хочу сюди!
 

Алиса

40 років, діва, познайомиться з хлопцем у віці 32-52 років

Замітки з міткою «региональные деньги»

двойной зажим

Для крестьян важнее всего их микрогруппа, очень узкий круг людей, где они могут быть полностью открыты. Ведь они не просто открывают душу и чувствуют. Им нужно понять: кто ты по отношению к нему, чего от тебя ждать. Вопрос прогнозируемости для сельского жителя - не желание и не научный интерес, а объективная потребность, обеспечивающая существование его самого, детей, рода. Крестьяне знают, что человек, который рядом, - единственное, на что можно опереться в трудную минуту, ничего другого нет. И поэтому при коммуникации у него тратится огромное количество эмоциональной энергии. И вне пределов микрогруппы селянин в контактах аккуратен.

- Вы, видимо, в его микрогруппу не входите?

- Если бы только это, строить мотивации было бы намного легче. Там есть еще одна радость - двойной зажим Блейера. Это психологическое явление, когда в человеке одновременно уживаются противоречивые чувства, и для него характерно это состояние напряжения, колебания. И если вдруг получается так, что в какой-то момент времени преобладает какое-то однополярное эмоциональное состояние, то с большой степенью вероятности в скором времени оно сменится прямо противоположным. И если сегодня сельские жители относятся к вам хорошо, то завтра все может враз измениться - без всякой видимой причины.

кредит без кредита

Значительным было влияние альтернативной культуры также на Пола Гловера - создателя Итакских Часов - валюты, признанной одним из наиболее успешных в мире экспериментов по внедрению дополнительных денежных систем. Еще до создания в Итаке[8] Часов в 1991 Гловер не раз смог проявить свой  альтернативный взгляд на вещи, а также активную гражданскую позицию.
Закончив колледж и получив диплом маркетолога Пол Гловер временно покидает Итаку. Постоянно продолжая заниматься активистской деятельностью и участвуя в создании различных сообществ[9], он проводит небольшие промежутки времени в Луизиане, Флориде, Массачусетсе, останавливается на несколько лет Калифорнии, и затем окончательно оседает в родной Итаке. Одним из ярких проявлений неординарного подхода Гловера к взаимодействию с окружающей его реальностью стал выбранный им способ передвижения в Калифорнию. За полгода в 1978 году он проходит пешком путь от Бостона (западное побережье США) до Сан-Диего (восточное побережье). «В последнюю ночь пути я был в 18 милях от побережья и мог видеть огни Сан-Диего. 

За время всего пути, 199 дней, я потратил только 503 доллара. Около месяца от всего времени я больше останавливался у людей, работая на разных работах, чем проводил в пути. В нескольких кварталах от Империал Бич, я услышал волны и стал смеяться и плакать. Я сделал это! … То есть вы и в самом деле способны пройти пешком от одного океана до другого. Это стало реальностью для меня, раньше это оставалось теорией»[10], - рассказывал потом Гловер. 

Делать реальностью то, что может казаться лишь фантазией, не имеющей перспектив воплощения, – жизненная позиция Пола Гловера. 

Важно отметить, что Итакские Часы не стали первым опытом Гловера в деле создания альтернативной системы экономического взаимодействия между людьми. В конце 80-х в Итаку приезжал Майкл Линтон для оказания Гловеру и его друзьям помощи в создании LETS. Итакская LETS просуществовала только 10 месяцев, сумев привлечь не более 60 членов. Неудачный эксперимент по созданию LETS не заставил, однако, Гловера оставить идею создания локальной дополнительной денежной системы. Он думал, однако, над созданием более подвижной и инклюзивной валюты. Решающим  моментом оказалось знакомство Гловера с историей успеха валюты Deli dollars, запущенной владельцем популярного гастрономического ресторана Deli в Нью Берингтоне (штат Массачусетс).

Deli dollars выступили по сути как инструмент кредитования ресторана его клиентами. Владелец Deli, не получив банковский кредит на расширение ресторана, обратился к своим постоянным клиентам с предложением купить купюры Deli dollars за 8 долларов, и получить возможность обменять их в течение года на обслуживание в ресторане стоимостью 10 долларов. За 30 дней, владелец ресторана смог продать созданных им дополнительных денежных единиц на сумму в 5 тысяч долларов.

деятельные люди

На последней конференции, устроенной Lattelecom в гостинице Rаdisson Blue (бывшая Latvia), среди всего благодушия и оптимизма выступавших и самодовольства присутствовавших неожиданно и здраво прозвучало выступление доктора экономических наук, профессор Дэвида Россини из Индианы, США. Он призывал к переосмыслению (а лучше даже к личному знакомству и осмыслению, а не через посредников, как часто бывает) трудов Маркса в свете нынешней ситуации в мире. Картинку он нарисовал очень грустную, что явно пошло против шерсти аудитории.

