хочу сюда!
 

Оксана

44 года, козерог, познакомится с парнем в возрасте 39-44 лет

Заметки с меткой «репортаж»

Красивые картинки глазами блондинки

Я не разбираюсь в машинах, мотоциклах… Не могу «прикинуть» их стоимость. Для меня, как  настоящей блондинки,  индивидуальные транспортные средства   делятся на такие несложные группы: двухколесные и  четырехколесные.  И  еще они очень  различаются по цветам. Я не пускаю пузырей умиления при виде симпатичных, на мой, и не только, взгляд, экземпляров. Не давит меня вездесущая «жаба» при виде подобных приобретений у соседа … И никогда не возникало желания сфотографироваться, раздув щеки гордости,  на фоне чужой машины…   Но вот позавчера, прогуливаясь в праздничном настроении  по городу,   заметила «гнездо»,  мимо которого не смогла пройти даже я .  «Слетелись»  туда достаточно интересные «экземпляры». Я оказалась   там не одна из «зевак», и поэтому процесс съемки занял какое-то время. Не хотелось все-таки «я на фоне»,  хоть и с чужими  лицами. Правда,   это  не все, которые там стояли. Просто было жаль времени, провести его на одном месте. Столько вокруг интересного! Мне хотелось побродить по городу,  а не стоять  в нескончаемой очереди за «красотой» … Хозяева этих симпатяг не возражали против  фотосессий и даже общались… Не долго, но все-таки…

Львов. Празднование 755-летия города

Сегодня вышла, наконец-то в «люди» после непродолжительного чихания, которое я заработала, прогулявшись сначала под градом, а потом сразу, не успев обсохнуть – под ливнем… Погода дала мне пару дней поваляться дома и насладиться чиханием  и распитием круглосуточно горячего чая. Поэтому, наверное сегодняшняя прогулка принесла мне  огромный заряд позитива. 

Да, праздник города! Да, наконец-то, не по дням, а по часам улучшающаяся  погода. И писать, если честно не очень хочется. Праздник города – это понятие очень необъятное. Поэтому ограничусь фрагментами подсмотренного мной на улицах Львова. Надеюсь, что они передадут настроение праздника.

 Это просто люди за работой... Они делятся своим умением и настроением через прекрасные работы, выполнение с любовью...

Просто прохожие…Отдыхающие... Прогуливающиеся...

Красивые красочные сувениры…

И просто улицы, на которых празднично все  … 

Не удержалась, увидев такого симпатягу,  и попросила друзей из Словении сфотографировать меня на память с их товарищем. Жаль, что на фотке он спрятался под маску …

Вербное воскресенье. Львов

Как и обещала, села за отчет. К сожалению, должна начать с извинений. Обманула я вас! Но не нарочно. 
Жюри оказалось более стойким, чем я ожидала, и расправилось с нашими талантами
за один день. Сегодня на площади уже ничего не напоминало о вчерашнем событии.
Я, правда, вчера немного переживала – как будет сочетаться конкурсный отбор с
праздничным днем? Все решилось наилучшим образом. Но, чтобы не совсем обмануть
ожидания -  все-таки немного расскажу о
дне сегодняшнем.
 День был прекрасный. Настроение приподнятое. Дух Праздника просто витал на улицах, несмотря
на то, что погода сегодня была не такая красочная. Краски были компенсированы нарядными
горожанами, персонажами всех видов и царившим настроением. Как это можно
описать? Я, пожалуй, просто предложу подборку фото, которые я сделала сегодня,
гуляя по городу. Они, мне кажется, расскажут почти обо всем. А потом – просто пофантазируйте.
Ведь восприятие у каждого свое. Я покажу то, что показалось мне забавным и
привлекло внимание. А это далеко не все… Вот, например, персонажи, которых
можно было встретить. Опять оговорюсь - те, которые повстречались мне…









Можно было перекусить прямо на улицах, где открылись летние площадки
возле кафешек и не только.  Да  и ярмарка соблазняла ароматами…




Возле Доминиканского собора я неожиданно для себя
обнаружила тоже ярмарку, как  поняла –
благотворительную. Очень много интересного. Но надолго я задержалась возле
мастерицы, которая учила девочку расписывать пасхальное яйцо.  Тут же, на площадке возле собора дети водили
хороводы, а родители,  пытались это все «увековечить»
на видеокамеры и фотоаппараты.  Я тоже предприняла
попытку снять «Подоляночку». Но как передать движения, песню и смех?


Большое число зрителей собрало огромное яйцо, сплетенное из
веточек вербы,  украшенное лентами,
которое установлено на площади перед Оперным театром, где в зимние праздники обычно
стоит Рождественская елка. Теперь оно главное и собрало вокруг себя «хоровод»
зрителей, но главными персонажами, которые надолго удерживали восхищенную
детвору и далеко не безразличных  взрослых
– это семейка белых кроликов, которые бегали под ним.  Один, правда, пытался рыть подкоп. Не думаю,
что ему удастся. Он же не знает, что под заботливо выстеленным дерном –
каменные плиты.


