хочу сюда!
 

Ольга

39 лет, весы, познакомится с парнем в возрасте 35-48 лет

Заметки с меткой «сказка»

она плакала, прожигая слезами....

    Она плакала, прожигая слезами белоснежные одежды. К ней подошел Отец и спросил: Что случилось, дочь моя? Почему ты не бегаешь со своими сестрами по Эдемскому саду? Почему не поешь нежные песни под арфу? Она подняла красные от слез глаза на Него и сказала: Отец, случилась Беда. Я полюбила земного человека, и не могу без него жить. Он не со мной, и краски Рая блекнут, и ноты кажутся убогими, и даже то, что я так любила, что доставляло мне такую радость и блаженство – расправить крылья и перелетать с горы на гору, обнимая ветер и закрыв глаза, внимать  звукам Вселенной, растворяясь в них до конца. – даже это без него меня не радует. Отец посуровел и сдвинул брови – было видно что на их перекрестке роятся мрачные мысли. –Ты моя любимая дочь, и знаешь, как я дорожу тобой. Я люблю тебя, но за земную любовь тебя лишат крыльев и сбросят вниз, туда, где ты уже никогда не сможешь меня увидеть. Готова ли ты к тому, что не будешь больше летать ос своими сестрами у самой кромки Неба? Из ее глаз брызнула Печаль паутинкой алмазных дорог, но в них читалась неотвратимая решительность.

   Лишаться крыльев было не больно – а пусто. Как будто кусок сердца оторвали. Она ступила на землю и успела лишь поймать одно окровавленное перо – отголосок уже прошлого. Ей стало невыносимо холодно, но рядом уже были теплые, такие родные и близкие руки, любимые руки любимого земного человека. – Ты теперь не сможешь летать? Риторический вопрос. Она кивнула и уткнулась ему в плечо. –Зато я буду с Тобой. Чего мне желать еще?...

   Отец иногда подходил к самому краю Неба и задумчиво смотрел вниз, на горные затуманенные вершины. Как она там? Глупая, глупая, какая дурочка!!! Отказаться от Рая. Ради чего???? Он понуро опустил голову и вдруг увидел два темных силуэта, которые парили легко, без всяких усилий в воздухе над одной из горных вершин. И он узнал ее и его. Без крыльев?????? Они смеялись и их клубника губ блестела от недавних поцелуев.

 

сказка. продолжите.

жил-был один халиф, который очень боялся дождя и снега, и поэтому всегда и везде ездил под навесом. но однажды одна хитрая снежинка все-таки упала на него и он............?

Бык и корова. Детская сказка %)

Бык корову тык,
корова мык:
- Спасибо, Бык!!!

Соловей и роза

"Любовь ничего не доказывает, всегда обещает несбыточное и заставляет  верить  в  невозможное"

Прочитал сказку Оскара Уайльда "Соловей и роза".
Соловей сам себе противоречит, говоря, что любовь нельзя купить в лавке, или обменять на драгоценные камни, но в то же время решает помочь Студенту добыть красную розу для его возлюбленной - только тогда она будет танцевать с ним до рассвета. Маленькая птичка отдаёт свою жизнь ради цветка, ведь "Любовь  дороже  Жизни,  и  сердце какой-то пташки - ничто в сравнении с человеческим сердцем".
Розу девушка не приняла - племянник  камергера  подарил ей драгоценные камни, а "всякому известно, что каменья куда дороже цветов". Роза выброшена и раздавлена, а Студент делает вывод, что любовь бессмыслена и непрактична.
Соловей ошибся во всём.

До следующего раза. Пьеса.

Дійові особи:
Cултан Чел в халате, шлепанцах, в перстнях и с цепурой, с замашками интеллигентного аристократа.
Смертяшка Милашка Гиперсексуальная баба в черном, женщина-вамп.
Главный Визирь Алкоголик и султанов подхалим.
Путник Чел, фанатеющий к туризму, завернутый на восточную философию.
Раджа Древний друг Султана.
Гарем Раджи Пышные темпераментные бабы, боготворящие Раджу.
Гарем Султана Те же бабы, но боящиеся Султана.
Гадалка Старая сумасбродная карга.
Народ Восточные пролетарии и пролетарки.

Дiя перша
Салон гадалки.
Стол, на нем – хрустальный шар. За столом сидят друг напротив друга Султан и Гадалка.

Султан: Ну, что ты видишь, старая карга, метафизику твою за ногу?!
Гадалка: …тучи-летучи, ведун-молодун, тьма-кутерьма…
Султан (перебивая Гадалку): Да заткни ты, наконец, свою астрологическую пэльку.
Гадалка: …туман развеялся – я вижу!..
Султан: Что, что ты видишь?!
Гадалка: Смерть твою вижу!
Султан: …??…А-a-х ты, ведьма…
Гадалка (судорожно хватая Султана за руку): Смерть придет к тебе 31-годекабря!
Султан судорожно хватает ртом воздух.
Султан: Когда, когда? В этом году?
Гадалка: Нет, через столько лет, сколько у тебя будет гостей на этот Новый год.
Султан: Бли-и-и-н – я погиб… Хотя… Надо срочно что-то придумать.
Вставая, Султан кидает гадалке монету.
Султан: Продлеваю тебе аренду до 31-го декабря.

