хочу сюда!
 

Елена

51 год, лев, познакомится с парнем в возрасте 48-58 лет

Заметки с меткой «книги»

Убити дракона (3 історії Руху та нових партій України)



Ця книжка — про недавні події, що вже встигли стати історією, однак продовжують впливати на наше сьогодення. Висвітлюється зародження Руху, етапи діяльності та основні тенденції в його політиці; показано як заповнювався політичний спектр України, започатковувалася багатопартійність. Роль Руху і новостворених партій в процесах демократизації, національного відродження розглядається в широкому контексті подій, що відбувалися в Україні. Водночас автор застерігає щодо небезпеки виявів своєрідного «синьо-жовтого більшовизму». Для усіх, хто цікавиться сучасною політичною ситуацією в Україні.

Літо 1988 — літо 1991-. Усього лише три роки, а який довгий І тернистий шлях пройшла Україна: від перших спроб консолідації демократичних сил до проголошення незалежності. Найактивнішу роль у цьому брав Рух. Його роль у процесах державотворення є незаперечною.

Антропологія




У книзі розглядаються історія й методика антропологічних досліджень. Висвітлюються питання антропогенезу, первісні форми соціальної організаціі, матеріальної та духовної культури.Наведено етнічну й антропологічну структуру людства.Окремі розділи присвячено питанням антропологічного стану давнього та сучасного населення України.


"Таємниці розкриває санскрит" автор Степан Наливайко

На давній землі України жили індоарійські племена, отже звучав і санскрит — мова священнодійств і жерців, мова літератури, науки і культури. Санскритом написані «Рігведа», «Махабгарата» й «Рамаяна», де воїни, царі, мудреці й могутні воїни мають імена, що нині побутують в Україні як прізвища, де діють племена, відомі античним авторам на теренах України. Книга українського індолога на конкретних прикладах, із залученням широкого фактографічного й культурологічного матеріалу ілюструє, як санскрит і ці пам'ятки дозволяють по-новому поглянути на давні і сьогочасні реалії, проливають світло на багатовікову вітчизняну історію, культуру, мову. Автор переконаний, що найбільші несподіванки й відкриття чекають на нас при зверненні до санскриту й санскритських джерел.

....Величезна подібність між мовою індоарійської культури, культового дійства й жерців-брахманів — санскритом і балтійськими та слов'янськими мовами свідчить про найтісніші контакти цих народів у минулому. Подібність простежується не лише в основному лексичному фонді санскриту й цих мов, але й у граматичній будові, тотожності численних префіксів, суфіксів, часток, наявності відмінків і відмінкових закінчень, кличної форми тощо. Ось деякі тільки лексичні сходження, для зручності більш-менш згруповані...

http://www.rulit.me/books/taemnici-rozkrivae-sanskrit-read-178748-1.html



Я вас люблю, хоть и бешусь....

Я вас люблю, хоть и бешусь,
Хоть это труд и стыд напрасный,
И в этой глупости несчастной
У ваших ног я признаюсь!
Мне не к лицу и не по летам…
Пора, пора мне быть умней!
Но узнаю по всем приметам
Болезнь любви в душе моей:
Без вас мне скучно,- я зеваю;
При вас мне грустно,- я терплю;
И, мочи нет, сказать желаю,
Мой ангел, как я вас люблю!
Когда я слышу из гостиной
Ваш легкий шаг, иль платья сум,
Иль голос девственный, невинный,
Я вдруг теряю весь свой ум.
Вы улыбнетесь — мне отрада;
Вы отвернетесь — мне тоска;
За день мучения — награда
Мне ваша бледная рука.
Когда за пяльцами прилежно
Сидите вы, склонясь небрежно,
Глаза и кудри опустя,-
Я в умиленьи, молча, нежно
Любуюсь вами, как дитя!..
Сказать ли вам мое несчастье,
Мою ревнивую печаль,
Когда гулять, порой в ненастье,
Вы собираетеся в даль?
И ваши слезы в одиночку,
И речи в уголку вдвоем,
И путешествия в Опочку,
И фортепьяно вечерком?..
Алина! сжальтесь надо мною.
Не смею требовать любви.
Быть может, за грехи мои,
Мой ангел, я любви не стою!
Но притворитесь! Этот взгляд
Все может выразить так чудно!
Ах, обмануть меня не трудно!…
Я сам обманываться рад!

Автор — А.С. Пушкин

Очень красивый стих про любовь волка и волчицы.

Очень красивый стих про любовь волка и волчицы.

Я расскажу легенду прошлых дней (Пусть каждый понимает так, как сможет) О сером степном волке и о ней, О той, что всех была ему дороже.

