хочу сюда!
 

Особенная

34 года, рак, познакомится с парнем в возрасте 34-37 лет

Франція - це тільки провінція Росії.

Я завжди був впевнений, що і серед москалів трапляються розумні люди.Один з них письменник Вікрор Єрофєєв. Ось його розмірковування стосовно імперскої суті руского.

Ко мне в гости приходит человек, милый, бородатый русский человек, не совок, скорее художественная натура, блогер, который много путешествует по свету, у которого просветленные голубые глаза, который хорош собой, и вот, доверительно жмурясь от вина и удовольствия жизни, он мне говорит:

— Франция — это провинция России.

Остановись, разум! Я с ним не спорю. Провинция так провинция. Передо мной нормальный русский империалист. Не первый и не последний. В нем есть такая зрелая империалистическая бацилла. Отрастил! Он уверен, что мы лучше всех, лучше Франции, Америки и всех остальных держав. Он уверен, что все эти страны должны нам служить или даже прислуживать, стоять на задних лапах перед нами, а мы будем над ними посмеиваться. В конечном счете мы их всех завоюем. Мы к этому генетически готовы.

Исторически мы принадлежим к натуральным, естественным завоевателям, человеческим хищникам, которые в порядке вещей завоевали все, что было вокруг нас. Мы завоевали Казань. Мы завоевали Астрахань. Мы завоевали Сибирь и Дальний Восток. Мы завоевали Крым. Мы присоединили к себе Польшу. Финляндия? Тоже наша! Мы распространились на все стороны света. Мы бы могли идти и дальше. Не только Аляска, но и Гавайи могли бы существовать под русским флагом. Не только Крым, но и Константинополь мог бы быть наш, если бы вместо революции 1917 года мы бы остались союзниками Франции и Англии. Но с Константинополем не удалось, однако мы спокойно сожрали после Второй мировой войны половину Европы, а если бы могли, сожрали бы и Париж, Афины, Рим.

Откуда у нас такое имперское чувство? Ведь даже традиционные имперские государства, вроде Англии, готовы были поглощать недоразвитые территории Азии и Африки, неся им собственное просвещение, а мы бесстрашно насаждали всем самих себя, свою идеологию, то православно-монархическую, то коммунистическую, и когда нужно было уничтожать побежденного врага, ни один мускул не дрогнул. Так мы расстреливали польских офицеров в Катыни. И теперь тоже не особенно жалко их. И не только их. Не жалко и, кроме того, неприятно, когда к нам лезут с требованиями объяснить, зачем мы их расстреляли. Расстреляли, потому что мы имеем право всех расстрелять, включая самих себя. А если самих себя мы расстреливали и, возможно, еще и будем расстреливать, то почему мы должны отчитываться о расстрелах совсем чужих нам людей?

Этот врожденный, подкожный, совершенно бессознательный империализм наших людей с особой страстью проявился в деле возврата к нам Украины. Мы все убеждены, что Украина — это наша краина и что ее отделение от нас было великим недоразумением и нуждается в коррекции. При этом мы даже не скрываем наше чувство превосходства перед нашим младшим братом, украинцем, или, скорее сказать, хохлом. Мы его зовем к себе как заблудшую овцу, и, когда эта овца к нам вернется, эту овцу нужно будет как следует взгреть. Эта веселая убежденность в том, что независимая Украина — только временное недоразумение, пронизывает практически все наше общество, и никто не задумывается над тем, что хохлам такое может быть не по душе. Мы не думаем про чужие души. Мы не думаем про души Кавказа, Средней Азии и Украины. Мы не думаем про души народов Балтии, потому что они тоже по странной случайности оказались бесхозными. Мы приберем всех к рукам. Наш имперский микроб остается с нами на долгие годы. Если не навсегда.

Откуда взялся этот имперский микроб, который гуляет по русской душе? Было бы странно считать, что Петр I вместе с идеей империи принес нам имперские амбиции. Они были и при Иване Грозном. Они существовали как возможность передела земель и идеологий в период татаро-монгольского ига. Мы были подвижны в наших мечтах покорить чужих и неверных; мы остаемся и сегодня подвижны в своих имперских желаниях.

Возможно, что сегодня мы не такие страшные. Возможно, что сегодня наш подкожный империализм работает против нас так, что от нас с ужасом бегут в Европу все кто могут на территории бывшего Советского Союза. Мы становимся не страшны, но смешны. Имперские амбиции работают против России. Имперский микроб разрушает российское будущее. Но все равно:

— Франция — это только провинция России.

И даже не смейте спрашивать почему.
http://kommersant.ru/doc/2314749
18

Комментарии

Гость: lkjmn

16.11.13, 15:39

Винятки лише підтверджують правила.

    Гость: ЛемБой

    26.11.13, 16:20

    Тому в цілому світі не люблять росіян і американців-за їхнэ месіянство

      Гость: ТарасЧупринка

      36.11.13, 20:08

      Москаль свято переконаний там де ступає його нога там московія. Решта світу переконана, там де ступає нога москаля, там ступає нога окупанта

        47.11.13, 09:38


        І зупиняла їх у всі часи лише сила.

          57.11.13, 12:01

          "Франция — это только провинция России"
          А Рашка = КОЛОНІЯ США з 1991 року = http://www.eafedorov.ru/taxonomy/term/1?page=1
          ---
          О ось таким планується ВІДРОДЖЕННЯ РАШІ, але вже БЕЗ РОСІЯН = http://video.i.ua/user/295100/51651/411689/

            67.11.13, 16:45Ответ на 3 от Гость: ТарасЧупринка

            влучний афоризм

              77.11.13, 16:51Ответ на 4 от Білотур

              Завойовували теріторії, колонізували народи багато розвинених націй, але ніхто з такою впертістю не винищував інші народи, як росіяни.

                87.11.13, 16:52Ответ на 5 от Богдан Ляшко

                з євреями, чи ні, але розпад російської імперіі невідворотній

                  97.11.13, 17:00Ответ на 8 от eto*ia

                  з євреями, чи ні, але розпад російської імперіі невідворотнійЗ ЖИДАМИ, звичайно! - бо зараз у ЕрЕфіі (та й в Україні теж!) - саме ЇХ влада!

                  В этой Войне Дураков славянское быдло будет ослаблять себя - и укреплять нас,
                  главных дирижеров смуты, якобы стоящих в стороне - и не только не участвующих
                  в кровавых событиях, но и даже не вмешивающихся в них.
                  \ Раввин Менахем Мендел ШНЕЕРСОН\

                  Когда грядет пора крушения структур,
                  в любое время – всюду при развязках
                  у смертного одра империй и культур
                  стоят... ЕВРЕИ... в траурных повязках...
                  \Гарики Губермана\