хочу сюди!
 

Не Ангел

40 років, діва, познайомиться з хлопцем у віці 35-45 років

Замітки з міткою «чёрное мутное крео»

Из жизни трупов-12

Нам услужливо разносят жизнь в хрустальных вазочках. Мы церемонно берём её маленькой серебряной ложкой, но тут же жадно запихиваем себе в рот. Один мой знакомый нумизмат говорит, что сейчас ценятся только качественные подделки.

Мы сделали себе татуировки из детских страхов. Они морщатся на коже, когда на них ложится чей-то пристальный взгляд. Нераспустившиеся кофейные побеги на далеких плантациях - наша потребность в ежедневном общении. Если бы не было весны, мы бы не просыпались, и над нами смеялись медведи. Живое сердце, окружённое венами и артериями, похоже на красного паука. Мы ненавидим прозрачных насекомых  с тех пор, когда впервые осознали значение словосочетания «пора спать».

Мы ревностно протестуем против опечаток и ошибок в блогах и заметках. Нас мало интересует цвет чувств, которые вкладывал автор при свете дня. Мы просто надеемся, что наши ожидания восполнятся хотя бы своей неожиданностью.

Вот и ночь близится к концу. Святые лики рушатся и их останки разносит порывистый утренний ветер. Начинается очередное шествие бастующих зверей. Их предводители обычно безумны. Они разговаривают со своими зеркальными отражениями. Наглость этих зверей не имеет границ. Солнце медленно стекает по водостокам, прорытым нашим тщеславием.

Заспанная девушка выглядывает из окна. Я приветливо машу ей рукой и обещаю, что непременно отправлюсь с ней в путешествие, но только в другой раз.

©2010 Conc

Из жизни трупов-42

Злоязычные соседи. Злонамеренные парикмахеры. Злопамятные водители. Дерзкие пешеходы. Обманывающие официанты. Скрипящие диваны. Низкие потолки. Избалованные дети. Бездомные собаки. Текущие краны. Мизерные пенсии. Высокие налоги. Террористы. Воры. Грязные нищие. Обманутые вкладчики. Неумеющие плавать. Страдающие ожирением. Получившие травму. Плачущие в подушку. Отравленные реки. Фиктивные браки. Аборты. Пересохшие родники. Невозобновляемые энергоресурсы. Радиация. Искалеченные поколения. Лысеющее Солнце. Гибнущая Вселенная. Мошенничество гробовщиков…

Мы предаёмся беспросветному унынию с самоотверженностью подростка, онанирующего под одеялом. Мы так научились искусству скорбить, что похоронный марш Шопена вызывает у нас такую же скрытую иронию, как свадебный вальс Мендельсона.

©2011 Conc

Из жизни трупов-55

Осень-кондуктор  стоит на перроне. Ветер срывает новые мысли и уносит их в паровозное марево. Гигантские поезда отправляются в путь под прощальный марш лилипутов. Сжигая пройденные шпалы, я не слышу железнодорожного ритма. На скамейке сидит влюблённая пара. Они целуются. Усталость локомотива отрицает поэзию поцелуев, допуская лишь технику прикосновения губ и механику обнимающих рук. Кинематика секса и траектория расставаний не располагают данными о биении двух сердец в три четверти шороха осенней листвы…

Помнишь, как прошлой зимой мы пили кино из одного большого экрана? Помнишь, как нам каждый уличный кот казался певчим?

Пустить вагоны-воспоминания под откос. Оставить нелепый громоздкий багаж на перроне и постучаться в кабину машиниста, предъявив свою справку о судьбе. Я – обыкновенный пассажир без билета, как и ты.

©2011 Conc

En francais c'est ici: http://conc.centerblog.net/2-La-vie-de-cadavres-55#i 

Из жизни трупов-16

Неожиданно я стал стариком. Мозг пульсировал болью. Склонившись над клавиатурой, я чувствовал, как на шее расходятся позвонки. Всю ночь я пытался описать нашу первую встречу, переиначивал слова, декламировал их вслух и проклинал себя за бездарность. 

Я неожиданно понял, что жемчуг - это плачевный результат болезни моллюска. Я задумался, неужели моя жизнь заключается в одиночестве при свете факелов и мучительном существовании в окаменелой маске? Я почувствовал, что изнурен любовью, но втайне уже давно хочу от неё умереть. Жизнь, уместившись в одном любовном порыве, закончилась на последнем жадном вдохе.