Дiя друга
Дворец султана. Султан, развалившись в кресле в депрессивной позе, клацает каналы на телевизоре, пользуясь пультом. В качестве диктора выступает Главный Визирь.

Главный Визирь (в рамке телевизора): Сегодня Его светлейшество (косясь на Султана), наш Султан, добрейший из добрейших…
Султан клацает каналы наудачу – везде идет одно и то же.
Главный Визирь: …высочайшим повелением учредил новый всемирный праздник – День Смерти. В этой связи для рабов и домохозяек объявлен выходной, для преступников – амнистия, а для всех желающих на территории установлены палатки с бесплатным… с бесплатным молоком.Праздник станет беспрецедентным по масштабу входящих в него мероприятий, помпезности исполнения, а также бюджету, который составил…
Султан со злостью выключил телевизор – диктор умолк, экран стал голубым.
Султан: А-р-р-р (рычит). Ненавижу выбрасывать на ветер нажитое непосильным трудом завоеваний золото.
Султан снова включает телевизор.
Главный Визирь: …Сестра Султана не смогла принять участие в торжествах в силу пребывания в Горной Стране, где она готовится войти в состояние сомати.В представительстве Царя кочевников нам официально заявили, что он также не сможет приехать, сославшись на его неотложные дела, связанные с порабощением народов мира.
Султан нервно дернулся.
Главный Визирь: …дервиши также не смогли стать гостями праздника из-за того, что прямо сейчас они предпринимают паломничество в Святую землю.
Султан принял неудобную позу.
Главный Визирь: Воины из армии Султана отдыхают после тяжелого похода…
Султан залез на кресло с ногами.
Главный Визирь: …блудницы также вынуждены были отказать – у них слишком много работы в эти дни…
Султан: А-а-а-а! Казнить, гнобить, поработить… Всем кров пушчу. Всех заставлю себя уважать. Стража! Визирь! Привести ко мне кого-нибудь. Кого угодно. Ищите, где хотите. Визирь! Схватить первого встречного-поперечного… и привести сюда!
Главный Визирь суетится вокруг Султана, что-то бормочет и раболепно кланяется. Убегает в поклоне задом наперед.
Султан: Где же они? Я душу для них распахнул, а они игнорируют меня – хамы!

Дiя третя
Дворец султана. Султан нервно меряет шагами комнату, кусает губу, теребит халат. Садится и снова вскакивает. Входят Визирь с Путником.

Главный Визирь: Мы вышли на Большую дорогу, о, вершитель наших судеб, но встретили там только этого оборванца…
Султан: Кто ты?
Путник: Я – Путник!
Главный Визирь (сдержанно): Да, только этого изрядно запыленного пилигрима мы там и встретили.
Султан оживляется, кривит губы в подобии улыбки, встает. Наливает Путнику вина и подвигает угощение.
Султан: Угощайся, о, странный Путник! Раздели со старым больным человеком трапезу – она может стать для него последней.
Путник отпивает вина и откусывает угощения.
Путник: Чудесное вино, о добрый Султан! В нем есть темперамент моря и свет южного солнца. А щербет тает во рту и навивает похотливые мысли.
Султан лукаво улыбается.
Султан: Кого это он называет добрым?
Путник: Я запомню этот миг счастья на всю жизнь и разнесу весть о твоей щедрости во все земли, где бы я ни оказался.
Путник медленно встает.
Путник: Спасибо за твоё гостеприимство, добрейший!.
Султан продолжает улыбаться. Через секунду он меняется в лице – до него доходит, что Путник собирается его покинуть.
Султан: Куда? Неблагодарный! Зачем обижаешь Султана? Или алебарды острой не боишься?
Путник наблюдает.
Путник: Ты, что, исполняешь, Султан? Послушай меня теперь. Я не привязан к определенному месту – и для меня везде находится кров. У меня нет родных – и мне повсюду рады. Я не беспокоюсь о хлебе насущном ибо Господь посылает его мне. Сегодня Провидение привело меня за стол с добрым султаном, однако, если я зацеплюсь за этот миг наслаждения, я лишусь благодати Его. Всё, что у меня есть – это Его любовь. Я поливаю её добрыми деяниями подобно тому, как цветок поливают водой. Но я не могу сорвать цветок и поставить в вазу. Не могу остановить его рост. Я могу лишь только чувствовать, насколько он прекрасен и делиться своими чувствами.
Путник по-отечески похлопал Султана по спине.
Султан (озабоченно): Да-а, видать, не мой сегодня день.

