I.UA
хочу сюда!
 

Таня

27 лет, рак, познакомится с парнем в возрасте 28-35 лет

Искать

Поиск заметок «пиздюлей»

Корпоративная этика

Не думаю, что сегодня мне стоит что-писать в свой дневник. Слишком странный день, чтобы за пять минут его описать хотябы буквами в хотябы словах. И желательно разных. Загорелая мартышка как-то некстати заинтересовалась пекинской капустой, Чуха осталась без ужина, а я сегодня ходил на работу красавчеком - в джинсах и белой рубашке.

Так много чего есть чем поделиться.. Но с кем? С этими интернет-свиньями и пожирателями твиттера? Свят, свят, свят... Слава Богу, что я агностик.

Головка маленького мальчика до сих пор перед глазами. Принесли на НСГ и всякие другие внутренности ниже головы. Но когда мамка шапочку сняла и у шестимесячного малыша борозда по "всей головы окружности" в полсантиметра толщиной?!!. Ни хрена себе резиночка на шапочке! Между прочим на улице +32. Так хотелось мамаше пиздюлей дать и озвучить возмущение. Но нельзя. Корпоративная этика, ёпт.



Map

Терем - теремок голубой домок

  Бежала по дорожке Валюшка-Вафлюшка. Смотрит, стоит терем-теремок голубой домок.

     - Кто, кто в теремочке живет? Кто, кто в голубом живет?

     Тишина. Никого.

     Думает, а что? Буду здесь жить-поживать мужиков совращать.
Забралась в теремок и сидит ждет - может кто еще пробегать будет.

     Бежит по дорожке Стасик-Пидарасик. Смотрит терем-теремок голубой домок.

     - Кто, кто в теремочке живет? Кто, кто в голубом живет?

     - Я, Валюшка-Вафлюшка. А ты кто?

     - А я Стасик-Пидарасик.

     - Заходи, вместе жить-ебеться будем.

     И стали они вдвоем жить ебать друг друга.

     Бежит по дорожке Петя-Петушок-Голубой-Гребешок. Смотрит, терем-теремок голубой домок.

     - Кто, кто в теремочке живет? Кто, кто в голубом живет?

     - Я, Валюшка-Вафлюшка.

     - Я, Стасик-Пидарасик, а ты кто?

     - А я Петя-Петушок-Голубой-Гребешок.

     - Заходи, вместе жить-ебаться будем.

     И стали они втроем жить, да ебаться.

     Бежит по дорожке Антон-Гандон. Смотрит, стоит терем-теремок голубой домок.

     - Кто, кто в теремочке живет? Кто, кто в голубом живет?

     - Я, Валюшка-Вафлюшка.

     - Я Стасик-Пидарасик.

     - Я Петя-Петушок-Голубой-Гребешок, а ты кто?

     - А я Антон-Гандон.

     - Заходи, у нас тут разврат, вчетвером жить-ебаться будем.

     Бежит по дорожке Сергей-Пассивный-Гей. Смотрит, стоит терем-теремок голубой домок.

     - Кто, кто в теремочке живет? Кто, кто в голубом живет?

     - Я, Валюшка-Вафлюшка.

     - Я Стасик-Пидарасик.

     - Я Петя-Петушок-Голубой-Гребешок.

     - Я Антон-Гандон. А ты кто?

     - А я Сергей-Пассивный-Гей.

     - Заходи, у нас тут такое! Вместе жить-ебаться будем.

     И теперь они впятером жить-ебаться стали.

     И тут едет по дорожке натурал Яков-Гроза всех сексуальных
маньяков. Смотрит, стоит Терем-Теремок голубой домок. А в нем такое
творится, что ни в сказке сказать ни пером описать.

     - Это кто в теремочке живет? Это кто там развратом занимается?

     - Я, Валюшка-Вафлюшка.

     - Я Стасик-Пидарасик.

     - Я Петя-Петушок-Голубой-Гребешок.

     - Я Антон-Гандон.

     - Я Сергей-Пассивны-Гей.

     - А ты кто?

     - А я натурал Яков-Гроза всех сексуальных маньяков. Вот я вам сейчас всем пиздюлей и навешаю.

     Перепугались девки, окна, двери позакрывали. По углам
забились. Орут, визжат, писчат. А Яков-Гроза всех сексуальных маньяков
залез на Терем-Теремок-голубой домок и развалил его. И разбежались
девки в разные стороны, разбрелись по всему свету, растерялись. И ходят
они с тех пор ищут друг друга по свету. А натурала Якова стараются
обходить   стороной.



А медведь шёл по "делам"

