хочу сюда!
 

Marina

37 лет, рак, познакомится с парнем в возрасте 35-50 лет

Заметки с меткой «политика»

Позоры нашего Городка (На политическую тему)...

Други и недруги!

Просмотрите ролик на сайте по адресу: http://tabloid.com.ua/news/2007/9/27/1964.htm

Как люди, живущие в нашем городе, могут голосовать за таких руководителей? Откройте мне глаза, о други! Неужели ЭТО правда? Неужели голосующие, действительно хотят таких руководителей? Скажите мне, о други!

Мои первые выборы (савеццкие)

Сейчас уже точно и не припомню, в каком именно году это было? Но было, было...
Первый раз голосовать на выборах довелось мне еще когда мне не стукнуло и 18 лет. "Как так?" - спросит нынешняя молодежь в недоумении. Да вот как. В те годы запросто можно было  проголосовать за родителей, соседей, жену, мужа и т.п. просто взяв их паспорт, военный билет, а если что - и просто какое-нибудь удостоверение, а то и просто сказать членам комиссии, что я вот за такого тож проголосую. Обычно голосовать за всех членов семьи ходили женщины с главной целью посетить буфет, где по случаю "всенародного волеизъявления" бывало что-нибудь дефицитное, типа банок со сгущенным молоком, кофе или хотя бы жаренная печенка.
И вот как-то мои родители поручили мне волеизъявиться за них, т.к. в то воскресенье они собрались поехать к родственникам в село. Долго мне говорили: "Только ж обязательно сходи!" а на вопросы отвечали: "Сам разберешься!".
И вот прихожу я с их паспортами на избирательный участок, расположенный неподалеку,  в школе, где я одно время и сам учился. По предъявлению паспортов мне вручают по два комплекта разномастных бумаженций (выборы были ...куда-то и куда-то и еще куда-то). Взял я эту пачку бумажек и увидал там какие-то фамилии совсем никому неизвестных людей, по одной на бумажке (блок коммунистов и беспартийных всегда выдвигал по 1 штуке претендентов на место, а прочие "блоки" тихо сидели где надо). Думаю, куда ж это богатство деть? Тут замечаю урны с приставленными к ним пионерами. Подбегаю к ним и бросаю пачкой все эти бумажки в щель урны. Пионеры мне салютуют. Тут я замечаю в отдалении кабинки, в которые никто, само собой, не заходит. И правда, кто ж туда зайдет кроме тех, кто против выдвиженца блока коммунистов и беспартийных, т.е. открытый враг народа и безбашенный антисоветчик? Самое удивительное, что "за", судя по опубликованным результатам, было 99,9% проголосовавших (при явке порядка 99,5%), т.е. таки на несколько тысяч народу приходился один такой живой антисоветчик с правом голоса.
Ну вот, проголосовав можно и домой. Вся эта процедура занимала одну минуту. Не то сейчас, да...
Когда мне стукнуло 18, опять же ходил на какие-то выборы с тем же порядком. А потом грянула перестройка, а за ней независимость, и выборы стали более-мение такими, какими вы их и сейчас знаете.

Наконец-то!!!

Ура товарищи сегодня последний день агитации УРА,
ну а то прям задолбали уже, не возможно ниче ни посмотреть ни послушать.

"бигморды" уже по городу все заклеяли с политиками.

Савик Шустер vs Андрей Куликов


Новый сезон "Свободы слова" на ICTV начался  без "лица" этой программы Савика Шустера. Лицо "обновили" - им стал Андрей Куликов, и программа "заговорила" по-украински. "Старое лицо" - Шустер то бишь - исчез в недрах телеканала "Интер" и в обстановке полной секретности изготовил свою НОВУЮ "Свободу", которая по многим критериям совпадала со свободой "старой" - той, что была у Шустера на ICTV и той, что перешла от него в наследство Андрею Куликову. При этом совпало и время выхода программы в эфир, и модель ведения студийного процесса.

Отличался только дизайн студии и рейтинги. У новой программы Шустера они оказались выше, чем у старой.

В чём же загвоздка? Что смотрят зрители: передачу-бренд или брендового журналиста? А, может, они просто отдают предпочтение более доступному и более рейтинговому каналу? И вообще как рассматривать демарш Савика: как предательство, как новую ступеньку карьерного роста, как элемент конкурентной борьбы между каналами ТВ? И что есть такое его новая "Свобода"? Плагиат? Или новое видение, которому хотят придать вид "заимствования" недружественные элементы с недружественных каналов?! Да и конце концов, КТО ВАМ БОЛЬШЕ ПО ДУШЕ - ШУСТЕР ИЛИ КУЛИКОВ???

Пищу для размышлений подбрасывает и диалого между главными идеологами двух программ - "Свободы слова" и "Свободы" с Шустером. Эти диалоги опубликованы здесь (статья Александра Богуцкого - гендир ICTV), здесь (ответ Савика Шустера) и здесь (статья, расставляющая много точек над i от одного из создателей формата "Свобода слова")

Куда ты холоден и cyx!
Как слог твой чопорен и бледен!
Как в изобретеньях ты беден!
Как утомляешь ты мой слух!
Твоя пастушка, твой пастух
Должны ходить в овчинной шубе:
Ты их морозишь налегке!
Где ты нашел их: в шустер-клубе
Или на Красном кабачке?

