський Микола, згодом “Кіндрата” – Поташник Григорій, згодом “Мирослава”) управління НКВС у Тернопільській обл. під керівництвом начальника відділу боротьби з бандитизмом Олексія Соколова (з вересня 1945 – 1946). Подальша доля не відома, за неперевіреними даними разом із спецгрупою переведений у Прибалтику.

Люлюк Петро - "Гонта" (? - ?). К-р ВПЖ куреня к-ра "Романа" (1944), пішов на співпрацю (з 03.1945), походив із СУЗ.
Літопис УПА. Нова серія. - Т.20. ВО УПА "Лисоня" 1943 - 1952 - Київ - Торонто, 2012 - С.697

Від початку створення спецгрупи діяв у ній. Ця спецгрупа "обєднала" значну кількість командирів і провідників підпілля: ЮЗОРЗЬ Георгій - "Кох" (курінний лікар): "доктор "Кох" показал лазарет, где он лечил раненых бандитов — была изъята большая аптека, две повозки медикаментов и задержан его санитар АНДРЮСЕНКО Михаил — кл. "Буревий", который тоже был зачислен в спецгруппу"; "Око" - колишній повітовий пропагандист ОУН А.Мельника; "Кіндрат" - співробітник ВПЖ сотні "Сірі Вовки", зимою 1945 р. передавався на працю к-ру "Гордієнку" - ймовірно, у ВШ ВО 3 "Лисоня"; заступник к-ра СКВ "Чара" (певний час був сотенним), ймовірно, Колесник та інші..

"Степовий" (? - ?). К-р відділу Української народної самооборони в Борщівському повіті Тернопільської обл. (10 - 11.1943), потрапив у німецький полон, пішов на співпрацю.
Літопис УПА. Нова серія. - Т.20. ВО УПА "Лисоня" 1943 - 1952 - Київ - Торонто, 2012 - С.704.

Брунець Роман
(10.09.1923, с. Дзецковіце Верушовського повіту Лодзького воєводства, Польща - 09.1945). Секретар при військовому штабі військової округи "Лисоня" (кін 02 - 05.1944), інструктор у підстаршинській школі ВО (05-07.1944), ад'ютант к-ра сотні "Риболовці" (09-12.1944), відправлений на лікування, 9.01.1945 потрапив у полон, пішов на співпрацю, ліквідований СБ.
Літопис УПА. Нова серія. - Т.20. ВО УПА "Лисоня" 1943 - 1952 - Київ - Торонто, 2012 - С.688.

Кравчук Йосип Миколайович, псевдоніми "Комар", "Твердий", уродженець села Брани Горохівського району, з 1943 р. вишкільний військовик Берестечківського районного проводу ОУН, заступник командира відділу УПА "Шума", пізніше заступник командира охорони окружного провідника ОУН, у 1944 році шеф зв'язку ВО № 101, провідник ОУН Горохівського надрайону, 2.02.1945 року схоплений АБГ НКВС «Ворона» [мабуть, Петра Власюка - прим. моя] у селі Кременець Локачинського району і долучений до її складу. Командир АБГ НКДБ, нагороджений орденами і медалями за боротьбу з ОУН і УПА. Знищений СБ ОУН 07.1947 року у Камінь-Каширському районі Волинської області.
Марчук І. Сотник УПА Петро Ґудзоватий - "Очерентенко" - Львів ,2011 - С. 73.

7 грудня 1945 року у Торчинський райвідділ НКВС з повинною з'явився учасник особистої охорони Крайового провідника ОУН на ПЗУЗ Миколи Козака-«Чупринки» ройовий Павло Бондарук-«Чорний». Він повідомив про місця переховування «Чупринки» та його оточення у селі Романів Теремнівського району. «Чорний був завербований і влитий у спецгрупу «Твердого», яка складалася з 7 чоловік». Керував нею оперуповноважений Волинського УНКВС Берсєнєв. Спецгрупа прибула у село Романів під виглядом представників Луцького окружного проводу ОУН.
Там само.