Кто Асилит, не пожалеет

Сказка Дедушки-Вампира

-Дедушка! Дедушка! Расскажи сказку! Дедушка!.. Крошки-упырешки веселой гурьбой влетели в склеп, и тот мгновенно наполнился их звонкими, жизнерадостны- ми голосами. - Деда! Сказку!.. Дедушка-вампир, кряхтя, сдвинул утепленную крышку гроба, с грустью посмотрел на недочитанную газету и послал всех к бабушке. - А бабушка говорит, что она тебя в гробу видала, и ты там целый день лежишь со своей газетой и ничего ей по дому не помогаешь!.. - Ох, детки, - проворчал дедушка-вампир, садясь в домовине и поглаживая костлявой рукой кудрявые затылки внучат. - Сколько из меня крови ваша бабушка попила... Ну да ладно, это все присказка, а сказка будет впереди... ...В некотором царстве, некотором государстве, в тридевятой галактике на спиральном витке, у далекого созвездия Гончих Близнецов жили-были пришельцы. То есть сами себя они, конечно, пришельцами не считали и даже обижались, но раз уж к нам на Землю пришли - значит, пришельцы, и все тут. Теперь не отвертятся. Жили-были там неподалеку еще одни, полупришельцы, из Сигмы Козлолебедя, только те шли к нам, шли, да так и не дошли, потому и зовут их - полупришельцы, или даже недошельцы, и больше мы о них вспоминать не будем. Так вот, эти самые, которые из Гончих Близнецов, а в просторечьи - гоблинцы, были сплошь членистоногие, членистоносые, членистоухие, и весь этот многочлен равномерно-зеленого цвета. И хотели они, стервецы, матушку нашу Землю вставить себе в Галапендрию (Галактическую Империю по-гоблинцовому) в виде членика, да такого маленького, что ни в сказке сказать, ни пером описать, а все равно обидно. Наши, земляне, их сперва послали куда следует - да только те слетали быстренько на подпространственных по указанному адресу и вернулись нервные, обозленные и в сопровождении трех крейсеров, двух линейных и группы мелкой поддержки. Вот тогда-то и пришлось по поводу членства принудительного собирать два секретных совещания. Первое, ясное дело, в ООН. Русские с американцами кричат, что надо бы по агрессору ядерной дубиной шандарахнуть, а то сокращать дорого и жалко; а остальные ответных мер опасаются - и добро б еще по русским или дяде Сэму, а так ведь сгоряча и Люксембург какой-никакой зацепить могут!.. А второе совещание в Ватикане состоялось. И собрались на него иерархи христианские, а также всякие прочие с правом голоса совещательного, и порешили святые отцы паству свою, без различия вероисповедания, немедля призвать к священной войне супротив антихриста членистого до победного конца, прости господи... Вот только гоблинцы, плесень зеленая, совещания эти оба просканировали и поразились немало, поскольку были поголовно отъявленные монархисты, атеисты, материалисты и полиморфисты. Запросили они центральный бортовой компьютер, что по части примитивных культур считался большим докой, и с его подсказки объявили себя ангелами Господними - да иерархи тоже не лыком шиты! Мигом обман разоблачили, анафеме предали и по телевидению заявили, что наш Бог с нашим Дьяволом как-нибудь уж сами договорятся, без посредников самозваных!.. И созрел тогда у гоблинцов коварный план... ...В Риме, в соборе Св.Петра шла проповедь. Его Святейше- ство, папа Пий ХХIV стоял на кафедре, и пятеро кардина- лов шелестели вокруг понтифика малиновым шелком сутан. - Близится Судный день, дети мои, и грядет... Точную дату Судного дня папа Пий назвать не успел. Входная дверь с грохотом распахнулась, лучи фонарей ударили в глаза главе христианского мира и в проеме выро- сли гоблинцы с излучателями в верхних членах рук. "Психообработка... - отрешено подумал папа Пий. - Галлюци- ногены, облучение, и через неделю я призову наивных верующих к отречению и смирению... Изыди, Сатана!.." Его размышления прервал властный бас кардинала Лоренцо: - На колени, дети мои!.. И когда агнцы божьи послушно рухнули на колени, его преосвященство неприлично задрал сутану и выхватил из-под нее старый добрый "Узи", калибра 9 мм, оставшийся у кардинала со времен его службы в морской пехоте США. - Аминь, сволочи! Рука не подвела отставного сержанта Лоренцо. И святые с фресок Микеланджело с завистью покосились на новый аргумент в деле веры. - Отпускаю тебе грехи твои, - папа Пий торопливо осенил сообразительного прелата крестным знамением и нырнул в дверцу за кафедрой. ...А потом мелькали повороты, тайные переходы, липла на потное лицо паутина тоннелей, и в конце концов понтифик осознал, что он один. Группа прикрытия - три кардинала помоложе и епископ Генуи - осталась далеко позади, и папа Пий, задыхаясь, бежал по ночному Риму, спотыкался о вывороченный булыжник окраин, пока не остановился у чугунной ограды кладбища Сан-Феличе. - Забавное совпадение... - хрипло прошептало загнанное святейшество и потянуло на себя створку ворот. Зловещий скрип распилил ночь надвое... ...Вампир Джованни, старожил кладбища Сан-Феличе, был крайне удивлен, обнаружив у своего родного склепа странного незнакомца. "Зомби..." - подумал Джованни. Он слыхал, что где-то в Африке у него есть родня, но внешний вид зомби представлял себе слабо, поскольку не выезжал никуда дальше Флоренции. - Ты кто? - осторожно поинтересовался Джованни, прячась в тень и натягивая верхнюю губу на предательски блестевшие клыки. - Папа я... - донесся ответный вздох. - Чей папа? Джованни очень боялся шизофреников и маньяков, в последнее время зачастивших в места упокоения. - Римский... Пий ХХIV. В общем, мое святейшество... Джованни расслабился и вылез из укрытия. К обычным психам он всегда относился с симпатией. - Очень приятно. А я - Джованни. Вампир. Какие проблемы, папа? И затравленный понтифик, повинуясь неведомому порыву, рассказал ему все... - Ну и что? - недоуменно пожал плечами Джованни в конце сбивчивого повествования. - Мне-то какая разница? Попил красной кровушки - теперь зеленую пить стану... Все разноо- бразие, а то желудок что-то пошаливать стал. Ведь знал же, что нельзя наркоманов трогать... - Креста на тебе нет! - озлился папа Пий, хлопая тиарой оземь. - Как у тебя только язык повернулся!.. - Ты за язык мой не беспокойся! Он у меня