(одна из эпиграмм А.С. Пушкина)


59%, 16 голосов

41%, 11 голосов
Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

Московия начинаЕт войну против Грузии?

Грузия обвинила Россию в бомбардировке окрестностей Тбилиси

07 Августа 2007, 05:22

Грузия во вторник утром обвинила Россию в авиационной бомбардировке своей территории недалеко от Тбилиси.

Грузия обвинила Россию в бомбардировке окрестностей Тбилиси

Как заявил во вторник Reuters пресс-секретарь МВД Грузии Шота Утиашвили, накануне вечером два российских истребителя залетели в воздушное пространство Грузии и сбросили 700-килограммовую бомбу на деревню Цителубани в 65 километрах к северо-западу от Тбилиси. Цитебулани находится в нескольких километрах от города Гори недалеко от границы с Южной Осетией. "Два российских истребителя залетели из России на грузинскую территорию вчера вечером и сбросили 700-килограммовую бомбу на деревню Цителубани, - сказал Утиашвили. - К счастью, она не взорвалась. Если бы она взорвалась, это было бы катастрофой". По его словам, при падении бомбы никто не пострадал.

 

В Минобороны РФ сегодня, 7 августа, опровергли сообщение о нарушении российскими самолетами воздушного пространства Грузии."Российские самолеты ни в понедельник вечером, ни во вторник утром никаких полетов в районе населенного пункта Цителубани не совершали, соответственно воздушное пространсто Грузии они не нарушали", - заявил помощник главкома ВВС РФ полковник Александр Дробышевский.

Россия отрицает обвинение в бомбардировке Грузии

 

Языковой вопрос.

  На Украине снова готовятся к выборам. И, как обычно, на повестке дня так называемый «Языковой вопрос». Этнические украинцы и те, кто себя к таковым причисляет (в основном это, конечно, евреи) бьют себя кулаком в грудь, отстаивая права украинского языка и борясь за его дальнейшее насаждение массам.  Этнические русские, в свою очередь, рвут на себе тельняшки, с пеной у рта пытаясь доказать что их, русский язык, самый могучий во всем мире. Смешно и грустно наблюдать за этим.
  Я далек оттого, что бы обидеть и тех и других людей. Несомненно, у них есть право на свою точку зрения. Но неужели они не видят главного? Дело в том, что в ближайшее время и тот и другой язык смело пойдут на хуй. И вопрос только в очередности этого шевствования. Любой мыслящий человек понимает, что кривая мирового развития, так или иначе, приведет к глобальному объединению народов. И сделает это не великий завоеватель, а транс национальные корпорации. Это уже давно происходит. А поскольку основные денежные средства, так или иначе, скапливаются в англоязычных странах, то и мировым языком будет английский. Или, в крайнем случае, некое «интерлингво» на основе того же английского языка.
  Собственно это и сейчас происходит. Оглянитесь и посмотрите на частоту использования английского языка во всех сферах. Все его учат – украинцы, русские, китайцы и т.д. Так что пойдут все другие языки по пизде. В лучшем случае, циничные и политически лояльные англосаксы отведут место для разговора в маленьких этнических группах. О нет!   Никто запрещать не будет. Никакого насилия. Вы сами пойдете и выучите. И еще деньги за это заплатите. И детей ваших учить заставите. Потому, что кто платит, тот и заказывает музыку. Дело может спасти только финансовая основа той или иной культуры. Т.е. насколько много у тех же русских своих мега корпораций.
  Так что дело идет к тому, что сначала отомрут языки поменьше – болгарский, молдавский и т.д. Русский конечно долго протянет. А последним отомрет китайский. Так что дорогие мои украинцы, будут ваши дети в лучшем случае на урановых рудниках на каком-нибудь Нептуне ходить в скафандрах, где в знак национальной принадлежности, будет вышит узор «вышиванки» титановыми ниточками. А говорить они будут на языке англосаксов. Как миленькие.
  И только зулусы в саваннах Африки, будут, как и тысячи лет назад, метать во львов свои ассигаи. Им то что? Им по хуй.

Западный Восточный Берлины (как это было)

В свете недавней моей заметки про "раздел Украины на два государства", нарыл инфы про западный берлин и стену, разделившую в свое время не только город но и Европу и весь мир

паходу интресно_))

Сразу ссылки по теме с охуенными фотками по Стене

http://www.die-berliner-mauer.de/mauergalerie.html

http://www.dailysoft.com/berlinwall/photographs/index.htm (англ)

Одной из основных целей советской дипломатии 40-60х годов была стабилизация ситуации в Европе; нужно было решить немецкую проблему. Отсутствие юридического признания ГДР имело для СССР и его союзников серьезные последствия, так как можно было постоянно оспаривать законность самого существования второго немецкого государства.