Благий Зенон ("Дарій", "Клич", "Марко", "Супрун", "Шпак"; 1912, с. Голодівка, тепер с. Луковище Рогатинського р-ну Івано-Франківської обл. - ?). Окружний провідник ОУН Рогатинщини (кін. 1944 - 06.1948). Затриманий МДБ 5.08.1948 пораненим, пішов на співпрацю.
Літопис УПА. Нова серія. - Т. 12. Воєнна округа "Буг". Документи і матеріали 1943 - 1952. Книга 1. - Київ - Торонто, 2009 - С.611

Левочко Василь ("Макаренко", "Юрченко" (?, с. Чебечів Сокальського р-ну Львівської обл. - 28.08.1945, біля с. Варяж Сокальського р-ну Львівської обл.). Окружний організаційно-мобілізаційний референт ОУН Холмщини (1944), к-р куреня на Холмщині (травень 1944), організатор і к-р куреня "Гайдамаки" (08-09.1944), за розгром куреня розпочато слідство, перед загрозою кари зголосився 12.12.1944 до НКВС, пішов на співпрацю з ворогом (псевдонім "Соколенко").
Літопис УПА. Нова серія. - Т. 12. Воєнна округа "Буг". Документи і матеріали 1943 - 1952. Книга 1. - Київ - Торонто, 2009 - С.631
Левочко був згодом ліквідований УПА.

Мельник Костянтин ("Голуб"; бл. 1915, с. Бродки Миколаївського р-ну Львівської обл. - ?, м. Львів). К-р сотні "Льви ІІІ" (03 - 05.1944), чотовий в сотні "Льви ІІІ" (05 - 06.1944), к-р сотні на Щиреччині (літо - осінь 1944), к-р І чоти в сотні "Романовичі І" (10.1944 - 02.1945), переведений в мережу ОУН, підступно заарештований НКВС (не пізніше 1946), пішов на співпрацю з ворогом. Вбитий за зраду повстанцями.
Там само. - С. 634 - 635.

Із слів Євгена Олексюка, останній бій відбувся 12 квітня 1945 р. в коцюбинчинецькому ліску. «Нас всіх було більше 20 хлопців, коли зав’язався бій з червоними облавниками, лежали ми добре замаскованими в двілінії, маючи чотири кулемети. При наступі рубахів (так називали війська НКВС) ми скосили майже всю першу їх лінію. Ми їх підпустили дужеблизько, стріляли всі влучно. Хоч москалів було багато, вони не витримали нашого вогню і стали відступати. Кулемети стояли в першій лінії, мимали досить набоїв і могли бій закінчити переможно. Раптом до нас у другу лінію з’явився сам провідник Гурнік і наказав відступати. Сам сказав, щозніме першу лінію і нас дожене. Покидаючи вигідні позиції, ми незабаром почули кілька автоматних черг. «Стріла» невдовзі дігнав нас, але з хлопців, що були в першій лінії,ніхто не повернувся. Після того, як через кілька днів він розпустив боївку,а сам здався органам НКДБ, я зрозумів, що Володимира Пушкаренка («Полтавця»), німця («Підкову»), що був у бою у першій лінії разом з кулеметниками, тими почутими пострілами, повбивав сам «Стріла».
Богдан Савка. Останнi на полi слави – с.197:
http://shron.chtyvo.org.ua/Savka_Bohdan/Ostanni_na_poli_slavy.pdf

Дарабан Михайло - "Дон"
нар. 1913 р. у с. Білині Рахівського р-ну Закарпатської обл. Проживав у с. Блюдниках Галицького р-ну Станіславської обл. Служив у чехословацькій армії, воював у Карпатській Україні. Командир 2 сотні в курені УНС імені Євгена Коновальця “Чорні чорти" у 1943 р. У 1944 р. призначений командиром резервної сотні УПА в Чорному лісі. У лютому 1944 р. поранений у бою з німецькими окупантами. 24 грудня 1944 р. потрапив до полону, під тортурами дав згоду на співпрацю з органами НКВД. Вказав чекістам на кілька складів у лісі з продуктами для повстанців. Агітував населення за припинення збройної боротьби проти радянської влади. Написав звернення до повстанців, яке помістили у газеті “Прикарпатська правда". Став бойовиком спеціальної боївки при Станіславському обласному управлінні НКВДі. Після спеціальної підготовки органами МГБ був відправлений з відповідною легендою для здійснення провокативно-терористичної діяльності на Закарпаття.
Андрусяк М. Командири відділів 21-го (Коломийського) тактичного відтику УПА "Гуцульщина" - Коломия, 2005 - С. 27-28