  • 09.07.07, 15:11

В 6 утра, когда все нормальные бобруйские жывотные еще спали, Медведь шёл по лесу, изредка воровато озираясь по сторонам. За спиной он нес батон докторской колбасы, которую отобрал у припозднившегося грибника. Грибник по-дурости своей кинул колбасу в Медведя, когда тот хотел попросить закурить, и убежал в бурелом.
Медведь потер ушибленный лоб, взял колбасу и уже хотел было сожрать грибника, но тут его осенил План. Медведь решил во что бы то ни стало вые@ть Лису. А Лиса просто так не давала, а за колбасу могло бы и прокатить. Но вот закавыка какая. По Законам Бобруйского Леса всей добычей надо было делиться со Львом, но ведь в таком случае и еб@я может обломиться, а Медведь такого допустить не мог, а потому, запрятав колбасу куда-то в жопу, на цыпочках, как балерина Волочкова, от кустика к кустику перебагал в сторону дома Лисы.
Солнышко только поднималось из-за вековых дубов и елей, когда Сова решила пойти на боковую и х#@рила на бреющем полете к себе в Дупло, но тут ее внимание привлек Медведь, который изображал из себя Разведчика. Сове стало любопытно и она решила узнать, что за херня происходит в лесу и чего она такого пропустила, пока гоняла мышей.
- Миша!
Эти слова Сова произнесла шепотом, но для Медведя это был как гром среди ясного неба.
- Скажи, Мишаня, с какого х@# ты цокаешь своими когтями как Рудольф Нуриев и высматриваешь что-то из-за кустов? - спросила Сова и удивленно разинула клюв. Сова хоть и была умной птицей, но такое поведение Медведя попросту сломило ее.
- Да, видишь, какая х@#ня... я тут эта... самое... ну... - Медведь лихорадочно прятал колбасу за спиной, не зная, какую бы отмазку придумать, - я гербарий собираю.
- Нихренаси. А зачем?
- Да я грибнику одному обещал, - ответил, довольный отмазкой Медведь, и нахмурился, потирая лоб.
Сова покрутила клювом и что-то в ее птичьем мозгу переклинило.
- О! А хочешь, Миша, я тебе покажу один красивый цветок? Тут рядом, за парой кустов, пойдем.
Сова прищурилась, что не сулило ничего хорошего. Медведь вздохнул и, нехотя, согласился.
- Только чур ты впереди меня летишь, а то я боюсь, - спизднул Медведь и сам ох@#л со своей глупости.
За кустами действительно рос цветок. Фонарная ромашка. Сова села на ветку и уставилась на Медведя.
- Срывай.
Медведя, державшего колбасу за спиной, прошиб пот. Если Сова сейчас увидит колбасу, что через 20 минут весь бобруйский лес узнает, как Медведь решил всех объеб@#ть, и тогда уже все вые@#т его. Этой самой колбасой.
- Сова! Смотри! Зайцы летят!!!
Сова выпучила глаза и повернула клюв в сторону. Медведь резво выхватил колбасу и запихал весь батон в пасть.
- Медведь, ты гербарий собираешь или сразу на месте куришь? Ну ты, б@#дь, Петросян шерстяной! Сам шутку придумал? - Сова повернула голову к медведю и раскрыла клюв. Медведь со своей вытянутой вперед рожей был похож на сайгака.
- М-м-м, - промычал Медведь.
- Красивый цветок?
- У-у-у.
- Ты ромашки не куришь?
Медведь решил улыбнуться и колбаса предательски полезла вперед.
Сова не поняла и показала в ответ свой крючковатый язык.
Медведь про себя вздохнул и сорвал ромашку.
- У-у у уу-у м-м у-у- ммм-уу! -промычал Медведь и ушёл в кусты, где сразу же отхватил пендаля от Зайца, который шел на речку стирать вечно обосранные трусы.
- Мишаня, доброе утро, х@ле не спим, че с еб@#ом? - скороговоркой выпалил Заяц, - флюс?
"Х@юс", - подумал Медведь, но в ответ только кивнул головой и скрылся в кустах, где нос к носу столкнулся с Волком.
- Потапыч, здоров будь! Сова сказала, гербарий собираешь, пойдем, помогу, а то делать нехрен.
Медведь вылупил на Волка глаз и почесал где-то в районе паха.
- Ну, нах@й, так нах@й, - вздохнул Волк, - бывай, звони, если че, мобилу знаешь.
Медведь хмуро повернулся и на лоб ему сел Дятел.
- Заяц забегал, про тебя сказал. Флюс? Ща залечим. Скажи "А-а-а-а-а!"
Медведь начал закипать. Еб@#ся ему уже не хотелось, колбаса грозила выскочить вперед, за что грозило немедленное получение пиздюлей от всего Бобруйского Леса. С вытянутой вперед рожей и ромашкой в лапе он был похож на удивленного пидораса.
Сгробастав дятла в лапу и запихав ему в клюв ромашку, медведь уже хотел было зарядить тому волшебного пендаля, как на поляну вышла Лиса в купальнике, от чего и у Медведя, и у Дятла сразу поднялось настроение.
- Привет, мальчики, - бросила Лиса.
- Привет, красавица! - чирикнул Дятел.
- М-м-м у-у-ум-м-м! - промычал Медведь, истекая слюной с запахом колбасы.
- Пойдемте на речку? - Лиса вызывающе посмотрела на Медведя.
Медведь отшвырнул Дятла, взял Лису под руку и пошел через кусты к речке.
На речке воняло говном. Потому что Заяц принес все свои скопленные за неделю трусы и отстирывал присохшее к ним дерьмо. Это только в сказках зайцы срут горошком, на самом деле они срут говном.
Медведя потянуло блевать. Но предательская колбаса не давала покоя. И тогда Медведь пёрнул. Пернул так, как пердят Настоящие Медведи. Так, что снесло и Зайца, и Лису, и трусы с говном. Так, что полегли вековые сосны.
Так, что самого Медведя отнесло за 300 метров на дорогу, по которой, озираясь по сторонам, шел грибник.
Тот самый грибник, из-за колбасы которого могла обломиться и ё#ля, и пиздюлины.
Медведь выхватил из пасти колбасу, и, улыбаясь, протянул ее грибнику. Грибник выпустил шептуна, но видя дрюжелюбно настроенного медведя, взял колбасу и улыбнулся в ответ.
- Дай закурить? - спросил Медведь.
- А я не курю! - улыбнулся грибник.
- Ну, дело твое...
Медведь аккуратно сгробастал некурящего грибника, засунул ему в рот колбасу и дал ускорительного пендаля. И корзинку с грибами растоптал. Еб@#ся ему уже не хотелось. И колбасы не хотелось. И ромашек, и грибов - ни-че-го. А хотелось ему пойти и дать всем п@#ды.

Потому что нехрен ходить в лес без сигарет!

Национальности (любимый вопрос многих на портале)

  • 21.05.10, 16:02
Живя в очень космополитическом городке, я вижу, как себя ведут те, или иные представители разных народов. И могу дать сравнительный анализ. Не претендую на оригинальность, точность и пр. ебнутые вещи, но все же. Итак, начнем:

 Русские – хамоватое быдло, которое считает что все вокруг должны говорить по-русски и никак иначе. Причем культура не зависит от наполняемости кошелька. Закинутся с утра чем-то вкусным и крепкоградусным, придать морде лица цвет спелого помидора. И распространяя шлейф перегара пойти шляться по маленьким лавочкам где им впаривают за безумные деньги всякую хуйню. Причем даже когда они торгуются, то продавец все рано имеет свой гешефт.

   Ирландцы – не далеко ушли от русских. Тока еще не дураки зарядить кому-то в торец. Юмор на уровне сельского сральника. Морды те же, красные и осоловелые. Пить могут много и безумно. После чего ищут до кого бы доебаться.  Получив порцию пиздюлей (или навешав кому-то, то как повезет.) валят в гостиницу спать.

   Американцы – пупы бля вселенной! Но милые ребята, если с ними забухать. Интеллект на уровне 10 класса средней школы. Но не дураки попиздеть о бабах, выпивке, жратве. Многие, ненавидят Америку чистой незамутненной ненавистью. Пусть не пиздят в фильмах, какие американцы патриоты. Хуй там. Сами же и признают, что в Америке очень удобно делать бизнес. Но жить там пиздец как отвратно.

   Англичане – ООО, те пьют аристократически... дорого, глупо и сука пафосно. Влюбляются в проституток как портовые шлюхи,  сентиментальны так же. Но интересные собеседники хоть сука и снобы.

   Немцы – ну эти походу даже дрочат по расписанию. Сидят чисто своими компаниями, жрут пиво,  сосиски, и класть хотели свои арийские пинусы на девок. Походу немцы кончают тока от военных маршей и четко составленного расписания.

   Скандинавы – холодные и злые Викинги. Для которых вы все просто мерзкие людишки, которых нужно завоевать, изнасиловать, убить, расчленить, и намотать кишки на позорный столб. В принципе милашки.

   Японцы – инопланетяне. Больше сказать нечего. Такое впечатление что блять прилетели с Альфа Центавра. Ложили на всех свои маленькие хуи, ибо нехуй. Хотя молодое поколение кавайных девачек очень даже общительные и смешные. Молодые японцы мужеского пола, сука суровые потомки Якудзы!

   Китайцы – азиатские евреи. Их много,  громко и страшно. Смотря на них понимаешь почему стоит стрематься Китая. Хотя очень даже не дураки пожрать, дернуть пару пузырьков а потом попиздеть. Но так как по пьяни пиздят исключительно на китайском то конектинг пипл с ними затруднителен.