Click here to open new window

ФОТОК МНОГО ПОЭТОМУ ВСЕ В ССЫЛКАХ

Картинка 15 из 30

ВОСПОМИНАНИЯ ОДНО СОВЕТСКОГО ЖУРНАЛИСТА

Западный Берлин был уникальным городом. Его история не длинная. В мае 1945 года бывшая столица Германии - т.н. Большой Берлин - в соответствии с межсоюзническими соглашениями был разделен на четыре сектора оккупации, в каждом из которых разместились гарнизоны войск одной из четырех держав-победительниц - СССР, США, Великобритании и Франции. В 1949 году после образования ФРГ и ГДР власти последней объявили восточную часть города своей столицей, где и расположились советские войска.

Ворота на Запад

А западные сектора остались под оккупационным режимом наших бывших союзников. Долгие годы этот город оставался постоянным источником напряженности в международных отношениях. Как только его не называли! Это и «заноза в теле ГДР», и «самая дешевая атомная бомба», и «фронтовой город». В принципе, как мне рассказывали очевидцы тех событий, так оно и было. Вспомнить хотя бы 1961 год, когда на контрольно-пропускном пункте Фридрихштрассе в центре города всю ночь на расстоянии двухсот метров друг от друга простояли в боевой готовности американские и советские танки. Можно себе представить, что произошло бы, если бы у кого-то не выдержали нервы! А сколько писалось о деятельности иностранных разведок, просто кишевших на столь маленькой территории, о прорытии подземных, т.н. «кротовых» туннелей для установки в них систем подслушивания!

Berlin Checkpoint Charlie

И только с подписанием 3 сентября 1971 года представителями СССР, США, Великобритании и Франции Четырехстороннего соглашения по Западному Берлину были урегулированы многие проблемы вокруг этого города, и тем самым был открыт путь к нормальному развитию отношений между Востоком и Западом.

У Западного Берлина, несмотря на присутствие там союзнических войск, появились свои конституция, герб, флаг, гимн, органы власти. Советский Союз получил право открыть в этом городе Генеральное консульство, Бюро внешнеторговых объединений, представительство Аэрофлота, Интуриста, а также Бюро АПН и корпункт ТАСС.

Наше бюро располагалось на тихой улочке Ансбахерштрассе, соединявшей Курфюрстенштрассе с Виттенбергплатц, откуда начиналась центральная улица Западного Берлина Курфюрстен Дамм, или Кудамм, как называли ее западноберлинцы. В двух шагах от нас находился центр города со знаменитой полуразрушенной Гедэхтнискирхе, напоминавшей о разрушениях прошедшей войны, крупнейшим универмагом Западной Европы - КаДэВэ (Кaufhaus des Westens) и высотным зданием «Европа-Центр», на крыше которого медленно вращалась звезда «Mercedes-Benz».

Для нас - советских граждан, особенно впервые попавших на Запад, — было много необычного в жизни этого «острова». В том числе и такой факт, что, в соответствии с Четырехсторонним соглашением по Западному Берлину, сотрудники Бюро АПН и ТАСС не имели права постоянно находиться на территории города, и, следовательно, нам приходилось до 24.00 покидать Западный Берлин и уезжать на ночлег в столицу ГДР - Берлин, где нас в уютных квартирах на Ленинплатц с нетерпением ждали наши семьи. Каждое утро, завезя детишек в посольскую школу, я катил на авто на работу в бюро. Обычно пользовался контрольно-пропускным пунктом «Чекпойнт Чарли», который находился в зоне американского контроля. Вообще каждодневное пересечение границы самого «развитого социализма» и очень развитого капитализма было весьма интересным. И не только с точки зрения сравнения достижений той или другой формации. Сначала, естественно, мы въезжали в погранзону ГДР: высоченные металлические ворота, под стать бетонной стене, КПП со шлагбаумами, пограничниками и таможенниками, сторожевые вышки, хорошо выдрессированные собачки соответствующей породы. Одним словом, настоящая государственная граница со всеми присущими ей атрибутами, прохождение которой сразу настраивало людей на серьезный лад. Не знаю, как обходились гэдээровские службисты с другими, но я должен признаться, что у меня с ними ни разу не возникло каких-либо проблем: всегда доброжелательные, с улыбкой и ни к чему не обязывающей приятной беседой ни о чем, типа, как жизнь, как дела? А однажды, когда я «загулял» далеко за полночь (по работе, конечно) с моим другом и коллегой - главным редактором одной из западноберлинских газет, — думал, все, пора собирать вещички и zurck nach Hause. Во-первых, нарушил Четырехстороннее соглашение, во-вторых, железные ворота в ГДР в ночную пору были наглухо закрыты и, в-третьих, если даже пограничники соизволят их открыть лично для меня, то уж наверняка доложат об инциденте советскому послу. Подъехал к воротам, постучал. Тишина. Стал барабанить. Как ни странно, ворота стали медленно открываться. Подошел офицер в сопровождении автоматчиков, проверили «подозрительную» личность. И что вы думаете? Впустили! И не доложили! Одним словом, все обошлось. А на следующее утро в западноберлинской газете появилась очень выгодная для нашей страны публикация статьи одного советского ученого. Вот так, иногда с риском для карьеры приходилось проталкивать материалы АПН.