А горожане… Отдыхали. Общались. Праздновали, прогуливаясь
 с веточками вербы…






Праздник чувствовался во всем...


Бунт сытых

Почему Ливия восстала против нефтяного благополучия
AP Photo/Jerome Delay Это очень странное государство, и в нем идет очень странная война. Здесь у всех все есть: хлеб насущный, уверенность в завтрашнем дне и даже национальная гордость. Здесь низы хотят, верхи могут, и все равно чуть было не произошла революция. Гражданская война в Ливии учит человечество тому, что народам нужно не столько благополучие, сколько ощущение себя в истории. А если его отнять, люди начинают совершать иррациональные поступки, идут на любые потери ради вещей, которые нельзя потрогать или съесть. Корреспондент «РР» побывал в Триполи и вернулся оттуда счастливым человеком.
Руки не из того места

Мужика в трениках на границе между Тунисом и Ливией зовут Дова. Его знают журналисты всего мира, он почти знаменитость. Дова занимается информационным отловом: вежливо изымает паспорта у представителей медиа и усаживает их распивать бесконечные чаи перед телевизором в ожидании спецавтобуса из Триполи.

На экране толпа детей с портретами «брата-лидера». Они, как загипнотизированные, скандируют: «Алла! Муаммар! Либия! Бас!»

— Это значит, что все, что нам нужно, — Аллах, Муаммар и Ливия — у нас уже есть, — переводит Дова короткое слово «бас».

За окном в сторону Туниса проносятся несколько пикапов. Машины набиты темнокожими гастарбайтерами, как мешки картошкой.

— Народ-то бежит, — киваю в сторону пикапов.

— Да какой это народ? — отмахивается Дова. — Нелегалы. Контроль документов усилился, вот и уезжают, пока армия разбирается с повстанцами.

— И скоро разберется?

— Конечно. Если бы не НАТО, то в стране бы уже давно порядок был.

Расстояние до Триполи — около двухсот километров. Но правильнее вести счет в блокпостах: именно от прохождения постов зависит скорость передвижения по местному шоссе. Мы почти не теряем времени — транспортировка журналистов здесь поставлена на конвейер: главное — чтобы рядом был человек с нужным бейджем. Кстати, наш человек за своим бейджем недосмотрел — его просто сдуло ветром в окно. Пришлось останавливать автобус посреди потока машин, разворачиваться и ехать навстречу движению искать бейджик. Самое невероятное — что пропажа нашлась. Добро пожаловать в Великую Джамахирию!

Проезжаем городок, который пару недель был под контролем повстанцев. У очередного блокпоста валяется несколько сгоревших машин. На стенах следы пуль, кое-где разбиты витрины. Руин и тотальной разрухи нет. Кажется, что по городу прошла толпа футбольных фанатов. Впрочем, разница есть: ливийские «фанаты» прошли с гранатометами.

От бензоколонок метров на двести тянутся очереди автомобилей. Транспорт стоит в три ряда на проезжей части. Чтобы объехать толчею, приходится вылетать на встречную полосу. Официальные власти во всем винят повстанцев: эти негодяи перекрывают дорогу бензовозам и лишают мирных граждан горючего.

Есть и другая версия: бензин просто некому производить. Сырья полно, а что с ним делать, знают далеко не все. Основная рабочая сила Ливии — приезжие из Египта, Туниса и других соседних государств, но с началом боевых действий эта сила собрала вещи в тюки и эвакуировалась подальше от местных разборок. Страна осталась без рук. Теперь ливийцам приходится спешно самим осваивать «пыльные» профессии.

Строители, мусорщики, дворники, пекари — нужны все, и никого нет. Чтобы более или менее перевести ситуацию на язык российских реалий, достаточно просто представить себе Москву без таджиков. А чтобы представить Москву без таджиков, лучше побывать здесь — очень поучительное зрелище.

Другая проблема — хлеб. До гражданской войны его выпекали исключительно египтяне. Ливийцы не пачкали руки в муке, а просто приходили с утра за румяными булочками. И как только египтяне исчезли, в булочных сразу же появились очереди: зерна в стране навалом, а людей, которые понимают, что это такое, нет.

В местных газетах грозди объявлений о наборе ливийцев на обучение пекарному делу. Инициатива, естест­венно, исходит от государства. Правительство, кажется, осознало, что самое страшное оружие против ливий­ского народа — это сам ливийский народ, у которого за десятилетия нефтяного благополучия руки стали расти из задницы. Власть нисколько не боится, что население поддержит демократические требования повстанцев: каддафианский тип личности, к которому относится большинство населяющих Триполи и окрестности, вообще с трудом понимает, что такое демократия, и никакой потребности в ней не испытывает. Но правительство очень боится хлебных, бензиновых и прочих бунтов насущных.