   Ну и наконец моя любимая группа уродов, встречайте:

   Индусы – замотанные в простыни чудовища, с не менее чудовищными бабами. Старые индусы пузаты, бородаты, и противны. Молодые слегка пузаты, слегка бородаты и не менее противны. По свидетельствам очевидцев, живут в говне.

   Пакистанцы – ооо бля, птицы, блять говоруны. Тока нихуя не умные. Постоянно пиздят, так что не понятно, что они хотят. Жутко воняют какой то хуйней, причем такое впечатление что моются исключительно в ванне с коровьим дерьмом смешанным напополам с разложившимся мясом. Очень приставучие, особенно портные. Выучив пару русских слов доябываются хуже москитов. И точно так же как и москитов, хочется взять и уебать!

   Арабы – ыыы… блять прилизанные ублюдки,  те же каркающие слова и пр. хуйня. Когда в стае не стесняются обсуждать всех, кто находится в поле ихнего зрения. Когда один (что бывает пиздец как редко) перемещается в пространстве, прячась в складках местности, и шифруясь от собственной тени. Очень любят доебывацца до русских «Наташ». Причем суки не хотят различать, где нормальная девушка, а где блядюга. За что иногда и отхватывают неиллюзорных пиздюлей от русских. После чего откатываюццо, и в стороне начинаю громка орать, и попердывать от возмущения. После чего опять получают пизды, и так до тех пор пока либо не разбегутся, либо не приедет полиция, и не даст всем люлей и заберет в участок.

    Вот такой вот зоопарк у нас тут водится. Можно еще рассказать про многих. Но ну его нахуй. Заебался.