А по другую сторону границы нас встречали американцы с англичанами и французами (почему-то именно здесь был совместный КПП союзников) и западноберлинские полицейские и таможенники. Там мало что напоминало границу: никаких шлагбаумов, аккуратные, не бросающиеся в глаза строения для полиции и таможни, нормальные четырех-пятиэтажные жилые дома с магазинчиками и кафе и даже небольшим музеем, посвященным истории перебежчиков из ГДР в Западный Берлин и ФРГ. Ну и, конечно, разделяющие улицу на две проезжие части три малогабаритные будки союзников с вечно поднятыми государственными флагами. В общем-то, прибывших с Востока людей встречала приятная цветная открытка, если бы на ее фоне иногда не появлялся военный джип с экипажем вооруженных американских солдат, один из которых обязательно вставал во весь рост около расчехленного пулемета, направленного в сторону ГДР. Особенно любили так покрасоваться, а может даже и нагнать страху на въезжающих темнокожие американские парни. Очень строгий и недобрый взгляд, да и расчехленный пулемет немного портили настроение. Но дружеские приветствия «Guten Morgen» со стороны западноберлинских полицейских и таможенников, которые уже знали меня в лицо, тотчас же возвращали настрой на «мирные рельсы».

 

Витрина капитализма

Западный Берлин был действительно настоящей «витриной капиталистического мира»: крупный промышленный центр с развитой торговлей, великолепно отлаженной банковской системой, сферой услуг. По показателям совокупного валового продукта город можно было сопоставить с такими развитыми странами, как Финляндия, Дания, Португалия или Турция. В Западном Берлине было сосредоточено около 180 научно-исследовательских центров, там работало 35 музеев, 18 театров. Мировой известностью пользовался симфонический оркестр Западноберлинской филармонии под руководством Герберта фон Караяна. Это было место проведения международных ярмарок, выставок и всевозможных конгрессов.

Хорошо запомнил свой первый приезд в Западный Берлин, когда меня туда доставил мой коллега - корреспондент бюро, которого я сменял. Он легко ориентировался в этом огромном городе, спокойно, без всякой нервотрепки вел авто среди потока мчащихся куда-то «мерседесов» и «фольксвагенов», при этом успевал рассказывать мне об известнейших исторических местах, памятниках и заставлял запомнить маршруты в бюро и западноберлинские издательства, с которыми мне предстояло работать. Признаюсь, что после мрачной и неопрятной в те времена Москвы, с огромными очередями нервных сограждан за всем, что выбрасывалось на прилавки, мне казалось, что я колешу по раю. Все вокруг блестит, в роскошных витринах не менее роскошных магазинов, которые просто не кончались по всему маршруту следования, изобилие всего, о чем только мог мечтать советский человек. И никаких тебе очередей! А люди! Сидят себе в кнайпах (уютные пивные), в открытых кафе потягивают ароматный кофе. Какие-то все спокойные, добрые, улыбчивые, как будто все в отпуске. По этому поводу много позже я поинтересовался у своего немецкого коллеги - почему так? И он ответил одной простой фразой - да потому, что они сытые! И все. Ничего больше не добавил. Похоже, что так оно и есть. В общем, от увиденного в первый день голова моя кружилась. Но с течением времени эйфорийное состояние прошло, хотя я и признаюсь, что влюбился в этот город.

А «витрине капиталистического мира», естественно, были присущи и другие черты, такие как безработица, преступность, наркомания, проституция, проблема бездомных. Кстати, в андроповско-черненковское время, то есть в первые годы моей командировки, это и были главные темы наших публикаций. Должен признаться, что большинство из моих командированных берлинских коллег, в общем-то, и не пыталось противостоять нашим идеологическим догмам. В какой-то части мы все были уверены в правильности оценок Москвы: витрина на Западе действительно красивая, но за ней обязательно скрыты проблемы. И только по прошествии какого-то времени мы начинали понимать, что на «загнивающем» Западе все же больше положительного, чем отрицательного, что среднестатистический житель там в правовом отношении чувствует себя гораздо увереннее и живет гораздо лучше среднестатистического советского гражданина. Пособие по безработице в те времена позволяло человеку безбедно продержаться какое-то время (а государство в этот период предлагало ему не менее трех раз новое рабочее место), ухоженные старики и старушки легко позволяли себе посидеть в кафешке за чашкой кофе или за рюмочкой ликера, съездить в Испанию или на Канары, простой хаусмайстер (домоуправляющий и слесарь-сантехник в одном лице) по вечерам запросто сидел в кнайпе за одним столиком с депутатом местного сената.