Савіцький Петро, с. Василя —"Дорошенко"
нар. 1920 у с. Устеріках Жаб’євського р-ну Станіславської обл. Військовий вишкіл пройшов у таборі УНС у 1943 р. 1944 р. призначений командиром сотні "Трембіта", яка входила до куреня "Карпатський". Є свідчення, що був завербований органами НКВД ще за першої радянської окупації Галичини. Сотнею командував невпевнено, уникав боїв. Через кілька місяців зголосився з повинною до органів радянської влади у райцентрі Жаб'є і привів 50 стрільців. Перед зігнаними на мітинг жителями Жаб'я заявив: "Коли я прочитав заяву уряду, я зрозумів, хто мої друзі і хто — вороги”. Агітував за вихід із УПА, брав участь у провокативних і терористичних чекістських акціях проти мирного населення і повстанців, що викликало обурення серед простих людей. Тому емгебисти 1945 р. прибрали його руками свого агента Юрія Рубаняка із с. Гриняви, який свого часу був стрільцем сотні Дорошенка.
Андрусяк М. Командири відділів 21-го (Коломийського) тактичного відтику УПА "Гуцульщина" - Коломия, 2005 - С. 28

Видний Гаврило (за версією історика Ігоря Марчука). Мав псевдоніми “Озон”, “Азон”, “Ягур”, “Ячур”.Східняк, восени 1944 очолював сотню “Дніпро”, яка напевне підлягала куреню А. Трачука-“Ломоноса” зі з’єднання “Донбас” УПА–Південь (к-р – М. Токар-“Юда”). 11.1944 разом з куренем А. Трачука брав участь у бою в хрінницькому лісі. Восени 1944 – на поч. 1945 очевидно командував куренем, який перебував у Дубенському надрайоні ПЗК (Північно-Західний край). У 1945 “Озон” очолив псевдобандерівську групу, сформовану Демидівським райвідділом НКВС (Рівненська обл.). Члени групи нападали на родичів справжніх повстанців, катували їх, змушуючи видавати координати повстанців чи тих, хто переховувався від мобілізації в ЧА. У серпні видав від імені міфічного “обласного проводу ОУН” листівку з критикою організаційного референта ПЗК П.Олійника. Згадана листівка збереглася, оскільки потрапила до чекістів разом з документами, вилученими 13.12.1945 під час нападу на членів проводу ОУН на ПЗУЗ у Луцькому р-ні Волинської обл.: ГДА СБ України, ф. 13, спр. 372, т. 72, арк. 176.
Літопис УПА. Нова серія. - Т. 16 Волинь і Полісся в невідомій епістолярній спадщині ОУН і УПА 1944 - 1954. - Торонто - Львів, 2011 - С.132.

Квятковський Костянтин М., пс. Богдан, 1918 р. н., уродж. с. Мощена Ковельського р-ну Волинської обл. Працював учителем с. Сьомаки Ковельського р-ну (осінь 1939 – весна 1941), кущовим ком. УДП в смт. Луків Турійського р-ну Волинської обл. (07.1941–03.1942). З весни 1943 р. к-р сотні УПА в курені Лисого (І. Климчак), викладав стройову підготовку на вишколі УПА в с. Кукуріки Старовижівського р-ну Волинської обл. (осінь 1943). З 12.1943 р. в штабі куреня УПА Лисого (І. Климчак). Особисто з автомата розстріляв 3 військовополоненних червоноармійців, які втекли з німецького полону. Вийшов 25.03.1945 р. з повиною в Володимир-Волинський РВ НКВС. Був завербований УНКДБ Волинської обл. в агенти-бойовики, діяв в складі АБГ МДБ, мешк. в м. Луцьку. Очевидці бачили його 03.1949 р. в цивільному одязі в районі залізничного вокзалу м. Ковель. Після звільнення з органів МДБ в 1960 р. виїхав у Тернопільську обл. Згодом мешк. в м. Дубно Рівненської обл. (Джерела: Архів УСБУ у Волин. обл. – Ф. П. – Спр. 1684. – Арк. 41–48; ГДА СБУ. – Ф. 2. – Оп. 33. – Спр. 1. – Т. 1. – Арк. 186; Яковенко О. Бандити, яі не покаються будуть знищені // Радянська Волинь. – 1945. – 13 липня).
Антонюк Я. Український визвольний рух у постатях керівників. Волинська та Брестська області (1930–1955). - Торонто - Львів - С.312

https://reibert.info/threads/komandiry-upa-pereshedshie-na-storonu-vraga.115473/

===========================

Мои комментарии я разместила у автора публикации и в своём блоге в ЖЖ, размещаю их здесь.