Про кунигулус

  • 07.07.12, 14:47
Чтобы правильно делать кунигулус, 
нужно не сосать клитор, как ошибочно поступают многие,
а лизать его языком.
Голубиное, из неопубликованного.
Речь, ребята, пойдет у нас о языке.
Даже не о языке. Я вам лучше сказочку расскажу, детки. Ибо все вы тут иуашные детки. А детки они не понимают вещей абстрактных, а вот сказочки они очень и очень любят. Про три орешка, блядь, для Золушки. Ой, само вырвалось, как говорят, по Фрейду. Итак...
Жила была в мире страна по имени Чехословакия. И была она всем хороша. И населяли ее красивые, умные и симпатичные люди. Только вот беда, было этих людей очень и очень немного. И были они всем хороши, с чувством юмора, оптимисты даже, только как всяким оптимистам было им многое пофигу. Ну всякие странные вещи, типа чешского языка, или, прости господи, чешской культуры. 
Да и как не быть пофигу бравому солдату Швейку относительно всего чешского, когда слову самому Чехия лет сто не больше. А до этого была Богемия. Ну или Моравия, как кому удобнее. А последний раз на этом самом чешском говорил Ян Гус (это тот который, санта симплисита, да да, он тоже из этих), да Жижка с таборитами лет эдак 500 тому назад. Ну были, конечно, в 19 веке дурачки-интеллигенты, которые на коленке возрождали грамматику чешского языка. Но это, если посмотреть, баловство одно, глупость. Зачем нужен практически забытый чешский, когда есть в ходу язык блистательного соседа — немецкий. Тут тебе и литература мирового класса на нем и технические книжки, и сотни лет совместной истории, которую разделила по-живому геополитическая катастрофа — Первая мировая война. В результате на месте блистательной Австрийской империи множество странных образований, одно из которых Чехословацкая республика. 
Казалось бы, живи себе, пей отличное пиво, а язык, ну какая к черту разница. Ну бывали конечно эксцессы. Один, прямо скажем фрик, пришел в немецкую фирму с требованием ремонта по гарантии велосипеда. Так нет чтоб объясниться на общепонятном. Написал этот идиот на чешском письмо. Его, естественно, нормальные люди высмеяли да и вытолкали взашей. Учи матчасть, мол, дяда. Так он осерчал и собственную фирму-конкурента открыл. "Шкода" называется. Сейчас мировой бренд. Зачем, спрашивается, открывать, когда есть БМВ и Мерседес? Ну не придурок ли. Он бы еще сиськами голыми помахал, ей бо...
Так вот, живет наша Чехословакия и горя не знает. В самом деле, кругом кризисы, диктатуры разной степени зверскости, а тут тишь да гладь, демократия, пиво да девки красивые. Ну и культура, вся сплошь немецкая. А чего напрягаться-то? Все ж само по себе идет хорошо. 
И вот спустя некоторое время появился некий такой художник. Вернее, он сам себя считал художником, а ему в Венской академии посоветовали податься в то, что сейчас называется, графические дизайнеры. Художник этот неплохо рисовал, кстати, но у них, у художников, свой заговор — чужих не пущать. Да и фотошопа тогда, чтоб дизайнить, еще не было. В общем, обиделся этот художник на академиков крепко. Другой бы на его месте посмеялся только. Нарисовал бы синий квадрат, как Малевич, продал бы богатому идиоту за миллион в качестве шедевра, да и укатил бы с бабами на курорт. Этот нет — реши отомстить гнусным зажравшимся академикам. У творческих людей часто так бывает. Взять Есенина например — казалось бы: талант, мировая слава, девки в очереди дерутся чтобы дать, про деньги вообще молчу — как говна в сортире. Так нет же, в петлю полез. А наш художник решил петлю на академиков надеть. Ну и как всякий несостоявшийся в чем-то специалист занялся политикой.
И в политике у него получилось весьма и весьма. А в Германии тогда все было весьма и весьма кисло. Работы нет, инфляция дикая, народ с голодухи сортиры в Италии моет по Америкам разбегается да работает там за копейки, что те таджики. Но в природе все хитро устроено. Мудрые давно заметили, что нет в мире стабильности. И если совсем кисло, то через время похорошеет, а если хорошо, то жди беды. И если правильно в нужное время в поезд вскочить, когда от хренового к хорошему переход начнется, то все ништяки небесные народ тебе припишет. Ты, мол, спаситель и избавитель. Невдомек людишкам, что нет в мире Вселенского Избавителя, и что только их руки, порой грязные и некрасивые, чудо экономическое творят. Неа, ответят тебе людишки, мы ведь простые, что от нас зависит. А тут вот красавец-мужчинка стоит, с усами да в фуражке. Он и рулюет всем, да так хорошо, что и не приснится нам такое никогда. В сказке про экономику говорить не пристало, расскажу только. что чудо начинается тогда и только тогда, когда жопа с дивана поднята, а руки что-то мастерят. Не думай надо оно кому-то или нет — ты делай. Вот не было вчера у тебя на столе ничего, а сегодня фигурки деревянные повырезаны — хорошо. Значит кризиса стало меньше в мире. Фигурки эти собой кризис, как камушки воду, вытесняют, отгоняют подальше от тебя.
Так вот, повезло нашему художнику стать у руля страны, когда кризис стал помаленьку Германию отпускать. Люди это заметили, да нехитрую связь установили — без Путина художника плохо, с художником хорошо. Да и назвали процесс — Россия Германия с колен поднимается. И чего ж не радоваться. Производство работает, значит инфляция не свирепствует. Деньги в стране крутятся, значит хорошо живется и буржуям и работягам. А коль скоро жрать есть чего и много, нужно задуматься о вечном. Ну вечность понятие не совсем понятное, а вот лет тыща уже понятнее и главное звучит хорошо. Тысяча лет называется Эра, — слово просто загляденье какое, и дух захватывает, и кошку тоже легко назвать можно. И стали все страну называть Рейх Тысячелетний. 
Но вот незадача. Если рейху тыща лет, так чего ж это он на шести сотках на таком маленьком клочке-то размещается. Это ж срам один — за тыщу лет копили копили и накопили, что весь рейх за день на автомобиле проехать можно. У нас вот, к примеру, как в Крым едешь поездом, ночь да полдня тратишь, а там — только паровоз разгонится и все, кончился рейх. Нехорошо.
Осмотрелся художник по сторонам и решил, если где по-немецки говорят, это тоже рейх на самом деле. И спрашивает сначала Австрию:
— А не хочешь ли ты, старушка Австрия, принять, как полагается, моего большого и толстого.
Такое странное предложение любая барышня должна по идее с гневом отвергнуть. Но это если свидетели есть. А если нет этих свидетелей, мужчинка статный да с усиками, и климакс не за горами, да и не ваше это дело в общем.
— Ну конечно же, дорогуша, примем в лучшем виде. Пусть глупая молодежь за малолетками бегает неопытными.
— Ну тогда вставай скорее в коленно-локтевую и раздвинь пошире ягодицы.
Австрия так и сделала. И художник ей засадил, только не туда, куда она полагала вначале, а в самую жопу. Но поскольку Австрия не понаслышке знала учение Фрейда о садо и о мазо это ей очень даже понравилось. И зажили они с художником очень счастливо. И рейх стал чуточку большее.
И тут видит художник краем глаза странную такую страну. Называется Чехословакия, а говорят все по-немецки. Ну мы решили уже — по немецки, значит наше. Но народ странный какой-то, чехами себя называет, да с художника нашего только посмеивается.
— А не желаешь ли ты, красавица Чехословакия чтобы я тебя...
— Нет, — вдруг резко ответила молодая Чехословакия, — я знаю что ты делаешь с Австрией, отношение у меня к этому резко негативное, да и ты, меж нами девочками говоря, не красавец совсем, а мудак.
Художник не смутился совсем от таких слов. У них так в богеме многие друг другу гадости говорят и не обижаются. Он только слюни свисающие подтер и снова домогается.
— Ты это не хорохорься, красава, особо. Эт я седня такой добрый, а завтра приду и сразу затащу в кусты, даже спрашивать не буду.
— Вы сударь тупой мудак и говорить мне с вами не о чем. Вернее, разговаривать с вами теперь будут мои друзья и за оскорбление вы ответите, — ответила двадцати-летняя девушка и убежала.
Надо сказать, что были у нее действительно серьезные друзья. Это два здоровых мужика с женскими именами: Англия и Франция. Они считали себя главными пацанами на раёне, хотя давно уже бросили качать мышцу на турнике и сидели все больше с пивасом или "забивали козла" за столиком. От постоянного потребления пиваса у обоих пацанов отросло отросло огромное брюхо. Особенно оно было большое у брателлы Англии. Оно было таким большим, что другие пацаны поменьше часто подкалывали его: 
— Братан, у тебя такое большое пузо, что над ним никогда не заходит солнце.
Он только мило улыбался и шутя грозил шестеркам огромным кулачищем, на котором была выведена татуха типо вроде такой: "Слышь, Бородатый! Храни мою кралю".
И вот к этим двум чувакам и прибежала наша Чехословакия.