поворотливый!.. А креста, понятное дело, нет... откуда ж ему взяться, кресту, ежели я - вампир? - Ну вот! А я тебе о чем толкую?! Ты же наш, здешний, земных кровей... В смысле - нелюдь. Я, значит, людь, а ты - нелюдь. Единство и борьба противоположностей. А эти - пришельцы! Чужие то есть... инородцы. - Инородцы?! Хриплый запойный бас колыхнул воздух склепа, и в дверях возникла нечесаная голова с красным носом- -картошкой. - Где инородцы?! Сарынь их на кичку!.. Надо заметить, что третьего дня к Джованни приехал погостить закадычный приятель - упырь Никодим из далекой Сибири. Как он там сохранялся в вечной мерзлоте и чем питался в своей тундре - этого никто доподлинно не знал, но отношение Никодима к инородцам было в упыристической среде притчей во языцех. Джованни едва успел ввести друга в курс дела, как темень кладбища Сан-Феличе прорезали ослепительные лучи прожекторов. - Это за мной, - сказал папа Пий, грустно глядя на патруль гоблинцов. - Прощайте, ребята. Рад был познакомиться... - Что?! Грозный рев Никодима сотряс решетки ограды, и из-под его распахнувшегося савана выглянул краешек тельняшки. - Да чтобы мы своего, кровного, этим двоякодышащим отдали?! Век мне гроба не видать! Ваня, чего рот разинул - -подымай ребят! Неча по склепам отсиживаться, когда Родина-мать зовет!.. - Си, синьор колонело! - вытянулся во фрунт просиявший Джованни и сломя голову кинулся к ближайшей усыпаль- нице, откуда высовывалась чья-то любопытная физионо- мия. А Никодим уже выцарапывал на известке стены крупными буквами: "МЕРТВЫЕ СРАМУ НЕ ИМУТ!" На следующее утро большинство газет вышло под заголовком: "Римское кладбище Сан-Феличе - последний оплот человечества!.." И во многих газетных киосках мира по ночам слышались осторожные шаги, и отливающие алым глаза бегали по мелкому шрифту строчек... Вскоре в Рим прибыла интернациональная бригада: Упырявичюс, Упыренко, д'Упырьяк, Упыридзе, Упыйр и интендант Вурдман. Последний немедленно переругался с Никодимом, не сойдясь во взглядах на распятие Христа, и папе Пию пришлось мирить скандалистов, ссылаясь на прецеденты из Ветхого и Нового Заветов. Внутренние разногласия прервало появление полуроты гоблинцов, встревоженных пропажей патруля. Они рассыпались цепью и принялись прочесывать кладбище в тщетной надежде найти и поставить на место строптивого наместника Св. Петра. Понтифик был надежно укрыт в одной из усыпаль- ниц, а патриоты переглянулись и принялись за работу. Мраморные ангелы надгробий с любопытством наблюдали за происходящим в ночи, напоминавшим сцену из эротического фильма, которые ангелам смотреть не рекомендовалось. Всюду мелькали тени, они сплетались, падали в кусты сирени, из мрака доносились сосущие звуки, причмокивание, стоны и слабеющие возгласы на трех галактических наречиях... Это повторялось несколько ночей подряд - дневные поиски неизменно терпели фиаско, а эксгумация не давала никакого результата - и вскоре командование пришельцев забеспокоилось всерьез. И было от чего...Укушенные гоблинцы на следующий день становились убежденными пацифистами, отказывались строиться по росту, вели пораженческую агитацию, топили в сортирах казенное оружие и ко всем приставали со своими братскими поцелуями - что грозило эпидемией. Тем временем Никодим и компания успели убедиться в том, что зеленая жидкость, текущая в венах оккупантов, похожа на ликер "бенедиктин" не только цветом. Это, видимо, было связано с системой кровообращения пришельцев, напоминавшей в разрезе змеевик. Так или иначе, вылазки участились, а в перерывах можно было видеть покачивающихся борцов за независимость и лично Никодима, пляшущего под колоратурное сопрано Джованни: - Эх-ма, поживем, Поживем, потом помрем! После станем упырем - В порошок врага сотрем!.. Потом Джованни сбивался на "Санта-Лючию" и лез к папе Пию с заверениями в дружбе до гроба. На распояса- вшихся упырей явно не было никакой управы, но понтифик понимал - долго так продолжаться не может. Слишком хорошо был ему известен алчный и вероломный характер рода человеческого... Папа как в воду смотрел. Через неделю явилась к пришель- цам некая склизкая личность. Разговор проходил при закры- тых дверях, но кто-то из гоблинцов по незнанию забыл запереть окно, и большая летучая мышь с подозрительно невинными глазками впорхнула в комнату и притаилась в углу за портретом Леонардо да Винчи. - ...да ваши бластеры, господа, им ведь что мертвому припарки! Пульку из серебра вам надобно, колышек осино- вый да чесночка связку! Так что меняемся, ваше многочлен- ство - я вам технологию нужную, а вы мне - награду обещанную. Золотишко, брильянтики, а перво-наперво - -цистерну коньяку самолучшего, да чтоб звездочек на полгалактики хватило!.. Мерзкий человечишка хихикал, плевался слюной, и каждым своим члеником внимали гоблинцы словам предателя... - Кто там? - в страхе воскликнул человек, садясь на смятой постели. - Кто там, кто там... - пробурчали из темноты. - Мы там... Только уже не там, а тут... Предатель мгновенно протрезвел, да все напрасно, потому что через секунду он сам уже был - "там". Никодим отошел от кровати и долго отплевыва- лся, полоща рот дареным коньяком. ...Гоблинцы старались вовсю. Спешно отливались драгоценные боеголовки, лазерные пилы валили осины одну за другой, на глайдерах устанавливались реактивные колометы - приближалось время решающей битвы. - Плохи дела, папаша, - мрачно возвестил Никодим, вваливаясь в склеп, служивший резиденцией опальному понтифику. - Продали нас. Вредитель один, земля ему пухом... Теперь жди неприятностей. - Передатчик бы нам, - вздохнул папа Пий. - Подмогу бы вызвали. Только где ее найдешь, подмогу эту?.. - Подмогу? - задумчиво оскалился Никодим. - Дело говоришь, батя... Вот только поспеют ли? Ну да ладно, полезли наружу. - А у вас что, и передатчик имеется? - Имеется, имеется, - заверил папу вошедший Джованни. - Давайте, ваше cвятейшество, поторапливайтесь... Через пять минут они уже стояли в западной части кладбища. - Эй, Антонио! - постучал Джованни когтистым пальцем по одному из надгробий. - А ну вставай, проклятьем заклейменный!.. - Чего тебе? - донесся из-под земли недовольный голос. - Говорю, вылезай! Голова твоя нужна! - Как баб водить - так Антонио на стреме, а как голова...