В общем, первые годы я писал больше о «нищете», нежели о «блеске» и, конечно, о борьбе за мир тех или иных прогрессивных общественных деятелей, политических партий, антивоенных движений, о том, что в Западном Берлине поднимает голову молодой неонацизм, а широкие массы прогрессивно настроенной молодежи, где-то сродни нынешним антиглобалистам, устраивают демонстрации и громят походя запасенными за пазухой камнями те самые красивые витрины магазинов и офисов. А кстати, подготовить добротный и интересный материал, скажем, о том же бездомном, было не так-то и просто. Капитализм тоже своей идеологией пропитал западников - за интервью бездомный требовал вознаграждение, то есть «работал» по принципу «товар — деньги — товар». По совету опытных журналистов я покупал советскую экспортную бутылку пшеничной водки и с этим презентом шел к центральному вокзалу «Zoobahnhof», где за этот товар можно было легко «снять» бомжа, и не только его. Устраивался около большой картонной коробки - жилья бездомного, - и начиналась задушевная беседа. А среди них попадались очень интересные люди - и бывшие актеры, и ученые, и простые работяги. Да нет, писать было о чем: и про кошку, которую старуха, не заметив, выстирала в стиральной машине, а та осталась жива и здорова, и о знаменитой союзнической тюрьме в Шпандау, где последние годы своей жизни провел соратник Гитлера Рудольф Гесс. Большое внимание мы уделяли политической элите ФРГ, для которой Западный Берлин являлся своего рода «местом паломничества». Высокие гости из Бонна, думаю, сознательно «забывали» стержневое положение Четырехстороннего соглашения: «Западные сектора Берлина не являются составной частью ФРГ и не будут управляться ею впредь» и проводили здесь свои федеральные партийные съезды, предвыборные кампании. За это им «попадало» от нашего журналистского корпуса, но с них - как с гуся вода. Короче говоря, Запад и Восток читали один и тот же международный документ так, как это было выгодно сторонам. Но должен признаться, что мы никогда не упускали шанс лично познакомиться и пообщаться с такими известными и уважаемыми политиками, как Вилли Брандт, Ганс-Дитрих Геншер, граф Отто фон Ламбсдорф, Мартин Бангеманн, Гюнтер Рексродт.

 


Лед тронулся

В этом городе мне и довелось работать с 1984 по 1989 год. Это было очень интересное время. На моих глазах постепенно укреплялись политические и экономические связи между Москвой и Западным Берлином. Не без помощи АПН, я имею в виду организацию информационной поддержки, был осуществлен первый визит в Москву правящего бургомистра Западного Берлина социал-демократа Вальтера Момпера. Достаточно активно расширялось научное и культурное сотрудничество. Работы было много, а следовательно, мы обрастали знакомыми и друзьями. И не только немцами! Итальянцы, турки, иранцы, греки - все бывали у нас в бюро, и в информационном плане мы активно с ними сотрудничали. Но в первую очередь, конечно, мы работали со своими западноберлинскими коллегами.

А в конце 80-х мы стали открыто писать о сближении позиций Москвы и Бонна по многим вопросам международной жизни и даже о возможных вариантах будущего устройства Германии! Теперь уже западники приходили к нам с просьбой дать интервью.

В целом перестройка в СССР была воспринята в западноберлинском обществе с интересом и определенными надеждами. А вот власти ГДР, особенно ее политическое руководство, достаточно настороженно отнеслись к новым веяниям в нашей стране. И как следствие этого, пресса дружественной нам страны крайне мало внимания уделяла происходящему в Союзе. Многие граждане ГДР вынуждены были искать дополнительные источники информации. И, как ни странно, в определенный период времени таким источником стал иллюстрированный дайджест АПН «Спутник». Не знаю, может быть, по какой-то секретной договоренности, но Москва прекратила рассылку этого дайджеста в бюро АПН в ГДР. А к нам, в Западный Берлин «Спутник» хоть и в меньших количествах, но продолжал поступать. В наше бюро зачастили граждане ГДР, в основном представители интеллигенции, которые по долгу службы приезжали в Западный Берлин. Мне лично наше бюро в то время стало напоминать избу-читальню. Вообще-то, двери были открыты для всех, но с особой радостью мы встречали своих россиян, которые с разными миссиями приезжали в Западный Берлин. Помню, входят к нам Александр Лазарев со Светланой Немоляевой, так, запросто, что называется - на огонек. Настоящим столпотворением были проведенные в стенах бюро пресс-конференции с участием Святослава Федорова, Александра Бовина. Юлиан Семенов приезжал работать над своей очередной книгой и с позволения местной полиции дней десять рылся в ее архивах. А в свободное время заходил к нам. Как-то раз перед отъездом он забежал проститься и случайно оставил у меня на столе свои очки против солнца. Я ему позвонил, но он, доброй души человек, сказал: «Ладно, Егорка, (почему-то ему нравилось меня так называть) пусть останутся у тебя на память». До сих пор их храню.