Мой приятель де Мопассан полил меня дорогим одеколоном, надел на моё холодное тело тёплые кальсоны, сатиновую рубашку и шелковые носки. На мою распухшую шею он повязал пижонский платок. Всё, что происходило потом, не представляло никакого интереса

Октябрьским вечером она сидела в японском кафе напротив меня и грела свои холодные руки чашкой горячего чая. 

- Запомни её глаза и голос, – шепнул мне де Мопассан. – Когда ты в самом деле станешь стариком, ты мастерски опишешь своё нынешнее счастье. Но вскоре ты от него умрешь.

©2010 Conc

Из жизни трупов-17

Увидев её хорошенькое личико, он довольно прищурился.  

- Сколько за неё хочешь? - его огромные грубые руки уже шарили у неё под платьем.

-  Пять. – ответил продавец. – Если её отмыть, приодеть и причесать как надо, просто принцесса получится!

- А где её туфли? Она что, без туфлей? – фальшиво возмущался он. -  Да тут расходов больше, чем она сама стоит! 

- Зато она очень симпатичная куколка. Да я такую красоту почти задаром отдаю.

- Ладно - четыре, и по рукам!

- Ну, хорошо, по рукам. - вздохнул продавец.

Дома он раздел её донага и сжёг всю старую одежду в камине. Она не сопротивлялась и все время молчала. - И всё равно что-то у тебя не так. – задумчиво произнёс он, подробно рассматривая её. -  Какая-то ты нескладная и плоская. Рот маленький, грудь маленькая, ни бёдер, ни задницы. И не девушка, и не девочка...
Он сделал ей ароматную ванну и выкрасил её волосы в голубой цвет. Потом сам вытер, причесал, натянул на неё кружевные панталоны и одел в новое платье в стиле ретро.   - Ну вот, теперь совсем другое дело.– успокоился он.- Осталось подвести глаза и накрасить губы...  
- Дорогая Мальвина, добро пожаловать в кукольный театр Карабаса-Барабаса! -  объявил он жутким хриплым голосом и закурил свою потухшую сигару.
©2010 Сonc

Из жизни трупов-58

Срочных дел не будет два дождливых дня. Давай посмотрим старый фильм на датском языке. Пропустив дрожащие нервами чёрно-белые титры, начнём с самой первой сцены. Чувствуешь, как целый город начинает пахнуть свежим хлебом, как он ровно дышит невымышленными людьми без ванильных слёз? В этом городе всегда выпадает первый снег. Безлунной ночью в седой ратуше средневековой медью бьют часы, хранящие время истины. Смотри, в доме не спит окно: женщина ждёт дорогого гостя. Она красива, ухожена и курит изящный черешневый мундштук. Зарево раскалённого камина причудливо танцует серебром в отражении приоткрытого окна. Лёгкость ягодного дыма табака нарушает тяжёлый стук. Она открывает дверь. Он входит и снимает шляпу. Она что-то тихо спрашивает его, он что-то негромко ей отвечает. Не понимая смысла диалога, мы догадываемся о желаниях наших героев по губам и движению рук. Наш фильм превращается в сочный набухший виноград… Надкуси меня, я – твой, не дай мне лопнуть! 

- Шеф, вам лучше сюда не входить, испачкаетесь, кругом кровища. Документов не нашли, в плеере какой-то фильм, кажется, на датском языке, вроде не порнуха.  

-  Он что, датчанин? Только мёртвого Гамлета с откусанным членом не хватало! Поаккуратней с диском, на нём могли остаться отпечатки убийцы. Всё сфотографировали? Тогда чего ждёте? Пакуйте и выносите! – ворчал дежурный инспектор. – И давайте побыстрее, у меня срочный выезд в другой конец города, а тут ещё эта погода ни к чёрту…

©2011 Conc

Из жизни трупов-40

Каждое утро, когда звонит будильник, один из нас теряется. Если этого не происходит именно с нами, мы легко доживаем до полудня, а после полудня – до самого вечера.

Днём мы похожи на молчаливых бездушных тварей, владеющих общепринятым набором слов и эмоций. В это время нам хватает ума лишь на глупость и жестокость. Ночью мы врастаем в наши мониторы и превращаемся в красноречивую элиту всего передового человечества. Можно смело открыть ещё одну бутылочку пива или опрокинуть еще один стаканчик доступного любимого пойла: словить солнце мы всё равно сможем только завтра. Наше саморазрушение в эту пору очень медленно и очень приятно. Мы перестали понимать, что счастливы, потому что слишком ущербны. Мы перестали понимать, что ущербны, потому что слишком счастливы. Мы – гордые пользователи всего Интернета. Интернет – гордый пользователь всех нас...