1-й, автору подборки:

 "Спасибо за подборку, я перепостила публикацию, но под другим названием, т.к. название вашей публикации не соответствует её содержанию. Что, кстати, наглядно показывает живучесть совковых мифов про УПА, якобы расправлявшихся с местным населением ЗУ, а на деле это делали провокаторы из НКВД - это было обычной их практикой.

Я понимаю, что вам сложно согласиться с моей трактовкой действий НКВД, но перед тем как удалите мой ком, внимательно изучите рос. Закон о ветеранах боевых действий, там в конце есть приложения I, II и III где наглядно показаны ВСЕ боевые действия СССР и его правоприемницы РФ не только против СОБСТВЕННОГО НАРОДА на своей территории, но и у ближних и дальних соседей.

Там пока нет Крыма и Донбасса, но это всего-лишь дело времени, ведь вознаграждения за 200-х россиян в Донбассе уже получают их родственники , согласившиеся не разглашать тайны их гибели. Кстати, вы бы могли сами это сделать вместо родственников, но вы этого никогда не сделаете, т.к кишка тонка - вы ведь прекрасно понимаете последствия для себя и своих близких от подобных публикаций... А пока я даю вам сссылку на Закон о ветеранах, изучайте - http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=189708;fld=134;from=181980-819;rnd=184768.41367620741330147;;ts=01847687421858676170167

Это действующий закон, но он постоянно обновляется, можете сами по ссылке прследить все варианты этого закона и все этапы его изменений..."

2-й, в моём блоге в ЖЖ:

 "Даю ссылку на такой же закон, действующий в Украине с 22.10.1993 года - "ЗАКОН УКРАЇНИ про статус ветеранів війни, гарантії їх соціального захисту", последнюю его редакцию от 12.12.2015 можно почитать на сайте ВР - http://zakon2.rada.gov.ua/laws/show/3551-12/page

Из сравнения приложений этих двух законов с первого взгляда видна существенная разница в общем кол-ве боевых действий нашей, украинской армии за годы Независимости. У нас их было всего 2, и оба происходили за рубежом в составе миротворческих сил ООН. Т.е., фактически мы все годы Независимости оставались миролюбивой страной, и, главное, наша армия в эти годы не убивала ни собственных граждан, ни граждан стран, где ООН вводил миротворческие силы, не говоря уже о наших ближних и дальних соседях из постсоветских стран.

В отличие от РФ, которая все последние 25 лет воевала как с собственным народом внутри своих границ, так и с ближними и дальними соседями, на их суверенных территориях.

Так что спасибо сторонникам русского мира за ваши раздражённые выпады против подобных публикаций, разоблачающих вашу ложь. Понятно, что такая правда колет вам глаза, но эту правду уже нельзя скрыть, и единственное что вы все ещё можете сделать, пока не поздно, это отмежеваться от преступлений кремля, иначе и вам придётся сполна ответить за свою поддержку кремлёвских людоедов."

О русских беженцах в Европу после октябрьского переворота 1917 г

в продолжение публикации "Судоплатов Александр - Дневник"     http://blog.i.ua/community/5706/1758277/

Дневник очень интересный, желающие могут его почитать в сети, но не менее интересно и Предисловие, написанное дочерью Бориса Павлова, которому А. Судоплатов подарил свой Дневник спустя полвека после гражданской войны. Предлагаю всем внимательно его прочитать, особенно антиевропейцам:

" Ольга Матич Предисловие

   Дневник Александра Судоплатова оказался у моего отца по воле случая. В ранней юности их пути пересеклись в Первом Партизанском генерала Алексеева пехотном полку, после чего они ни разу не встречались. Судоплатову тогда было семнадцать, а отцу тринадцать лет. В 1972 году отец опубликовал воспоминания о своем участии в Добровольческой армии, главу из которых Судоплатов прочел в военно-историческом журнале «Часовой». Она была посвящена десанту алексеевцев в Геническ в апреле 1920 года и напомнила Судоплатову далекое прошлое и самого автора. В первом письме отцу от 7 ноября 1973 года он писал: «Я все время вел дневник, и у меня даже есть рисунок “Борис Павлов”. Хотя сходства, наверное, не было в рисунке, но зато Георгиевский крест вышел удачно. Близко встретился я с Вами во время Генич[еского] десанта». Далее следовали выписки из дневника об отце: «Дорогой рассказали, что наш юный доброволец Б. Павлов, 13 лет поступивший в полк под Курском (командир полка взял его за крестника), ходил накануне в Ростов (переодевшись крестьянским мальчиком), разузнал все тайны, где батареи, штабы, сколько и какие войска, и сегодня ночью пришел в Батайск». Письмо заканчивалось словами: «Очень рад, что встретил хоть одного алексеевца, который помнит Батайск, Кубань, Крым и еще Кубань».

   Не зная адреса Бориса Павлова (1906–1994), Судоплатов (1902 –?) написал в редакцию «Часового» с просьбой переслать его письмо. Я хорошо помню, как мы дома смеялись над описанием папы, воображающего себя индейцем: «Командир полка и адъютант стоят на крыше дома и наблюдают в бинокль. Очевидно, что-то заметили. Борька Павлов, наш 13-летний партизан, который получил в Батайске Георгия за разведку, лазил в парке по деревьям, изображая из себя индейца и бросая в воздух стрелы, которые он взял в музее». Затем выписка из описания похода в Геническ: «Когда я глянул на своего соседа справа, то ахнул. Со мной рядом шел Борис Павлов, он шел, весело подпрыгивая и что-то напевая, в руках он нес стрелу из музея Филиберга. Убьют мальчишку. “Борис, иди в обоз!” – сказал я ему. “Зачем? – пожал плечами он. – Думаете, я боюсь!” – “Слушай, иди в обоз!” – крикнул я на него. Но он взвизгнул и скорчил мне рожу». Судоплатов в дневнике подробно описывает имение француза Филибера на Азовском море, разграбленное красноармейцами незадолго до прихода алексеевцев. В зале усадебного дома оставались рояль, пианино и большие кресла, в кабинете валялись гипсовые статуи с отбитыми головами, носами и руками и приборы для физических опытов, а в музее среди прочих объектов старины были лук и колчан со стрелами, одну из которых подросток взял себе на память.

   Судоплатов пишет об отце как о веселом подростке. В одном месте он описывает его поющим: «Хорошо он поет. Бывало, в Ивановке вечером, после молитвы, мы садились на улице, и Павлов высоким детским чистым альтом начинал: “Пусть свищут пули”. Это была его любимая песня. <…> Звенел его чистый альт, и хор подхватывал припев». Эту песню пели солдаты во время Первой мировой войны, потом добровольцы, а затем она стала песней алексеевцев. В письме отцу в 1970-е годы Судоплатов вспоминал: «Я помню, сколько раз слыхал раньше, как Вы хорошо поете, и специально бежал Вас слушать». Папа действительно хорошо пел. Он меня научил этой песне, и мы вдвоем часто пели ее в долгих поездках. А в 1970-е годы в Москве Василий Аксенов привел меня в гости и рассказал, что я знаю белогвардейские песни – после долгих уговоров я спела им «Пусть свищут пули».