Греческий певец Микис Теодоракис еще за два года до падения Берлинской стены говорил мне, что объединение Германии неизбежно, что немецкая нация будет вновь едина. И это произошло, но, к сожалению, без меня, так как моя командировка закончилась. Каких-то два месяца не дотянул, чтобы стать свидетелем этого исторического события.

На политической карте мира не стало ни Западного Берлина, ни ГДР. Началась новая страница в истории Германии.

 

Разделение Украины на две страны?

2 июля лидер Коммунистической партии Украины Петр Симоненко заявил(бред ИМХО), что инициативы президента Виктора Ющенко относительно создания двухпалатного парламента – это начало территориального деления Украины на Западную республику и Восточную.

Антиутопия: разделение Украины на ЗУД и ПиСУАР произойдет в 2007 году

Ваши мнения. Возможен ли этот Вареант?

 

Как советские войска обращались с немцами в конце войны

Перед тем, как выложить этот отрывок, я амигос хочу сказать, что понимаю, то что такое есть месть. Но из рассказов своих дедов воевавших во Вторую Мировую, скорее соглашаюсь с написнным ниже, так как война лишена РаАмантеги и ибучих паЭтических домыслов на котором воспитывали при СССр нас  на "фильмах про вайну" и книжкакх "про пионеров падпольщикоФ"..... Все это херня канешно про памятник "савецкому воину с девочкой на руках", на самом деле все было намного грязнее и страшнее...немцы во время окупации творили у нас зверства, но и наши деды отвечали не меньшим зверством...

Читайте кароче.. букавок..средне)) шокирующе  местами...

 

Красные варвары

"Кровавая зима Восточной Пруссии – один из самых страшных эпизодов второй мировой войны.

Макс Гастингс – один из военных историков Британии. В своей новой книге "Армагеддон" он на основе многолетних исследований и свидетельств сотен очевидцев – военных и мирных жителей – ярко описывает события последних месяцев второй мировой войны. Сегодня, он раскрывает неизвестные страницы беспощадного наступления советских войск через восточные районы Третьего Рейха.

Выдержки из книги Макса Гастингса "Армагеддон: битва за Германию, 1944-1945" ("Armaged-don: The Battle For Germany 1944-1945")

Большевизм

Первое вторжение русских в восточные районы Германии произошло в октябре 1944 г., когда части Красной Армии захватили несколько приграничных деревень. Через пять дней они были выбиты оттуда, и перед глазами гитлеровских солдат предстала неописуемая картина.

Едва ли хоть один гражданский избежал смерти от рук русских солдат. Женщин распинали на дверях сараев и перевернутых телегах, или, изнасиловав, давили гусеницами танков. Их детей тоже зверски убили. Сорок французских военнопленных, работавших на окрестных хуторах, предполагаемые освободители расстреляли. Та же судьба постигла и признанных немецких коммунистов. Действия красноармейцев не были проявлением бессмысленной жестокости – это был методичный садизм.

"Во дворе фермы стояла телега, к которой, в позе распятых, были прибиты гвоздями за руки еще несколько голых женщин, – докладывал немецкий фольксштурмовец Карл Потрек (Karl Potrek). – Возле большого постоялого двора находится сарай; к каждой из двух его дверей была в позе распятой прибита гвоздями голая женщина. В жилых домах мы обнаружили в общей сложности 72 женщин и девочек, а также одного мужчину 74 лет – все они были убиты зверским образом; лишь у нескольких в голове обнаружены пулевые отверстия. Некоторым младенцам размозжили головы".

Даже у самих русских эти зверства впоследствии вызывали неловкость. Авторы подготовленной Москвой официальной истории так называемой "Великой Отечественной войны", обычно весьма сдержанные в подобных вопросах, признают: "Не все советские солдаты правильно понимали, как им следует вести себя в Германии. В первые дни боев в Восточной Пруссии имели место отдельные нарушения норм правильного поведения".

На самом же деле то, что случилось в ходе этих первых атак, было лишь предвестником варварского поведения Красной Армии в страшные месяцы ее стремительного продвижения вглубь Третьего Рейха. Более 100 миллионов человек, находившихся в пределах гитлеровской Германии, оказались в темном лабиринте, где их ждали ужасы, намного превосходившие все, что пришлось испытать западным странам в годы второй мировой войны.

Большинство сдавшихся немцев так и не увидели лагерей для военнопленных. "Мы убивали пленных просто вот так, – говорит капитан Василий Крылов, и щелкает пальцами. – Если солдатам приказывали доставить пленных в тыл, чаще всего их "убивали при попытке к бегству"".

Витольд Кубашевский вспоминает, как невыносимо было для него расстреливать пленных, и как он старался не смотреть обреченным людям в глаза. Но, как и все, он стрелял, выполняя приказ.
"На войне одно правило – ты идешь в бой, видишь врага, и враг для тебя – не человек, – вспоминает сержант Николай Тимошенко. – Подняв руки, ты не спасешься".