«Любопытный текст. Надеюсь, ты не сделаешь его заметкой часа. Пока ты об этом писал, наступил март. А ещё, у меня сломался телефон и теперь нет будильника. Я прошу тебя, разбуди  меня завтра!»  - написала она и вышла из сети.

 ©2011 Conc

Из жизни трупов-57

Твой лунный звездочёт неверно рассчитал ближайший вектор к млечному пути, и его раздавила большая олеандровая комета. Тебе стало очень холодно, и ты завела домашнего хамелеона тёплого рубинового цвета. Тебе подарили блестящий букет из стальных ланцетов и подбелили твоё небо. Почувствовав прозаическую невесомость, ты попросила занавесить все окна твоих любимых снов. Нетерпеливые бизоны времени усердно истоптали твою боль, и  теперь, когда ты изливала свою душу, тебе радушно наливали чужой остывший чай. Ты пыталась любить ушами, но получалось только ртом. Тебе кончали в лицо, а ты искала звёзды. Всё, что было красивым космосом, стало сексом. Все, что было сексом, стало красивым космосом. Когда последний спутник отправил тебе короткое сообщение из трёх слов «привет теперь пиздец», ты поняла, какими намерениями устлана дорога во дворец гражданских бракосочетаний. 

Скоро ты выйдешь замуж. Скоро на новогодней ёлке будут висеть глазные яблоки. Не пугайся, всё будет хорошо: просто пьяный Санта-Клаус ошибётся трубой и залезет в крематорий.

©2011 Conc

Из жизни трупов-54

Привычно натянув на голову капроновый чулок дождя, город готов к новому ограблению наивных душ. Группа улыбчивых астронавтов прощально машет руками изнасилованной планете в разорванном зелёном сарафане. Телесный цвет уже вышел из моды и озябшие кости спрятались в меха из всемирной паутины. Цветные сны оказались черно-белой плёнкой, раскрашенной профессиональными репортёрами. Кассовые сборы занялись анальным сексом с высоким искусством. Скромные сёстры печали переквалифицировалась в развращённых медсестёр Красного креста. Проповедники несут на руках братские могилы, а их последователи - верстовые столбы, испещрённые червоточинами адских дорог. Большие траурные шествия вызывают не чувства чужой скорби, а чувства чужого достатка. Утонув по локоть в Луне, вместо её обратной стороны можно нащупать скользкие кишки-водоросли …

Белая кошка сидит на столе. Кошка смотрит балет. В её неподвижных золотых глазах отражается ровная гладь пустого окна. Время сползает по тёмной стене и пылинками садится на её холодную фарфоровую шерсть.

©2011 Conc

Из жизни трупов-45

Мы идём вдвоём, крепко держась за руки. Скоро полночь. Наша прогулка становится опасной. Неисправные светофоры пытаются дать нам пинок под зад. Каучуковые милиционеры, патрулирующие ночные улицы, вглядываются в нас пустыми глазницами и улыбаются беззубыми ртами. Жилые дома и торговые центры зловеще сдвигаются перед нами в страшные тупики. Голые манекены в витринах любезно обмениваются своими шутками, смехом и размерами. Антикварные украшения стремительно молодеют и начинают блестеть коммерческой позолотой. Роскошная мебель превращается в место одноразовых бесстыдных утех. Наши сердца превращаются в двух мышат, танцующих чечётку.

Зачем мы отправились на эту прогулку? Признаемся друг другу, мы были слишком неблагоразумны. Мы даже не подозревали, что у реальности могут быть такие чудовищные манеры. Мы не вслушались в предостерегающий скрип открывающихся дверей. Теперь уже поздно. Что будет с нашими несостоявшимися открытиями? Кто вылепит наши посмертные маски? Кто распечатает наши неотправленные письма, статьи и поздравления? Кто оплатит наши неоплаченные счета? Мы уже умерли, и о нас напишут универсальную эпитафию:

«Их виртуальные помыслы были чисты как лазерный луч. Но реальность зацвела слишком бурно и быстро. Они погибли от аллергии. Поскорбим же о них в знак нашего вселенского смирения потребителей».

©2011 Сonc

Сторінки:
1
2
попередня
наступна