- забубнил под плитой сердитый Антонио, но Никодим перебил его: - Слышь, Тоша, если ты немедленно не угомонишься и не вылезешь, я тебя лично за ноги вытащу и тебе тогда тот свет этим покажется... Папа машинально перекрестился, и Джованни шарахнулся в сторону. - Вот ведь приспичило, и отлежаться не дадут... Плита приподнялась, и в чернильном проеме образовался сутулый скелет с кислым выражением черепа. - Пойми, Тоша, - проникновенно заявил Никодим, - нам сейчас башковитый мужик во как нужен!.. - Да ладно, - застеснялся скелет. - Берите, раз надо... И снял череп, протягивая его Никодиму. - Где Вурдман?! - заорал довольный упырь, поглаживая Антонио по гладкой макушке. - Где эта морда... - Сам дурак, - перебил его обидчивый Вурдман, появля- ясь невесть откуда, - уже и родственников проведать нельзя... Держи, матерщинник!.. Никодим взял у него пару посеревших от времени берцовых костей и сложил весь комплект на плите. - Связист! Давай сюда! Прибежавший на крик тощий очкарик Упырявичюс ухмыльнулся, взял кости и принялся бодро отстукивать на широколобом черепе Антонио нечто среднее между морзянкой и тарантеллой. - Да не колоти так - больно же! - поморщился череп, но на него не обратили никакого внимания, и он обиженно смолк. Сигналы непокорного кладбища Сан-Феличе стремительно понеслись к Луне, отражаясь от ее диска и достигая в падении многих областей Земли; и в тех местах зашеве- лился рыхлый грунт, дрогнули древние курганы, заскри- пели прогнившие кресты и со скрежетом стали подни- маться тяжелые могильные плиты... - Полундра! - внезапно прервал Никодим сеанс связи. - На подходе оккупанты! Папу - в укрытие, остальным занять позиции! Не боись, братва, - хлебнем зеленки напоследок!.. Спустя мгновение глайдеры противника уже утюжили серебряными пулями последний бастион свободомыслия. Рявкали кассетные колометы, осина косила защитников одного за другим, и удушливое облако чесночного запаха поползло над трясущейся землей. Героические нетопыри бились грудью в защитные колпаки машин, и в сполохах стала отчетливо видна фигура Никодима, стоявшего под пулями в полный рост и выкрикивавшего сорванным голосом: - Ни шагу назад! Велика Земля, а отступать некуда! Кто знает заклятия - сбивай паразитов!.. Высунувшийся Вурдман торопливо забормотал что-то на иврите, но это не возымело особого действия. - Раскудрить твою через коромысло в бога душу мать триста тысяч раз едрену вошь тебе в крыло и кактус в глотку! - взревел разъяренный Никодим. - Аминь, - робко добавил из склепа папа Пий. Гремучая смесь иврита и латыни с чалдонским диалектом вынудила два глайдера взорваться прямо в воздухе. - Парни! - неожиданно крикнул из окопа охрипший Упыренко. - Они пехом прут!.. - Вперед! - заорал Никодим, вспрыгивая на бруствер и разры- вая на груди полуистлевшую тельняшку. - За мной, братва! Покажем членисторогим, как надо умирать во второй раз!.. И за широкой спиной Никодима встали во весь рост черново- лосые вампиры Флоренции и Генуи, горбоносые упыри Балкан, усатые вурдалаки Малороссии и Карпат... Они шли в свою последнюю атаку. Многоголосый рев раскатился неподалеку за южными склепами, рев сотен глоток, и Никодим на мгновенье обернулся - и застыл, недоуменно глядя на стройные колонны, марширующие к кладбищу Сан-Феличе от дальних холмов. Они услышали. Они успели вовремя. Якши Фуцзяни и Хэбея, зомби Бенина и зумбези низовий Конго, алмасты Бишкека и тэнгу Ямато, ракшасы Дели, гэ Ханоя, гули Саудовский Аравии, уаиги Осетии, ниррити Анголы, полтеники Болгарии, бхуты Малайзии и Индонезии... - Наши... - шептал Никодим, закусив губу прокуренными клыками, и по небритым щекам его бежали слезы. - Наши идут... Вот она, международная солидарность, вот он, последний и решительный...Джованни молился. Ряды гоблинцов смешались, и пришельцы стали беспорядо- чно отступать к своим кораблям. - Ага, гады, не нравится! - Никодим мертвой хваткой вцепился в обалдевшего от ужаса захватчика. - Пей до дна, ребята!.. Серое небо почти одновременно прочертили несколько огненных столбов - гоблинцы в панике стартовали, спеша унести дрожащие члены ног. И тогда навстречу им побежал маленький лысый еврей, путающийся в длинных полах старомодного одеяния; а за ним, словно на привязи, неумолимо надвигался Огненный Столп Иеговы. "Дядя..." - ошарашенно пискнул Вурдман, но великий каббалист раввин Арье-Лейб даже не обернулся, увлеченный преследованием. Ослепительная вспышка озарила Землю, и с нашествием было покончено. - А дальше?!. - Дальше... Дедушка встал, и на его саване тускло блеснули медаль "За оборону Земли" и почетный знак "Вампир-ветеран". - Дальше, как обычно. И стали они жить-поживать... - И гематоген жевать! - хором закончили сияющие внуки. Дедушка счастливо улыбнулся и направился к наружной двери склепа, где в почтовом ящике его уже ждала корреспонденция: муниципальный еженедельник "Из жизни мертвых", научно-популярная брошюра "Светлая сторона склепа" и письмо. Забрав почту, дедушка прошлепал к холодильнику и извлек из него пузатую бутылку с надписью на наклейке: "Кровь консервиро- ванная с адреналином. Пить охлажденной". Один из внуков потянулся было за другой бутылкой с темно-зеленой жидкостью, но старый вурдалак строго одернул неслуха и захлопнул дверцу. - Мал еще! Нечего к хмельному приучаться! Это от тех... залетных... Вроде контрибуции. Этим самым и берем... Он приложился к первоначально выбранной посудине и, сделав основательный глоток, довольно крякнул. - Хорошая штука, однако... с адреналинчиком. Бодрит! И для здоровья полезно... Обиженный внук включил телевизор и бодрый голос диктора сообщил: - А сейчас в эфире передача "Для тех, кто не спит вечным сном..." Дедушка расположился в кресле, убавил звук и распе- чатал письмо, написанное неустойчивым детским почерком и начинавшееся словами: "Дорогой дедушка Никодим! Пишет тебе девочка Варя из твоего родного села Кукуйчиково. Я хочу быть такой, как ты, и когда вырасту большой..."