 

 Картинка 4 из 53

Сталинским солдатам рекомендовали вести "реестры возмездия", записывая данные о немецких зверствах, и фиксируя личный вклад в "сведение счетов" с врагом. Политруки в тех же целях проводили "митинги возмездия".
Когда эта жаждущая отмщения орда вошла в Германию, она представляла собой грозное зрелище. Сталина совершенно не волновало, сколько людей погибнет, обеспечивая ему победу, и успешные атаки его пехоты и танков основывались скорее на самопожертвовании солдат, чем на хитроумной тактике или предусмотрительности.

Храбрость и упорство красноармейцев сочетались с крайней недисциплинированностью, подпитываемой чудовищным пьянством: неумеренное потребление водки было единственным, что хоть как-то помогало выносить фронтовые будни.
Даже неустанные усилия расстрельных команд – Сталин предпочитал держать своих солдат в узде именно таким способом – не могли удержать людей от эксцессов, зачастую смертельно опасных.

Картинка 1 из 30

Даже сегодня многие россияне – да и само правительство – отказываются признать подлинный размах жестокостей, которые творила Красная Армия на пути к Берлину. Однако в 1945 г. командование Красной Армии, несомненно, считало, что ее бойцы способны вести себя на германской земле как дикари.

Сильнее всего пострадала Восточная Пруссия – на ее обширных холмистых равнинах раскинулись поместья многих германских аристократов. В первые годы войны это было тихое захолустье, жившее почти как в мирные времена. Теперь она превратилась в кромешный ад.

В свидетельствах очевидцев недостатка нет. "Все мы знали, что немецких девушек можно насиловать и убивать, – писал Александр Солженицын, в годы войны – офицер-артиллерист. – Это воспринималось чуть ли не как отличие в бою".

Ему вторит и Гавриил Темкин, служивший переводчиком в 78-й стрелковой дивизии: "Самый простой способ отомстить – это овладеть женщинами врага".

В Восточной Пруссии красноармейцы насиловали женщин в таком количестве, что речь явно шла не о чисто сексуальном удовлетворении, а о стремлении надругаться над целым народом.

Ярость завоевателей только возросла, когда они впервые увидели своими глазами, насколько богато живут немцы. "Их деревни и городки по сравнению с нашими выглядели как рай земной, – говорит лейтенант Геннадий Клименкопут. – Все было так ухожено. Столько красивых зданий. Они были настолько богаче нас. Почему же они напали на нас в 1941 г. и так с нами обращались?"

 Картинка 5 из 30

То, что увидели солдаты, противоречило многолетней пропаганде о преимуществах социалистической экономики. Возможно именно яростью, вызванной благосостоянием врага на фоне собственной нищеты после десятилетий "затягивания поясов", объясняет, почему советские солдаты, как безумные, крушили все, что попадалось под руку.

Мародерство приобрело эпический размах – этому способствовал и существовавший в Красной Армии порядок, согласно которому каждый солдат раз в месяц мог отправлять домой посылку с трофеями. В Россию отправлялось все – еда, напитки, скот, одежда, драгоценности. Если гражданские жители по глупости жаловались на грабежи, солдаты просто поджигали их дома.

Перед лицом этого яростного наступления немецкое население Восточной Пруссии бежало без оглядки: по своему ужасу этот исход был одним из самых мрачных в истории.

В одну из самых холодных зим двадцатого столетия сотни тысяч мирных жителей (немногие счастливчики – на телегах, а большинство пешком ) устремились на запад по узкому коридору заснеженной равнины между сжимающимися клещами советского наступления. Только одно имело значение – спастись от русских. Дороги были забиты живыми, а обочины – трупами. Мертвые младенцы лежали прямо на снегу. Некоторые беженцы, придя в ужас от этого смертоносного хаоса, поворачивали домой, говоря: "Может быть, русские не так страшны, как говорят".

Позднее им оставалось только пожалеть об этом решении. Поравнявшись с колоннами беженцев, русские войска расстреливали их из пушек и пулеметов. В этом не было никакой военной необходимости – речь шла только о мести.

Те, кто не мог уйти по суше, пытались бежать морем – это стало одним из самых мрачных эпизодов войны. В балтийских портах Германии тысячи людей дрались за место на кораблях, отплывавших на Запад – некоторые срывались в воду, поскользнувшись в давке на пирсе, кого-то другие пассажиры сбрасывали за борт.

В порту Гдыня, недалеко от Данцига, встал под погрузку старый корабль "Вильгельм Густлов" [на самом деле "Густлов" был спущен на воду в 1937 г. – прим. перев.] – до войны он был круизным лайнером. В мирное время корабль брал на борт 1900 пассажиров и членов экипажа. Но в тот день в списке пассажиров значилось более 6000 душ – в том числе раненые из военных госпиталей с ампутированными конечностями и беременные женщины, для которых на прогулочной палубе было оборудовано родильное отделение.



Позднее, когда "Густлов" уже отошел от пирса, его окружила целая флотилия лодок, набитых беженцами, умолявшими, чтобы их взяли на борт – женщины поднимали на руки детей. Сжалившись, команда спустила с бортов погрузочные сети. Как считается, по ним на корабль взобрались еще 2000 человек. Те, кому это удалось, испытали огромное облегчение – но, увы, они были обречены. Покинув гавань, старый перегруженный "Густлов" медленно преодолевал штормовые воды, раскачиваясь на резкой балтийской волне.