   В ответ на письмо Судоплатова отец послал ему свои воспоминания, которые, как пишет Судоплатов, он прочел залпом и в свою очередь послал отцу дневник: «…у Вас есть внуки (т. е. наследники) – у меня никого нет, и я часто думаю о своем дневнике – его выбросят в сор или сожгут после моей смерти. Если Вы ничего не имеете против, я его дарю Вам; если он не будет Вашим внукам интересен, Вы по прочтении, может быть, отдадите его в какой-нибудь архив музея – эмиграции». (Судоплатов наверняка имел в виду детей, а не внуков; после смерти отца дневник хранился у меня, и я собираюсь передать его в ГАРФ.) Папа опубликовал выдержки из дневника в «Первопоходнике», военно-историческом журнале Объединения первопоходников – участников первого Кубанского (Ледяного) похода, издававшемся в Лос-Анджелесе. Номер, посвященный алексеевцам, в котором главное место занимали фрагменты дневника Судоплатова, вышел под редакцией отца в 1974 году. Публикация вызвала у Судоплатова чувство гордости: «…ведь наша жизнь прошла для будущего <…> сознание того, что там в России кто-то возьмет в библиотеке Вашу Книгу или сборник Первопоходник, прочтет ее, задумается и понесет скромный букетик к памятнику Белому воину или поедет поклониться кургану на Перекопе, – нас утешает». Это знакомые чувства белого эмигранта, надеявшегося в виртуальной форме вернуться на родину. С похожими надеждами на восстановление в России правдивой истории Белого движения жил отец, но, как и его старший однополчанин, он этого не дождался. Правда, подготовка переиздания в России воспоминаний «Первые четырнадцать лет» под моей редакцией началась еще при его жизни. В них я поместила несколько рисунков Судоплатова. Теперь эти воспоминания доступны в Интернете, как и номер «Первопоходника», посвященный алексеевцам. И, наконец, дневник Судоплатова выходит в мемуарной серии издательства «Новое литературное обозрение», подготовленный к печати и откомментированный Ярославом Тинченко.

   История моего знакомства с Ярославом такова. В киевском архиве в 2011 году меня заинтересовал молодой человек, сидевший рядом и читавший газету «Киевлянин», которую основал мой прадед В.Я. Шульгин. Мы разговорились. Оказалось, что Ярослав Тинченко – историк, занимающийся историей именно Алексеевского полка. К моему удивлению, он был хорошо знаком с воспоминаниями моего отца. Совсем неожиданным для меня был его вопрос – знаю ли я, где находится дневник Александра Судоплатова. Узнав, что он хранится у меня, Ярослав пояснил мне, насколько это ценный исторический источник, и предложил опубликовать его. Эта встреча и привела к публикации дневника в России. «Ведь наша жизнь прошла для будущего», – писал Судоплатов в 1975 году. Произошло именно так, как он и мечтал – «что там в России кто-то возьмет [дневник] в библиотеке».

   Судоплатов был сыном сельского священника на Украине и сам учился в духовной семинарии, откуда ушел в Добровольческую армию. В октябре 1919 года под Харьковом он поступил в учебный батальон Первого Партизанского генерала Алексеева пехотного полка, служил в команде связи у поручика Кальтенберга, а в Геническе в офицерской роте как унтер-офицер. Вот что пишет папа о поручике в своих воспоминаниях: «Офицер нашего штаба, пор[учик] Кальтенберг, вернувшись как-то вечером в свою квартиру (в Батайске), нашел стену своей комнаты развороченной, а под кроватью неразорвавшийся шестидюймовый снаряд. Это послужило у нас темой для безобидных шуток о педантичном, любящем порядок поручике с немецкой фамилией. Смеялись не зло, а любя». Судоплатов в отцовских воспоминаниях не упоминается. Он эвакуировался из Севастополя в Галлиполи на корабле «Саратов» вместе с генералом Кутеповым, потом в Болгарию, а затем, как и отец, попал в Королевство сербов, хорватов и словенцев (с 1929 г. – Югославия). В Белграде Судоплатов переписал свой дневник, пометив 1924 годом и разместив в нем свои замечательные рисунки; многие из них делались на месте событий. В какой-то момент – когда именно, мне неизвестно – он уехал во Францию и в 1970-е годы жил в предместье Парижа Масси.

 


   Участвовал ли Судоплатов в эмигрантских политических организациях или продолжал заниматься историей Белого движения после 1924 года (когда он переписал свой дневник) – мне тоже неизвестно. Многие бывшие участники Добровольческой армии использовали досуг для таких занятий, по крайней мере так было в окружении моих родителей; отец посвятил последние двадцать лет российской истории, и не только написанием воспоминаний.

   Отец выпустил воспоминания под псевдонимом Борис Пылин. Как большинство старых эмигрантов, он боялся своей публикацией повредить семье, оставшейся в Советском Союзе.