Было жарко. Франция сидел на скамеечке, скрестив ноги, и ковырялся в дупле зуба отточенной спичкой. Англия с утра принял уже несколько литров пиваса и потому лежал  в тени липового дерева, с подозрительно темным пятном на штанах в области гениталий. Оба пацана показательно скучали. Тут же, через покосившийся забор из неумело скрюченной колючей проволоки, на них периодически орала местная алкоголичка Рашка. У Рашки был очередной запой — зной и вонючий самогон сыграли с ней злую шутку — Рашка лежала лицом в луже собственной блевотины и периодически злобно орала пацанам про какого-то мужика по фамилии Керзон. Потом, отхлебнув глоток из стоявшей рядом бутыли, он падала лицом в блевотину. От постоянных энергичных ударов о землю, лицо Рашки было разбито в кровь и распухло, а над зловонной лужей жужжали жирные зеленые мухи.
Чехословакия подошла к ковырявшему в зубах Франции:
— Добрый день. Сегодня один гнусный жулик сделал мне гнусное предложение, а на мой закономерный отказ пригрозил изнасилованием. Памятуя нашу давнишнюю дружбу, прошу вашей защиты и показательного наказания зарвавшегося урода.
Франция повернулся к валявшимуся Англии:
— Слышь, Англя, тут типо нашу девушку трогают.
— Кто таков? — Англия попытался было встать, но покачнулся и сел на задницу. От перепитого пиваса его охватил приступ тошноты, — кто... посмел... — запираясь и удерживая из последних сил струю блевотины промямлил Англия.
— Кто тебя трогает? — спросил Франция.
— Я сама его вижу в первый раз. Говорят, что он какой-то дефективный художник.
— А художник! Интеллигентик сраный. Ну с этим мы дохляком быстро разберемся, — Англия предпринял очередную попытку встать и тут его вырвало. Чехословакия ловко отскочила в сторону и струя обдала Францию, загадив доминошный столик.
— Че за дела? — взревел Франция, — ты че себе позволяешь!
— Извини братан, так получилось. Пошли к колонке умываться. Слышь, Чеха, мы это короче, поговорим с художником. Он от тебя отвянет. Будь спок, кароче. Бу-ээээ......
Вечером два серьезных пацана, Англя и Франця, сидели в одних труселях на корточках у колонки и грызли семки. Тут же рядом на траве были разложены их постиранные под струей воды шмотки. Пока Франця тянул на себе Англю, тут успел еще пару раз сблевануть и основательно загадить свою одежду тоже. Штаны и растянутые футболки сушились плохо, вдобавок еще и пованивали. Англе пришлось простирнуть еще и заношенные синие с красным труселя и, чтобы не позориться перед бегающими по двору малолетками, надеть их мокрыми и сушить на себе. Оба другана молчали. Франця демонстративно воротил нос от воняющих блевотиной и мочой штанов Англи. Вдобавок покачивающийся из стороны в сторону Англя периодически касался своим потным плечом Францю, от чего тот вздрагивал и особенно злобно сплевывал лузгу на дорогу. Было жарко, мерзко и противно...
Пацаны, сидевшие на умняке, не заметили как к ним сзади четкой походкой подошел подтянутый суховатый мужик, одетый, несмотря на жару в песочного цвета френч, галифе, хромовые сапоги и белые перчатки. На голове у незнакомца была фуражка с лихо заломленной тульей. Незнакомец сильно ухватил пацанов сзади за жирные шеи. Сквозь перчатку чувствовалась его сильная жилистая рука
— Ну что, ребя, побазарим.
От такой неслыханной наглости Англя и Франця слегка ошалели и попробовали было подняться, чтобы тут же наказать обидчика. Но незнакомец сделал шаг назад, сильнее сжал шеи и как следует треснул пацанов лбами. Страдающий от пивасного бодуна Англя взвыл от нестерпимой боли пронзившей мозг по диагонали, Франця покачнулся, но удерживаемый сильной рукой незнакомца остался сидеть на корточках.В воздухе послышался запах кала.
— Теперь яснее, ребя?
— Чего тебе надо, черт, — промямлил Франця.
— Повежливее, пожалуйста, — незнакомец так сжал шею Франци, что у того потемнело в глазах, — меня зовут Художник. Вы тут типа авторитеты, вот я с вами и пришел перетереть. Что эта чешская сучка вам на меня вякала?
— Ну она говорила. Что ты типа невежливо с ней базарил. Пусти шею, хрыч! — прохрипел Франця.
— Пущу, пущу. Кишки пущу. Так вот, корефаны. Расклад изменился. Теперь не вы два крутых на раёне, а к вам присоединяюсь еще и я. И в знак нашей с вами дружбы, вы приведете ко мне на хату эту чешскую дуру. Тогда будет меж нами мир и дружба. Вам понятно, пацаны.
— А если мы не... — оклемался Англя.
— Шутить со мной не советую, ребя, — Художник приставил в шеям двух жирдяев куски стальных труб.
"У него СТВОЛ!" — мелькнуло в голове толстяков.
— Не, спокойно, мы поняли, — пробормотал Франця.
— Пойми, Художник, мы не хотим ссориться, — промямлил Англя. Говном запахло еще больше.
— Ну вот и славно, пацаны. Я знал, что мы договоримся, — Художник ловко спрятал 10-сантиметровые отрезы труб в карманы френча, — Покеда. Сроку вам до утра. Да, и вот еще. Передайте этой бляди, что будет ей всяческий кунигулус. Пусть не беспокоится. Га-га-га! — заржал художник, обдав ополоумевших толстяков, зловонием изо рта.
— А что такое кунигулус? — робко спросил Англя, когда звук кованных сапог Художника стих.
— Это когда языком, — ответил Франця и упал с корточек на жопу, — так че делать будём, Англя?
— Попробую перетереть с кузеном Амером. 
— Это тот бесбашенный качок, что надавал тебе пиздюлей пару лет назад? Ты думаешь он подпишется?
— Не ну кто старое помянет тому, сам знаешь. Было дело. Есть еще Раша, правда.
— Ну ее в жопу. Пока у нее запой пройдет, нас Художник с говном съест.
— Та да. Ну а Чеху что?
— А что Чеха? Кто она тебе?
— Никто. Так красивая баба.
— Так от. Значит план такой. Амера все равно счас на месте нет. Он должен появиться на той неделе. Как только появится, прем к нему базарить. Если Раша протрезвеет, тоже. Она баба склочная, и не таких художников заебывала. Тебя вон с твоим Боней так отымела, до сих пор отойти не можешь. И на бабло кинула на той неделе.
— Блядская сука — зашипел Франця.
— Ладно, ладно, не кипятись. Ну а с Чехой, я так думаю, вопрос решенный.
Ночью, одетые в засаленные фраки Англя и Франця, постучали в дверь квартирки, где жила Чехословакия. После некоторой паузы дверь открылась и пацаны шагнули в уютную прихожую. 
— Привет, Чеха, мы это навестить пришли. Проведать. Как жисть вопчем, — переминаясь с ноги на ногу начал Англя. Его фрак был застегнут лишь на одну пуговицу, остальные были отодраны, некоторые даже "с мясом". Фрак ему основательно покромсали ловкие южноафриканские мальчишки. Несвежая манишка топорщилась так, что было видно огромных размеров волосатое пузо.
— Привет. Это короче тебе, — Франця вытащил из кармана брюк тающую от жары бесформенную шоколадку.
— Ребята, а вы днем зайти не могли. Что-то мне ваше появление в такое время ой как не нравится. Давайте чаю попьем что ли...
— Какой, нахер, чай. Чеха, короче дело серьезно, — Англя с Францей сделали шаг навстречу перепуганной Чехословакии, — Художник предлагает женитьбу...
— Так вы, козлы, шестерки Художника!.. — вскрикнула девушка и не договорила.
— Заткнись, сука! — два жирдяя, тяжело дыша повалили девушку на пол. — Вяжи ноги, Англя! — Франця ладонью закрывал рот жертвы.
— Вязать нечем! Я веревки не взял. 
— Дубина, вытаскивай ремень из штанов!
Спустя полчаса, завернутую в ковер Чехословакию, два запыхавшихся жирдоса внесли в квартиру Художника. Художник встретил их в прихожей и скомандовал:
— Несите сучку в комнату Мюнхен.
Пацаны пыхтя и толкая друг-друга, поволокли извивающуюся жертву по узкой деревянной лестнице вверх. Англя то и дело левой рукой подтягивал сползающие вниз штаны.
В комнате, заставленной рыцарскими латами и другим железным псевдосредневековым хламом, девушку развязали и усадили на диван, удерживая руки и ноги. Художник зловеще загоготал и стал судорожно лазить в ящике массивного стола. Наконец он нашел, что искал — это была коробка презервативов. На этикетке практически нечитабельным готическим шрифтом было написано "Протекторат". 
Противно ухмыляясь, художник приблизился. В этот момент у Англи, сидевшего справа, случился очередной приступ пивасного бодуна и он немного ослабил хватку. Девушка воспользовалась этим, освободила руку и со всего размаха ударила Художника в рыло.
20 солдат, 1 офицер
    Чешский лесок —  Самый лесной. Год — девятьсот Тридцать восьмой. День и месяц? — вершины, эхом: — День, как немцы входили к чехам! Лес — красноват, День — сине-сер. Двадцать солдат, Один офицер. Крутолобый и круглолицый Офицер стережет границу. Лес мой, кругом, Куст мой, кругом, Дом мой, кругом, Мой — этот дом. Леса не сдам, Дома не сдам, Края не сдам, Пяди не сдам! Лиственный мрак. Сердца испуг: Прусский ли шаг? Сердца ли стук? Лес мой, прощай! Век мой, прощай! Край мой, прощай! Мой — этот край! Пусть целый край К вражьим ногам! Я — под ногой — Камня не сдам! Топот сапог. — Немцы! — листок. Грохот желёз. — Немцы! — весь лес. — Немцы! — раскат Гор и пещер. Бросил солдат Один — офицер. Из лесочку — живым манером На громаду — да с револьвером! Выстрела треск. Треснул — весь лес! Лес: рукоплеск! Весь — рукоплеск! Пока пулями в немца хлещет Целый лес ему рукоплещет! Кленом, сосной, Хвоей, листвой, Всею сплошной Чащей лесной — Понесена Добрая весть, Что — спасена Чешская честь! Значит — страна Так не сдана, Значит — война Всё же — была! — Край мой, виват! — Выкуси, герр! …Двадцать солдат. Один офицер. Марина Цветаева (1938-39 гг.)
    На этом эта сказочка заканчивается.
    А наша, детки, только начинается.

