хочу сюда!
 

Вика

40 лет, лев, познакомится с парнем в возрасте 35-43 лет

Заметки с меткой «вчераговорили»

Вчера говорили

Обсуждали вчера, какая сферическая дура – эта Приходько. И насколько Янина Соколова – не журналист.
Она – стендапер, типа Дмитрия Гордона. Журналист не делает мордочку и не снимается на крупных планах. Такого себе даже Опра Уинфри не позволяла, пока была ведущей.
Еще журналист не отвечает на свои же вопросы. Он – катализатор. Его миссия – вызвать и усилить реакцию, а не участвовать в ней.

– Она же её топит!
– Да нихуя она её не топит. Так, пристрелочные выстрелы по всем направлениям. И везде пусто. Возможно, у неё было что-то заготовлено для какого-то отклика. Но – нет.
Вот Мыкола Вересень – тот топит. Он даже говно потопит. А не потопит, так водичкой обольёт.

Вчера говорили

Сначала мы с удовольствием посмотрели пару коротких серий «Animals», США (2016 – …)
Потом, с не меньшим удовольствием – половину второго сезона оригинального австралийского «No Activity»  (2015 – 2016). А юмор и в том, и в другом сериале такой... своеобразный.
Я и говорю:
– Тебе не кажется, что мы деградируем? Может давай что-то умное посмотрим? Артхаус какой-то?
– А я думала, что это и был артхаус.
– Вот именно!

Причиняя добро

Вчера, во время ежевечернего созвона, моя маменька поделилась со мной таким своим приключением.
Шла она, значит, из магазина домой и на полпути заметила соседа по подъезду. Есть там у них такой алкашик, пожилой инвалид-колясочник. Этот сосед, совершенно бухой, спал в своём инвалидном кресле на самом солнцепёке.
Маменька, естественно, распереживалась. Мол, спит пьяный на солнце, еще удар хватит, и тэдэ.
Дождалась прохожего парня помоложе, попросила помочь. Вместе они перекатили того инвалида в тень. По пути там несколько бордюров, сама бы она не справилась. 78 лет ей совсем скоро, все-таки.
В тени алкашик проснулся и обложил хуями и парня, который помог, и маменьку, и весь мир. Типа он еле-еле выехал на солнышке погреться, а его в тень закатили.

Поделился с Моей. Моя рассказала, что у нас возле метро есть похожий персонаж. Подкатывает на коляске к началу пандуса, останавливается и стоит. И каждого, кто к нему подходит с предложением помочь, материт вдохновенно. Мотивируя это тем, что он помощи не просил. И вообще: «хули вы все ко мне доебались?» Это у него форма общения такая.

Но потом мы стали рассуждать несколько о другом. А именно о насильственном причинении добра. Причём, добра мелкого. Не требующего от того, кто это добро причиняет, особых усилий.
Пришли к выводу, что причина довольно тривиальна. Просто большинство верит в некую высшую справедливость. Какую-то окончательную оценку добра и зла, сотворенного индивидуумом за всю жизнь.
И вот этот вот проходной типа добрый поступок, он перекроет что-то плохое. Нет, не то, что в будущем он плохое сделает, а то, что в прошлом накосячил. Косяков-то у каждого хватает. И так, по чуть-чуть, может и скомпенсируется. Зачем-то.

Зато, когда надо реально что-то доброе-полезное, но тяжелое-опасное сделать, так нэма дурных.
Можно полночи под домом орать «спасите-помогите» – ни один хуй даже полицию не вызовет.
Вот бабке место уступить, которая на следующей выходит, или бездомных котиков кормить – так завсегда рады. А бомжика отмыть-обогреть-накормить и дать второй шанс как-то желающих не видно. Очередь из них почему-то не стоит.

Такое.

Вчера говорили

Поскольку сейчас у меня ничего особо не происходит, буду писать о том, что происходит.
Дневник у меня тут, или тварь дрожащая?

В общем, хожу я еще неуверенно, но ходить надо. Потому меня моя любимая женщина вечерами выгуливает. Страхует, так сказать.