История красива, но грустна, Не ждите здесь счастливого финала, Не ждите здесь борьбы добра и зла, Добро бороться и проигрывать устало.
В краях далеких, где резвится ветер, Где воздух пахнет вольною судьбой, Давным–давно жил там один на свете Красавец одиночка волк степной. 
Он жил один, вдали от целой стаи, И не нуждался более ни в ком.
Его за это даже презирали, Везде считая зверя чужаком. 
А он гордился тем, что был свободен От чувств и предрассудков, от других Волков, что были по своей природе По рабски слепы в помыслах своих.
Тяжелый взгляд наполнен благородством, Чужих законов волк не признавал, Жил по своим. 
Так гордо и с достоинством Смотрел врагам в глаза и побеждал. 
 Волк становился все сильнее с каждым годом И одиночества свою печать хранил. 
Была терниста и трудна его дорога, Но милости к себе зверь не просил. 
 И этой доли был он сам избранник, Он выбрал путь, и сам хотел так жить. 
Среди чужих – не свой, среди своих – изгнанник, Готов был жизнью за свободу заплатить. 
 Зверь вышел как-то утром на охоту И вкус кровавой жертвы предвкушал, Ведь хищника жестокую породу Бог для убийства слабых создавал. 
 Пронзительным и острым волчьим глазом Охотник вдруг оленя увидал. 
 Расправив грудь и выгнув спину разом, К еще живой добыче побежал. 
Но не успел достигнуть своей цели, Последний вздох олень издал в чужих клыках. 
 Своим глазам сначала сам он не поверил: 
 Волчица серая стояла в ста шагах. Она была как кошка грациозна, И вместе с тем по-женски не спеша Трофеем наслаждалась хладнокровно Безжалостная хищная душа. 
 Один лишь взгляд, да и того довольно, Не понял сам, как навсегда пропал. 
 Забилось сердце зверя неспокойно. 
 Забыв про все, он за волчицей наблюдал. 
 Она была пленительно красива, Свободная охотница степей. 
 Держала голову свою так горделиво. 
 С тех пор все мысли были лишь о ней. 
 Матерый злился на себя, не понимая, Что так влечет его? Он потерял покой. 
 И чем взяла его волчица молодая? Боролся с чувствами, боролся сам с собой. 
 Он не любил и никогда не думал, Что существует нечто больше, чем инстинкт. 
 Потерянный ходил он в своих думах, Пытаясь ту охоту позабыть. 
 Но как волк не старался – все едино, Обречены попытки были на провал. 
 Забыть не смог. И так неумолимо Сердечный ритм все мысли заглушал. 
 Однажды он сказал себе: 
«Ты воин! Чего хотел, всегда имел сполна. 
 Так и сейчас возьми, чего достоин, Какая б не была за то цена!»
 Цена была большая…но об этом дальше… Быть вместе им пророчила судьба… Но плата за безумство счастья Порой бывает слишком велика…
 Волк и волчица так похожи были, Две одиноких родственных души Всю жизнь брели среди камней и пыли И, наконец, судьбу свою нашли. 
 Они дыханием одним дышали И мысли все делили на двоих. 
 Чего завистники им только не желали, Но что влюбленным было до других… 
 Им море было по колено, Да что там море… Целый океан! Бескрайние просторы неба Клал волк возлюбленной к ногам. 
 Им было больше ничего не надо, Друг друга только ощущать тепло. 
 Всегда повсюду вместе, рядом, Всем вопреки, всему назло. 
 На свете не было и никогда не будет Столь преданно смотрящих волчьих глаз. 
 Поймет лишь тот, кто до безумства любит 
 И так же был любим хотя бы раз.
 А дальше было все предельно просто, Все точки жизнь расставила сама…. Но по порядку…Осень Осталась в прошлом, Взамен нее пришла зима… Степь занесло и замело снегами, Повсюду были заячьи следы. 
 И с солнца первыми холодными лучами Ушла волчица в поисках еды.
 В то утро волк проснулся не от ласки, Не от дыхания возлюбленной своей. 
 Вскочил, услышав звонкий лай собаки, И голос человека, – что еще страшней. 
 Охота началась. 
 Завыла свора, В погоню за волчицей устремясь, На белоснежном чистом фоне Смешались клочья шерсти, кровь и грязь. 
 Она дралась как одинокий воин, Бесстрашно на куски рвала врагов. 
Соперника подобного достоин Не был никто из этой стаи псов. 
 Они волчицу взяли в тесный круг И в спину подло свои клыки вонзали. 
 От волчьей смелости пытаясь побороть испуг, Охотники добычу добивали. 
 А человек за сценой наблюдал, Ему хотелось крови и веселья, Он ради смеха жизни клал Без малой доли сожаления. 
Все лапы в кровь – матерый гнал по следу. 
 Душа кричала: «Только бы успеть!» 
Он так хотел подобно ветру К любимой на подмогу прилететь. 
Но не успел… Своею грудью он закрыл лишь тело И белоснежный оголил отчаянно оскал. 
 Вдруг, человек, взглянув в глаза ему несмело, Оставить волка своре приказал. 
 Охота кончилась, и свору отозвали, Оставив зверю щедро право жить. 
 Но только люди одного не знали, Что хуже участи и не могло уж быть. 
Такую боль в словах не передать, И не дай Бог ее почувствовать кому-то. 
Волк жизнь свою мечтал отдать, Чтоб для любимой наступило утро. 
Но смерть сама решает, с кем ей быть, Трофеями своими не торгует. 
Нельзя вернуть… Нельзя забыть… Здесь правила она диктует… 
 И вот опять…как прежде одинок… Все снова стало на круги своя. 
 Свободой обреченный степной волк Без воли к жизни, без смысла бытия. 
 Померкло солнце, небо стало черным, И в равнодушие окрасился весь свет, С тоской навеки обрученный, Печали принявший обет, Зверь ненавидел этот мир, Где все вокруг – напоминанье, О той, которую любил, С кем вместе жил одним дыханьем, С той, с кем рассветы он встречал, И подарил всего себя, Ту, что навеки потерял, И память лишь о ней храня, Волк день и ночь вдвоем с тоской Как призрак по степи блуждал, Не видя участи иной, Он смерть отчаянно искал. 
 Зверь звал ее, молил прийти, Но слышал эхо лишь в ответ… 
Забытый всеми на пути, И жизнь ушла, и смерти нет… 
 Так еще долго в час ночной Уставший путник слышал где-то Вдали печальный волчий вой, По степи разносимый ветром. 
*** Летели дни, недели, годы, Пора сменялася порой Слагались мифы, песни, оды О том, как волк любил степной. 
 И только самый черствый сердцем, Махнув презрительно рукой,
Промолвил: «Все вы люди лжете, Нам не дано любви такой…