"Остров счастья"

Остров счастья

Счастье…. Недавно я задумалась о том, когда же люди бывают по-настоящему счастливы. И поняла, что самое настоящее, незамутнённое счастье бывает только в детстве. Счастье – это когда собираешь одуванчики и пытаешься сплести венок, когда разрешают не спать в тихий час, когда мороженое падает на землю, и тебя за это не ругают, а покупают новое и, наконец, когда мама на ночь рассказывает сказку…. Сказка и есть маленькой страной, крошечным островом счастья. Ведь даже взрослые любят читать сказки, чтобы хоть на какое-то мгновение забыть обо всех проблемах, на какой-то миг снова стать ребёнком и почувствовать себя счастливым. И вот ещё один маленький островок…

 

Жил-был мальчик Вася, который очень не любил русский язык. Точнее, язык он любил, но не любил его учить, потому что искренне не понимал, зачем ему зубрить всякие правила, если он и так «молоко» пишет через три «о» и знает, что между однородными членами предложения ставятся запятые. И его за это постоянно выгоняли из класса и отправляли домой учить ненавистные ему правила.

На этот раз Васю отправили домой, потому что он решил не учить междометия. И вот он сидел дома, пытаясь читать учебник: «И зачем только нужны эти дурацкие междометия?! По-моему, без них можно вполне обойтись», - подумал Вася. И не успел он додумать свою мысль до конца, как очутился в каком-то странном месте: «Вот те на! - Воскликнул Вася. – Интересно, где это я?!» Вокруг был лес, и только маленькая тропинка змейкой убегала в тёмную чащу. Васе ничего не оставалось, как пойти по дорожке.