А это купил я новую жидкость для электросигареты. От пара запаха почти нет, но всё-таки есть.

И вот пришли мы с прогулки, а дома этот остаточный запах от электросигареты, еле-еле слышный. Принюхиваемся. Не можем определить, чем это пахнет. Моя быстро успокоилась, а я всё вспоминаю. До одури знакомый запах, кондитерский такой. И тут, та-дам! Вспомнил! И кричу из дальней комнату в кухню, обрадованный: «Я вспомнил, чем это пахнет! Так пахли соевые конфеты-батончики!»
Из кухни в коридор выглядывает озадаченная мордочка Моей: «А что такое соевые конфеты-батончики?»

Разница в одиннадцать лет, итить.

Вчера говорили

Сначала картинка:

У меня подобное было не раз. Однажды рассказал во дворе, что Аврора – это богиня утренней зари. Мне, мягко говоря, не поверили. И правда – какой долбоёб назовёт революционный крейсер таким именем?
Просто у меня была книга Куна «Легенды и мифы Древней Греции», а у них не было.

Потом еще, в станице Зольской, Ставропольского края, тоже в довольно нежном возрасте, рассказывал местным пацанам о том, что у поездов метро двери раздвигаются. Мне опять не верили. Я привёл в доказательство двери лифта. Для станицы, где нет ни одного лифта, это был не самый удачный пример.

И недавний фейспалм. Покупал через доску объявлений МР3-плеер. Уточнял у продавца про громкость. Хватит ли громкости плеера, чтобы слушать его в метро? Продавец замолчал на двое суток, потом ответил, что должно хватить. Мол, по крайней мере, когда гудит пылесос, всё прекрасно слышно. И правда, откуда в Ржищеве метро? Неудобно получилось.

Вчера говорили

Вчера моя любимая воображаемая женщина возмущалась насчет того, что люди не сразу отвечают на письма. И от этого у неё дискомфорт случается.
Я ей возражал, что людям так удобнее. Что я сам такой.
Я, реально, могу не только не сразу ответить, обдумывая ответ, а не ответить вообще, если ответ не придумался. Зачем отвечать, если нечего отвечать?
И очень к месту пришелся кусочек из интервью БГ, которое я недавно читал:

– Вы испытываете боль когда Вас предают?
– А как меня могут предать?
– Нельзя?
– А как? У меня нет ожиданий. Если вы, например, захотите меня предать, то я буду не против, потому что я и не ожидаю, что вы будете мне верны.
– Неужели вы ни от кого в жизни не ждете верности?
– А зачем? Кому нужны эти дешёвые костыли? Какую верность? В чём? Вы ждете верности от куста ежевики?
– Хотелось бы, чтобы она соответствовала, не плодила малину вместо ежевики...
– Так чья эта вина? Куста ежевики или нас? От этого все и беды. Оттого что мы хотим, чтобы в жизни все было так, как мы хотим. Причём как нас научили хотеть.

Прочитав, Моя сказала, что так жить невозможно. Я же остался на своей позиции: так жить не только можно, но и нужно.
Ибо воистину.

Вчера говорили

По моим наблюдениям, все болящие человеки делятся строго на две категории. Одни постоянно стонут и требуют к себе всяческого внимания. Другие совсем наоборот: молчат до последнего, и до последнего же пытаются хотя бы обслужить себя сами.
Я из вторых. Когда мне плохо, то я забиваюсь в угол и оттуда молча ненавижу всё живое.
Это, конечно, вводит в заблуждение близких. Им почему-то кажется, что мне уже существенно лучше, хоть это и не так.
Потому учусь стонать. Периодически спрашиваю у Моей:
– Ну как, получается?
– Нет, ты не от души стонешь!
– Я от боли стону, разве этого недостаточно?

Вчера говорили про ложь

Ложь особенно неприятна, когда она – глагол.

Конечно же, все врут. Только врут по-разному; с разной целью и степенью изощренности.
По большому счету, я вру в двух случаях: когда не хочу расстраивать и огорчать кого бы то ни было. И когда хочу, чтобы меня оставили в покое. Отъебались, проще говоря.