Мэделин Ру "Дом теней"

"Одна из самых опасных эмоций - это тайная надежда. Тайная надежда всегда скрывается глубоко в душе. Это похоже на болезнь, о существовании которой ты даже не подозреваешь. Она в любой момент готова нанести тебе рану, и даже если ты о ней смутно догадываешься, если инстинкт подсказывает тебе ее наличие, она все равно застает тебя врасплох. " 

Мэделин Ру "Дом теней"


Non-fiction за февраль


1. Джессика Снайдер Сакс "Мікроби гарні та не дуже. Здоров'я і виживання у світі бактерій" от Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга» Довольно интересное научно-популярное издание, которое рассматривает историю войны с микробами и даже пытается немного заглянуть в ее будущее. Пожалуй, лучше всего книгу охарактеризует эта цитата Джошуа Ледерберга, нобелевского лауреата, помещенная в последней главе - "Мы расширим свои горизонты, если научимся представлять себе человека как нечто большее, чем один организм. Человек – это сверхорганизм, состоящий отнюдь не только из человеческих клеток... Я отнюдь не хочу сказать, что убивать микробов вообще нельзя. В конце концов, сами микробы вовсе не следуют принципу никогда не убивать людей, даже в тех случаях, когда этим они сами себя обрекают на верную смерть. Важно, что нам же будет лучше, если мы будем стремиться строить наши отношения на основе взаимовыгодного сосуществования".

2. Стівен Р. Гандрі "Рослинний парадокс. Приховані небезпеки в рослинній їжі, від яких ми хворіємо та гладшаємо" от Book Chef. Книгу написал американский доктор Стивен Р.Гандри, поэтому многое из нее придется адаптировать к местным условиям, уже хотя бы потому, что таких продуктов в наших магазинах нет или их качество вызывает определенные сомнения (согласитесь, бататы и маниока - это экзотика даже для крупных городов, а гречка этой системой питания не предусмотрена). Но некоторые из его рекомендаций вам точно понравятся. Сезонные овощи, умеренные физические нагрузки, нормальное поступление витаминов для умственной и физической активности - то, что нужно. По крайней мере, некоторые рекомендации мистера Гандри могут заставить пересмотреть свой образ жизни, а это всегда полезно.

Українська інтелігенція на Соловках



«Українська інтелігенція на Соловках»  — книжка українського історика і громадського діяча української діаспори С. О. Підгайного. Вперше видана 1947 року в Новому Ульмі (Німеччина). Присвячена долі представників української інтелігенції, що опинилися на Соловецькій каторзі. Написана за особистими спогадами С. О. Підгайного, який був на засланні на Соловках у період з 1933 по 1941 роки.

Книжка не втратила свого інформативного значення навіть після розсекречення карних справ соловчан. Нині книжка і карні справи згадуваних у ній каторжан взаємодоповнюють одне одного.

I. Уваги до загальної характеристики каторги.

Чотири доби в історії соловецької каторги

1922 — 1927 рр. — період НЕПу

1927 — 1932 рр. — період першої п'ятирічки

1932 — 1937 рр. — друга п'ятирічка

1937 — 1938 рр. — період «єжовщини»


II. Соловецькі портрети

1. Ті, чиї імена не значаться в історії
2. Державні і партійні діячі совєцької України
3. Українські науковці і мистці