    Павлик Морозов про МОВУ!

    Про дружбу

    • 06.12.07, 13:27
    - Жаль, что ты в деревню съебся на выходные, мы тут в парк на дискач пошли, ваще, короче, ништяк было. Прикинь, я, короче, поссать зашел в кусты, отстал от пацанов, выхожу короче, смотрю нефор такой волосатый хуячит, я к нему: Ты, слышь, говорю, а чё нестриженый такой, типа баба чё ли? А он: да я музыкант. А я ему: да ты кто по жизни ваще. Он: ну я пацан. А я: да какой ты пацан, типа хуй между ног и уже пацан, олень ты по жизни и нефор ебаный, я тя ща убивать буду. Тут еще два таких же нарисовываются и баба с ними: Ты чё типа хотел. А я смотрю, пацаны недалеко ушли, да и сам думаю, двоих точняк вальну, с третьим повожусь, там здоровый такой третий, пиздец, там пацаны подскочут, мы еще соске короче этой на клыка задвинем Я, короче, ору: Пацаны, бля, нефоры борзеют. Хуяк, короче, здоровому в табло, двое на меня, я давай рубиться, тут пацаны подлетают, мы их месим короче по полной. Пизда эта давай орать, тут слышу мусорская мигалка, я ору: Пацаны съебываем. Мы через парк, короче ломанулись, хуй они нас поймали. Я еще в конце соске уебал, думаю, хули орет овца. Вобщем съебались, да и мусора вроде не напрягались за нами особо. Потом уже на лавочке за домом посидели, Таньку, короче, с четвертого подъезда развел, прям в кустах прикинь отодрал, ну ваще ништяк отдохнули. А ты чё? Как съездил?
    - Да я не особо, чё там в деревне, баб толком нет, так с пацанами пожрали самогонки, потом домой пришел, батя запалил, пиздюлей вставил, не сильно так, ну ничё интересного.
    Серега и Вован, два семнадцатилетних пэтэушника сидели ночью на пустыре на окраине города, и, попивая пиво, делились впечатлениями о выходных. Дружили они с детства. Серега, крепкий физически и наглый неимоверно, раньше ходил в секцию бокса и подавал очень большие надежды, но после пары драк в секции и появлении в нетрезвом виде на тренировках, был, не без сожаления выгнан тренером. И Вован, худенький, маленький, слегка трусоватый, но рядом с другом, становящийся еще более наглым, чем он.
    - Да, Вован, послал бы ты деревню, да с нами бы отдохнул, мне тебя не хватало пиздец, а прикинь, Таньку бы на двоих, я ей потом уже, короче, причесываю: у меня типа родаки уедут на дачу в субботу, давай посидим у меня, в треху с Вованом. Она: а зачем Вован. Я: да ты чё, это ж мой друган по жизни, да и ты ему нравишься пиздец, там посидим, пивка, водочки, посмотрим фильмец короче, ваще ништяк будет.
    - Ты чё серьезно? Прям согласна?
    - Не, ну я ж не сказал прямо, чё втроем там устроим, ну поняла, не маленькая, ее полдвора ебало, не похуй ей. Там посидим, напоим, а потом раскрутим, короче, бля как в порнухе замутим.
    - Бля, - Вован нервно задышал, - конечно раскрутим, а не раскрутится, заставим.
    - Ребят, сигареткой не угостите? - из темноты вдруг вырос силуэт пожилого бомжа, с мешком за спином.
    - Ты, слышь, не курим мы, - засмеялся Серега, выпуская дым бомжу в лицо, - работай иди, бомжара вонючий, ящики вон грузи.
    - Эх, зачем же вы так, - грустно произнес бомж и побрел дальше.
    - Не, ты прикинь Вован, он еще нас учить будет, - Серега вскочил, - не, надо нахлобучить его.
    - Да ладно тебе братан, - Вован тоже вскочил, - это же бомж, чего с него взять.
    - Да похуй, давай отпиздим его, я тут в кино смотрел, ща покажу тебе ударчик.
    Серега разбежался и с криком подпрыгнув, ударил бомжа ногой в спину. Бомж упал, потом, пошатываясь, приподнялся.
    - Пацаны, вы чего, совсем озверели? Я ж местный, тут на свалке живу рядом, Михалыч меня кличут. Вы чего?
    Подбежал Вован и попытался тоже пнуть ногой:
    - Ты чё сука, бомж ебаный, ворюга вонючая, у меня два года назад дача сгорела, ты наверно сжег гандон.
    - Малолетка ты дурная, да разве Михалыч хоть раз что-нибудь поджег или украл, да я всегда в теплотрассе зимовал да на свалке, сволота, да я+
    Серега нанес свой коронный апперкот, глядя на который еще его бывший тренер Алмаз Ренатович восхищенно присвистывал, и Михалыч, не успев договорить, рухнул как подкошенный. Из отлетевшего мешка вылетели алюминиевые банки, какие-то тряпки, один старый кроссовок и другой нехитрый бомжовский скарб. Серега с Вованом быстро принялись пинать упавшего ногами.
    - Чё сука, это тебе не по дачам чужим шариться, - Вован, войдя в раж, пинал Михалыча по голове. Вдруг острая боль пронзила его в районе щиколотки. Вован обернулся. Маленькая, смешная, взъерошенная собачка, рыча, намертво вцепилась ублюдку в ногу.
    - Аааа, сука, Серега, бля, помоги.
    Серега метким ударом ноги отбросил собачку.
    - Вован, уходим, быстро, - Серега схватил друга за шкирняк и потащил, - быстро бежим, кажись, мужик накрылся. Бежим на хрен отсюда+
    Михалыч еще слегка хрипел, когда, подволакивая сломанную ногу, маленькая собачка подползла к нему и принялась, поскуливая, слизывать кровь с его лица.

    - Чего у вас здесь Степан? - старший следователь Скороходов подошел к участковому.
    - Да тут бомжа одного убили, Михалычем его кличут, нормальный дядька был, по криминалу не проходил не разу. Забили до смерти придурки какие-то
    - Может собутыльники его? Нажрались, поссорились, слово за слово и пошло-поехало?
    - Не похоже вроде, Михалыча свои уважали, да и вряд ли бы бомжи бить стали насмерть, ну ножом бы пырнули сгоряча, а здесь вовсю били, жуткая смерть. Есть один, сейчас позову.
    Участковый помахал рукой и к ним робко подошел бомжевато-интеллигентного вида мужичок.
    - Петр Иванович Судонин, - с достоинством представился мужичок.
    - Ну давай, Петр Иванович, - улыбнулся следователь, - рассказывай, как пили, как поссорились, кто бил, где найти?
    - Да вы что гражданин начальник? - возмутился Петр Иванович, - да нечто ж на Михалыча кто из нас руку бы поднял, мировой мужик был, все уважали его, а собаки-то как его любили.
    - Какие собаки? - не понял Скороходов
    - Да обычные, со свалки, Михалыч собак все прикармливал, любил их очень, бывало сам голодный, а им притащит вкусненького.
    - Ладно, сейчас в отделение проедешься, расскажешь подробнее.
    - Да как же в отделение гражданин начальник, да я ж не сделал ничего.
    - Там разберемся, уведите его. Слушай меня сюда Степан, забили его по любому свои, допросим парочку, не расколятся, дело закроем, очередной висяк, сам понимаешь, никому не нужен. А бомжа этого кто хватится? И не возражай даже, решено все. Криминалисты закончили? Ну все, пусть тело уносят.