А так – врать мне лениво. Ложь, как и ненависть, требует больших психоэмоциональных затрат. И свободной памяти, а она у меня обычно занята всякой фигней.

Даже когда попрошайки назойливо клянчат деньги, я говорю, что не дам, а не так, мол, у меня нет мелочи. Кстати, работает лучше.

Вчера говорили

Рассказываю Моей о прецеденте в российском судопроизводстве, когда мужика, курившего на своём балконе, оштрафовали на 5000 рублей за то, что дым от его сигарет мешал соседу:
– В то время, как в Канаде полностью декриминализировали марихуану, в России давят еще и курильщиков. Вот как им теперь быть? В глухой лес выезжать покурить?
– А и правильно. Надо еще всё сдобное и сладкое так же продавать: убрать витрины, оставить только ценники. Запретить рекламу, предупреждать о показе сдобного и сладкого в фильмах. И в общественных местах чтобы не жрали пироженки, а только дома. Ночью. С выключенным светом.
– Под одеялом?
– Да, под одеялом.

Вообще, конечно, с запретами, которые касаются табакокурения, какая-то нездоровая хуйня творится. Хорошо, что у нас не прецедентное право.

Вчера говорили

– Можно придумать любую херню про любовь, войну, друзей или бухло, выдать за ремарку Ремарка, и это прокатит.
– Сейчас так и делают.
– За Ремарка обидно.

Не люблю цитировать цитаты из цитатника великих людей. Распространенные, как правило, вырваны из контекста и максимально обтекаемы. Можно прилепить к чему угодно, легко меняя знак и градус коннотаций.
А эта подборка зацепила своей близостью моим мироощущениям:


Человек может видеть в другом лишь столько, скольким он сам обладает, и понять другого лишь соразмерно с собственным умом...
Любой ум останется незамеченным тем, кто сам его не имеет...
Существует лишь один способ показать дуракам свой ум — не разговаривать с ними.

* * *
Большинство людей настолько субъективны, что в сущности, их не интересует никто, кроме самих себя.
Потому–то они так легко обижаются и оскорбляются...
У иных дело доходит до того, что высказать в беседе с ними свои достоинства и свой ум — значит нанести им оскорбление...
Зато так же легко расположить их к себе путём лести.
Поэтому их суждения никогда не бывают объективными и справедливыми.

* * *
Ясный ум среди глупцов подобен человеку, у которого часы идут правильно, тогда как все городские часы поставлены неверно.
Он один знает настоящее время, но что ему от этого? — весь город живет по неверно поставленным часам...

* * *
Если бессмыслицы, какие нам приходится выслушивать в разговоре, начинают сердить нас,
то надо вообразить, что это разыгрывается комическая сцена между двумя дураками; это испытаннейшее средство...

* * *
В какие бы формы не облекалась человеческая жизнь, элементы ее всегда одни и те же,
и потому сама она в существенных чертах всюду одинакова, протекает ли она в лачуге, при дворе, в монастыре или в полку...
События нашей жизни похожи на картины в калейдоскопе, где при каждом обороте мы видим нечто новое; на самом же деле — это все одно и то же.

* * *
То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей...
и если дурные поступки искупляются на том свете, то за глупые — придется расплатиться уже на этом

* * *
С точки зрения молодости жизнь есть бесконечно долгое будущее; с токи зрения старости — очень короткое прошлое...
Нужно долго прожить, чтобы понять, как коротка жизнь...
В юности даже само время течет гораздо медленнее; поэтому первая четверть жизни — оставляет по себе несравненно больше воспоминаний...
В молодости преобладает созерцание, в старости — размышление; первая — период поэзии, вторая — философии...

* * *
Мудрецы всех времен постоянно говорили одно и то же, а глупцы, всегда составлявшие большинство, постоянно одно и то же делали — как раз противоположное; так будет продолжаться и впредь.
Вот почему Вольтер говорит: «Мы оставим этот мир столь же глупым и столь же злым, каким застали его».


Шопенгауэра я читал только «Мир как воля и представление». Давно уже. Потому и песТня древняя:

Страницы:
1
2
предыдущая
следующая