По той же причине цены в стране искусственно регулируются. О том, насколько это дорогое удовольствие, можно судить по странным купюрам, размером напоминающим простыни: это — динары старого образца, вышедшие из обращения всего несколько лет назад, которые теперь пришлось вернуть в обиход. Так валютный резерв вступил в бой за Каддафи.  

[ Читать дальше ]

Человек и пуля

В пресс-центре проклятой гостиницы «Риксор» ошибочный огонь самолетов НАТО по повстанцам комментируют как изменение концепции альянса и начало спец­операции по разборке с террористами. Якобы там, в небе, никто и не собирался все время поддерживать ребелов, просто ждали удобного момента для уничтожения ключевых фигур.

Слово «ничего» у журналистов в Триполи самое по­пулярное. Что нового сказали на пресс-конференции? Ничего. Что было в городе? Ничего. Что-нибудь вообще произошло? Ничего.

Несмотря на регулярные побеги, через неделю жизни в этой золотой клетке я начинаю понимать ливийских недовольных, которые в такой клетке живут уже сорок лет. Вечерами в Триполи слышна стрельба из автоматов. Говорят, что местные так выражают свою признательность Каддафи. Скорее всего, так оно и есть, но даже если там стреляют друг в друга, мне уже все равно, мне хочется туда, потому что здесь невыносимо, потому что там что-то происходит, а здесь одно большое НИЧЕГО. Однажды вечером рядом с отелем забубнила зенитка: натовские самолеты полетели бомбить военные объекты. Если бы не этот бубнеж, никто бы и не услышал, что кто-то куда-то летит. Иногда кажется, что никакой войны вообще нет, но она продолжается каждую минуту.

Испанская журналистка Роза — очень везучая дев­чонка, она попала в автобус в Мисрату. В последний момент кто-то одолжил ей бронежилет, через который она перекинула свою сумочку. И вот Роза на линии фронта разговаривает с местным командиром. Он должен убедить журналистов в том, что Мисрата под контролем сил Каддафи.

— Если город под контролем и боев здесь нет, покажите госпиталь, посмотрим, есть ли там раненые. — Роза предлагает командиру перейти всего лишь на другую сторону дороги.

— Конечно, пойдемте.

Командир переходит дорогу. Раздается выстрел. Он поворачивается к Розе и приглашает ее идти за ним.

— Это рикошет от выстрела кого-то из наших. Здесь без­опасно.

Еще выстрел. Командир вытирает со лба струйку крови и предлагает Розе все-таки вернуться. Третий выстрел попадает Розе в спину. Возможно, она вообще самая везучая девчонка в мире — ее спасает бронежилет.

— Похоже, мне пора уезжать домой. — На следующий день она разглядывает ремешок своей сумки, в нем дыра.

Роза старается быть спокойной и продолжает улыбаться, только сегодня она улыбается немного по-другому — как человек, в которого вчера попала пуля. Иначе и не скажешь.

Никто не знает, когда война закончится. На улице Джараба в Триполи строится новая мечеть. Один из местных прорицателей сказал, что Каддафи уйдет тогда, когда мечеть будет готова. Но она еще полностью в лесах.
14 апреля 2011, Андрей Молодых
РР №14 (192)

Питер... каков он есть

Работы петербургского фотографа Александра Петросяна. Комментарии излишни, надо проникнуться.

Петербург, каким мы его еще не видели (52 фото)


Петербург, каким мы его еще не видели (52 фото)


[ узреть много фотографий ]

Клуб Стрит-Фото.Ру

Набрел на  сайт стрит фото - пытаюсь понять что к чему ;-)

http://street-photo.ru/

много знакомых фамилий заметил... podmig   На том же сайте порадовал раздел  статьи: http://street-photo.ru/articles

=================

Владимир Жданкин. (Crazy Cat.)

 

Граффити ихнего города - 1.


Был проездом во Львове. Видимо, там граффити тоже в моде. Вот что удалось увидеть за час прогулки.

репортаж из Норвегии


© EPA/Scanpix

28.11.2010, Норвегия | Сегодня на рождественской ели, которую на днях установили на Torget — центральной площади заполярного Тромсо — зажгутся огни в знак того, что началась полуторамесячная полярная ночь (т.н. mrketid — дословно «темное время»). Вот так светло, как на фотографии, будет утром в течение часа, а потом — снова темнота.

В июне и июле заполярным жителям выдают компенсацию в виде полярного дня (т.н. midnattsol — дословно «полуночное солнце») — солнышко будет опускаться к линии горизонта, но не заходить за него. В эти дни цветение трав в норвежском Заполярье по своей интенсивности, как говорят ученые, приближается к тропическому. А пока — здравствуй, полярная ночь.

День, когда солнце в первый раз показывается над горами, в городе отмечается, как праздник, а в пекарнях продают традиционные булочки с кремом, которые называются в эти дни solboller — солнечными.