   В одном из писем Судоплатов предлагал прислать свои наброски «Галлиполи» и, если они отцу понравятся, напечатать под своим именем. Может быть, по тем же соображениям, что и мой отец, он просил не указывать «подлинного имени» в публикации выдержек из своего дневника. Судоплатов писал отцу и о своих рассказах: «Когда-то я послал в “Русск[ую] мысль” рассказ – они напечатали. Но второй не поместили. Хотя второй был, по-моему, интересней». Ни названия рассказа, ни даты публикации он не указывает. Получается, что его пять писем – единственный источник информации о жизни Судоплатова в эмиграции. В последнем он размышляет о положении Алексеевского полка. Сравнивая его с Корниловским и Дроздовским полками, он пишет: «Правда, они всегда держались “на материке” компактно и внутренняя организация у них была продумана. Дроздовцы в Галлиполи имели несколько сот в полку бывших пленных, их так дрессировали там, что можно было равнять их с полком мирного времени. А ведь вместо пленных (которых сажали на пароходы почти насильно) можно было вывезти людей, для которых не было уже места. Наш полк хозяйственно был плохо организован. Но наш командир был не хуже Туркула, и беда наша была в том, что не успевали мы переформироваться, как нас посылали куда-то “на воды” затыкать дырки. Это была летучая пожарная команда».

   Александр Судоплатов остается загадкой. Размышляя о нем, я задаюсь вопросом: почему человек, который вел столь подробный дневник в тяжелых условиях войны, не продолжил писательскую деятельность в эмиграции? Но теперь уже никого не спросишь. Вполне возможно, он и писал, но, будучи человеком скромным или из-за отказа в «Русской мысли», это занятие скрывал. При этом он по собственной инициативе написал отцу о своем дневнике, может быть с мыслью, что тот предаст его гласности, но это уже моя интерпретация. Ведь Судоплатов расставался со столь важным для него документом. Интерпретация поведения в данном случае имеет отношение к памяти. Толковать – значит помнить.

   Благодаря киевской встрече и заинтересованности в Дневнике И.Д. Прохоровой и А.И. Рейтблата, мы смогли предать гласности этот забытый исторический документ."

История и география преступлений кремлёвской гебни- документ

"Ну 75-летний срок чрезвычайно мал, что бы можно было судить о планах ГэБни. Мы рассматриваем события в упор и абсолютно не видим общей картины."

из комментария к публикации об адекватности Путина - http://blog.i.ua/community/5706/1756023/#advA_advC_1756023_23783405



Привожу документ:
Приложение
к Федеральному закону
"О ветеранах"
 
 
ПЕРЕЧЕНЬ
ГОСУДАРСТВ, ГОРОДОВ, ТЕРРИТОРИЙ И ПЕРИОДОВ
ВЕДЕНИЯ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ С УЧАСТИЕМ ГРАЖДАН
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Раздел I

Гражданская война: с 23 февраля 1918 года по октябрь 1922 года
Советско-польская война: март - октябрь 1920 года
Боевые действия в Испании: 1936 - 1939 годы
Война с Финляндией: с 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года
Великая Отечественная война: с 22 июня 1941 года по 9 (11) мая 1945 года
Война с Японией: с 9 августа 1945 года по 3 сентября 1945 года
Боевые операции по ликвидации басмачества:
с октября 1922 года по июнь 1931 года
Боевые действия в районе озера Хасан:
с 29 июля по 11 августа 1938 года
Боевые действия на реке Халхин-Гол:
с 11 мая по 16 сентября 1939 года
Боевые действия при воссоединении СССР, Западной Украины и Западной Белоруссии: с 17 по 28 сентября 1939 года
Боевые действия в Китае:
с августа 1924 года по июль 1927 года;
октябрь - ноябрь 1929 года;
с июля 1937 года по сентябрь 1944 года;
июль - сентябрь 1945 года;
с марта 1946 года по апрель 1949 года;
март - май 1950 года (для личного состава группы войск ПВО);
с июня 1950 года по июль 1953 года (для личного состава воинских подразделений, принимавших участие в боевых действиях в Северной Корее с территории Китая)
 
Боевые действия в Венгрии: 1956 год
 
Боевые действия в районе острова Даманский: март 1969 года
Боевые действия в районе озера Жаланашколь: август 1969 года
 
 
Раздел II
 
Оборона города Одессы: с 10 августа по 16 октября 1941 года
Оборона города Ленинграда: с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года
Оборона города Севастополя: с 5 ноября 1941 года по 4 июля 1942 года
Оборона города Сталинграда: с 12 июля по 19 ноября 1942 года
 
 
На лиц, принимавших участие в войнах и боевых действиях в государствах (на территориях) и в обороне городов, указанных в разделах I и II, распространяется действие статей 2 и 4 Федерального закона "О ветеранах".
 