    Огромный серый пес лежал на пригорке и пристально смотрел, как уносят тело того, кто был его единственным другом из людей после покойного хозяина. Пес почувствовал, как где-то в груди закипает и начинает клокотать, ища выхода, свирепая ярость. Он глухо зарычал. Сзади послышался шорох. Пес обернулся. Маленькая всклокоченная собачка, приволакивая заднюю правую ногу, выскочила из-за кустов и, захлебываясь негромким лаем, принялась прыгать рядом с вожаком.

    Отступление. Четыре дня назад.

    - Ну родные мои, заждались, а вот он я, ну-ка посмотрим, что я вам принес, - с такими словами Михалыч подошел к стайке бездомных собак, приветствовавших его дружным лаем.
    - А я тут на мясокомбинате был, помог мужикам с разгрузкой, они мне обрезков надавали, - Михалыч вытряхнул из пакета какие-то кости и мясные обрезки, - ну угощайтесь милые, угощайтесь.
    Первым подошел вожак стаи, огромный серый волкодав, не торопясь выбрал самую большую кость и чинно отошел к поджарой белой суке. Стая дружно накинулась на кости, слегка перебрехиваясь, но не устраивая потасовок. Особо зарвавшихся вожак одергивал негромким рыком.
    Михалыч достал из кармана найденный, почти целый чебурек и принялся жевать его, разговаривая с подопечными:
    - Ну вот, здорово то как, всех накормил, эх милые вы мои, нам то тяжело людям, а вам еще тяжелее, хоть поешьте вдоволь, родные вы мои.
    Стая усиленно работала челюстями, иногда благодарственно поглядывая на человека. Вдруг, как по команде, собаки бросили есть и начали лаять на непонятно откуда взявшуюся маленькую взъерошенную собачку, появившуюся в опасной близости от стаи. Вожак, оставив кость, в три прыжка подскочил к нарушителю спокойствия и грозно зарычал, оскалив клыки. Собачка вжалась в землю, как бы говоря, ну да, вот он я, чужой, голодный и никому не нужный, не прогоняйте меня, пожалуйста.
    - Серый, ты что, охренел совсем, ну-ка фу, - Михалыч привскочил, - ты что же это делаешь, ну-ка брось негодяй.
    Серый нехотя отошел.
    - Иди сюда маленький, давай не бойся, - Михалыч поманил собачку, иди-иди, я тебя накормлю, - и, отломив добрую половину чебурека, отдал его подбежавшей шавке.
    Стая, неодобрительно поглядывая на чужака, принялась опять за еду.
    - Кушай, малыш, не бойся, - Михалыч поглаживал собачку, - побегаешь со мной, там и остальные к тебе привыкнут. Эх, а вот у меня на заставе пес был, Душманом звали, мировой был пес, я тебе скажу, жизнь мне спас как-то.
    Михалыч погрузился в воспоминания. Собачка, прижимаясь к ласковой руке, внимательно слушала.

    - Ну, давайте мужики, помянем Михалыча, как водится, - Петр Иванович Судонин, он же бомж Петюня разлил паленку по стаканам, - царствие ему небесное, мы вот пьем сейчас, а душа его летает вокруг и радуется, что его помнят.
    Бомжи выпили, закусили, чем бог послал, выпили снова и задымили беломором. В это время в нескольких километрах от них Серега с Вованом шли домой по ночному парку.
    - Слышь Серега, а давай в армейку вместе проситься, там держаться будем друг за друга.
    - Не знаю Вован, я короче, когда в военкомате был, мне военком так и сказал в десант мол пойдешь без пизды, а тебя не возьмут наверно, да ладно не ссы, там тоже с пацанами познакомишься нормальными, себя покажешь и ништяк все, ну по первой полетаешь, так все летают, а там через пару лет придем короче, встречу устроим ништяковую, я тут с Сулейманом базарил за нас вчера, обещал пристроить потом, лучше уж в бригаде, чем у станка после каблухи пахать+
    - Братан, смотри, это чё такое? - Вован резко остановился, - это чё за фигня?
    Из кустов на дорогу молча выходили бродячие собаки.
    - Э, а ну пошли отсюда, пошли на хуй, кому говорю, - друзья начали озираться в поисках камней.
    Собаки, не обращая внимания, также молча ринулись на друзей. Вована быстро свалили на землю и начали рвать. Серега сразу не сдался, отчаянно отбиваясь руками и ногами, он вдруг заметил на земле какую-то палку. Быстро схватив, непонятно откуда взявшийся спасительный кусок арматуры, Серега замахал им, нанося меткие удары атакующим.
    - Не чё суки, идите сюда, давайте, урою всех нахер, Вован, братан ты как?
    Вован, скрывшись под нахлынувшей волной шерсти, зубов и мускулов, почти не подавал признаков жизни.
    - Суки, убью, держись братан, - Серега ринулся в атаку, с бешеной скоростью размахивая арматурой.
    Стая неожиданно расступилась, пропуская вперед вожака, огромного серого волкодава. Серега остановился, осознавая силу появившегося противника. На какую-то секунду замерли все: собаки атаковавшие Серегу, собаки, расправлявшиеся с Вованом. Замер Серега и замер вожак, понимая, что от этой схватки зависит исход всей битвы. Серега, уловив движение, со всей силы ударил, но раскрученная с невероятной скоростью серая яростная пружина, опередила смертоносную арматуру и всей массой обрушилась на Серегу.

    - Что Степан, опять мокруха, да у тебя тут Гарлем какой-то, а не российский город, двух пацанов грохнули, и что? Где искать-то? Совсем профилактику не проводишь.
    Такими словами следователь Скороходов приветствовал участкового.
    - Игнат Сергеевич, ну какой Гарлем, рабочая окраина, вы думаете, мне легко тут, я уже три года прошу усилить личный состав, выделить деньги на компьютеры, да хоть один автомобиль новый дать.
    - Ладно, не кипятись Степан, - следователь примиряющее вскинул руки, - финансы не в моей компетенции, помог бы если смог, да и тут случай неординарный, эксперты говорят их звери загрызли, предположительно волки или собаки, волки то вряд ли, а вот собаки запросто. Ты говорил, тут за парком на свалке бездомные собаки бегают?
    - Да, тут стая есть крепкая, собак пятнадцать, у них вожак такой серый здоровый. Чужаков гоняли, при мне помню, кобеля какого-то гнали полрайона, но на людей не кидались не разу.
    - Ну, раньше не кидались, сейчас кинулись, озверели совсем, оголодали и кинулись. Я уже в службу позвонил, поедут на свалку их вылавливать.
    - Странное дело Игнат Сергеич, с утра был на свалке, там бомж один окочурился, паленки перепил, так обычно собаки эти всегда там, хоть несколько бегает, а сегодня никого, как попрятались.
    - Ничего, от службы не спрячутся, рано или поздно выловят, спецы, работа у них такая.