Он стал легкой мишенью для советского капитана-подводника Александра Маринеско, перехватившего лайнер и выпустившего по нему в упор торпеды, как обычно, украшенные лозунгами: "За Родину!", "За Сталинград!", "За советский народ!".

Раздались три оглушительных взрыва, "Вильгельм Густлов" сильно накренился и через 70 минут затонул. Жертвами этой катастрофы – крупнейшей в истории мореплавания, затмившей гибель "Ти-таника" или "Лузитании" – стали 7000 человек.

На борту разыгрывались ужасные сцены. Сотням молодых женщин из вспомогательного подразделения германского ВМФ посчастливилось погибнуть мгновенно – одна из торпед разорвалась прямо под помещением, где их разместили. Старики, больные и раненые не могли передвигаться – их смерть была долгой и мучительной.

Раздавались крики людей, запертых, как в ловушке, между водонепроницаемыми переборками, которые опустились сразу после взрыва. Матросы выстрелами из винтовок пытались обуздать обезумевшую толпу, бросившуюся наверх с нижних палуб. Стюард, пробегая мимо одной из кают, услышал выстрел. Открыв дверь, он увидел офицера ВМФ, стоявшего с пистолетом в руке над трупами женщины и ребенка: другой ребенок в ужасе хватался за его ногу. "Убирайтесь!" – крикнул офицер, и стюард закрыл дверь, не мешая отцу закончить дело.

Даже из тех, кому удалось попасть в шлюпки, многие замерзли насмерть, не дождавшись спасателей, прибывших на место катастрофы с рассветом. Всего выжило 949 человек. Однако страшная участь "Вильгельма Густлова" затерялась на фоне всемирной трагедии 1945 г., и сегодня о ней знают лишь некоторые немцы да горстка историков.

Теперь в Восточной Пруссии в руках немцев осталась лишь ее осажденная столица – укрепленный город Кенигсберг. Некоторые горожане хотели сдаться – но потом увидели тела 80 немецких солдат, казненных за дезертирство, выставленные на всеобщее обозрение у городского вокзала с прикрепленными к одежде надписями: "Они были трусами, но все равно погибли".

(Фото из книги "Великая Отечественная")

Русские разбомбили город до основания, и все же штурмовым группам пришлось сражаться за каждый метр, используя огнеметы, чтобы уничтожить защитников, не желавших сдаваться. "Никогда не встречал такого яростного сопротивления, как в Кенигсберге", – вспоминает один русский офицер.

Когда красноармейцы в конце концов овладели городом, они перебили тысячи жителей. Женщин насиловали прямо в родильных отделениях больниц. Один врач вспоминает их отчаянные крики "Пристрелите меня!", "Пристрелите меня!", но мучители выбирали для своих жертв медленную смерть.

Михаэль Вик (Michael Wieck) – один из тех, кто выжил в этой бойне – рассказывает: "Каждого встреченного мужчину они убивали, а каждую женщину – насиловали. В ночи отовсюду слышались крики и мольбы о помощи. Они запирали людей в подвалах и поджигали дома. Они сгоняли мирных жителей на бывшие поля сражений в окрестностях города, и там расстреливали или сжигали". От еврея Вика не укрылся и мрачный парадокс ситуации: "Сначала нас пытались уничтожить Гитлер и нацисты, теперь этим занялись русские".

Кровавая зима Восточной Пруссии – один из самых страшных эпизодов второй мировой войны. Немцы по сей день испытывают ярость от того, что мир так мало о ней знает. Одна женщина из Восточной Пруссии сказала мне: "Это был наш Холокост, но всем на это наплевать".

Русские сразу же начали расплачиваться за свою жестокость. Ненужная победа в Прибалтике стоила Советской Армии 600000 убитых и раненых – это чуть меньше общих потерь англо-американских войск во всей кампании на Западном фронте.

Позднее им пришлось заплатить еще дороже. Видя, что произошло в Восточной Пруссии, немцы поняли, что пытаться дожить до советской победы просто не имеет смысла. У них не оставалось иного выхода, кроме как сражаться до конца. Из-за того, что победители приготовили для побежденных лишь смерть и немыслимые страдания, сталинские армии на пути в Берлин понесли огромные потери.

Московия вошла во вкус новой холодной войны))

Недавно "братья" коцапы начали вынюхивать на своем Ту-95 около Великобритании используя его в качестве самолета разведчика, а вчера летали около Норвегии..

Сцуко..со звездами...совки ебаные бля...))) Коцапчеги во главе с пупкиным пытаюЦцо показать Западу. что СССр вернулсо)) Как трогательно))

 

На фотке пара F-16 ВВС Норвегии сопровождают российский бомбардировщик ТУ-95 "Bear" над Норвежским морем. Фотография сделана вчера пилотом одного из норвежских истребителей