Шёл Вася, шёл, и вдруг увидел на дереве кукушку: «Кукушка, кукушка, сколько мне жить осталось?» Кукушка грустно посмотрела на мальчика и ничего не ответила. «Хм, молчит. Странно…» - Подумал Вася, боязливо оглянулся по сторонам и ускорил шаг…

Бежал Вася, бежал, - и вдруг выбежал на поляну. А на поляне стояло много небольших домиков, возле которых стояли маленькие статуэтки. Мальчик подошёл ближе и присмотрелся: это были гномики, застывшие в разных позах. Кто-то полол грядки, кто-то ловил бабочек, кто-то вязал носок. «Интересно, почему здесь так тихо? Где все?» - Испугался было Вася, как тут к нему подбежала маленькая собачка. Вася думал, что она начнёт лаять, но та только вильнула хвостом и куда-то побежала. Вася последовал за ней и вышел ещё к одному домику, только этот домик был побольше остальных, а из печной трубы валил дым. «Есть кто-нибудь дома?» - Закричал Вася. «Да ты не бойся, заходи», - услышал мальчик густой бас и, приоткрыв дверь, зашёл внутрь. Возле окна, в кресле сидел старик с длинной бородой, а в противоположном конце комнаты гномик с большим носом перекладывал мандарины. «Здравствуйте, меня зовут Вася», - представился мальчик. – «А вы кто?». «Очень приятно, Вася, мы тебя ждали», - сказал старик. – «Меня зовут Филолог, а его (старик кивнул на гнома) зовут Вах. Тебе, наверное, интересно знать, куда ты попал и зачем. Я тебе сейчас расскажу. Вах, угости мальчика мандаринами». Вася уселся поудобнее и приготовился слушать…

« Ты, Вася, попал в страну Междометию. Раньше это было весёлое, солнечное место. Жители Междометии, гномики, были очень дружелюбны и радостны. Но однажды пришёл злой волшебник Эхухой и отобрал у нас все междометия. И гномики застыли от горя, - это их ты видел перед домиками. Но ты, Вася, попал к нам не случайно. Твоя задача в том, чтобы победить Эхухоя и вернуть счастье в Междометию», - вот что поведал Филолог Васе. «Подождите. А как же Вах? Он ведь тоже гномик. Почему же он остался жив?» - спросил Вася. Гномик подбежал так близко к Васе, что чуть не задел его носом, и сказал: «А я иностранэц, а Эхухой иностранцэв нэ бэрёт. Вах! Мандарын в дарогу вазмёшь?!» «Э-э-э!!! В какую такую дорогу? Никуда я не пойду!» - Возмутился Вася. Но Филолог уже расставил все точки над і: «Тебе придётся идти, Вася, иначе ты не вернёшься домой. Вах покажет тебе дорогу к Эхухою». Вася вспомнил мамины котлеты и…

Долго ли, коротко ли шёл Вася, но, наконец, он увидел замок Эхухоя. Беспрепятственно он проник в замок и тут он увидал маленького, сморщенного как печёное яблоко старичка, который прыгал по комнате и выкрикивал что-то такое: «Эх! Вот я сейчас… Ух! Вот я вам…О-о-о! Как же я… У-у-у! Я вас всех… Ага!» Иногда вместо слов у него изо рта вырывались повизгивания, похрюкивания, карканье, рычание и много других странных звуков.  «Эхухой!!! А ну отдавай быстро междометия!!!» - Закричал Вася. « А-а-а, Вася… Старикашка Филолог таки дождался тебя. Гав…Тьфу ты…Ой, испугал… Не отдам. А если и отдам, то уж точно не тебе, му-у-у. Ты-то даже правил не знаешь», - выкрикнул Эхухой. «Как это не знаю?! А вот тебе, получай! Междометия не относятся ни к знаменательным, ни к служебным частям речи! Это неизменяемые слова! Они не являются членами предложений! Не обладают номинативной функцией! Междометия выражают чувства!» - выдал Вася. И при каждой фразе Эхухой всё больше и больше раздувался от злости, пока, наконец, не разлетелся на много маленьких междометий, которые моментально разлетелись к своим хозяевам. И далеко в лесу кукушка начала громко куковать, словно отвечая на заданный Васей вопрос, а в деревне громко залаяла собака, а гномики ожили и продолжили свои занятия как ни в чём не бывало и…

…И тут Вася проснулся у себя дома, огляделся по сторонам и подумал: «Эх! Жаль только с Филологом не попрощался и не поблагодарил Ваха за мандарины», - возле учебника русского языка  лежал и  будто  подмигивал мальчику солнечный фрукт…

Казочка (для молодшого студентського віку)

Жив собі якось на світі горобець. Звали його... а, втім, яка різниця? Звали його просто Горобець. Це не головне. Головне те, що вже другий рік він навчався в університеті. І був Горобець таким, як усі, тобто не тільки вчився, а й дуже любив погуляти...

І ось одного разу вирішили відправити нашого Горобця за обміном до одного з європейських університетів. Горобець дуже зрадів і почав готуватися до перельоту, але казочка не була б казочкою, якби щось-таки не трапилось... Проводжали друзі нашого Горобчика в дорогу, святкували. День проводжають, другий, третій... Весело всім! І ось наївся наш герой якихось дивних комашок, напився з якоїсь сумнівної калюжі та й полетів собі. Та, як водиться, збився він з курсу та знепритомнів...