    Стая шла. Шла, стараясь не выходить днем на дороги, огибая населенные пункты, питаясь случайно пойманными зверьками. Вожак понимал, что после случившегося их будут искать, чтобы отомстить. Чего бы ни стоили клыки и скорость, люди все равно сильнее, а значит надо уйти. Серый помнил, как давно, еще маленьким щенком, он жил с хозяином в большом городе, из которого они переехали в городок, где хозяин умер, а Серый, потеряв хозяина, спустя годы встретил и снова потерял еще одного хорошего человека. Направление до родного города Серый помнил четко, туда то он и вел остальных. Вожак оглянулся: поджарая белая сука, которая должная была через какое-то время ощениться его щенками, кобель, помесь овчарки с дворнягой, всегда претендовавший на лидерство, но после схватки вожака с человеком, окончательно признавший его власть, дог, выкинутый уехавшими за границу хозяевами, другие кобели, суки и два подростка-щенка, породистые и беспородные. И маленькая всклокоченная собачка с перебитой лапой, под ритм бега которой подстраивались остальные собаки. Это его стая. Он должен их довести, должен показать более безопасное место, и пусть там придется отвоевывать каждый метр в борьбе с такими же как они. Он должен. Стая шла.

    DIM

    невезенье или просто Вася

    • 25.08.07, 21:51
    у меня есть друг его зовут Вася. Не то что бы я имел что против этого имени, но  млин  этот человек  ходячая  катастрофа! Если не учитывать того что он алкоголик то он вполне клевый чувак, но из за своего пристрастия к спиртным, он часто попадает в такие ситуации что просто умереть. вот например  он  изрядно подпивши полез на какую то стройку и давай показывать знакомым какие у него сильные удары ногами! он нашел какую то хлипкую стену и давай ее буцать, ну конечно та не выдержала и упала на него, раздробив ему правую руку! через некоторое время выздоровев он взял у знакомого мотоцикл и на каком то крутом повороте он не справился с управлением и снес собой половину деревянного забора. позже шел домой и нашел толпу мужиков какие добродушно дали ему пиздюлей. а вот недавно я его встретил со сломанной ключицей, говорил опять чем то привалило! так в чем же дело? в везении или в имени? я так и не понял!

    Сфинксы

    Выпуск 1

    Лохотронинсайтпродакшон выпуск № 1

    Сфинксы


    Если с совестью все в порядке - есть способ заработать. Суть очень проста: отлавливаем дворовых кошек, бреем их наголо и продаем на рынке как египетских сфинксов.

    Понадобиться машинка для стрижки волос и острые бритвыСтрижка одной кошки длиться около 4х часов. А впарить котейку можно за 300 - 400$. По моему не плохой профит

    Один мой знакомый алкаш продал так 3 котейки, затем получил пиздюлей. Зато на полученные деньги бухал 2 месяца беспробудно.

    Информация опубликована исключительно в ознакомительных целях.

    оч нецензурно, но дико смешно! (любителям попсы:НЕ ЗАХОДИТЕ!!!)

    Если видишь, что с обложки
    Смотрит кто-нибудь на нас:
    Уебан в плаще уродском,
    Или в гриме педераст,
    Или корчит рожу кто-то,
    Типа "злобный чилавекъ",
    Обязательно в коробке
    Ты найдешь норвежский black

    Если на обложке замер
    Вскрытый труп на простыне,
    Зомби в рот кончает даме,
    Или просто всё в говне,
    Язва или глаукома,
    Или в голове топор,
    Знай, что на таком альбоме
    Офигительный Grindcore

    Если видишь на обложке
    Бледных пидаров немножко -
    Глаз в заморском гуталине
    Словно клякса от чернил -
    А на фоне на могиле
    Телку трахает вампир.
    Смотрят мрачно, потирая
    Выбритый висок они,
    А на деле все рыдают
    От ХИМовской поебни,
    Значит в руки непонятно
    И нежданно как попал
    Суперхит чухонских чартов,
    Тормозной gothIc-метал.

    Hу а если на обложке,
    долбоёб с печальной рожей,
    Либо роза в луже крови,
    Поебень в которой сложно,
    Что-то внятное понять,
    Или уже не дай боже,
    бл*дь в терновнике лежит,
    Так и знай - обложка эта,
    Doom печальный сторожит

    Если кто-то на обложке
    Режет маленьких детей,
    Или крови пьет немножко,
    С ожерельем из ушей,
    Или в морге помогает
    Резать доктору трупак,
    И при этом сам бухает
    Поварской надев колпак,
    Если делают аборты
    Бедным бабам упыри,
    Или шествуют когорты
    Демонической х*йни.
    Или кто на запчасти
    Разобрать решил людей
    Значит death-метал послушать
    Дал вам кто-то из друзей.

    Если вдруг на вас с обложки
    Терминатор щурит глаз,
    или чел с трубою в жопе,
    иль железный ананас,
    фрезерный станок прекрасный,
    или атомный грибок
    что тут думать - это ясно
    то
    industrial, сынок.

    Если видишь на обложке
    с дудкой чел сидит в лаптях,
    или девки хороводы
    пляшут в травяных венках,
    или если за пастушкой
    там из леса скачет волк,
    знай, дружище, это пошло:
    пред тобой поганый folk

    Hу а если обнаружил
    Hа обложке на своей
    Кривозубую ты рожу
    С бородою от ушей,
    Да еще в рогатом шлеме,
    С топором и на коне
    Раздающего все время
    Пиздюлей другой х*йне.
    А вокруг него обильно
    Рун и свастик кутерьма
    (в фотошопе так цивильно
    разрисована она)
    Корабли, ладьи, драккары,
    Горы, льды, поля, леса.
    Облака, холмы, канавы,
    Hу и прочья красота.
    Черепа там всяких хрюсов
    И шашлЫки из церквей...
    Ну и в общем все со вкусом,
    В стиле типа кельтских фей.
    Злобных троллей цельна куча
    Разбрелися среди скал,
    Это вам не фолк соплючий,
    Это бл* pagan-метАл ©


    5%, 1 голос

    11%, 2 голоса

    5%, 1 голос

    16%, 3 голоса

    11%, 2 голоса

    47%, 9 голосов

    5%, 1 голос
    Авторизируйтесь, чтобы проголосовать.

    Акуеть!!! Кричали гости....

    ....гости постов про то как Джин дал пиздюлей Ферзю.....

    и как перелом черепа влияет на способность водить машину под воздействием алкоголя.....

    вывод - редкие долбоебы выносят всю свою личку в такое вот общество как у нас на портале.....и нех защищать этих долбоебов......пиараст он и в африке пиараст.....

    ПыСы: и накуя с именами и явками? 

    Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее в политике конфиденциальности