 
Раздел III
 
 
Боевые действия в Алжире: 1962 - 1964 годы
 
Боевые действия в Египте (Объединенная Арабская Республика):
с октября 1962 года по март 1963 года;
июнь 1967 года;
1968 год;
с марта 1969 года по июль 1972 года;
с октября 1973 года по март 1974 года;
с июня 1974 года по февраль 1975 года (для личного состава тральщиков Черноморского и Тихоокеанского флотов, участвовавших в разминировании зоны Суэцкого канала)
Боевые действия в Йеменской Арабской Республике: с октября 1962 года по март 1963 года;
с ноября 1967 года по декабрь 1969 года
Боевые действия во Вьетнаме: с января 1961 года по декабрь 1974 года, в том числе для личного состава разведывательных кораблей Тихоокеанского флота, решавших задачи боевой службы в Южно-Китайском море
 
Боевые действия в Сирии: июнь 1967 года;
март - июль 1970 года;
сентябрь - ноябрь 1972 года;
 
октябрь 1973 года
Боевые действия в Анголе: с ноября 1975 года по ноябрь 1992 года
(в ред. Федерального закона от 02.10.2008 N 166-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Боевые действия в Мозамбике: 1967 - 1969 годы;
с ноября 1975 года по ноябрь 1979 года;
с марта 1984 года по август 1988 года
(в ред. Федерального закона от 02.10.2008 N 166-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Боевые действия в Эфиопии: с декабря 1977 года по ноябрь 1990 года;
с мая 2000 года по декабрь 2000 года
(в ред. Федерального закона от 02.10.2008 N 166-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
 
Боевые действия в Афганистане: с апреля 1978 года по 15 февраля 1989 года
Боевые действия в Камбодже: апрель - декабрь 1970 года
Боевые действия в Бангладеш: 1972 - 1973 годы (для личного состава кораблей и вспомогательных судов Военно-Морского Флота СССР)
Боевые действия в Лаосе: с января 1960 года по декабрь 1963 года;
с августа 1964 года по ноябрь 1968 года;
с ноября 1969 года по декабрь 1970 года
 
Боевые действия в Сирии и Ливане: июнь 1982 года
 
Боевые действия в Республике Таджикистан: сентябрь - ноябрь 1992 года;
(абзац введен Федеральным законом от 07.11.2011 N 307-ФЗ)
с февраля 1993 года по декабрь 1997 года
(абзац введен Федеральным законом от 07.11.2011 N 307-ФЗ)
 
Выполнение задач в условиях вооруженного конфликта в Чеченской Республике и на прилегающих к ней территориях Российской Федерации, отнесенных к зоне вооруженного конфликта: с декабря 1994 года по декабрь 1996 года
(абзац введен Федеральным законом от 27.11.2002 N 158-ФЗ)
 
Выполнение задач в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона: с августа 1999 года
(абзац введен Федеральным законом от 27.11.2002 N 158-ФЗ)
 
Выполнение задач по обеспечению безопасности и защите граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Южная Осетия и Республики Абхазия: с 8 по 22 августа 2008 года
(абзац введен Федеральным законом от 17.12.2009 N 311-ФЗ)
 
 
На лиц, принимавших участие в боевых действиях в государствах (на территориях), указанных в разделе III, распространяется действие статей 3 и 4 Федерального закона "О ветеранах".

 
-------------------------------

Полный текст Федерального Закона о ветеранах № 5-ф3 от 12 января 1995 года можно почитать по ссылке - http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=189630;fld=134;from=181980-6;rnd=184768.24193437869164403;;ts=01847686505971619843898


======================
«Народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего»

Страницы:
1
2
3
4
5
7
предыдущая
следующая