Я задал единственный вопрос (профессора явно пытались поскорее сплавить) о его прогнозах развития событий в США и ЕС на ближайшие пять лет. На что профессор сказал, что зарекся делать прогнозы, но он может сказать, что уже сейчас происходит в США. Люди все более осознают критичность ситуации и в ответ на нее ищут способы выхода из нее, в частности, в США уже действуют около 25 локальных денежных систем разной конструкции и более 100 общественных банков типа шведского JAK Bank.

Американцы — потомки деятельных людей, и в предприимчивости им не откажешь. Может, и нам пора уже вместо отдающих тухлятиной старой бойни советов МВФ и прочих ростовщиков перейти к реальным действиям по защите нашей страны и наших людей?


Использованы материалы: Бернар Лиетар, «Будущее денег», «Общественные деньги»; Маргарет Кеннеди, «Деньги без процентов и инфляции»; Сильвио Гезель, «Естественный экономический порядок».

село и город

Накопление монет не обязательно означает их хранение про запас, но часто получалось именно так. Иногда систему сезонного притока наличных денег в сельскую местность отчасти подрывали землевладельцы, в результате чего гораздо меньше денег шло в сельскую местность. 

Это происходило, когда некоторые землевладельцы собирали местную продукцию, зерно, скот и везли всё это в отдалённый крупный город, где можно было продать это по более высокой цене, чем на местных ярмарках или рынках. Затем продавец или его агенты часто тратили большую часть денег на месте и возвращались домой с предметами роскоши для господина и с относительно небольшим количеством монет для распределения их среди сельских жителей, оставшихся после вычета ренты и расходов на транспорт. 

Начиная с XIII века, подобную практику можно обнаружить в разных частях Европы. Всего за несколько недель наполненные серебром кошельки всех людей, кроме самых богатых, становились пустыми и оставались такими до следующего года. 

Часть денег возвращалась в город в кошельках городских работников, не имевших постоянной работы и приезжавших в село на время сбора урожая, другая часть — в кошельках ростовщиков и продавцов городской продукции на ярмарках или в сумках сборщиков налогов. Часть денег оказывалась в руках духовенства, другая часть оставалась у зажиточных крестьян, но большую часть уплачивали дворянам или их управляющим.

 Эта часть также позже возвращалась в город, поскольку многие дворяне переезжали в город на время или на весь год, а их доходы переводили им туда их управляющие. Сохранились некоторые из гостиниц и постоялых дворов в столицах, построенные после XIII века (например, дворец епископов 

Винчестерских в Англии и гостиница аббатства Клуни в Париже во Франции). Именно в столичных городах люди тратили деньги, полученные от сельской продукции, на городские товары и услуги. Именно в столицах они удовлетворяли свои потребности в предметах роскоши, покупая их не только для своих городских, но и для загородных домов. Менее крупные землевладельцы тратили свои деньги таким же образом, приобретая предметы роскоши, хотя и в меньшем количестве, в близлежащих городах. 

 В общем и целом на период от одного урожая до следующего село лишалось всех денег, кроме самых мелких монет. <...> Предположительно эти сезонные приливы и отливы между городом и селом, происходившие на протяжении XIII века, продолжались в течение всего до-индустриального периода".

К XVII веку концентрация богатства в крупнейших городах стала явлением, охватившим весь Западный мир. Та же система концентрации денег, хотя и более усовершенствованная, но в целом с теми же последствиями, действует и сегодня, когда "городами" стали финансовые центры "развитых стран", а "селом" – весь остальной мир.

демерредж

Исчезновение демерреджа создало дефицит денег в совокупности двумя способами:
- оно уменьшило скорость обращения денег;
- и оно сконцентрировало богатство в руках городской элиты.

С концентрацией богатства в верхнем эшелоне социальной структуры — у членов королевской семьи и у дворянства — постепенно их образ жизни становился всё более роскошным. Именно здесь, возможно, обнаруживаются корни экономики, обусловившей Ренессанс XV-XVI веков.

Для простых людей, напротив, исчезновение демерреджа означало неожиданный рост дефицита средств обмена надолго. Для них Золотой век ушёл навсегда.

Процесс создания денежного дефицита, начавшийся в конце средневекового периода, продолжается и сегодня. На региональном уровне это превратилось в проблему противостояния гетто и предместий, а на глобальном уровне — развивающихся и развитых стран. 

Но в конечном счёте это все тот же процесс, который Питер Спаффорд характеризует как противостояние города и села в конце средневекового периода. Средства стали более изощренными, но механизм все тот же.