...Прокидається Горобчик, а навкруги... джунглі якісь темні, спекотно дуже, із хащі лунають дивні звуки. "Щось не схоже на Європу", - подумав собі Горобець і раптом побачив декількох дивних, різнокольорових та дуже галасливих істот, які обступили його з усіх боків. "Ви хто?" - Запитав спантеличений Горобець. "Ми папуги, хіба не бачиш? А ти хто такий?" "Я? Я Горобець. Прилетів за обміном до вашого університету." Переглянулися між собою папуги, та й кажуть: "Немає в нас університету. У нас навіть ПТУ немає. Ти ж до Африки потрапив!" "Нічого собі! Отакої! До Африки?! Ото була калюжка!!!" - Вигукнув Горобець і задумався. Потім почухав потилицю і сказав: "Якщо у вас немає де вчитися, то що ж ви робите двадцять чотири години на добу сім днів на тиждень?" "Залишайся з нами – і побачиш." "Ну добре, я залишусь", - відповів Горобець, а папуги... Папуги почали голосно розмовляти, співати, танцювати і веселитися. Нашому герою теж було дуже весело, але він був відповідальним горобцем, тому зібрався летіти далі. Нагодували його папуги дивними африканськими комахами, напоїли його водою з Нілу та й відпустили.

Полетів Горобець далі. Летів-летів собі, та й занесло його знов у дивне якесь місце. Озирнувся він навкруги: "Невже це теж не Європа? Всюди лише вода і крига, усе біле-біле." Раптом бачить він, хтось до нього у діловому костюмі йде. Підбігає Горобець до цієї істоти та й питає: "Ти хто? Я, наприклад, Горобець." "А я – Пінгвін", - з гордістю відповів незнайомець. "Хто-хто?" "Пінгвін, я тобі кажу. Що, ніколи не чув?" "Та ні, чув. Але ж пінгвіни не водяться в Європі. Це ж Європа?" "Що? Європа? От насмішив. До Європи звідси летіти й летіти..." "Ну добре", - зітхнув Горобець, - "а де тут у вас університет?" "Що? Університет? Тут, в Антарктиді, він нікому не потрібен, тому його тут і немає", - розсміявся Пінгвін. "А що ж ви тоді робите цілісінький день?" "Ходімо до моїх друзів. Усе побачиш." ...З пінгвінами Горобчик провів чудовий день. Всі каталися з крижаних гірок, купалися в океані, їли морозиво з айсбергу... Змерз наш герой, – аж посинів увесь – та й каже: "Ні, краще я додому полечу, холодно у вас. Ще й в універі, мабуть, вже зачекалися", - та й полетів собі.

Нарешті він без пригод дістався дому. Який же Горобчик був радий повернутися до рідного університету, до друзів. А коли його спитали, як там було в Європі, він просто відповів: "У гостях добре, а вдома набагато краще!" Горобчик-то наш був ще й винахідливим!..

 

P.S. А про те, що було, коли всі дізналися, де ж насправді був Горобець, вже інша казочка.

Игра: Сказка!

Игра проста, сочиняем сказку, каждый добавляет по строчке, в посте не больше трёх слов.
Пример:

1 игрок :Жил да был
2 игрок : Сантехник дядя Вася
3 игок: и был у него

Поехали:

=ну очччень понятливые!= от Кубы

Драконы все понимают. Бывало, подойдешь к ним и скажешь:
— Икс квадрат минус игрек квадрат равно икс минус игрек умножить на икс плюс игрек, — а они понимают.

Или:
— Оуян Сю придумал шихуа, — и тоже понимают. Кто ж, дескать, мог придумать шихуа, как не Оуян Сю. Ну о-очень понятливые!

С давних времен люди думали, что же с ними, драконами, делать. В цирке использовать нельзя: они, видите ли, понимают уловки дрессировщика. В бизнесе нельзя: слишком хорошо понимают, как надуть компаньонов. Даже в метеорологии нельзя — они понимают, что разгонять крыльями облака глупо, потому делают вид, что не понимают слова «метеорология».

Обратились к деревенским жителям. Все-таки они к домашней скотине ближе. Из деревенских жителей под рукой оказался только Вася-тракторист. Вынув Васю из-под руки, сжимающей пустую пол-литру, люди объяснили, что к чему, и сказали:
— Вася, выручай!
Но без пол-литры Вася не понял. А когда дали пол-литру, понял — и одновременно крепко заснул. Люди чуть было не отчаялись от такого парадокса, но Вася всех удивил: на следующий день он проснулся.

Забрался Вася в трактор и поехал к драконам, чтобы их как-нибудь припахать — например, полученным в наследство плугом. Но драконы сами быстро Васю припахали. Они, видите ли, давно мечтали рассказать кому-нибудь обо всем, что понимают.

Сидит теперь Вася за партой, нацепив золотые очки Клеопатры, завалявшиеся в драконовской сокровищнице, и в ответ на вкрадчивые объяснения драконов мотает головой:
— Я... без пол-литры... ни черрта не пааииимаю!

А драконы стоят вокруг, взволнованно вдыхая кислород и выдыхая сероводород, хлопают алмазными ресницами и понимают — что тоже ни черта не понимают! По крайней мере без пол-литры. Тот же пупырчатый.
Страницы:
1
68
69
70
71
72
73
74
75
предыдущая
следующая